После нескольких дней планирования, длительного общения и организации творческой программы проект был готов. На церемонии открытия «Студии грез» я с трудом могла скрыть, как была горда.

Я придумала приветствовать каждого гостя, предоставляя ему уникальную возможность почувствовать очарование маяка. Для этого каждый получил маленькое послание, написанное с любовью, запечатанное в миниатюрной почтовой бутылке.

Эдвард, хотя поначалу и неохотно, в конце концов согласился произнести вступительную речь. Его слова должны были послужить прелюдией к глубокому символическому действию, призванному привлечь каждого гостя лично. В качестве ритуального жеста надежды и сплоченности присутствующие должны были написать свои пожелания на небольших лодочках, которые я сложила из экологически чистых материалов, и вместе отпустить их в море. Это действие должно выразить нашу привязанность к острову и друг к другу.

Далее по плану закуски: пикантные и сладкие блюда, включающие картофельный суп и острые чипсы из морских водорослей, пирог, приготовленный в форме нашего выдающегося маяка. В сочетании с приятной музыкой это должно было создать подходящую атмосферу для общения.

Я подготовила гостевую книгу, страницы которой были предназначены для добрых пожеланий и мыслей. Фотоаппарат для моментальной съемки должен был запечатлеть моменты радости и единения на память.

С такими приготовлениями я надеялась организовать праздник, который не только отметил бы открытие нового места для встреч и творчества, но и послужил бы отправной точкой для интеграции Эдварда в островное сообщество. Наш проект открывал многочисленные возможности.

Настал день возвращения Эдварда. Мое сердце подпрыгнуло, когда я добралась до маяка, из высоких окон которого лился свет.

– Он вернулся, – сказала я Бьерну и Джоши, весело напевая. – Наконец-то!

Бьерн, который поначалу ревниво относился к Эдварду, оставался спокойным и, похоже, тоже был рад снова увидеть друга. Я с размаху распахнула дверь, и мы быстро вбежали внутрь.

– Эдвард, – позвала его я. – Мы здесь!

– Я так и думал, – раздался голос из кухни. Эдвард явно был в хорошем настроении. Вскоре он пришел к нам с большим подносом. – И я уже кое-что приготовил.

На подносе стояли небольшие порции блюд, которые планировалось подать на следующий день на церемонии открытия. Мое внимание привлек мини-торт в форме маяка.

– Ух ты, Эдвард, – сказала я, чувствуя, как потекли слюнки. – Ты снова превзошел самого себя.

– Я должен был потренироваться, чтобы блюда получились идеальными, если действительно придет много людей, – сказал он. – Или на тот случай, если кто-нибудь вообще придет.

– Конечно, люди придут, – сказала я, и Бьерн кивнул. – Все будут здесь. Вот увидишь!

– Ну хорошо, – отозвался Эдвард, налил в глубокую тарелку картофельный суп и протянул ее мне. – Хочется верить.

– Пахнет очень вкусно, – пробормотал Бьерн, и я одобрительно кивнула. – Жаль, что я призрак, а то снова мог бы что-нибудь съесть.

– Кто знает, – сказала я, подув на ложку и сделав первый глоток. – Может, там, куда ты пойдешь дальше, ты снова сможешь поесть. В конце концов, мы не знаем, хотя ты наверняка скоро узнаешь… Но сначала о тебе, Эдвард. Как дела у твоей сестры и как поживает твой маленький племянник?

Эдвард рассказал о встрече с родными, о том, как сильно боялся встречи, и о бесконечной радости и облегчении, когда все встретились и старые конфликты были разрешены. Он выглядел еще более спокойным и довольным, чем до своего пребывания в Англии, о чем, в частности, свидетельствовали его прямая осанка и расслабленные плечи. Я порадовалась за него и в то же время ощутила покалывание в груди. Я сильно тосковала по дому.

Хотя я нередко по несколько недель отсутствовала там, после трех месяцев, проведенных вне дома, желание обнять родителей, встретиться с подругами и вернуться к привычной повседневной жизни охватывало меня все сильнее и сильнее. В то же время я знала: отъезд не за горами.

Домик был в моем распоряжении до понедельника, то есть я должна была остаться еще на два дня после нашего большого праздника. Продлить аренду я не смогла, поскольку после меня дом уже забронировали. Я подозревала, что Эдвард, по своей щедрой натуре, несомненно, предложит мне пожить на маяке, однако интуиция подсказывала: следующая глава жизненного приключения ожидает меня в другом месте.

Возможно, я бы поддалась тоске по дому и вернулась в Берлин. Может, напротив, тоска улетучилась и я уехала бы на несколько недель на другой норвежский остров или в город, чтобы получить больше впечатлений и завести новые знакомства. Я еще не знала, куда меня унесет ветер, но была уверена: все будет хорошо.

Когда дыхание перемен наполняет паруса, мы отправляемся в путь навстречу новому.