В капитальном труде 1916 года «Китайская поэма о поэте. Стансы Сыкун Ту (837–908)», который стал результатом увлечения древнекитайской поэтикой, Алексеев прежде всего провел сопоставление «категорий» цветов, чая, рыб, каллиграфии, живописи, выявил достижения «Ши пинь» («Категории стихов») теоретика поэзии Сыкун Ту и ценность этого произведения и определил место данной поэмы в истории китайской литературы. Кроме того, Алексеев выполнил ее сравнение с точки зрения поэтики с европейскими поэтическими трактатами, в частности с произведениями древнеримского поэта Горация (65–8 гг. до н. э.) и французского поэта Н. Буало (1636–1711). За сравнением последовало важное утверждение о том, что поэма «Ши пинь» Сыкун Ту непременно должна занимать почетное место в истории мировой литературы. Данная книга опровергла тезис о том, что «Восток есть Восток, а Запад есть Запад», и положила начало сравнительной поэтике литератур Китая и Запада.
Титульный лист книги «Китайская поэма о поэте. Стансы Сыкун Ту (837–908)»
Книга Алексеева состоит из двух частей. Первая часть описательная, в ней четыре отдела, вмещающие девятнадцать глав. В первом отделе четыре главы, где говорится об истории, содержании, художественных особенностях и месте «Ши пинь» в истории китайской и мировой литературы. Основная задача данной части – систематически разъяснить глубинный смысл содержания поэмы, и анализ ее языковых средств и способов художественной выразительности проведен просто блестяще. Второй отдел состоит из пяти глав, где сказано об изданиях поэмы, ее комментаторах, подражаниях ей и переводе «Ши пинь» на английский язык. Весь текст построен на подходах и методах компаративистики. Третий отдел повествует о Сыкун Ту как о человеке, здесь шесть глав, рассказывающих об исторической эпохе, в которую он жил, о биографии и о личности Сыкун Ту, а также о других его поэтических произведениях. Здесь же идет речь о связи Сыкун Ту с литераторами Тао Юань-мином, Ли Бо и Хань Юем (768–824) и о том влиянии, которое они на него оказали. Отдел четвертый описывает, как подходить к поэме «Ши пинь» с точки зрения методологии.
Вторая часть книги представляет собой перевод поэмы с примечаниями к нему и состоит из двух отделов. Первый отдел – собственно перевод и примечания. Подряд идут 24 станса поэмы, для каждого дан всесторонний анализ с пояснениями, буквальный (дословный) перевод и перевод-парафраз (литературная обработка согласно правилам русского стихосложения). Второй отдел включает в себя комментированный перевод трех цинских подражаний поэме Сыкун Ту – «Хуа пинь» («Категории картин») Хуан Юэ (1750–1841), «Шу пинь» («Категории письма») Ян Цзин-цзэна (XVIII в.) и «Сюй ши пинь» («Продолжение “Категорий стихов”») Юань Мэя (1716–1798). Конечно, эти произведения представлены Алексеевым не целиком, а в выдержках. В конце книги в приложении дано значительное количество материалов на китайском языке: оригинальный текст «Ши пинь» и подборка текстов, относящихся к исследованию.
Алексеев составлял и редактировал сборники классических стихов, а также переводил их сам, писал к ним комментарии и аналитические разборы. Он переводил сочинения Пу Сун-лина, собирал и исследовал народную картину, написал серию статей о китайской классической и современной литературе и о ее переводах. Издания «Ляо Чжай чжи и» («Рассказы Ляо Чжая о необычайном»), книги «Китайская литература. Избранные труды», «Китайская народная картина. Духовная жизнь старого Китая в народных изображениях», «Наука о Востоке. Статьи и документы», хорошо отражают разнообразие его разработок в китаеведении – в филологии, этнографии, истории, поэтике, фольклоре, теории и практике перевода.
Алексеев преподавал всю жизнь. С 1908 года он работал в Школе русского языка Китайско-Восточной железной дороги в Пекине. В течение сорока лет, с 1910 по 1950 год, Алексеев состоял в Ленинградском университете, в 1919–1927 годах заведовал кафедрой в Географическом институте, преподавал в Политехническом институте, в 1920–1938 годах руководил Китайским разрядом в Центральном институте живых восточных языков, в 1921–1928 годах был сотрудником Научно-исследовательского института сравнительной истории литератур и языков Запада и Востока, в 1928–1938 годах преподавал в Ленинградском восточном институте, в 1937–1941 годах работал в Московском институте востоковедения. С 1933 по 1951 год Алексеев занимал должность начальника Китайского отдела Азиатского музея (ныне Институт восточных рукописей РАН) и преподавал китаеведение в различных учебных заведениях. Более чем за сорок лет своей преподавательской деятельности Алексеев предложил и претворил в жизнь совершенно новые методы преподавания китайского языка и выпестовал немалое число учеников.
Особый вклад Алексеева в русское китаеведение состоит в том, что он предложил теорию системного подхода к преподаванию специальных дисциплин, неустанно формируя учебную программу и добросовестно воспитывая молодых талантливых ученых. Так возникла «школа Алексеева».
После Алексеева ее возглавил С. Л. Тихвинский. Согласно его определению, ведущими представителями данной школы являлись: в изучении философии – Ю. К. Щуцкий (1897–1938) и А. А. Петров (1907–1949); в изучении литературы – Б. А. Васильев (1899–1937), А. А. Штукин, Н. Т. Федоренко, Л. З. Эйдлин (1910–1985), О. Л. Фишман (1919–1986), И. Э. Циперович (1918–2000), В. Н. Кривцов (1914–1979), В. В. Петров (1929–1987), Л. Н. Меньшиков, Е. А. Серебряков (1928–2013); в изучении языка – А. А. Драгунов (1900–1955), И. М. Ошанин (1900–1982), А. Г. Шпринцин (1907–1974), С. Е. Яхонтов (1926–2018); в изучении иероглифики – Л. Н. Рудов (1888–1941), специалисты по японскому и китайскому языкам Н. А. Невский (1892–1937), Н. И. Конрад (1891–1970); в изучении книжного дела – К. К. Флуг (1893–1942), Ю. В. Бунаков (1908–1942); в изучении искусства – В. Н. Казин, К. И. Разумовский (1905–1942); в изучении экономики – В. М. Штейн (1890–1964); в изучении истории культуры – Л. И. Думан (1907–1979), С. Л. Тихвинский, В. А. Вельгус (1922–1980) и Б. Л. Рифтин[176]. Этот список на самом деле должен включать и целую группу лиц, которые привели российское китаеведение к процветанию во второй половине XX века, однако они уже не являются прямыми наследниками Алексеева, они – ученики его учеников.