Олег

Я стою перед зеркалом и чувствую себя мальчишкой перед первым свиданием. Тёмно-синий костюм, белая рубашка, галстук — я не надевал галстук даже на переговоры с партнёрами из Европы. Но сегодня — Новый год. Сегодня мы идём к Арине. Не на сеанс, не по делу — в гости. Как семья. Я, Катя и она. И её сын, которого я никогда не видел.

Катя заходит в спальню, смотрит на меня, на галстук, и улыбается.

— Ты как на похороны собрался, — говорит она. — Сними галстук. Будь проще.

— Я не умею быть проще, — отвечаю я, но галстук снимаю.

— Возьми букет, — напоминает Катя. — Арина Сергеевна любит бордовые розы.

— Откуда ты знаешь?

— Она мне сказала. — Катя пожимает плечами. — Мы говорим о разном. Не только о школе и чувствах.

Я смотрю на дочь. Она изменилась. Не так, как меняются за месяц — так, как меняются после болезни, когда начинают ценить каждую минуту жизни. Она всё ещё молчалива, но уже не закрыта. Она говорит, когда хочет сказать. Улыбается, когда есть чему улыбаться. И смотрит на меня не сквозь, а прямо.

— Ты готова? — спрашиваю я.

— Готова, — кивает она.

— Я тоже.

Мы выходим из дома. Снег идёт — крупные хлопья, пушистые, как вата. Москва в новогоднюю ночь — город из сказки. Огни, гирлянды, ёлки в каждом окне. Я веду машину осторожно, хотя дороги чистят хорошо. Везём подарки — для Арины, для Игоря. Катя выбрала для него книгу по юриспруденции — она спросила у Арины, чем он интересуется, и та сказала, что Игорь любит историю права. Странный выбор для мальчика двадцати двух лет, но Катя была уверена. «Он будет рад», — сказала она. Я надеюсь.

Арина встречает нас в дверях. На ней длинное зелёное платье с отливом. Волосы уложены. Насколько это вообще возможно с её непослушными кудрями.

— С Новым годом, — тепло говорит она и целует в щёку сначала Катю, потом меня. Чуть дольше.

Или мне так просто кажется.

— С Новым годом, — отвечаю я, протягивая букет бордовых роз.

Она берёт цветы, и её пальцы касаются моих.

— Проходите, — говорит она, отступая в сторону. — Игорь уже здесь. Он ждёт.

Мы заходим. Квартира пахнет мандаринами и хвоей — в углу стоит небольшая ёлка, украшенная старыми игрушками, наверное, ещё из её детства. На столе — куча разных салатов, закуски (она ещё и готовить умеет?), бутылка шампанского, свечи. По-домашнему уютно. Не так, как я привык встречать праздники — в ресторанах, на корпоративах, в одиночестве.

Из кухни выходит парень. Высокий, русый, с серыми глазами — точная копия Арины, только мужской вариант. Игорь. Двадцать два года, студент-юрист, живёт в Питере. Я знаю о нём всё — Арина рассказывала. Но знать и видеть — разные вещи.

— Игорь, — Арина поворачивается к нему, — это Олег. А это Катя.

Игорь подходит, протягивает руку. Пожимает мою — крепко, уверенно, но без вызова. Смотрит прямо в глаза.

— Очень приятно, — говорит он. — Мама много о вас рассказывала.

— Тоже приятно, — отвечаю я.

Катя стоит за моей спиной, сжимая в руках пакет с подарком. Игорь переводит взгляд на неё, и его лицо смягчается.

— А ты, наверное, Катя, — говорит он. — Мама сказала, ты любишь читать. Я принёс тебе книгу. Не знаю, понравится ли.

Он протягивает ей небольшой свёрток. Катя берёт, разворачивает. Это «Мастер и Маргарита» — старое издание, с иллюстрациями.

— Спасибо, — шепчет она, и я вижу, как её глаза загораются. — Я давно хотела прочитать.

— Осторожно, там сложно, — улыбается Игорь. — Но если что — спрашивай. Я помогу разобраться.

Катя кивает и улыбается — открыто, по-детски. Протягивает свой подарок Игорю.

— Я тоже решила подарить вам книгу, — говорит она, смущаясь и опуская глаза.

— О, это то, что я люблю! — искренне произносит Игорь.

И я чувствую, как напряжение первой встречи начинает отпускать.

Мы садимся за стол. Арина разливает шампанское — мне, себе, Игорю. Кате — сок. Звучат тосты — за Новый год, за здоровье, за то, чтобы всё плохое осталось в прошлом. Я смотрю на Арину, и мне кажется, что она светится изнутри. Не от шампанского — от счастья. Рядом сын, рядом Катя, рядом я.

Игорь оказывается совсем не таким, как я ожидал. Я думал, он будет напряжённым, настороженным — парень, чья мать встречается с мужчиной, которого она лечила. Но он спокоен, открыт, даже немного забавен. Рассказывает о своей учёбе, о Питере, о том, как сдавал сессию. Катя слушает, задаёт вопросы — про университет, про экзамены, про то, трудно ли учиться на юриста. Игорь отвечает подробно, как будто разговаривает со взрослой.

— А ты кем хочешь стать? — спрашивает он.

— Не знаю, — Катя пожимает плечами. — Может быть, психологом. Как Арина Сергеевна.

Арина поднимает бровь.

— Правда? — удивляется она.

— Правда, — кивает Катя. — Вы помогаете людям. Я тоже хочу помогать.

Игорь смотрит на меня, и я вижу в его глазах одобрение. Он не говорит ничего, просто кивает, и этого достаточно.

После ужина мы выходим на балкон. Арина кутается в плед, я стою рядом. Снег идёт, крупные хлопья ложатся на перила, на её волосы, на мои плечи. Внизу — город, сверкающий огнями. Везде взрываются фейерверки в честь Нового года.

— Ты как? — спрашиваю я.

— Хорошо, — говорит она. — Лучше, чем было много лет.

— Игорь молодец, — говорю я. — Хороший парень.

— Он боялся, — признаётся Арина

— А теперь?

— Теперь видит, что я счастлива. И он рад за меня. — Она поворачивается ко мне. — И это благодаря тебе.

— Не только мне, — говорю я. — Кате. Тебе. Всем нам.

Она улыбается. Я обнимаю её. Она не отстраняется. Кладёт голову мне на плечо, и мы стоим так, глядя на салют. Я чувствую тепло её тела, запах волос — цветы и мандарины. И понимаю, что это — самый счастливый Новый год в моей жизни.

Мы возвращаемся в комнату. Катя и Игорь сидят на диване, разговаривают — я слышу обрывки фраз, смех. Они поладили быстрее, чем я ожидал.

Моя дочь, которая почти три месяца назад не произносила ни слова, сейчас болтает с парнем, которого видит в первый раз. Она строит планы, она счастлива.

Праздник заканчивается ближе к двум ночи. Катя устала — я вижу, как она трёт глаза, как зевает, прикрывая рот ладошкой. Игорь тоже выглядит утомлённым — дорога, поздний час, много впечатлений.

— Нам пора, — говорю я.

— Я провожу, — Игорь встаёт.

Мы прощаемся. Арина обнимает Катю, целует её в макушку.

— С Новым годом, Катюша, — говорит она. — Пусть все твои мечты сбудутся.

Потом она поворачивается ко мне. Смотрит в глаза. Я вижу, что она хочет что-то сказать, но не решается при Кате.

— Спасибо за вечер, — говорю я.

— Спасибо, что пришли, — отвечает она.

Я протягиваю руку — она вкладывает свою. Я сжимаю её пальцы, чувствуя тепло, которое уже стало родным.

— До завтра, — говорю я.

— До завтра, Олег.

Мы выходим. В лифте Катя молчит, но я вижу, что она улыбается.

— Он хороший, — наконец говорит она. — Игорь. И вообще, было здорово! Вот бы все Новые годы были такими.

Я улыбаюсь, обнимаю её за плечи, и мы выходим в снежную ночь.

Дома я не могу уснуть. Сижу на кухне, пью чай, смотрю на ёлку — мы поставили её вчера, маленькую, искусственную, но Катя повесила на неё игрушки и сказала, что она красивая. Я не спорил. Она красивая. Как этот вечер. Как Арина в зелёном платье. Как Игорь, который пожал мне руку на прощанье и сказал: «Я рад, что мама вас встретила».