Люси сделала вид, что перекладывает свои бинты, пока Диас болтал с ней, неся полную чепуху. Он ждал предварительных результатов вскрытия, которое проводил Рик, и, похоже, решил остаться и побеспокоить её.

— Знаешь, я могу позвонить тебе, как только он закончит, — предложила она.

Диас махнул рукой и улыбнулся.

— Нет, это не проблема.

Она отвернулась от него и нахмурилась. Нет, его это не беспокоило. Он не находил её компанию невероятно раздражающей. В хороший день ей не особенно нравился Диас, да и сегодня был не лучший.

Всё началось плохо и, казалось, становилось всё более раздражающим. Обед с доктором прошёл не очень хорошо, по крайней мере, по её мнению. Мнение врача может отличаться. Его непрекращающийся флирт нервировал, а тот факт, что он излагал свои многочисленные планы на жизнь, которую будут вести он и его будущая пара, вызывал беспокойство. Может быть, она прочитала это совершенно неправильно, но, похоже, он пытался втянуть её в эту роль.

Люси не могла выбраться из ресторана достаточно быстро и благодарила всех богов, которые на самом деле присматривали за ней, когда Рика вызвали на место преступления. О, это звучало ужасно. Конечно, ей не понравилось, что бедная женщина умерла, но время было на её стороне.

Диас болтал о своей машине или, может быть, о кузене. Ягуар легко мог быть машиной или человеком. Она просто время от времени вставляла «ага», и он казался удовлетворённым.

Рик вошёл в дверь и начал снимать пластиковый фартук.

— Я передал пули одному из наших экспертов для подтверждения, но, похоже, они были выстреляны из того же пистолета, которым убили покойного агента Ривза. Как и агент Ривз, я бы сказал, что она умерла рано утром.

Диас задумчиво кивнул.

— У Каттера дела плохи.

Глаза Люси вспыхнули, и она поймала взгляд Рика, прежде чем снова посмотрела вниз, делая вид, что сосредоточена на своих повязках и игнорируя тот факт, что её щеки горели.

— О? — с интересом спросил Рик.

Диас сухо усмехнулся.

— Да, очевидно, Каттер тоже связан с этой жертвой, и у неё были его контактные данные. Она встретилась с Клейтоном за день до его смерти.

— Вы же не думаете, что Каттер имел какое-то отношение к этим убийствам?

— Чушь! — выпалила Люси, когда её ежиха в знак согласия мяукнула. — Каттер никогда бы не сделал ничего подобного!

Она закусила губу, когда Диас посмотрел на неё с жалостью, а Рик приподнял бровь в её сторону. Люси пробормотала быстрое «извините» и убежала из комнаты.

Это не помешало ей услышать, как Диас сказал:

— Я не уверен, что он несёт за них ответственность, но я определённо думаю, что он каким-то образом причастен ко всему этому.

Сын бисквита, ей это совсем не нравилось. Какими бы неловкими ни были её отношения с Каттером, потребность защитить его по-прежнему пронизывала её. Может, ей стоит предупредить его о том, что происходит. Худшее, что он мог сделать — это просто рассмеяться и сказать ей, что она слишком остро реагирует, но, по крайней мере, Люси почувствовала бы себя немного лучше в этой ситуации. Да, как только сможет, она отвлечёт его в сторону и предупредит.

Да, она ещё думала о нём, как о её волке. Её сердце на мгновение могло заикнуться, но это заставило её понять, что чувства не изменились. Она по-прежнему хотела его. Её ежиха согласно фыркнула. Да, она должна убедиться, что с её волком всё в порядке. В конце концов, если бы его по ошибке посадили в тюрьму или что-то в этом роде, это действительно затруднило бы их будущий брак и дюжину или около того маленьких ёжиков, которые у них обязательно были бы. Ей, вероятно, следует опустить эту часть, когда будет говорить с ним — она не хотела, чтобы Каттер умчался в Мексику.

* * *

Каттер был не в порядке. Он закипел, когда волк-перевёртыш злобно посмотрел на него, а затем предложил отстранить его. Что за херня? Его собственный волк раздражённо взвыл.

Когда Директор вызвал Каттера в свой кабинет, он не упомянул о том, что там будет сотрудник внутренних расследований. Нет, тот факт, что особенно злобный придурок агент по имени Харви Блю сидел и вставлял свои бесполезные мысли, был неприятным сюрпризом.

Каттер имел с Харви больше дел, чем он хотел упомянуть, когда они оба были в Урсе, а теперь ещё и в те несколько недель, что Харви был в Лос-Лобосе. Отделение внутренних расследований касались жалоб или случаев неправомерных действий агентов АСР. Каттер, как правило, получал множество жалоб на его деспотичный подход к преступности, и Харви нравилось брать его на себя за это.

— Ему действительно нужно быть здесь? — прошипел Каттер сквозь стиснутые зубы.

— Я имею полное право находиться здесь, — мягко и самодовольно ответил Харви, полностью игнорируя смертельный взгляд, направленный на него Каттером.

Директор оставался невозмутимым. Единственным признаком того, что он подавлял желание задушить их обоих, было лёгкое подергивание брови.

— Харви здесь только для того, чтобы обеспечить соблюдение процедур и отсутствие конфликта интересов в отношении тебя и Сэди Бошамп.

Каттер с отвращением всплеснул руками.

— Какой может быть конфликт? Да, я встречался с ней несколько раз, она была потенциальным свидетелем по делу, которое я и Клейтон вели в Урсе, но она ничего не знала, и ничего не произошло.

Глаза Харви загорелись интересом, когда в них просочился янтарь. Его волк выдвигался вперёд, и волк Каттера тоже, готовый драться в случае необходимости. Эти два волка никогда раньше не дрались, но раз или два были близки. Харви, похоже, решил по какой-то причине выгнать Каттера из АСР или, возможно, арестовать. Ладно, может быть, была одна или две причины, по которым он мог бы использовать — проблемы с управлением гневом Каттера, тот факт, что он был склонен к насилию, его неуважение к власти, — но казалось, что это было нечто большее. В АСР были агенты, которые были намного хуже Каттера, в основном они работали в спецназе, где они могли решить свои проблемы с гневом на дверях и случайных перевёртышах, которые полностью этого заслуживали, но Харви, похоже, имел обиду на Каттера. Похоже, для этого не было причин. Эй, может, Каттер однажды влез в очередь и получил последний маффин, который хотел Харви. Кто знает?! Не то чтобы Каттера это волновало. Он мог жить с ненавистью. Ненависть была для него нормальным явлением, он не возражал.

— Это было дело Марони? — остро спросил Харви.

Каттер старался не показывать эмоций, на этот раз пытаясь скрыть бурные эмоции, находящиеся внутри него. По опыту он научился с осторожностью говорить об этом конкретном случае.

— Да, — прямо заявил он.

— Когда ты в последний раз видел Сэди?

Каттер пытался сдержать разочарование.

— Три года назад. Ещё тогда, когда расследовал это дело.

— Зачем Клейтону говорить с ней?

— Понятия не имею, — ответил Каттер. — Как я уже говорил, десятки раз, я даже не знал, что Клейтон в городе.

— Как думаешь, кто-то убил Клейтона и пытался убить Сэди из-за дела Марони? Как ты думаешь, Клейтон что-то нарыл об этом деле, и ему нужно было поговорить об этом с Сэди?

Вопросы ударяли его по лицу и даже остановили его бродящего волка, но, честно говоря, Каттер начинал думать, что это так. Но почему сейчас, спустя три года, он понятия не имел. Он мог только предположить, что, возможно, Клейтону удалось что-то выкопать, что-то, что он, очевидно, хотел исследовать дальше в Урсе, и что-то, что касалось теперь пропавшей Сэди Бошамп.

— Понятия не имею, — честно ответил Каттер.

Его глаза метнулись с очевидного недоверия Харви к Директору с безэмоциональным лицом. В этом случае змей-перевёртыш ничего не выдавал. Если не считать кратковременного гнева, который вызывали более экстремальные действия Каттера, он, как правило, был довольно сдержанным и никогда не выказывал особых эмоций, и на этот раз не стал исключением.

Каттер снова посмотрел на Харви, и в его сторону мелькнуло выражение чрезмерной ненависти. Харви никогда бы не сказал Каттеру, что ненавидит его, но он определённо громко думал об этом, возможно, надеясь взорвать себе голову одними мыслями.

Харви посмотрел на Директора.

— Джерри, тебе нужно временно отстранить Каттера.

— Что?! — проревел Каттер, вскакивая со стула.

Его взгляд метался между насмешливым Харви и явно выраженным подёргиванием глаз Директора.

Директору не понравилось, как Харви фамильярно назвал его по имени и отдавал ему приказ. Внутренние расследования (прим. пер.: далее будут обозначатся, как ВР) считались выходящими за рамки обычной юрисдикции в рамках АСР, и они подчинялись непосредственно начальнику Директора, но большинство агентов ВР были достаточно умны, чтобы выказывать своему Директору — директору следственной группы и другим директорам АСР некоторое уважение. Харви был склонен вести себя так, как будто почти все в АСР были ниже его, и проявлял к ним такое же презрение, как и к вонючему, устаревшему рыбному филе.

Директор откинулся на спинку стула и переводил взгляд между самодовольным выражением лица Харви и убийственным выражением лица Каттера.

— Послушай, Харв, — волк раздражённо вздохнул — он ненавидел, когда его называли Харвом, — я думаю, что это может быть слишком острой реакцией. Каттер в данном случае не сделал ничего плохого.

Харви фыркнул.

— Он знал обеих жертв.

— Нет, — сказал Директор обманчиво мягким голосом, — не знал.

Харви в недоумении посмотрел на него и, увидев сузившиеся глаза Директора, Каттер немного успокоил своего зверя и сел. Гнев Директора, для разнообразия, был направлен не на него, и Каттер почувствовал на мгновение теплоту к своему начальнику и немного обрадовался, что Харви не добился своего.

— Каттер, — продолжил Директор, — знал Клейтона. Как и многие другие агенты и директора, работающие здесь. Я имел удовольствие работать с Клейтоном, когда начинал свою карьеру в Урсе.

Он на мгновение остановился, когда печаль на мгновение промелькнула в его глазах, и Каттер почувствовал товарищество со змеем, которого никогда не было в их предыдущих отношениях.

Директор подался вперёд на своем стуле и опёрся на стол, сомкнув пальцы.

— Даже ты работал с Клейтоном, когда был в Урсе.

— Я бы не сказал, что мы работали вместе, — усмехнулся Харви.

Директор поднял руку, призывая к тишине, и Каттер был впечатлён тем, как покрасневший Харви на самом деле замолчал.

— И насколько мне известно, Каттер на самом деле не знает нашу вторую жертву.

Харви нахмурился.

— Но Сэди…

— Она не вторая наша жертва, — строго сказал ему Директор. — Наша вторая жертва — её сестра Мэри. Ты знал её сестру, Каттер?

— Я и Сэди-то почти не знал, — проворчал Каттер.

— Вот видишь.

— Но… — горячо возразил Харви.

— Нет, Харв, — отрезал Директор. — Пока достаточно. Я согласился на эту встречу со смешанными чувствами и не верю, что ситуация требует отстранения Каттера. Мы подозреваем, что эти два убийства могут быть связаны, и подозреваем, что кто-то пытался убить Сэди, но мы пока не знаем этого наверняка. Насколько нам известно, они не связаны.

Харви выглядел так, будто его ударили по лицу, и Каттеру это очень понравилось. Единственное, что могло бы улучшить ситуацию, — это если бы кто-нибудь действительно ударил его по лицу.

На секунду Харви задумался, пока его глаза торжествующе не загорелись.

— Мы нашли записки с контактными данными Каттера на обоих местах преступления.

Директор скучающе посмотрел на него хорошо отрепетированным взглядом.

— И?

— И?! — пробормотал Харви.

— Я уверен, что любой мог бы найти данные Каттера, если бы захотел. Я предполагаю, что Клейтон захотел навестить своего бывшего напарника, а что касается Мэри и Сэди Бошамп… Я уверен, что Диас выяснит это в ходе своего расследования. Что мы должны оставить ему, чтобы он продолжил.

— Но…

— Никаких «но»! — сказал ему Директор твёрдо. — Каттер уже сообщил нам, что в последнее время ни одна из потерпевших не связывалась с ним. Нет никаких доказательств того, что он лжёт по этому поводу.

— Нет, блять, я не вру, — прорычал Каттер, когда его волк взревел.

Глаза Директора сверкнули, предупреждая его замолчать.

— Диас изучает связь между этими двумя убийствами, а также координирует поиск Сэди Бошамп на случай, если она окажется в опасности. И хотя я настаиваю на том, что Каттер не прав, руководя расследованием любого из этих убийств, Диас может пожелать проконсультироваться с ним по этому поводу. Учитывая, что у Каттера всё ещё есть действующее дело, я считаю, что его приостановление было бы пустой тратой времени.

Челюсть Харви дрогнула, когда он обдумывал слова Директора, и его тон был более сдержанным, чем раньше.

— Возможно, в качестве агента ВР я должен просмотреть доказательства, которые собрал Диас, и принять это решение самостоятельно.

Директор холодно улыбнулся ему.

— Нет, у тебя нет на это полномочий. Согласно правилам АСР, тебе не разрешается просматривать действующие доказательства, если нет обоснованных подозрений в правонарушениях со стороны агента АСР.

Харви посмотрел на Директора с чистым отвращением. Взгляд, способный растопить ледник, и взгляд, который обычно предназначался Каттеру.

— Я мог бы передать это напрямую своему боссу, — мягко пригрозил он.

Змей-перевёртыш издал жалобный вздох.

— Тогда почему бы тебе не сделать это, Харв, вместо того чтобы тратить моё время зря?

Харви нерешительно посмотрел на него, но в конце концов отступил под безжалостным взглядом змеи.

— Но если бы были обнаружены доказательства правонарушения со стороны Каттера…

— Не будут! — сплюнул Каттер.

Этот ублюдок обвинял его в причастности к двум убийствам! Как он посмел!

— Тогда, естественно, он будет отстранён от должности, и к этому делу подключится Отдел внутренних расследований, — ровно ответил Директор.

Харви выглядел так, будто хотел продолжить споры, но Директор начал шуметь о том, что он занят, и добавил пару резких замечаний, над которыми Харви тоже нужно было поработать.

Волк-перевёртыш фыркал и пыхтел, пока в конце концов не выбросил слово «хорошо» со всей грацией трёхлетнего ребёнка, которому сказали, что он не сможет съесть мороженое, пока не съест всё своё брокколи. Он вылетел за дверь, только остановившись, чтобы бросить на Каттера презрительный взгляд.

После того, как он ушёл, Директор холодно и испытующе посмотрел на Каттера.

— Ты хоть представляешь, что привело Клейтона в Лос-Лобос? Или его убийство связано со смертью Мэри Бошамп?

Волк Каттера зарычал. Разве они уже не прошли через это? Но Каттер подавил его. Директор, по крайней мере, дал ему возможность сомневаться, чего он не получил бы от многих других агентов.

— Я понятия не имею, что делал Клейтон, — признался он, грустно думая о своём покойном друге. — Мы мало разговаривали. Но, если бы мне пришлось гадать, я бы сказал, что он расследует свои старые нераскрытые дела. Он не отпускал вещи так легко, и, учитывая, что у него было так много свободного времени...

— Я думал, что дело Марони раскрыто. Николас Марони в тюрьме.

— Да, но мы так и не поймали крота Марони. У него был кто-то в АСР, и мы так и не узнали, кто.

Кто-то, кто стал причиной смерти более дюжины агентов АСР. Кто-то, кто думал, что их жизнь стоит меньше пары откатов от Марони. При мысли об этом Каттера тошнило и в то же время злило ещё больше, чем ад. Три года не успокоили его гнев по этому поводу. Каттер вышел с другой стороны дела, избитый и покалеченный, но его боль была ничем по сравнению с тем, как он стал свидетелем страданий, причинённых действиями крота более чем дюжине семей. Он вцепился когтями в ладони, пытаясь хоть немного контролировать ситуацию.

— Да, я слышал об этом, — почти извиняющимся тоном сказал змей-перевёртыш. — Еще до меня доходили слухи, что внутренние расследования думали, что это ты.

Каттер невесело рассмеялся, когда его волк щёлкнул челюстями.

— Не ВР, а мой лучший друг Харв — и только он — думал, что я крот. Держу пари, что он всё ещё так думает несмотря на то, что со мной случилось.

Директор склонил голову набок и почти весело посмотрел на него.

— Вот почему ты так не нравишься Харву?

Каттер поджал губы.

— Нет, я ему и раньше не нравился.

— Твоя победоносная личность снова поражает, — пробормотал змей, прежде чем закатить глаза. — А пока я буду держать нашего приятеля Харва в страхе, просто будь на чеку. Я не люблю плохо отзываться о других агентах, но у него есть злые черты, и тебе нужно быть осторожным.

— Разве я не могу...

— Нет!

— Ты не знаешь, что я собирался сказать, — проворчал Каттер.

— Ты собирался попросить помочь с делом.

Директор сделал паузу, ожидая, будет ли Каттер отрицать это, но он не стал.

— Просто продолжай заниматься своим делом и помогай Диасу, когда он в этом нуждается.

Ответ, что Диасу нужна вся возможная помощь, почти сорвался с языка, но он остановился. Его волк обижался на него, но дипломатичность — впервые в его жизни — не причинила ему вреда. Во всяком случае, ненамного. Может, ему удастся побежать на крышу и прокричать в небо все плохие вещи, которые он хотел сказать. Это могло помочь ему почувствовать себя лучше, не так лучше, как ударить Харви и сказать Диасу, что он — полноценный инструмент для его лица, но всё же лучше.

— Хорошо, — очень неохотно согласился Каттер.

— Знаешь, ты не единственный, кому нравился Клейтон.

Змей-перевёртыш принял почти задумчивое выражение.

— Как и ты, несмотря на свои личные причуды, он был хорошим агентом и заслужил лучшего, чем быть убитым в каком-нибудь забитом блохами мотеле. Я надеюсь, что всё это разрешится быстро, и его удастся достойно похоронить. Кстати, ты хоть представляешь, какие похороны он хотел? По-видимому, его завещание говорит о том, чтобы пожертвовать всё, что у него было, в местный приют для животных.

Каттер ухмыльнулся.

— Однажды он сказал мне, что ему всё равно, где его похоронят, но он хотел, чтобы его похоронили лицом вниз.

— Почему?

— Чтобы каждый мог продолжать целовать его задницу даже после смерти.

Директор моргал несколько секунд, прежде чем издать нехарактерный хохот.

— Да, это похоже на Клейтона.