От подобного заявления Сержа я не пришла в восторг. Значит, теперь я всегда буду убегать от демонов и тех, кто желает меня убить...

Не такой жизни я хотела!

А какой?

Я вдруг задумалась: чего я хотела от будущего?

Не того, что распланировал Черногор. Королева на престоле, с ужасающим, почти всемогущим мужем...

Не об этом ли весело заявил мне де Виль, сообщив, что хочет меня использовать? Стать монархом государства, соседствующего со страной его друга?

Что их связывает?

Я впервые оценивающе оглядела сына Кащея, пытаясь понять, кто он. Может и не самый любимый, но законный наследник правящей ветви. Нет, не ради власти он со мной...

Что же во мне есть такого, что я заинтересовала его с первого взгляда? Я вспомнила, как он смотрел на меня, когда я появилась в их академии.

Что знают они трое, чего не знаю я...?

Мира смотрела то на меня, то на Сержа, то снова на меня. Кажется, подруга тоже что-то пыталась понять.

Я сглотнула, чувствуя, как в груди нарастает тяжёлый комок. Слишком много совпадений. Слишком много взглядов, полных скрытого смысла. Слишком много мужчин, готовых рвать друг друга на части из-за девушки, которая ещё вчера мечтала лишь о стабильном семестре и идеальной пенке на латте.

— Серж, — голос прозвучал тише, чем я планировала, но в сыром подвале он прокатился эхом. — Что вы все знаете? Что скрываете?

Маг замер. Зелёное пламя в его глазах на мгновение вспыхнуло ярче, а затем погасло, — Мы не скрываем, Карина, — медленно произнёс он, делая шаг ближе. — Мы защищаем тебя от мира, который не готов принять то, что ты несёшь в своей крови.

— Несу? — я горько усмехнулась, опираясь плечом о холодную каменную стену. — Я обычная! Самая обычная!

— Бытовая магия, — Серж мягко коснулся моей руки, и я не отстранилась. — Это про возвращение вещей к их истинной сути.

Последнее слово он произнёс с такой серьёзностью, что я невольно хмыкнула.

— Сути чего? Зелья бессмертия? Эликсира власти? За чем вы гонитесь?

— Эликсир реальности, — ответил он, и в его голосе прозвучала сталь. — Твоя тётушка Эльмира не зря оставила тебе лавку и кофе. Она знала, что только тот, кто умеет создавать уют и тепло в маленьком пространстве, способен удержать от хаоса весь мир.

Я замерла. В голове, словно пазл, начали сходиться разрозненные фрагменты. Предупреждение тётушки в дневнике, и то, как легко моё заклинание чистоты стирало демонов. Я не уничтожала их, а просто возвращала их в то состояние, которое им предначертано.

— И вы все это знали, — выдохнула я. — А ты...

— А я, — Серж шагнул ещё ближе, — Я сказал, что хочу тебя использовать. Это правда. Но не так, как ты думаешь. Но об этом поговорим потом, ты не должна знать всего заранее.

Повисла тишина. Только где-то вдали капала вода, отбивая неровный ритм. Мне почему-то захотелось засмеяться, так всё было нелепо.

Мира, до этого молча наблюдавшая за нами, тихо кашлянула:

— Эм, простите, что прерываю эту... поэтическую сцену. Но у нас на руках четыре книги из семи. И, кстати, Карин, ты не ответила на главный вопрос.

Я оторвала взгляд от изумрудных глаз Сержа и посмотрела на подругу.

— На какой?

— Что ты будешь делать? — Мирания посмотрела на меня так, словно я дитя неразумное. — Бежать дальше? Или наконец перестанешь позволять им решать за тебя, как играть, и сама возьмёшь в руки фигуры?

Я глубоко вдохнула и выпрямилась, стряхнула с платья невидимую грязь и уверенно посмотрела на Сержа:

— В ваши игры вокруг трона я не играю.

Серж едва заметно улыбнулся:

— А во что ты играешь?

— Сначала выпью кофе, — решительно заявила я. — Потому что мне нужно проснуться и окончательно понять, что я не в дурном сне!

Мира рассмеялась:

— Ты в своём репертуаре! Мир рушится, а Карина мрачно пьёт кофе.

Серж протянул мне руку чтобы помочь подняться по скользким ступеням. Я приняла её. Ладонь мага оказалась тёплой. Мне казалось, что этот высоченный худой мужчина не может быть таким человечно-тёплым

— Тогда идём, — сказал он. — Пока мир не решил окончательно развалиться, и погрести под своими руинами запасы твоих любимых зёрен.

Мы выбрались из подвала. На улице уже светало. Столица просыпалась, не подозревая, какие бури бушуют в её недрах.