Кровь Тотема?

Хм… я повторил про себя данный титул дважды. Не потому, что не расслышал, а потому, что не мог понять: нравится ли мне или нет?

Определённо нет.

Какой-то простой и безвкусный титул. Всё же Воин Тотема звучит внушительно и мощно.

С другой стороны, Воин — защитник, Служитель — слуга, а кровь — это часть самого Тотема. Быть может, логика такая? Я не стал гадать, а решил прямо спросить.

Шаман ответил:

— Нет.

— А что тогда?

— Мне сложно объяснить, так как предсказание говорит о появлении такого человека. Оно говорит, что он поведёт его в будущее, но не говорит, каким именно образом.

— Понял.

— …

Другой герой на моём месте, быть может, замахал бы руками и начал отмахиваться.

Говорить: «Я недостоин» и «такая ответственность, я не потяну». У меня же таких проблем в голове не было.

Данный титул пригодится в моей миссии. Быть может, не удастся объединить все племена, но хотя бы чувствовать себя комфортно в своём племени.

Потому я кивнул:

— Что ж… я принимаю данный титул. Я действительно тот человек, что нужен вам!

Без всякой скромности я говорил прямо. Отказываться от такого титула было бы глупо.

Быть может, данный титул не позволял бы быть на уровне вождя или шамана — всё же они имеют большой авторитет.

Однако мой титул дарует мне свободу действий, которой обычно так не хватает. Быть может, данный титул наделяет меня властью на уровне трёх капитанов охотничьей команды.

Какой-то особенной церемонии не было. Шаман сделал обряд, поводил руками, потанцевал и, собственно, всё.

— Всё?

— Да!

— …

В то же время, что ожидать от дикого племени? Мгновенных решений не было, люди вокруг больше зашептались и не приняли сразу.

Для них я всё ещё был «жадиной-говядиной», который отказывается их учить. Потому те бросали на меня косые взгляды.

Мне хотелось сказать:

— Поуважительнее, ребята, нужно быть с тем, кто носит титул — Кровь Тотема…

Но говорить так, только сильнее их дразнить. Потому я молчал, стараясь на людей вокруг лишний раз не смотреть.

Вдруг дикари подумают, что я провоцирую их на драку. Всё же в диком мире смотреть друг другу в глаза — это акт агрессии.

…

Вскоре наступила ночь.

Воины Тотема, что дежурили у входа, вышли наружу и с глухим скрежетом задвинули огромный камень. Пещера закрылась: ни войти, ни выйти.

Все надеялись, что данная ночь будет спокойной. Что им никто не будет мешать спать.

Женщины начали расстилать шкуры, укладывать сначала детей, затем потихоньку доделывали свои дела Служители и ложились рядом. Одними из последних ложились Воины Тотема.

Прошлой ночью все плохо спали. Потому были довольно вымотанными, и вскоре в пещере разнёсся хор храпа.

Я тоже хотел лечь, но так как на мне сейчас большая ответственность, то ложиться и дрыхнуть без задних ног — я считаю непозволительной роскошью.

Тренироваться было нельзя — не было возможности, но можно было заниматься крафтом. Всё же создание артефактов — важная часть силы.

Тем более за сегодняшний день я надыбал немало полезных ресурсов. Грех было оставлять их пылиться в пещере.

Начать решил с простого — рунические копья. С деревом работать легко, особенно когда рядом есть Тотем, который понимает тебя с полуслова.

Я взял два бруса и подошёл к племенному костру. Из пламени выросла большая голова демона. Хлопнула глазами. Посмотрела на меня любопытным взглядом: мол, зачем пришёл сегодня?

Я объяснил:

— Делаем те же копья, что и вчера!

Тот понимающе кивнул, и я бросил ему в рот сразу два бруса. Обжог прошёлся быстро, причём сразу на правильную длину и ширину древка.

Мне просто нужно было немного подождать, как этот демонёнок выплюнул почти готовые копья.

— Отлично!

Правда, они были чёрные, обугленные. Пришлось слой угля соскрести ножом, чтобы под ним появилось плотное, тёмное дерево.

Руны Тотем тоже сделал с помощью тотема. Те же самые: корень, рост и активация. Можно было бы сделать другие, но мне показалась данная связка эффективной.

Я зачистил канавки, после чего затёр с помощью смеси: Сердечный Хлад и хвойная паста из иголок Железной сосны.

Смеси ушло меньше, чем в прошлый раз. Всё потому, что Сердечный Хлад от Морозного Волка был выше уровнем, чем от Морозного зайца.

Но сила копья вышла примерно такой же, так как эффект упирался в сам материал копья. Для более мощного оружия нужен более высший материал — древесина второго ранга.

Оба копья были готовы. Я взял одно, покрутил его в руках — в нём была запечатана безудержная сила, которая по команде готова была вырваться наружу.

Отлично!

Сейчас я чувствовал себя более защищённым, потом оба копья я положил возле стены, чтобы не мешали.

Ведь создание рунических копий было самой лёгкой частью. Больше всего голова болела из-за клыка Морозного Волка, что лежал рядом.

Твёрдый, изогнутый и массивный. Драгоценный ресурс, но такой неудобный в обработке.

Вопрос оставался открытым: как из этого сделать нормальный топор?

Оружие в племени делали долго. Одновременно с большим мастерством, но по отсталой технологии.

Сначала кололи материал на части, потом часами стирали его, придавая нужную форму.

Тяжёлый труд, который занимал целые месяцы упорного труда ремесленников. Потому каждое орудие труда — это результат тысячи часов ремесленников.

Мне такого не хотелось. Всё же клык Морозного Волка в разы твёрже зубов Морозного Зайца.

Стачивать его вручную — это не месяц, а год работы. Монотонный труд с небольшим результатом.

Мне нужно было найти другой метод. О нём я задумывался ещё утром: крафт с помощью рун. Нанести руны мягкости и податливости.

Временно размягчить кость, придать ей нужную форму, как пластилину, а потом дать застыть. Такой способ должен сэкономить кучу времени.

Именно для этого мне для начала нужно было сделать кисть. Для начала я взял мешочек с волосками волка.

Они были довольно жёсткими, но равномерными по толщине. Пучок пришлось выровнять, убрать короткие или ломаные волоски, оставляя только ровные.

Затем взял тонкую ветку Железной сосны. С помощью Тотема убрал кору и зачистил её до гладкой и удобной формы.

Дело оставалось за малым: пучок волос приложил к торцу и с помощью клея приклеил. А чтобы выглядело лучше, взял полоску тонкой кожи и сделал несколько витков вокруг, завязав в узел.

Готово!

Кисть вышла средней: и по виду, и по качеству. Главное, чтобы она удобно лежала в руке и ею можно было удобно наносить «жидкие» руны на поверхность.

Уже через полчаса, не давая до конца высохнуть клею, я обмакнул кисточку в заготовленную смесь: синюю кровь с углём, затем провёл по чёрной поверхности клыка.

Синие линии на чёрном фоне хорошо смотрелись. Я нанёс всего две руны: мягкости и податливости — и сразу активировал их с помощью слов.

Руны чуть засияли, а затем погасли. Я нахмурился, так как думал, что клык сразу же потеряет свою форму и как бы растечётся по поверхности земли.

Но такого не было. Клык не был твёрдым, но и мягким его назвать было тяжело. Я указательным пальцем надавил на него: палец продавил внутрь, и, когда я убрал палец, осталась небольшая ямочка.

Что за?

С ним было тяжело работать: как с пластилином, который засунули в морозильник. Он вроде как и не супер твёрдый, но и мягким его назвать трудно.

Я подумал секунду:

Глаза боятся — руки делают!

Пришлось позаимствовать инструменты у племени. Небольшой костяной топорик, два молотка — один каменный, тяжёлый и грубый, другой деревянный, для точной работы.

Приставил топорик к середине клыка. По нему ударил каменным молотком.

Тух. Тух. Тух.

После десяти ударов удалось разделить клык на две части. Всё же клык был здоровый, и топор получился бы слишком большой.

Мне хотелось сделать что-то, что было бы удобно держать в руках и носить с собой.

Дальше работа пошла быстрее. С помощью дощечек и деревянного молотка я начал формировать: сначала лезвие, затем само основание.

Бил аккуратно, выравнивал, чуть вытягивал угол. Потом перешёл к рукояти: постепенно сужал, уплотнял, тянул вниз.

Фиксировал дощечками, чтобы держало форму, пока не застыло.

Со второй половиной повторил то же самое. Нужно понимать, что руны делали материал мягким лишь на время. Когда действие закончилось, я как раз успел закончить второй топор.

Фух… Успел!

Я положил обе заготовки рядом и посмотрел на них. Хоть я называю их «заготовками», но это были два чёрных топора. Они едва отливали синим цветом.

Выглядели красивыми и плотными, как будто сама природа придала им такую форму. Лезвие чуть широкое, ручка тоже не большая, но и не маленькая.

Я взял один, взвесил в руке. Он был довольно тяжёлый, несмотря на малый размер, но с хорошим балансом.

Раз форма была готова, то нужно было раскрыть свойства материала. У клыка Морозного Волка я чувствовал их много: впиваться, разрывать, Жажда Крови, Зов Стаи и многие другие.

Интересно, что же выбрать?

Тем более топоров было два. Можно сделать один топор для одной задачи, второй — для другой.

К примеру: первый для лесорубов, чтобы рубить деревья. Второй для меня, чтобы разбивать черепа врагов.

Разница между ними должна быть значительной.

Топор для лесоруба — это надёжный и долговечный инструмент. Не на один день, а на сотни деревьев, а лучше на тысячи.

Значит, энергия артефакта должна высвобождаться медленно, по капле, с каждым ударом. Задача простая: облегчить работу так, чтобы один человек рубил за пятерых.

Боевой топор — другое. Там не нужна сотня слабых ударов. Там нужен один мощный. Значит, вся сила должна копиться и выходить разом, в момент контакта. Понятное дело, что один такой топор будет одноразовым.

Приняв решение, я на рабочий топор нанёс три руны: прочность, впиваться и пассивный эффект постепенного высвобождения.

Процесс был тонким. Сначала руны мягкости, чтобы поверхность чуть поддалась. Затем обратной стороной кисти я продавливал углубления прямо сбоку на топоре.

Неглубоко, но небольшие канавки под руны.

На боевой — четыре: пронзать, хватка, жажда крови и активация. Можно заметить разницу, что рун уже на одну больше, и они должны будут за раз высвободить всю мощь.

Два топора потребовали совершенно разное количество Сердечного Хлада. Для рубки дерева — немного, а боевой — в четыре раза больше.

Я смотрел, как запасы тают, мысленно морщился. Бочонок, который казался большим и что его хватит надолго, стал совершенно пустым.

Я расстроился, но результат того стоил. Два топора лежали передо мной, синие руны стали чёрными, почти сливались с поверхностью. Если не знать, что они там есть, то их можно даже не заметить.

Я был доволен, даже несмотря на то, что голова раскалывалась от боли. За проделанную работу нужно было платить.

Всё же работа с рунами требовала ментальной энергии. Руны — это не просто взял, начертил и затёр. Каждая руна буквально берёт плату в размере ментальных сил.

Из-за чего к концу крафта я чувствовал себя как выжатый лимон. Нельзя было ни сосредоточить взгляд, ни встать без головокружения.

Отвратительное состояние!

Я устало посмотрел на глаза Морозного Волка. Те лежали в стороне: два белых шара с синими прожилками.

Из них можно было бы получить сильный артефакт из-за находящейся внутри силы оцепенения.

Вот только у меня ни Сердечного Хлада, ни ментальных сил. В любом случае, корневые копья дают похожий эффект: останавливают добычу, запутывают, оплетают.

Требования у них тоже проще. Нужно всего лишь бросить и запутать цель. Глаза же нужно применять точно, направляя взгляд в глаза добыче. Не всегда такая возможность есть на охоте.

Их нужно будет сделать, но попозже. Сил больше не осталось совсем. В пещере по-прежнему все спали.

Я убрал инструменты, сложил топоры аккуратно у стены рядом с копьями.

Нашёл отца. Тот спал довольно крепко. На правом боку, положив руку под голову. Я лёг рядом на шкуры, думая о том, что завтра будет лес и охота.

Надеюсь, добыча будет жирной.

С этой мыслью я закрыл глаза.