Без разрешения

— Мне кажется, я теряю профессиональную объективность, — выпаливаю я.

— Ты влюбляешься в пациента? — спрашивает она. — Это же классика! Я читала про такое в романах. Перенос, контрперенос и всё такое.

— Он не пациент, — поправляю я, чувствуя, как глупо это звучит. — Он отец пациентки. И это даже хуже.

Я — психолог. Моя пациентка — девочка, которой требуется срочная помощь. Её отец — человек, привыкший всё контролировать. Он не верит в терапию, не говорит о чувствах и терпеть не может, когда кто-то вторгается в его жизнь.

Я всегда учила студентов: никогда не пересекать границу, никогда не позволять чувствам влиять на терапию. Но сама пересекла. И теперь не знаю, как вернуться обратно.