– Лика, ты выйдешь за меня замуж?

Я сижу в кожаном кресле, широком и уютном, и ошарашенно хлопаю ресницами. Кресло стоит в кабинете Зарецкого.

Сам Зарецкий сидит за огромным столом и смотрит на меня внимательно. Только вот произнесенные слова никак не склеиваются с картинкой.

– Что? – я думаю, что ослышалась.

Только вчера я пережила суд с Олегом, и когда Зарецкий привез меня обратно, попросила у Миры прощения за то, что не могу с ней поиграть – очень устала, пошла к себе и выключилась. Прям как телик, раз – и нет сигнала.

Просыпаюсь поздно и понимаю, что наконец-то свободна.

Звоню Татьяне, благодарю за профессионализм. И Машке звоню. Рассказываю ей все. И про Зарецкого в суде тоже.

– Думаю, это был повод, – задумчиво говорит Маша. – Помнишь, мне казалось, что ты ему нравишься. Так вот это – не казалось. Так и есть.

– Не говори ерунды. Он просто случайно проходил мимо.

– Угу, и чуть не набил Олегу морду. Тоже по чистой случайности.

– Маша!

– Молчу, молчу. Тебе виднее. Однако ты теперь свободная женщина. Так что можешь себе позволить…

– Сходить в консультацию, – хихикаю я.

– И это тоже, – поддерживает Машка.

А через час меня настойчиво зовет Зарецкий.

Я полагала, что он приглашает, чтобы посоветоваться насчет Миры. Или чтобы задать мне кучу вопросов по поводу суда с Олегом и квартиры. Ведь оставлять наедине со своей дочкой непонятно кого, да еще с такими проблемами – риск.

– Выходи за меня замуж, – повторяет Зарецкий.

– Костя, я не понимаю…

Я действительно не понимаю. Он смеется надо мной? Если да – то шутка дурная. Особенно после того, что он видел в зале суда.

– Чего тут понимать? Все просто. Выходи за меня замуж.

Это как сбывшиеся сны. Фантазии про прекрасного принца. Но мне хватает разума, чтобы понять – все не так просто. И я не в сказке, где медиамагнат Зарецкий падает на колени, сраженный моей красотой. Такие люди ищут пару где-то среди своих. Во всяком случае, так утверждали Машкины журналы. Хотя эти же журналы сам Зарецкий и выпускает.

Костя смотрит внимательно, и веселья у него в глазах нет. Настороженность, беспокойство, но не улыбка.

– Ты серьезно?

– Очень. Лика, сейчас я залезу в личное и заранее прошу – не сердись. Сложилась такая ситуация… что нужен партнер. Мне, – Костя говорит весомо, и каждое слово тяжелое как гиря.

– Партнер?

– По браку. Знаешь, это как по работе, только работать почти не надо, – он улыбается невесело. – Я не умею просить. Только покупать, выбивать или договариваться. Поэтому звучит не очень. Тут секретаря вместо себя на разговор не пошлешь.

– Объясняй, – киваю я, но внутри холодеет неприятно от разочарования.

Неужели я действительно рассчитывала на признание в любви? Ну вот что-то вроде “я тебя увидел и влюбился, а теперь стань моей женой, потому что мне без тебя совсем край”. Вот же дура, ничему меня жизнь не учит. Мало мне было Олега и его любви с первого взгляда. А теперь я фантазирую о Зарецком, у которого таких, как я, по стольнику ведро.

– У меня скоро суд по разводу. Чтобы забрать Миру себе, я должен доказать, что у ребенка будет нормальная любящая семья. Что дочери будет хорошо тут. Без матери. И нужен кто-то, кто это “хорошо” поможет создать.

Вот как. С одной стороны, я понимаю – Оксана не идеал супруги, но с другой – решить, что ребенку лучше без матери, тоже сложно.

– Костя, а разве недостаточно того, что ее увезли на скорой? Ну и диагнозов?

– Так надежнее. Там судья… особенная женщина. У нее свои тараканы. Я вчера поглядел. Адвокат говорит, что в идеале нужно все делать с первого раза. Второй раз произвести нужное впечатление не выйдет. Она должна увидеть женщину, которой Мира доверяет. И отца, который любит свою дочь.

– Так, с этим понятно. Тебе нужно показать, что у тебя все благополучно. С этим никаких проблем. Ты же богатый человек, – я с трудом подбираю слова. Говорить про богатство Кости как-то неловко.

– Мне ясно дали понять, что мои деньги тут ничего не значат. Я уточнял несколько раз – эта судья будет беспокоиться только о благополучии ребенка.

– Другой суд? В другом городе?

Костя вздыхает, и я понимаю, что говорю глупость: вряд ли Оксана поедет куда-то разводиться. После ее позавчерашнего визита у меня впечатление, что она совсем не желает развода. И неважно, по какой причине.

– Я смогу дожать Оксану, чтобы она подписала документы в течение пары недель, но не больше, – жестко говорит он. Словно не про жену, а про сильно провинившегося подчиненного. – Уже обдумывал эти варианты. Адвокат уверен – если получится убедить судью, все пройдет отлично. Местожительство Миры определят в мою пользу. Потом пара месяцев проверок – и все, Оксана уже не сможет ничего сделать.

– Ты действительно хочешь лишить свою жену возможности общаться с дочерью?

– Пусть общается сколько хочет. Но под присмотром и в трезвом виде. После реабилитации. Пока я вижу только одно – она очень ценит деньги, на которые покупает наркоту, а вот ребенок для нее – способ шантажа.

– Ты думаешь, что она попытается отменить развод?

– Да. Уверен в этом. Позавчера я ей предложил отказ от претензий в обмен на стабильные выплаты. Она сначала согласилась, но сегодня утром мне позвонил ее юрист. Она хочет раздела имущества и опеку над дочерью.