«Я сделал все выводы из полученного мной урока и выработал свою технику экзаменационного ответа. Она заключалась в том, что накануне экзамена или, еще лучше, рано утром натощак в день экзамена я вызубривал возможно большее количество дат и, получив на экзамене вопрос, начинал свой ответ с того, что ошарашивал экзаменатора знанием дат. Сдавая экзамен по истории английской литературы и получив вопрос „Байрон“, я начинал примерно так: „Байрон родился в 1788 году, 18 лет после того, как родился Вордсворт, который родился в 1770 году, и 16 лет после того, как родился Кольридж, который родился в 1772 году, и за 7 лет до того, как родился Ките, который родился в 1795 году…“ При этом, поскольку мой ответ был просто воспроизведением того, что я зазубрил, мне не требовалось никакого времени для подготовки к ответу, я всегда начинал отвечать в ту самую секунду, когда получал вопрос, также и этим ошарашивая экзаменатора. Таким образом, отвечая, я как бы бросался в своего рода психическую атаку.
В глазах экзаменатора появлялось беспокойство или даже испуг. Он, естественно, не мог помнить всех дат, которые я выпаливал, и боялся, что я это замечу. Если бы я взял ту или иную дату с потолка, он мог и не заметить этого и таким образом разоблачил бы свою некомпетентность как экзаменатора. Залпа, состоящего из нескольких дат, более или менее притянутых за волосы, обычно хватало для того, чтобы неприятель был смят и его батареи подавлены. Вскоре в мое экзаменационное направление торопливо вписывалось „отлично“. Так я сдал на „отлично“ множество экзаменов, и параллельно моим успехам в науке росло мое сомнение в том, что есть какой-то смысл в университетской науке или по меньшей мере в университетских экзаменах…
Тому, чтобы университетская наука оказалась окончательно скомпрометированной в моих глазах, воспрепятствовал Л.В. Щерба».
(М.И. Стеблин-Каменский. Экзамен у Л.В. Щербы)