Текст подсказки был таким:

[Я сделал пару шагов вперёд, снег скрипел под ногами:

Скрип. Скрип.

Давление усилилось. Я почувствовал себя плохо, хотелось отступить.

Мне почему-то показалось это каким-то испытанием, где с помощью давления проверяют силу духа и крепость тела.

Понятное дело, что глупо так думать. Я шёл вперёд не для того, чтобы проверить себя, я шёл для того, чтобы возникла подсказка в Книге Жизни и Смерти.]

Что?

Я прервал чтение подсказки на этом моменте, так как очень сильно удивился.

«Этот человек» впервые проявил такую осознанность. Я не могу сказать, что он буквально понял, что находится на страницах Книги, но по крайней мере видна цель: он идёт на смерть, чтобы оставить мне подсказку.

Я продолжил читать:

[Несмотря на усиливающуюся боль в голове и помутнение в глазах, я концентрировался лишь на одном, чтобы шаги не прекращались.

Скрип. Скрип.

Сначала кровь пошла из носа, я вытер её. Тогда я ещё мог что-то слышать, Бран крикнул:

— Хватит, сын, не нужно идти дальше!

Я не ответил, так как мне было жаль его. Наблюдать, как сын с каким-то безумным упорством идёт на смерть.

Мне было тяжело объяснить ему, что это часть плана и что всё находится под контролем.

В какой-то момент я перестал слышать, из ушей уже текла кровь, то же самое с глазами.

Я просто осознал, что лежу на снегу, уже никуда не иду, и что лицо было в снегу, я чувствовал, как оно замерзает.

Я не дошёл до парящей скалы даже близко, оставалось метров десять-пятнадцать. Излучаемое давление было слишком сильным, оно уничтожило меня буквально за десяток шагов.

Надеюсь, моя смерть не пойдёт даром, и ты сделаешь выводы, что идти напрямую — глупо.

Быть может, поле неравномерно? Может, с другой стороны оно слабее? Обязательно проверь.

✤ Конец истории ✤]

Первые пару минут я стоял и не двигался, пытаясь всё осмыслить. Я был в полном шоке.

«Этот человек», который умер, до последней секунды думал о том, чтобы оставить полезную зацепку.

Раньше такого не было. Смерти были случайными, порой даже нелепыми.

Хотя, если подумать чуть больше, то ответ был очевидным. По всей видимости, множество смертей (их было больше трехсот), моё понимание и взаимодействие с Книгой Жизни и Смерти вышло на новый уровень.

Всё началось во время тренировок, когда я осознанно культивировал энергию так, чтобы в конечном счёте умереть.

Не остаться калекой, а именно получить серьёзную травму, несовместимую с жизнью.

В тот момент это казалось просто неким методом, чтобы получить подсказки. Однако всё это вылилось в такие большие изменения.

Главное, нужно понять, что книга не изменилась, она осталась прежней. Вот только я уже другой.

Я как будто перестал бояться смерти и стал очень рискованным. Конечно, быть таким просто, когда знаешь, что твоя «смерть» по итогу превратится лишь в страницу книги.

То есть смерть перестаёт быть смертью, так как никто же не умирает. Потому я не удивлён, что моё сознание перестроилось.

Это меняло абсолютно всё!

…

Я отбросил лишние мысли и сосредоточился на парящей скале. Понятно, что идти напрямую — плохой вариант.

Нужен другой подход, и первое, что пришло в голову — сделать подкоп. Земля может служить защитой от давления. Если по поверхности не пройти, то под землёй должно получиться.

В таком подходе была и проблема: ведь мёрзлую землю, даже если вся охотничья команда возьмётся за лопаты, мы будем рыть месяц, а может, даже больше.

И это при условии, что давление под землёй вообще слабее, что нельзя было бы гарантировать. Быть может, оно такое же, а может, даже хуже.

Я не знал, это нужно будет проверить. Однако прежде чем переходить к такому трудоёмкому варианту, нужно было проверить ту зацепку, что была указана в подсказке.

Мне верилось с трудом, что «поле давления», оказываемое парящей скалой, может быть неравномерным. Так как ощущается оно довольно равномерно, но предыдущий опыт подсказывал, что в любой идеальной защите должны быть слабые места.

Быть может, у меня нет сейчас навыка «Всеведущий», который подскажет, но по крайней мере я мог сам пораскинуть мозгами и, если нужно, проверить всё с помощью Книги Жизни и Смерти.

Думая так, я начал осматривать рельеф по периметру. С левой стороны нашёлся небольшой холмик, занесённый снегом.

То ли земля, то ли камень, то ли ещё что-то. Понять было сложно, так как в лесу таких навалом. Главное, что расположение было довольно удачным.

Я обошёл парящий камень по широкой дуге, затем лёг на снег и пополз к холмику.

Локти в сторону, голова и жопа низко, как у спецназовца, только в тёплой меховой одежде, а за спиной — деревянное копьё.

Со стороны, наверное, выглядело не очень, но самого давления я практически не ощущал. Что ещё было лучше — это то, что книга молчала.

Я добрался до холмика и спрятался за ним. Вообще, я был довольно близко к парящей скале.

Если в «прошлый раз» я умер в десяти-пятнадцати метрах от неё, то сейчас я был уже в десяти, но зато живой и здоровый.

Одна проблема: холмик укрывал меня от давления, но это означало, что стоит выйти — давление вокруг него будет в разы сильнее и плотнее.

Я был уверен, что стоит высунуть голову, как Книга обязательно откроется. Выбора как такового не было, мне обязательно нужно выходить и смотреть, можно ли как-то отсюда выбраться или этот путь тупиковый.

Я набрал воздуху побольше в лёгкие и поднялся. Где-то на середине пути книга открылась, поэтому я сразу же сел назад, чтобы прочитать, что из этого вышло:

[Стоило подняться, давление сразу навалилось с большой силой. Я не стал медлить и побежал вперёд.

— ААААА!

Со стороны, наверное, выглядело ужасно. Я бежал и кричал, то ли от боли, то ли потому что крик придавал сил.

Ноги заплетались, я шатался как человек, который сильно перепил. Сделав три шага, я упал на левую сторону.

Что? Тут давление было заметно меньше!

Однако я понимал, что смогу выжить, но тело было в ужасном состоянии.

На полное восстановление уйдут месяцы. Самый главный страх, остаться калекой, как будто воплощался в жизнь.

Нет. Я не могу!

Сквозь боль я поднялся и пошёл в то место, где давление было больше всего.

Надеюсь, ты понял, что идти нужно с левой стороны. Там безопасно!

✤ Конец истории ✤]

Брр.

Мурашки прошли по спине, читать такое было реально тяжело.

Человека, который вот так осознанно бросается в сторону наибольшего давления, с пониманием, что идёт умирать, — это не укладывалось в голове легко.

Впрочем, также было понимание, что его жертва не должна пропасть даром. По крайней мере он сделал довольно важное открытие, что левая сторона — безопасна.

Там давление слабое!

Я не стал подниматься в полный рост, как сделал изначально. Так же ползком с левой стороны холмика, медленно, прижимаясь к земле.

Что?

Я думал, что будет давление, по крайней мере чуть-чуть, однако его не было вообще никакого.

Как такое возможно?

Сантиметр за сантиметром я двигался вперёд. Скала всё сильнее нависала сверху.

Я добрался?

Для меня это было удивительно, по той причине, что это было довольно просто.

Я встал, выпрямился и был очень близко к серому камню. Можно сказать, что теперь скала заслоняла собой всё вокруг.

Но я не спешил что-то делать, трогать или ещё что-то. Хоть цель была так близка, я всё равно оглянулся назад, чтобы посмотреть на своих.

Они смотрели на меня с таким выражением, будто я опять сделал нечто невероятное.

Бран, набрав воздух в лёгкие, громко крикнул:

— ВСЁ НОРМАЛЬНО?

— Да!

Чтобы те не переживали, я радостно помахал им. Те подхватили мой энтузиазм и так же довольные помахали обратно.

Я им крикнул:

— Стойте там!

Я не знал, что могло случиться, но чтобы ни случилось, лучше бы, чтобы они не пытались повторить мой путь.

Со стороны он казался довольно лёгким, но всё равно лучше не рисковать.

Я вытянул руку, чтобы коснуться поверхности скалы. Всё, что мне хотелось, — это считать свойства камня в надежде как-то использовать его для крафта.

Ладонь коснулась серого камня, он был довольно плотным. Первое время ничего не было — первые три-четыре секунды.

Затем на поверхности скалы мгновенно появилась небольшая дыра. Тёмный круг, который начал быстро вращаться, втягивая в себя воздух, снег, всё вокруг.

Маленький водоворот, который за долю секунды стал больше. Его края крутились, темнота внутри была абсолютной.

Я успел подумать ровно одну мысль:

«Ааа… что за жесть?»

Появилась сила притяжения, как будто огромная ладонь возникла, схватила и вырывала меня отсюда — и засосало внутрь.

* * *

От лица Брана

Вождь наблюдал за сыном. Стоял в стороне и с трудом понимал происходящее.

«Мне всё сложнее стало понимать сына!»

Бран понимал его мотивацию: что новый материал, что он был рядом и что его нужно изучить.

Всё же его сын обладал неведанными знаниями, которые не были доступны ему. Просто иногда хотелось спросить:

«А риск того точно стоит?»

Всё же бросаться каждый раз куда-то в самое пекло — такое поведение может плохо кончиться.

Единственное, что останавливало от того, чтобы постоянно контролировать сына, — это большее доверие. И даже в некоторой степени надежда на то, что всё будет хорошо.

Однако сейчас дело пахло бедой:

«Его засосало внутрь?»

Первым порывом Брана было броситься вперёд. Потому он даже сделал несколько шагов вперёд.

Это как сравнивать: человек, плавающий в реке, вдруг начал тонуть, и, конечно, первое желание — это пойти на помощь, достать из воды и спасти.

Вот только, сделав один шаг, пришло осознание, что водой тут и не пахнет. В том плане, что данную ситуацию лучше сравнить с тем, что человек упал в бездну.

И прыгай, не прыгай — всё равно не спасти. То есть ситуация была безнадёжной.

Бран поднял руку, призывая и себя, и других:

— Остановитесь!

Несмотря на то, что в голове появлялись различные ужасные картины. Одна хуже другой, где его сына разрывают на части и где он умирает самой мучительной смертью.

Рокт спросил:

— Что будем делать?

— Стоять. Ждать.

— Чего ждать?

— Когда он выйдет.

Рокт помолчал секунду и кивнул.

— Понял. Ждём.

Сын же сказал им «стойте там», видимо, он изначально предполагал, что такое случится. В какой-то мере такие мысли успокаивали Брана.

Единственная проблема, что время не было бесконечным, оно было ограниченным.

Всё же они могли подождать ещё часов семь-восемь, до вечера. Однако перед наступлением ночи им обязательно нужно будет уйти.

Никто не произнёс этого вслух. Все просто надеялись, что Алек к тому времени вернётся.

…

Ждать пришлось долго. Где-то через два часа после исчезновения сына не было от него ни слуху ни духу.

И без того страшную ситуацию обострил доносившийся громкий звук из глубины леса.

— ГРЫЫЫЫЫЫ!

Рык был таким сильным, что буквально бил по ушам, заставляя охотников инстинктивно пригнуться, чтобы казаться меньше.

Так волки не воют. Всем было понятно, что этот рык издал Морозный Медведь.

Бран сразу же встал перед тяжёлым решением:

«Уходить или нет⁈»