Прошло несколько дней.

Я старалась не шуметь. Осторожно сделала шаг, потом другой. Дедушка Сергей и бабушка Агата не должны были знать, что я, их внучка, притаилась за дверью платяного шкафа их комнаты и подслушиваю.

«Подслушивать нехорошо, но так интересно. Как еще можно узнать тайны семьи Роговых, если все то и дело что-нибудь скрывают?»

Не хотелось думать, что будет, если меня здесь обнаружат. О том, как должны быть воспитаны юные Роговы, я наслушалась еще в детстве, потом в отрочестве, когда приезжала на каникулы в поместье. И в этот раз бабушка Агата не обошлась без нравоучительной лекции по поводу поведения подростков. Упреков и назиданий не было, еще бы, но было скучно сидеть и слушать одно и то же на протяжении получаса. Но такова бабушка. И никто не смел ей демонстрировать неуважение и высказывать возражение. Даже мама.

От мысли о маме я немного улыбнулась. Если кто и не станет ругать и делать трагедию от того, что мной подслушан разговор, так это Анна Рогова, моя мама. Она только усмехнется, растянет губы в чуть кривоватой улыбке и скажет, чтобы больше не попадалась с поличным, иначе не будет прогулок по Парижу, круассанов. А это было очень жестокое наказание. Через несколько дней мы вместе с мамой собирались уехать на пару недель в Париж, где в мире людей практически безвылазно жила прабабушка Зоя, самая старшая из семейства Роговых. Пребывание в мире, где магия была скрыта, всегда сулило приключения и новые впечатления, а потому я дорожу и жду с нетерпением путешествия в Париж. К тому же потом намечалась поездка в Италию, где работает мама. Она не может долго находиться вдали от лаборатории, где проводила разные магические эксперименты. Там же, в Италии, живет и лучший друг – Лука. Лукиани – главный напарник по приключениям в мире людей и магии. Он мне задолжал правдивый рассказ о том, что произошло за полярным кругом.

От воспоминаний меня отвлекли слова дедушки Сергея:

– Я же говорил тебе, что все будет. Ты не верила мне. – Я готова была поспорить, что дедушка хитро подмигивает жене. Он так всегда делал, когда хотел убедить кого-то в своей точке зрения.

– Нечего мне мигать, на меня это не действует. – Послышались размеренные шаги бабушки по комнате. – Надо признаться, меня удивило то, что произошло на острове во время их почти каникул. А ты знаешь, как трудно меня удивить.

– Да. Еще сложнее соответствовать твоим требованиям, будучи подростком. – После небольшой паузы дедушка Сергей тихо добавил: – Ты всегда была с ними строга и требовательна. Я бы даже сказал – сурова. Ты требуешь от Григория и Риджины намного больше, чем от их родителей.

– Ты не мешал мне.

– Да.

– И не возражал, когда мы обсуждали их план подготовки. Ты знал, что я права. Олег и Анна – наши дети, но они выросли и раскрыли свой потенциал. Они сами строят свою жизнь, мы ничего не можем изменить. Но с ними… – Я вся превратилась в слух. – С ними мы способны на многое. Мы можем помочь им, направить их.

– Да… – Задумчивость слышалась в голосе дедушки. – Риджина наглядно продемонстрировала всем и каждому, что именно она может. Да и Григорий проявил себя, хотя я ожидал от него большего.

Бабушка фыркнула и активировала свой магический браслет, это стало понятно по вибрации, которая тут же заполнила комнату. По коже пробежали мурашки.

– Ты так говоришь про него, потому что Григорий – мужчина. Будь на его месте девушка, ты бы думал иначе.

– Возможно. Но он – мужчина. И я действительно ждал, что именно он будет тем, кто приведет семью к вершине власти. Да и ты тоже так считала.

«Вот они, планы Роговых. Мужчины – вперед за властью, а женщины? Дома за книжками сидеть?»

Я так разозлилась, что заскрипела зубами. Одно дело догадываться, что ты не в основной команде, и другое дело – знать про это. Если бы я не показала свои магические силы, то так и оставалась бы на вторых ролях, а может, и на третьих, если бы у дяди с тетей еще сын родился.

– Согласна. Григорий всегда отличался трудолюбием и большими амбициями, к тому же он чистокровный маг. Что тут надо добавить?

Пришлось сжать зубы до боли. Даже дома мне никогда не давали забыть, что я – первая полукровка в семье. Нет, никто не обижал, не дразнил, за исключением детских лет, когда Григорий обзывал и подтрунивал надо мной, пока не видели взрослые. Но стоило только маме об этом узнать, как с двоюродным братом была проведена воспитательная беседа и все открытые нападки прекратились. Но были еще намеки, косые взгляды и усмешки. Я видела, как презрительно поджимала губы тетя Элиза, мама Григория, когда речь заходила о моем происхождении, об отце или о полукровках. Тетя хмурила свои тонкие и аккуратные брови, слегка морщила нос и кривила губы. От этого ее красивое лицо принимало выражение легкого омерзения или презрения.

Григорий не отставал от матери и пытался копировать ее мимику и манеры. Но делал это только тогда, когда рядом не было никого из взрослых. Еще одну беседу с бабушкой Агатой и отцом он не хотел.

Сама бабушка Агата считала недостойным показывать свои истинные эмоции и чувства кому-либо кроме мужа. Потому в общении она была вежлива, тактична, но не более. Никакой теплоты или заботы. Только назидание и холодность.

– Тебе не надоело быть с ними строгой? – нарушил тишину дедушка.

– Надоело. Но если не заставлять их учиться, тренироваться и работать, то кто их научит всему, что пригодится в жизни?

– Школа.

– Школа. – Даже за стенкой был слышен смех бабушки. – Многому она научила тех, кто был за полярным кругом? А тех, кто был вместе с Григорием и Риджиной на острове? Нет. – Каблуки туфель вновь застучали по паркету. – Если бы не те знания, что внуки получили здесь, в поместье, неизвестно, чем бы закончились их почти каникулы.

– Но там были и другие студенты, и они неплохо справлялись с заданиями.

– Вот именно – неплохо, – бабушка повысила голос, – но не этого мы хотим для нашей семьи. Неплохо – это мы оставим для неудачников, хорошо – для лентяев, которым не хватает труда идти дальше. Даже отлично – это не наша высота.

– А что тогда?

– Замечательно. Только замечательно. На меньшее не должен соглашаться ни один Рогов.

В комнате воцарилась тишина. Думать о том, что я услышала, не хотелось совершенно, но было необходимо. Разговор нужно было дослушать до конца. Я задержала дыхание в надежде, что бабушке Агате не придет в голову поменять гардероб.

Чем занимались в комнате взрослые, непонятно. Было тихо. Каблуки туфель-лодочек не стучали по паркету. Не слышалось пение и чириканье птиц, которых вокруг поместья было в большом количестве. Дедушка привозил все новые и новые сорта кустарников и деревьев, которые приживались благодаря магическому вмешательству. Территория поместья представляла для пернатых рай. Их никто не гонял, еды было вдоволь, мест для гнездования тоже. Птицы совершенно не боялись присутствия магов и щебетали в свое удовольствие.

Это не нравилось некоторым обитателям поместья. Поэтому дедушка Сергей установил магический купол, который заглушал или отключал звуки, которые доносились с улицы или, наоборот, из поместья на улицу.

Магическая вибрация внезапно прекратилась.

«Наверное, это бабушка и включила купол „тишины“ и напитала его магической силой, чтобы ничто и никто не мешал вести разговор».

– Когда ты избавишься от этих птиц? – проворчала бабушка Агата и тут же сама ответила: – Никогда. Ты так любишь слушать их пение, что просто не можешь представить, каково нам, тем, кто не в восторге от всего этого шума.

– Мне просто нравится природа. Это настоящая магия, и ее надо беречь. Значит, ты решила немного дать им отдохнуть? – спросил пожилой маг, ловко меняя тему.

– Не я – мы. И «да»  – ответ на твой вопрос.

– Разумно. – Дедушка сделал несколько шагов к двери, за которой я пряталась. – Но теперь об их потенциале знаем не только мы, но и другие. Надо пересмотреть программу подготовки. Я займусь этим, как только вернусь из Коллегии.

Я огляделась. В гардеробной мало места, нужно срочно придумать, куда спрятаться. Любое применение магии – и будет то же самое, если за обедом в столовой объявить всем, что подслушивала разговоры.

«Вычислить по магическому следу никому не составит труда, даже тете Элизе, которая была самым слабым магом семьи. Может, в одежде спрятаться?» Но смотреть, как переодевается дедушка, мне совсем не хотелось. «Пусть произойдет чудо и он сюда не войдет. Ну пожалуйста, маленькое чудо. Я ведь много не прошу». Я зажмурилась.

– Лучше подумай об этом сейчас. Нечего тратить время на одежду. Ты и так прекрасно выглядишь. – «Никогда не была так рада вмешательству бабушки Агаты, как сейчас». – Там не оценят, а нам надо как можно быстрее менять занятия. То, что ставку надо делать на внучку, многое меняет.

– Это точно. – По звуку удаляющихся шагов я поняла, что пока никто не собирается заходить в гардеробную. – Все не перестаю удивляться выбору Анны. Ведь не просто так она вышла замуж за человека.

– И развелась с ним, – недовольно перебила Агата мужа.

– Не об этом сейчас речь. Риджина – полукровка. Многие из них сейчас показывают большую магическую силу, и она не исключение.

– Думаешь, Анна уже тогда что-то знала?

– Возможно. Не удивлюсь, если так. Мы ее хорошо учили.

– Вот именно – хорошо. А надо было лучше.

– Спокойно, Агата. У нас все получится.

Можно было немного расслабиться, я тихо подошла к двери, где была небольшая щель. Было видно, как дедушка подошел к жене и нежно приобнял ее за плечи.

– Знаю, тебе не терпится добиться цели, но надо немного потерпеть. Надо всего немного времени. У нас все получится, – тихо прошептал мужчина.

– Это сложно. Особенно теперь. Я ошиблась, мы занимались не с тем. Когда я смотрела те записи, что ты привез, я видела будущее нашей семьи, исполнение всех наших смелых мечтаний и идей.

– Знаю, я тоже видел.

– Такая сила, такая мощь. И это только сейчас, когда на ней только учебный браслет. Что же будет, когда она пройдет самый важный экзамен и получит свой браслет, настоящий, когда познает всю мощь, на которую только способна?

– Риджина может привести семью на Олимп. – От этого тихого ответа мои волосы на затылке стали приподниматься, а руки стали влажными. – Главное, умело направить эту силу, и тогда она сможет уничтожить любого мага, который встанет у нас на пути. Любого.

– И ни одного не будет, кто сможет ее остановить? – бабушка повернулась лицом к дедушке Сергею. – А что, если мы создадим чудовище? Я видела ее глаза, видела, что она может разрушать и ломать все и вся.

– Магия может многое. Как и наша внучка. Нужно это просто контролировать. Риджина рождена, чтобы царствовать. Ты помнишь? – бабушка чуть скривилась, будто наступила на червяка и испачкала свои лучшие туфли. – Помнишь. Все же Патрик дал ей хорошее имя. Имя, с которого начнется величайшая страница истории семьи Роговых.

– Да, имя правителя магической Европы должно быть сильным. Никакой Коллегии, только одни Роговы.

В шоке я попятилась от двери. Знала, что родственники спят и видят, как бы оказаться среди Девяти магов Коллегии Европы. Но чтобы вот так – всех убрать и оставить только одну семью у руля? Нашу семью. И я буду их орудием.

«Роговы – правители Европы».

Я обняла себя, почему-то стало холодно. Руки тряслись, и немного закружилась голова. Ноги стали ватными, и вскоре я обнаружила, что сижу на полу между комодами, где находится внушительная коллекция бабушкиных туфель.

Вокруг был полумрак и кучи одежды. На одной стороне висели платья и костюмы бабушки, на другой – пиджаки, рубашки и брюки дедушки. Еще тут были шкафы с нижним бельем, трикотажными изделиями и обувь. Обуви было много. Роговы любили хорошо и стильно одеваться. Одно время всех обитателей поместья заставляли переодеваться к каждой трапезе в столовой. Даже для нас с Григорием не делали исключения.

«Замечательно», – так сказала бабушка. Я закрыла глаза.

Знала же, что подслушивать нехорошо, но чтобы так все обернулось. Все эти годы учебы, музыки, рисования, частных учителей и тренеров – все это не просто случайность. Все было подчинено цели, строго намеченной и продуманной. Цели – сделать из нас орудие для захвата власти. Мы как личности им не нужны. Мы – это средство достижения собственной власти и не более. Как же это так?

Я почувствовала слезы на щеках. Я редко позволяла себе так реагировать на ситуацию при ком-то, но в одиночестве никто не мешал выплакать печаль и разочарование.

Мы – просто орудие. Все эти годы мы послушно делали, что нам велели. Мы учились и становились лучшими. Нас заваливали дополнительными заданиями, и, вместо того чтобы играть и веселиться с друзьями, мы корпели над книгами и учили новые заклинания. И ради чего? Чтобы захватить власть и реализовать чьи-то амбиции?

Злость пришла на смену разочарованию. Слезы высохли, и адреналин начинал стучать в крови, требуя немедленно наказать виновных. И если наказать не получится, так хотя бы дать волю энергии. Мне захотелось оказаться в спортивном зале и хорошенько отдубасить боксерскую грушу. Но заклинание телепортации мы с Григорием еще не изучали, а потому просто переместиться в спортивный зал не получится. К тому же применение магии будет замечено хозяевами комнаты.

При мысли о дедушке с бабушкой я поднялась с пола и осторожно приблизилась к двери. В комнате никого не было. Прислушалась: пение птиц и ничего больше.

«Это сколько времени я здесь провела?»

Осторожно открыла дверь гардеробной и заглянула в комнату. Никого. Часы, стоявшие на прикроватной тумбочке у окна, показывали, что сейчас самое время спускаться к обеду. Опаздывать было нельзя. Сразу начнутся расспросы, которых хотелось бы избежать.

«Имя, с которого все начнется», – эта фраза вертелась у меня в голове, пока я шла в свою комнату, расположенную в небольшой башенке.

«Патрик дал ей хорошее имя».

Это точно.

В детстве я как-то спросила маму, почему меня назвали именно так. Ведь необычное имя, не очень подходящее для их семьи. На что получила ответ, что это идея папы.

– А то, что имя немного непривычное, так ничего страшного, в Шотландии и не такие имена бывают.

– Но мы не в Шотландии, – тогда ответила я и отправилась в библиотеку искать информацию о своем имени и нашла. Тогда я гордилась им, почти светилась от счастья и осознания своего величия. Потом был урок верховой езды, а после чистка конюшни, так что от величия и торжества не осталось и следа. Как и сейчас. Сначала я была так довольна, что пробралась в комнату к дедушке Сергею и бабушке Агате, Григорию такое никогда не удавалось. Теперь же настроение было совсем невеселым.

Я наконец добралась до своей комнаты и устало присела на кровать. Понимание, что меня просто используют, давило и обескураживало. Но еще больше угнетало то, что это делали близкие люди.

Семья не должна так поступать. Ведь мы должны поддерживать друг друга, а не… Вот они и поддерживают нашими силами семью. А мне остается только ответить им тем же. Нет. Не позволю манипулировать собой, делать из меня послушное орудие. Нужна власть, пусть сами ее и берут. Мне не надо. Меня все устраивает.

От принятого решения стало легче. Ощущение правильности успокаивало.

Но они же просто так не отстанут. Бабушка вцепится похлеще бульдога. Дедушка еще тот интриган и придумает очередную схему. Тогда и мне надо придумать план. Никакой политики, никаких интриг, никакой работы в Коллегии и прочей административно-магической ерунды. Как быть с магическим потенциалом? Его надо развивать. Магия без работы и развития – что цветок без солнца и воды. Значит, будем учиться и тренироваться. Специализация? Пусть будет что-то нейтральное, спокойное, но интересное.

Я задумалась и посмотрела на комод, где стояли фотографии членов семьи и друзей.

Это будет что-то такое, что им не нравится, от чего они воротят нос. Точно. Работа с людьми. Это весело, интересно. И в конце концов, я – полукровка. Пора начинать этим пользоваться. И имя. Имя? Теперь не Риджина. Теперь… Рид. Рид Рогова.