Мы облегченно выдохнули. Шутка Сержа разрядила обстановку. Я глубоко вдохнула, и запустила магическую кофемолку позволяя аромату кофе, пробившемуся сквозь запах свежей гари, привести меня в чувство.

Я поставила на стол три чашки. Фарфор тихо звякнул, и этот обыденный звук помог мне окончательно вернуться в реальность.

— Мы уничтожили очередного врага, — сказала я, оглядываю свое детище, — Но сколько раз я смогу выйти победителем?

Лавка приняла удар на себя. Я обвела взглядом помещение. Несколько корешков книг на дальних полках обуглились, а магические светильники под потолком тускло мерцали, восстанавливая запас сил.

— Демон не был случайным гостем, Карина. Кто-то очень хотел, чтобы «Лавка забытых историй» перестала существовать вместе со всеми её тайнами. — Мы не можем просто ждать следующего нападения, — дрожащим голосом произнесла подружка, — Нам нужно найти ту самую легенду, которая объяснит, почему за твоей кофейней охотятся демоны, кто за ними стоит.

Я сделала глоток обжигающего напитка. Горчинка кардамона приводила в чувство, и заставляла мысли проясняться.

— Мы не уйдем отсюда, пока не поймем, что именно его притянуло. — решительно заявила я. Тысячелетиями мои предки стояли на границе, удерживая демонов за пределами реальности, и сейчас я впервые почувствовала себя не простой девочкой, у которой вечно нет денег даже на учёбу, а действительно сильной защитницей мира живых от существ зазора.

— Похоже, декан сильно удивится, узнав, что его лучшая ученица способна удерживать барьеры, которые не под силу даже магистрам боевого отделения. — усмехнулся де Виль.

— Давно пора было перейти от скучных лекций к практике, — бросила я, — я бы показала, как умею справляться с пылью!

— На пол! — внезапно рявкнул Серж, сбивая меня и Миранию с ног и прикрывая собой. В ту же секунду витрина «Лавки забытых историй» разлетелась на тысячи сверкающих брызг. Нас осыпало осколками.

С холодящим душу свистом само пространство пошло трещинами, и из рваной раны в воздухе хлынула густая, как деготь, тьма. Из нее вынырнули мелкие, костлявые порождения зазора.

Я вскочила, чувствуя, как внутри всё вибрирует от ярости. Это был мой оплот, моя кофейня, мое детище! И сейчас все могло осыпаться пеплом.

Я бросилась вперед, прямо в эпицентр кружащегося хаоса. Серж не успел среагировать, и меня некому было удержать.

Я поскользнулась на стеклах, порезала руку, и поднялась, шипя от боли, и рванулась к дыре в пространстве. Она пульсировала, источая могильный холод.

— Закройся! — закричала я, протягивая вперед руку. С ладони сорвалась капля крови, и упала вниз, затянутая пустотой.

— Стой! Нам нужно знать, кто стоит за занавесом! — закричал де Виль.

Но было поздно. С тихим свистом воронка закрылась, а из меня словно вытянули все силы. Я рухнула на руки Сержа, успевшего как раз вовремя, чтобы спасти меня от сотрясения. Хотя, я уже не уверена, что в моей голове могло находиться что-то, чему грозила опасность, иначе я не поступала бы столь опрометчиво.

— Они не дали нам даже допить кофе, — прохрипела Мирания, отряхиваясь от стекольной крошки, — Я покажу им, что случается с теми, кто портит мою прическу!

— Закрывать разрыв кровью... Ты хоть понимаешь, что ты сделала? — гаркнул Серж, но мое сознание пребывало на грани обморока, пронизанное назойливым зудом, который обычно предвещал провал в небытие.

Перед глазами всё плыло. Мирания уже была рядом. Я почувствовала прохладу её магии, коснувшейся моей порезанной ладони. Боль отступила, сменяясь покалыванием, но пустота внутри никуда не делась. Я отдала этой кофейне слишком много. Или кофейня забрала это у меня, чтобы выжить?

— Мы упустили шанс спросить, кто их послал... но посмотрите, что они обронили! — Мира указала на место, где только что пульсировала тьма.

На полу, среди битого стекла, лежал предмет, который не успела поглотить закрывшаяся брешь. Это был тяжелый перстень-печатка из темного металла.

Де Виль осторожно поднял его кончиком кинжала. В центре кольца, в оправе из когтей, тускло мерцал камень, подозрительно напоминающий застывшую каплю тьмы. Я усомнилась в том, что оттенок был подобран случайно.

— Это знак высшей аристократии, — Серж помрачнел, вглядываясь в находку, — у меня тоже такой есть. Подобное кольцо является регалией, которую обязаны носить представители правящих родов при определённых торжествах.

Я попыталась отстраниться от де Виля и стать на ноги без его помощи, но голова тут же закружилась.

— Значит, декан всё-таки удивится, — горько усмехнулась я. — Только восхитится он не моими успехам в учебе, а обнаружив, что я до сих пор жива... погоди-ка! Что ты сказал про обязательное ношение перстня?

Серж внимательно посмотрел на меня застывшим взглядом, и медленно произнёс:

— Аристократы не могут явиться на некоторые торжества без всех атрибутов власти. Я проверю, какие именно. И тогда Черногор объявит подобное мероприятие, пригласив всех. Метеоритный камень нельзя подделать. Те, кто не явятся, попадут под подозрение, что значительно сузит круг подозреваемых.

– А свой перстень показать можешь? — я недоверчиво прищурилась. Как гладко он придумал, словно по нотам!

Де Виль усмехнулся, и извлек из пустоты точно такое же кольцо, как и то, что зловеще поблескивало, покачиваясь на его кинжале.

– Как же понять, что кольцо не твое? – усомнилась я.

– Чужой Апробиар прожжет руку до кости. — маг качнул перстень, и тот сорвался с лезвия. Инстинктивно я подставила руку, и металл мягко приземлился в мою ладонь. От неожиданности я вскрикнула, и выронила зловещее кольцо, но ничего не произошло. Никаких следов на коже.

Серж нахмурился, и присел рядом со странной находкой. Он осторожно коснулся перстня пальцем, и с досадливым шипеньем отдернул руку. Мира бросилась залечивать ожог.

– Все становится ещё интереснее. – пробормотал де Виль, — либо тебе столь оригинально преподнесли твое наследство, либо кто-то из Кангов переметнулся из защитников людей на сторону демонов.

Я испуганно посмотрела на мага:

–Такое возможно?

– Ваш род очень загадочно пропал, Карина, очень загадочно...

– Ты можешь не нагнетать таинственность, а рассказать все? — разозлилась я на мага.

Серж медленно покачал головой, баюкая покрасневшую кисть. Его взгляд был прикован к перстню.

— Никто не знает правды, Карина. И если кто-то из твоих предков или родственников выжил и перешел на ту сторону, он хочет вернуть себе право владения. А для этого...

— Для этого ему нужна я. Живая или мертвая, — закончила я за него. — Потому, что по праву крови я первый претендент на престол, не замаравший свое имя предательством.

– И именно поэтому твоя кровь притянула символ власти рода... — задумчиво пробормотал Серж, покусывая только что заживленный Мирой палец.