В Лютцове, где правят гильдии и родственные связи, все друг-друга знают. Регулярно проводятся то учения милиции, то какие-нибудь праздничные парады, то общественные работы по благоустройству территории.
«Лучшие люди» просто разошлись, коротко поговорили со своими подчинёнными и… город вспыхнул…
… по плану.
— Убивай бесов! — орала толпа, загоняя в угол очередного игрока, отмахивающегося мечом. Крупный орк в добротной броне вертел здоровенным клинком, как вентилятор лопастями, но… он уже умер, и знает об этом!
Игроки привыкли к другой тактике — к возможности насаживаться животом на вражеское оружие, дабы получить возможность нанести смертельный удар. К выкрученной на четверть боли, воскрешению через считанные секунды.
Ну а сейчас, когда умереть окончательно можно не только в Иггдрасиле, но и на Земле… страшно. А ещё — больно.
Боятся не все, но ещё одним минусом для игроков в данной ситуации оказалась совершенно другая техника боя — всё та же самая привычка не жалеть своей жизни ради победы. Под неё «затачивались» почти все клановые бойцы и большая часть одиночек. Такие как я, бравшие уроки у НПСов и потом маскировавшиеся под них же, были редкостью.
Здесь и сейчас высокоранговый игрок отмахивался от обычных по сути ополченцев-горожан, главным и единственным преимуществом которых была «сыгранность».
— Парто! — заорал командир условленную, и в орка полетели метательные ножи, топоры и камни. Большая часть бессильно прозвенела о доспехи, часть была отбита клинком, но один из ножей воткнулся в бедро, игрок на рефлексах, не думая, опустил руку, выдёргивая нож, и в голову ему, обухом, прилетел метательный топор.
— Кэнто парто! — ситуация,пусть не в деталях, но повторилась,и в этот раз орку пришлось ещё хуже.
— Сэмус! — орк отступил, подняв руки и ожидая, очевидно, очередной волны метательного хлама, но нет! Несколько копейщиков и алебардистов сделали выпады — одновременно и умело, а ещё — сильно, так, что не собьёшь в сторону небрежным движением клинка.
Кто-то целит в ноги, кто-то в голову… Орк, приготовившийся было отбивать метательный снаряды, не успел среагировать и повалился на брусчатку, заливая её кровью. Тут же подскочили несколько юрких подростков и добили его, не слушая угрозы вперемешку в мольбами.
Добивали долго… орк живуч, а подростки, которых, как щенков, натаскивают на кровь, ещё далеки от нормальных воинских кондиций. Да и решительности не хватает… вон, добили и блюют…
— Бей американцев! — ору я, пытаясь переключить горожан на более конкретные цели. В конце-концов, отдельные игроки, особенно немцы, нам не так уж страшны. Немцы здесь в основном гражданские, а американцы в основном с военных баз, расположенных в Германии…
… и почему в виртуальном мире, где география, казалось бы, не имеет значения, и система «прописки» выглядит анахронизмом, вопрос не ко мне! Наверное, есть какие-то особенности, о которых я не знаю…
… но в Иггдрасиле такого очень много!
Благо, сейчас, во время перезагрузки, «Вавилонская башня» не то чтобы рухнула, но всё ж таки покосилась, так что понимать мы друг друга по-прежнему можем, но не так свободно, как раньше. Перевод сейчас будто откатился на десяток лет назад, и это к лучшему.
Во всяком случае, теперь легко различить, кто есть кто. А иначе…
Я не сторонник идеи «Убивай всех, Бог узнает своих», и хорошо, что не пришлось этого делать!
— Смерть американцам! — завожу толпу кричалками. Янки местные не любят, как не любят наглых и хамоватых туристов местные жители, которые на приезжих никак не зарабатывают.
Сделайте поправку на привычное, обыденное скотство игроков, не умеющих, да и не желающих, видеть среди НПС равных, и…
… в общем, всё здесь пропитано ненавистью, как тряпка бензином.
— Убей-убей-убей! — скандируем на бегу, как речёвку. В руках оружие и и факелы…
… стоп! Не думать…
— Убей-убей…
Вобрав в себя потоки горожан и «заведя» их, начинаем делить на потоки, текущие по узким улочкам. Во главе одного из отрядов бегу к кирхе. Это чисто немецкая церковь а её, её прихожане едва ли не демонстративно не вступали в альянсы с янкесами. Последнее, к слову, скорее норма, немцы вообще не спешат сближаться с кем бы то ни было, а встроиться в их общество, мягко говоря, непросто.
Горожане охотно подчиняются моим приказам– пусть я и бессмертный, но свой, служил Городу без нареканий, не делал подлянок горожанам, относился на равных к НПС и игрокам… А известие о том, что я оцифрованный, и в общем, такой же, как они, пусть и «с бонусами», заткнуло немногих недовольных.
Вещи такого в Иггдрасиле очень быстро замечаются и тонко чувствуются, так что ничего удивительного… Не один я такой, ещё десяток игроков не тронули — от них не знали проблем, они не лезли под подолы порядочным девушкам, не пытались затевать дуэли с неписями, не… Словом, нормальные люди, которым Игра не ударила по мозгам.
В русском секторе таких большинство, и не потому, что мы такие уж хорошие, вот уж… Просто большая часть игроков так или иначе связана с силовыми структурами, подписывала кучу бумаг и так далее.
Потом всякие будут, да… а пока — эталонные «Вежливые люди», знающие, что за ними наблюдают.
В Китае… не знаю, как там проводился отбор, но скорее всего каким-то схожим образом. Хотя китайский менталитет достаточно националистичен, но пока — зайки!
Индусы… здесь всё печально — касты. Игроки, пришедшие в Иггдрасиль, почти поголовно из высших каст, со специфическими менталитетом. Были и разбогатевшие из низких каст… но там ещё хуже, в Иггдрасиле они старательно «строят» НПСов так, как привыкли у себя.
Европа… всякие, там хватает хороших людей, и наверное, они в большинстве, чтобы там ни говорили по телевизору. Но пролезло по квотам очень много всевозможных ЛГТБ меньшинств и «альтернативно разумных». А народ этот часто взрывной, с психическими проблемами, и… привыкший в безнаказанности. К тому, что они особенные, что им можно больше, чем остальным!
Ну а США, опирающиеся в значительной части на заключённых, это отдельная песня…
Все эти мысли мелькают за секунды, пока бегу, успевая заводить толпу заранее подобранными речёвками. Мелькает и ещё одна: неужели это я такой умный, первый предложивший использовать в Большой Игре НПС? Нет, конечно… даже предполагать такое — бред!
Но было ли это предательством кого-то очень высокопоставленного наверху или просто этот некто боялся вводить в Игру НПС? Вопрос сложный, от ответа на него многое может поменяться.
— Рейнеке-Лис, — зашелестели голоса прихожан Немецкой Церкви, собравшихся здесь после начала резни — большинство из них, когда находилось в Игре, жило в этом же квартале. Ну а сейчас… с началом Рагнарёка выйти из Игры они не захотели,или,что скорее всего, не смогли, такое тоже было…
— Все вы знаете о Битве Богов, идущей как в Иггдрасиле, так и на Земле, — начал я сходу и тут же замолк, обводя глазами каждого из собравшихся. Были это достаточно своеобразные люди, которые сознательно или подсознательно начали считать своей родиной не некую полу мифическую «Европу-наш-общий-Дом» и не Германию, где по сути «рулили» американцы, а Иггдрасиль. Здесь они увидели… возможность.
Кто-то отчаянно надеется на оцифровку, кто-то просто не хочет уходить из виртуальности из-за царящего на Земле…
— Остаться в стороне не получится…
Лица немцев закаменели, они поняли фразу как угрозу.
— Идёт сражение между США и Евросоюзом с одной стороны и Россией, Индией и Китаем — с другой, — невозмутимо продолжаю выкладывать прописные истины.
— Мы при чём, Лис⁈ — рявкнул пастор, — Мы хотим остаться в в стороне от всего этого!
— Не выйдет! Германия — союзник Америки, а как она обращается со своими союзниками, не мне вам рассказывать — пушечное мясо! Граждане Германии, земли Германии, ресурсы Германии… всё будет брошено на алтарь Победы! Победы американской… Или у вас есть на этот счёт какие-то сомнения?
— Догадываемся, — скрипнул зубами пастор, — но что мы можем сделать? И что ты хочешь от нас?
— Поменять сторону.
— Наши семьи в заложниках у американцев, неужели не понимаешь? — пастор Гейнс, в Игре выбравший персонаж паладина «по совместительству» с обязанностями священника, смотрел на меня глазами, в которых плескалась боль.
— А если вы будете послушными, это как-то поможет семьям⁈ — зло скалюсь, прижав уши к голове, — Сейчас Германия — как девушка в руках у маньяка-насильника. Уже понятно, что она будет изнасилована жестоко. Понятно, что в живых её не оставят… Но остаётся слабая надежда, что может быть… если она будет вести себя «хорошо», то её убьют не больно… Так⁉ И вот девушка, вместо того, чтобы отбиваться и звать на помощь, покорно идёт в подвал… Или я в чём-то ошибаюсь⁈
— Да? — едко спрашивает один из прихожан, на прячась в толпе, — А чем вы лучше⁈ Вот ты сказал правильные слова, что Германия для американцев — пушечное мясо, предполье. Но чем вы отличаетесь от них⁈ А речи про изнасилованных женщин… не вам говорить.
Ответить ему ой как хочется…
… и лучше всего — стрелой в горло или ножом, но — политика, нельзя. А так… запомню.
— А если будет возможность вести самостоятельную политику? — вкрадчиво говорю, понижая голос и старательно не глядя в сторону оппозиционера, — что сделает Германия?
Лица присутствующих продолжали оставаться каменными, но в воздухе почувствовалось что-то…
— Германия разная, — осторожно сказал пастор-паладин, — но большинство постарается затихнуть, не делать ничего, всячески избегать участия в битвах.
— Россию это устроит, — решительно говорю я, — Нам не нужно, чтобы на Земле немцы начали воевать против Запада, мы понимаем, что это практически невозможно. Но возможно Сопротивление… не с оружием в руках — куда там… А вот саботаж, невыполнение приказов, итальянские забастовки…
— Это тоже… опасно…
— Опасно, — соглашаюсь с ним, — а куда деваться? Будете сражаться за Америку и Евросоюз? А так… мы предлагаем не саботаж в его крайней форме, а саботаж, который выводит Германию из войны. У вас есть какие-то сомнения, что в сражениях за Америку или при поддержке этой страны Германию просто… разменяют?
— Нет… но и то, что ты предлагаешь, слишком опасно, — отрезал пастор, — Будут репрессии, будут…
— Будут ли? — перебиваю его, — Успеют ли они со своими репрессиями? А если и будут, но при этом Германия не вступит в полноценную войну, то может быть, эти жертвы не будут напрасны?
— А… — пастор «завис».
— Может быть, — продолжаю я, — сперва ответ будет жёстким — вплоть до уничтожения какого-то из городов. Но СОВСЕМ жёстко они не рискнут — в таком случае остальная Европа может напугаться и дать наконец решительный отпор своему… хозяину. Германия пострадает, пострадает сильно… но она останется.
— Если Германия не будет сражаться за Америку в Иггдрасиле и на Земле, то России не будет нужно применять по нашей стране ядерное оружие? — поинтересовался один из прихожан.
— Да! — не стесняясь, говорю от лица правительства, прекрасно зная, что это всего лишь слова, — Учтите, такое вот разговоры происходят сейчас во многих местах Земли и Иггдрасиля.
— А эти, — пастор показал подбородком на стоящих чуть поодаль НПС, пришедших со мной, — добрые… создания, тоже с вами?Для более убедительной аргументации?
— О да… — скалюсь я, — они неплохо изучили историю Земли и поняли, что не хотят для своих потомков судьбы индейцев…
— Да, — сказал пастор, оглядев прихожан, — мы… будем сражаться. Не за Россию, не против Америки, а за то, чтобы Германия — была!
Решаю «добить» и сообщаю, улыбаясь по акульи:
— Раз уж вы такие патриоты, открою вам свою тайну… я оцифрован.
Тут же приходится делать несколько шагов назад — легенды о таком в среде геймеров ходят давно, пару недель назад, до начала Конфликта, это подтвердили официальные власти. И тут возможность получить информацию из первых рук…
— А как…
— … что…
— Стоп! — делаю несколько шагов назад и поднимаю руки, — Да, это возможно. Нет, подробностей не знаю. Из того, что знаю? У вас на два порядка больше шансов Оцифроваться после гибели, чем у среднего игрока. Почему — долго, а я спешу. Ладно, коротко… сочетание здравого смысла, естественного поведения и отсутствия эгоизма очень важны — то есть все вы уже, да… Ещё — некоторый идеализм или вера… ИскИн? Наверное, влияет как-то…
— Успокойтесь, — остановил людей пастор, — Оцифровка — это хорошо, шанс… переселиться, а не погибнуть, всегда радует. Но не стоит предаваться эйфории, он невелик.
Пастор укоризненно смотрит на меня, откровенно скалюсь в ответ… Да, это не совсем порядочно… но у каждого из игроков есть родственники и знакомые, с которыми не терпится поделиться такой информацией.
Пусть даже из-за Рагнарёка форум не работает, но кто мешает выйти из Игры на несколько минут и отправить сообщения друзьям? «Вирус» вброшен… моя невнятная якобы речь составлена специалистами Конторы так, чтобы ясно было — Оцифровка зависит от помощи России-НПС-ИскИну, связанных в некое сакральное целое. Хочешь получить надежду? Присоединяйся!
Потом была ещё одна группа немцев, ещё одна, ещё… А горожане тем временем готовятся к войне полноценной — клановые замки по соседству никуда не делись. Пусть они сейчас могут рассчитывать разве что на одну десятую прежней силы из-за невозможности Воскрешения и сбоящих артефактов, но не учитывать их было нельзя. И по какой-то неведомой причине, жители Лютцова в качестве предводителя войска выбрали именно меня…
Честно сказать, не в восторге, думал взбудоражить толпу и смыться, отсидевшись где-то в сторонке. Подло? Гм… и так уже «на амбразуры» не раз бросался, куда ещё…
Возвращаться назад для участия в Рагнарёке в рядах русских войск — далековато, да и идти пришлось бы по вражеским анклавам. Портальные Свитки… есть, а как же, но сейчас это риск. Если совсем уж припрёт, то можно рискнуть, а так не хочу. В мирное время используют их подальше от городов и клановых замков, ибо может рвануть. Что уж говорить о нынешней ситуации…
Но отказываться от такой чести не стал — меня по сути просто поставили перед фактом. Между Гильдиями города и предместий всегда были какие-то свары, так что…
— Лис, — ты будешь лучшей кандидатурой, — похлопал меня по плечу капитан стражи Эльдар Нойман, — если бы речь шла только о войсках Лютцова, поставили бы меня. Но тут такая ситуация, что мы можем много шире развернуться, а тогда неизбежно пойдут свары между представителями разных городов и посёлков.
— Да понимаю, — кисло отвечаю ему, застёгивая кирасу, — я тут как эльф с репутацией, да представитель России одновременно. Вроде как свой и в то же время на места здешних нобилей не могу претендовать — ибо не местный. Ну и Россия за моей спиной внушает…
— Всё правильно! — Капитан ещё раз хлопнул меня по плечу и помог с кирасой, — Не слишком будет? Ты в своём бронебойном костюме, плюс кираса…
— Нормально. Я ж в бой лезть не собираюсь, так что подвижность и ни к чему.
— А зачем…
— От излишне метких лучников и арбалетчиков. Врукопашную не собираюсь сражаться, так-то всё равно в пределах досягаемости буду.
— Ты уверен, что этот твой порох сработает? — С сомнением спросил капитан несколько минут спустя.
— Он сработает независимо от того, есть магия в Мирах или нет, — рассеянно отвечаю ему, перебирая гранулы, — просто сейчас Рагнарёк, и многие магические плетение плохо работают. Соответственно — защита у замков и городов тоже ослаблена. Так что, будет ли порох чудо-оружием или просто одним из козырей… поглядим.
По моему приказу, отряды горожан были разделены на несколько неравных частей. Почти половина из них была под моим непосредственным командованием, и сейчас я собираюсь разнести в клочья замок Клана Ланкастеров. Остальные же клановые замки горожане просто блокировали, не вступая в сражения.
А пока… пусть Иггдрасиль очень реалистичен, но отличия от Земли существенные. С помощью магии, пусть она и работает сейчас «криво», удалось за считанные часы выделить селитру из говённых ям и отлить пушки.
Бронзовые орудия исправно выплёвывают ядра, ломая каменную надвратную башню Ланкастеров. Да, там стояла защита, но была она рассчитана прежде всего на магию или в крайнем случае — на таран. А на ядро, которое намного быстрее тарана или снаряда в катапульте, да ещё и усиленное рунами…
После окончания Рагнарёка орудия снова станут почти бесполезным хламом, но пока…
Огромная башня рухнула, а в появившийся пролом тут же полетели стрелы.
— Черепаха! — ору неистово, и тяжёлая пехота Лютцова выстраивается в знаменитую римскую «Черепаху», прикрываясь щитами ещё и сверху.
— Вперёд! — они начинают разбег к пролому… а по бокам «Черепахи» бегут мастера индивидуального боя.
— А-аа! — боевые кличи слились во что-то невнятное, но грозное.
«Черепаха» влетела в пролом, столкнувшись с защитниками, которые начали уже выстраивать баррикаду. С полминуты было непонятно, смогут ли прорваться мои бойцы… но прорвались, а вслед за ними влетели и остальные бойцы Лютцова. Резня была страшной, но короткой — защитники Ланкастеров в большинстве своём не хотели воевать, а вернее, умирать,и как только крепость пала, они стали разбегаться по углам, пытаясь спрятаться.
Осуждать я их не могу, это не «американская трусость» и банальное непонимание происходящего. Далеко не каждый поймёт взаимосвязь военных действий на Земле и в Иггдрасиле. И уж тем более сложно осознать, что это не просто игра, которую можно переиграть — потом, когда нибудь…
… и уж тем более, не так много тех, кто действительно готов убивать и умирать. Добровольно.
В замок не пошёл, сейчас там не просто резня, а… с «изысками». Ну знаете, «город на три дня» по сокращённой программе. Изнасилования, пытки… Сам не в восторге, но бесы из Клана Ланкастеров многим оттоптали мозоли.
Да и так… многие НПСы сильно не любят бессмертных, и единственное, что их останавливало от такого поведения — месть игроков. Сейчас же, когда умерший в Иггдрасиле умирает и на Земле…
Оставив в захваченном замке небольшой отряд, который будет вывозить награбленное и восстанавливать разрушенное, двинулся дальше. Замки пали к нашим ногам один за другим, ведь все защитники покинули Игру… те, кто мог это сделать. А кто не мог… и не важно — не мог Игрок из-за сбоя в системе или из-за жёсткой мотивированности в виде надзирателя с дубинкой и пистолетом… предпочитали прятаться. Отдельные храбрецы и даже целые отряды храбрецов, были, но погоды они не сделали.
Последний клановый замок был захвачен чуть больше, чем через сутки по времени Иггдрасиля. Почти сразу после этого события на плечо приземлился почтовый дракончик. Потёрся ласково о щёку — они очень любят разумных, в гены вбито.
— Хорошая девочка, — ласково чешу перепонки у блаженно раскрылившейся ящерки, — Стас, возьми дракошку…
Отцепляю письмо… и выдыхаю — моя самодеятельность с Договорами и назначением самого себя послом прокатила. В письме подтверждения, верительные грамоты и «карт-бланш» на «любую инициативу, которую вы посчитаете разумной».