Несмотря на разницу в возрасте, я чувствовал, что моя «столовская» соседка привлекает меня как женщина. Было в ней что-то такое врожденное, природное, что безотказно действует на всех особей «слабоватого» пола.

Шамаханская царица, как стал я назвать про себя Светлану Александровну, стопроцентно сводила с ума мужчин в молодости. Мне кажется, да нет, не кажется, я уверен, что и сейчас она пользовалась успехом и имела толпу поклонников.

Как и положено восточной правительнице, Светлана Александровна носила много колец и есть ли среди них обручальное, я так не понял, но про мужа в наших разговорах она не упоминала ни разу.

Светлана Александровна стала называть меня - «мальчик мой» и, лениво ковыряя свою микроскопическую порцию еды, подолгу ласково разглядывала меня своими умными глазами.

Смотрела она немного свысока, как тетя на непутевого, но любимого племянника. Однако в самой глубине ее темно-зеленых глаз с восточной поволокой я иногда видел проскальзывающий вопрос: «Ну и что мы с тобой будем делать, мальчик мой?»

Когда я почувствовал к себе женский интерес Светланы Александровны, то, конечно же, обрадовался. И не только потому, что она красивая женщина и меня тянет к ней.

Дело еще и в поручениях бабушки. Если именно Шамаханская царица - моя цель среди обиженных Сундуком женщин, то это совсем неплохо, даже отлично. Звучит грубовато, но если я оказался в санатории ради Светланы Александровны, то приятное с полезным очень даже совмещаются.

Отдыхали в санатории и девушки более-менее моего возраста. Мягко говоря, не все из них радовали мужской глаз привлекательностью. Кроме того, девушки либо отдыхали с мужьями и детьми, либо предпочитали исключительно здоровый образ жизни.

Такие девушки не ходят спокойно, а передвигаются только бегом. С санаторных процедур ЗОЖницы сразу несутся на фитнес, потом с лыжными палками и обязательной повязкой неоновых цветов на голове они снова на спорте. Скандинавской ходьбой наматывают километры вокруг санатория по специальным, чистеньким и пронумерованным тропинкам вокруг санатория, а вечером - бассейн, теннис или волейбол.

Они настолько озабочены самочувствием, что неспособны уделить внимание ничему, кроме своей физиологии. Секс с ними энергичный, но без прелюдий, с соблюдением водно-солевого баланса и контролем артериального давления. Доступ к телу только после предъявления справки от врача и из налоговой.

Был у меня неприятный опыт. Или не у меня, а у Сундука? Или еще не был, а только будет. Блин, расслабился я в санатории. Забыл, что нельзя думать о будущем и сразу в голову вступило.

Так что если объект Шамаханская царица, а не кто-то другой из отдыхающих, то я только за.

Светлана Александровна, конечно же, тоже следила за собой, но делала это не напоказ, а интимно, так чтобы окружающие не замечали. В бейсболке и темных очках я ее больше не видел, хотя общались мы практически целыми днями.

Теперь на завтрак Шамаханская царица приходила в стильных, но слегка легкомысленных утренних нарядах, которые, кстати, никогда не повторялись. То это в сарафанчике с вырезом, отправляющим меня в мир влажных мужских фантазий, то в яркой футболочке, обтягивающей высокую грудь и шортиках плотно облегающие бедра, кажущиеся широкими при ее узкой талии.

Любуясь, как моей собеседнице идут легкомысленные наряды, я вдруг поймал себя на философской мысли. Вот бы Сундук удивился, узнав, что мне в голову приходят такие вещи. Я подумал, что, подбирая одежду, женщины хотят что-то показать окружающим, а мужчины обычно выбирают прикид, чтобы что-то скрыть.

Светлана Александровна каждое утро блистала свежестью, аппетитно, почему-то даже эротично пахла печеньками и демонстрировала отличную фигуру в новых нарядах. Только ее выбор блюд никогда не менялся. Неизменная ложка каши, присыпанная орешками.

Обычно после совместного завтрака мы ненадолго расходились, принимая назначенное лечение, а вот с обеда уже не разлучались. Мы прогуливались и болтали обо всем на свете до самого ужина и после него.

Во время наших прогулок я частенько ловил косые взгляды бабушек, с которыми раньше беседовал о тонкостях санаторного лечения. Я им приветливо махал рукой, а они вежливо кивали мне в ответ и лицемерно улыбались. По-моему, бабушки жалели, что потеряли такого внимательного слушателя, и ревновали меня к Шамаханской царице.

Светлана Александровна видела неодобрительное отношение пожилых девушек к нашей дружбе, но не обращала на это никого внимания. На то она и царица, чтобы не замечать окружающую челядь.

Темы наших бесед становились все откровеннее. Даже до такого олуха, как я, начинало доходить, что мы подходим к границе, отделяющей искреннюю дружбу между мужчиной и женщиной от неискренней любви. Я немного робел, приближаясь к границе, а Светлана Александровна держалась абсолютно естественно.

Мне кажется, она вообще работала начальником заставы на этой самой границе и прекрасно знала все укромные места для быстрого и безпалевного перехода условной черты.

И вот однажды после сытного обеда, Светлана Александровна предложила не пить столовский кофейный напиток, потому что у нее есть прекрасный бразильский Робуста «Конильон», который ей только вчера привезла подруга, навещавшая ее в санатории.

Шамаханская царица пристально посмотрела мне в глаза и предложила переместиться в ее люкс, «где никто не помешает нам наслаждаться… настоящим кофе».

– Мальчик мой, а почему ты не спросил, замужем ли я? – прервала неловкое молчание Светлана Александровна по дороге в ее корпус.

Я пожал плечами. Сказать, что мне неважно замужем она или нет я постеснялся, а придумать что-то вежливое я не успел.

– Спасибо, мой милый мальчик, ты такой тактичный.

Я, снова молча тряхнул гривой, соглашаясь с тем, что таки да – тактичность мое второе имя.

– Но я все-таки расскажу тебе немного о себе. Ты очень деликатный мальчик, но я верю, что хочешь это знать обо мне. Даже если не хочешь - все равно расскажу, – рассмеялась Светлана Александровна и взяла меня под руку.

Взяла не так, как она это делала во время прогулок, деликатно, невесомо положив теплую ладонь на мой локоть. Сейчас она прижалась ко мне своим мягким горячим боком.

Даже через рубашку я почувствовал, как мое предплечье обволакивает нежная грудь спутницы. Новый метод хождения под ручку мне понравился, но я начал спотыкаться и потерял нить разговора.