Мы с Шанель остановились в конце фойе, пораженные зрелищем, которое раньше видели только во снах. Дым клубился повсюду, а из скрытых усилителей гремела рок-музыка. Розовые, синие и желтые огни кружились в центре танцпола, освещая толпу извивающихся, танцующих людей.

На стенах появились голографические изображения целующихся пар, и мне пришлось сжать губы, чтобы не таращиться с открытым ртом от благоговения. И от зависти.

— Куда пойдем? — спросила я Шанель, стараясь перекричать музыку.

— Хочешь пройти на второй этаж? — она указала вверх. — Мы можем посмотреть сверху, танцуют ли ребята.

Я кивнула. Мы протиснулись сквозь толпу и дым и помчались вверх по лестнице. Я чуть не закричала, когда ступеньки начали медленно раскачиваться из стороны в сторону. Мои пальцы вцепились в перила, удерживая меня на ногах.

Движущиеся лестницы — не самая умная вещь в здании, где подают алкоголь. Что, если кто-то упадет? И я серьезно. Можно было подать на них в суд. Мой папа был адвокатом, и это было как раз то, ради чего он жил.

Когда мы достигли второго этажа, музыка стала тише, и я поняла, что это из-за стеклянных панелей, окружавших все помещение, которые не только блокировали звук, но и не давали никому разбиться насмерть.

— Я слышала о таких лестницах, — сказала мне Шанель, широко улыбаясь. — Когда человек слишком много выпивает, это должно привести его в чувства. Это так чертовски классно! — смеясь, она направилась к бару.

Я последовала за ней и оперлась локтями на пятнистую стойку.

— Что будете пить, мисс? — немедленно спросил меня бармен. Он был Деленсинцем. У него была синяя кожа — как и у всех его сородичей — и шесть рук, что позволяло ему обслуживать нескольких человек одновременно.

— Эм, э-э-э…

Он нетерпеливо постучал пальцами по столу.

— Воды, пожалуйста, — наконец сказала я.

Он со всей силы ударил всеми шестью руками по мрамору с изумрудными прожилками, разделявшему нас.

— Это бар, человек, а не баня. Заказывай выпивку или уходи.

— Х-хорошо. Тогда мне «Безумного Мека». - этот напиток всегда заказывала моя мама, когда мы ходили ужинать.

Когда принесли мой напиток, светящуюся красную жидкость в запотевшем бокале, я взяла его и повернулась к Шанель, которая потягивала какой-то оранжевый коктейль.

— Ммм, — сказала она, вздыхая. — Это вкусно.

Я сделала вид, что отпила, позволяя огненно-красной жидкости дразнить (и вызвать онемение) мои губы. Я не хотела напиваться и выставлять себя дурочкой перед Эриком.

— О боже! — внезапно ахнула Шанель и указала. — Сильвер здесь. Он действительно здесь!

— Где? — мое сердце ускоренно заколотилось, я резко обернулась в ту сторону, куда она указывала. Я уловила лишь легкий намек на широкие плечи и синие волосы, прежде чем Сильвер скрылся на лестнице.

— Пойдем, пока мы его не потеряли, — Шанель бросилась вперед.

Я последовала за ней.

— Ты не видела Эрика?

— Нет, извини, — бросила она через плечо, тряхнув рыжими кудряшками. — Но он должен быть где-то здесь. Они всегда ходят вместе.

На этот раз движущая лестница не испугала меня, и я с легкостью забралась по ней. Однако я двигалась так быстро, что напиток выплеснулся через край моего бокала и потек по руке. Фу. Липко.

Шанель остановилась наверху и топнула ногой.

— Я его не вижу. А ты?

Я огляделась. На этом этаже было не так много людей, что очень облегчило мой поиск. Их здесь не было.

— Пойдем, поднимемся еще на один этаж, — сказала я разочарованно.

— Быстрее.

Мы поднялись по оставшимся ступеням и остановились на самом верхнем этаже. Здесь, было так высоко, музыка едва доносилась, превратившись в еле слышное гудение. Вокруг было довольно много людей, они разговаривали и смеялись, некоторые сидели за столами, другие развалились на черных бархатных диванах.

— Я вижу его, — яростно прошептала Шанель, сжимая мое предплечье. — Он разговаривает с Эриком.

Во рту у меня пересохло, не осталось и намека на влагу.

— Где? — прошептала я так же яростно, мой взгляд снова скользнул по комнате.

— На дальнем диване. Они сидят рядом… О Боже, они смотрят в нашу сторону. — она отвернулась от них и посмотрела на меня. — Веди себя естественно. Скажи что-нибудь смешное.

— Э-э-э… — внезапно мой взгляд встретился с взглядом Эрика, и у меня перехватило дыхание. Что мне делать? Что, черт возьми, мне делать?

В моих снах Эрик всегда улыбался, как только замечал меня. Всегда вставал и приближался ко мне, отчаянно желая быть рядом. Прикоснуться ко мне… поцеловать меня. На деле же, его карие глаза сузились, когда он посмотрел на меня, а губы сжались. В недовольстве? Мое сердце сжалось. Почему в недовольстве? Неужели я так плохо выглядела?

Он, как и всегда, выглядел потрясающе. Его светлые волосы были растрепаны и падали на лоб; темные корни блестели в приглушенном свете. Думаю, его волосы были от природы каштановыми, но блондином он выглядел хорошо. У него было кольцо в брови, слегка кривоватый нос, который, вероятно, был сломан раз или два, и острые, как стекло, скулы.

Вне школьной формы — той же белой рубашки на пуговицах и черных брюк, которые мне приходилось носить — он был восхитителен. Сейчас на нем была черная футболка и выцветшие джинсы. И то, и другое облегало его тело великолепно.

Шанель усмехнулась.

— О, это уморительно, Камилла. Просто уморительно.

— Что? — спросила я, чувствуя себя так, будто нахожусь в каком-то трансе. Может быть, я ошибалась. Может быть, его губы сжались не от недовольства, а от восхищения.

Она снова рассмеялась, звук был более натянутым.

— Это еще смешнее.

Наконец Эрик оторвал от меня взгляд, и я поняла, что ничего не делала, кроме как смотрела на него. «Вот так, Робинс, веди себя как утонченная, взрослая девушка. Уверена, ты — все, что он когда-либо хотел, и даже больше, идиотка».

— Там есть свободный столик, — сказала я, стараясь избавиться от смущения. — Присядем.

— Хорошая идея.

Мое сердце отказывалось замедляться, колотясь в ребра с избыточной силой. К счастью, я не споткнулась, не заплакала и меня не стошнило. Я заняла место, отвернувшись от Эрика. Я бы смотрела на него еще больше, если бы он был прямо передо мной, и я это знала.

Я поставила свой напиток на стол, когда Шанель устроилась рядом со мной.

— На нас кто-нибудь смотрит сейчас? — спросила я.

— Нет. — она разочарованно вздохнула.

Ох. Мои плечи опустились.

— Ну, а что они делают?

— Разговаривают с темноволосым мужчиной, у которого нижняя половина лица закрыта черной тканью. И тремя женщинами Моревв, — проворчала она.

Я услышала ревность в голосе Шанель и почувствовала свою собственную. В то время как мужчины Моревв были великолепны, женщины из Моревв были изысканны. От них захватывало дух. Их черты всегда были совершенны: маленькие, прямые носы, приподнятые глаза, симметричные скулы, безупречная кожа.

— Может, нам стоит подойти туда? — предложила она.

— Нет! — крикнула я, а затем почувствовала, как мои щеки вспыхнули. — Нет, — сказала я тише. — Подождем, когда они останутся одни. — я хотела поговорить с Эриком, да, но хотела сделать это без свидетелей, наблюдающих за каждым моим движением, слышащих каждое мое слово и видящих каждую мою ошибку.

Шанель прикусила нижнюю губу.

— А что, если они уйдут?

— Этот риск я готова принять. — лучше упустить такую возможность, чем унизить себя.

Она выглядела уязвимой.

— Я просто… ну… думаешь, эти слишком прекрасные Мореввы — это семья Сильвера? Девушки, я имею в виду?

— Абсолютно, — сказала я, но мой голос прозвучал неубедительно. Большинство парней, которых я знала, не тусовались с семьями в клубах. Скорее всего, это были подруги. Или потенциальные подруги. Мне так хотелось обернуться и понаблюдать за их языком тела с Эриком. «Не делай этого. Не смей». — Что они делают сейчас?

— Все еще разговаривают.

— Эрик обращает внимание на женщин?

— Нет, но они пялятся на него, как на бесплатные конфеты. Это отвратительно, правда. Они старые.

Старые. Отлично. Как раз такие нравятся Эрику. Моя ревность усилилась. Я на мгновение перевела дыхание, позволив своему вниманию зацепиться за группу девушек, только что поднявшихся по лестнице. Они подошли к бару.

Я готова была поспорить, что они были всего лишь немного старше меня, но выглядели круче, каждая излучала ощутимую ауру, которая говорила: «Я скорее надеру тебе задницу, чем буду разговаривать с тобой». Они были пестрым ассортиментом цветов, от брюнеток до блондинок и даже рыжеволосой. У одной из девушек даже была татуировка синего трезубца на щеке.

Шанель перевела взгляд с парней на группу девушек, которую я только что заметила.

— Эрик побледнел, когда увидел их, — сказала она, снова привлекая мое внимание. — Думаешь, он их знает? — почти не переводя дыхания, она добавила: — Вот это да! Рядом с парнями есть свободный столик. Если мы пересядем, сможем подслушать их разговор.

Я яростно покачала головой.

— Мы не можем пересесть. Это будет слишком очевидно.

— Ну, мы и здесь не можем просто сидеть. Мне нужно знать, о чем они говорят. — она допила свой напиток и с грохотом поставила стакан на стол. — Дай мне минуту подумать, и… подожди. Я знаю, что мы можем сделать. — протянув руку, она ударила по моему стакану и «случайно» опрокинула его.

Жидкость пролилась на меня, и я, вскрикнув, вскочила на ноги.

— О, черт, — громко заявила она. — Я такая неуклюжая, опрокинула твой напиток.

Несколько капель попали на мои ботинки, и я нахмурилась, глядя на Шанель.

— В следующий раз предупреждай меня.

— Прости. У меня появилась идея, и я ей воспользовалась. — обращаясь к нашей теперь уже заядлой аудитории, она сказала: — Похоже, придется пересесть.

Я чуть не застонала. Не так очевидно, да?

В зеленых глазах Шанель блеснуло удовлетворение, когда она встала.

Кто-то бросился убирать со стола, чтобы нам не пришлось пересаживаться, но мы поспешно направились к уже пустому столику напротив Эрика и Моревв. Я знала, что они наблюдают за нами… чувствовала, как их взгляды прожигают меня насквозь… и знала, что снова залилась румянцем.

Я ненавидела, ненавидела то, что не могла контролировать этот явный признак смущения.

Мы сели, и Шанель заказала еще один напиток через настенный терминал. Заказ принесли через несколько минут, и мы остались одни. Ну, настолько одни, насколько могут быть две девушки в клубе. Я сидела спиной к парням. Называйте меня трусихой, но я все еще не могла смотреть им в глаза. Пока нет.

Я всегда нервничала в присутствии парней. Те немногие, с кем я встречалась, были выбраны моей матерью. Свидания вслепую, которые она устраивала с детьми своих коллег. Каждое длилось ровно три часа.

Один час на ужин и два на фильм, и каждое было неловким и совершенно разочаровывающим. В отличие от Эрика, никто из них не заставлял мою кожу покрываться мурашками от осознания, а живот сжиматься от… не знаю чего.

— О нет! — воскликнула Шанель с стоном, прерывая мои мысли. — Они встают.

Я выпрямилась.

— Куда они идут?

Еще до того, как я заговорила, я услышала глубокий голос Эрика:

— Спасибо, что согласились перенести эту встречу в другое место. Здесь слишком много любопытных глаз и ушей.

Упс. «Попались», — подумала я, и мои щеки снова покраснели.

К моему ужасу, Шанель помахала и крикнула:

— Привет, Сильвер.

Я откинулась на спинку кресла, сдерживая желание прикрыть пылающее лицо руками.

— Привет, — ответил он настороженно. Смущенно.

Прошло мгновение. Шанель нахмурилась.

Что произошло? Наконец я набралась смелости и посмотрела. Я повернулась и взглянула на ребят. Сильвер отвернулся от Шанель, оборвав всякую надежду на разговор. Внимание Эрика было приковано к темноволосому мужчине в маске. Его плечи были напряжены, а спина выпрямлена как струна.

— Пойдем, — сказал Человек в Маске. — Ты прав. Воздух здесь сейчас немного… токсичный.

Эрик кивнул, его взгляд скользнул к девушкам у бара. Те самые девушки смотрели на него, все их взгляды были устремлены на него, словно он был мишенью на стрельбище. Одна из них, высокая, симпатичная азиатка, даже подняла свой бокал в его сторону.

На скуле Эрика дернулся мускул.

Я наблюдала за этой игрой с нарастающим чувством страха. Они знали друг друга? Эта ли девушка нравилась Эрику? Вероятно.

В следующее мгновение мой взгляд встретился со взглядом красивой азиатки. Она перестала смотреть на Эрика и теперь смотрела на меня. На меня? Почему? Я старалась не вздрогнуть под ее пристальным взглядом, хотя ее темные глаза, казалось, отмечали каждый мой недостаток.

Если бы я была смелой, то показала бы ей средний палец. Но я не была такой, поэтому сидела на кресле и ничего не делала. Трусливая Камилла всегда ничего не делала.

Мои глаза расширились, когда кто-то наклонился ко мне, вторгаясь в личное пространство. Я отстранилась… пока не поняла, что это был Эрик.

Я замерла от шока, когда тепло его тела и сосновый аромат окутали меня. О Боже. О Боже. В его темных глазах блеснула решимость.

— У меня кое-что есть для тебя, — хрипло сказал он.

Дрожь пробежала по моей спине. Он не только был рядом, но и разговаривал!

— Х-хорошо, — пролепетала я. Слышал ли он как у меня перехватило дыхание? Серьезно. Это было… это было… неожиданно и чудесно, и все, о чем я мечтала, и я понятия не имела, как на это реагировать.

Эрик положил что-то мне в руку, и мои пальцы мгновенно обхватили это. Оно было мягким, немного помятым. Салфетка? О Боже. Он написал на ней свой номер телефона?

— Ты…

Он приложил палец к моим губам, заставив меня замолчать.

— Поговорим в понедельник в школе. — затем, он ушел.

Мы поговорим? Больше, чем сейчас? Я смотрела, как Эрик удаляется от меня, настолько ошеломленная, что чуть не сползла с кресла. Серьезно. Я сплю?

Человек в Маске и остальные стояли перед охраняемой дверью в задней части комнаты, ожидая, хмурясь. Эрик что-то сказал им, но я не могла расслышать. Один из них набрал код на панеле, и они исчезли в соседней комнате.

— Боже милостивый, что он тебе дал? — выдохнула Шанель.

— Не знаю. — с трепетом я разжала руку. Салфетка, как я и предполагала. Улыбаясь, я развернула края. Верх был пуст, поэтому я перевернула ее. Но когда увидела, что другая сторона тоже пуста, моя улыбка исчезла. — Я не понимаю.

— Дай мне посмотреть. — Шанель выхватила ее у меня, осмотрела и нахмурилась. — Это что, какая-то шутка?

В тот момент, когда она заговорила, меня накрыло осознание. Слезы жгли глаза. Шутка. Только шутка. Он, вероятно, знал, что я влюблена в него, и сделал это, чтобы напомнить, что он мне не по зубам.

— Мы не можем позволить ему уйти без объяснений. — хмурясь, она бросила салфетку обратно мне. — И извинений!

Я запихнула эту глупую вещь в карман, представляя, как вытаскиваю ее и сую Эрику в лицо. Как он посмел! Как будто мне нужно было напоминание. Я знала. Однако это никогда не мешало мне надеяться. До сих пор.

— Ну? Ты собираешься что-нибудь предпринять?

«Перестань быть трусихой». Хотя бы на этот раз. Я, может, и Невидимка, но всё равно заслуживаю уважения.

Я взглянула на охранника, стоявшего у двери. Это был крупный человеческий зверь, который, наверное, на завтрак ел гвозди, а на десерт — маленьких детей.

— Как я смогу войти туда?

— Я видела код и, кажется, знаю способ обойти Халка.

Пока она излагала план, я побледнела.

— Не знаю, — уклончиво ответила я. — Это кажется опасным.

— Ты была достаточно храброй, чтобы прийти сюда, — отметила Шанель. — Теперь будь достаточно храброй, чтобы бороться за то, чего ты заслуживаешь.

В ее устах это прозвучало так просто.

— Хорошо. — я вздохнула. — Я сделаю это.

— Да! Я знала, что ты согласишься.

Мы встали, не подозревая, что вот-вот запустим цепь событий, которые уже невозможно будет исправить и которые навсегда изменят нашу жизнь.