После того, как тренер схлопотал импульсивно-агрессивное расстройство, якобы, застукав осквернение своего кабинета, от тренировок меня отстранили на неделю.

Импульсивно — Баркова трясло.

Агрессивно — он крыл матом мою повышенную ебливость.

Расстройство пришло, когда я ему высказал, что не уважаю тех, кто не уважает меня.

Я полгода выкладываюсь перед спонсорами. Приношу победы, награды и держу на уровне имидж клуба. Барков задрал опускать своими комментариями во всех мероприятиях, что Резник ни то ни сё. До своего предшественника Кострова, хоть из шкуры вывернись — не дотягивает.

Только я, не до кого не дотягиваюсь. Я отдельная боевая единица. Толкаться жопами на одном пьедестале не собираюсь, а завоёвываю свой. Без подачек и снисходительности.

Независимо от запретов, прихожу с раннего утра и отрабатываю по приёмам слабые нюансы. Выжимаюсь в качалке, даже кайфуя, что никто не стоит над душой и не пиздит, что у меня неверный подход к наращиванию массы. Перл от Баркова: из какого места у тебя ноги растут?

Логично, чо.

Ноги растут, откуда им положено расти. Плохо, если руки в той же линии роста расположены.

— Мы встретимся сегодня? — доставшая вусмерть Ульяна, виснет на спину. Корябает шею, наметившись присосаться к мочке. Отталкиваю свободной рукой. Глаза не вынимаю из телефона.

Маньячу по-крупному, дожидаясь, пока высветится зелёный маяк.

Абонент в сети.

Накаляю выдержку до красна, чтобы не подставиться. Заряжаю конкретно неадекватные манеры, мерцая экраном с интервалом в пять минут.

Вчера я так и не дождался возвращения неземной. Хотел помариновать, но бортанули меня, не ответив на сообщение.

Мы люди гордые до тех пор, пока у нас терпение не скончается.

Это же часть культуры. Пропускать девушку первой. Руку подать и помочь спуститься. Первым писать сообщения.

Так положено.

Клацаю по вирт клавиатуре в чате на сайте, где полная анонимность.

Нептун: "Предлагаю сегодня встретиться".

Морочусь с выбором смайлика и за каким-то лядом, леплю рожицу инкогнито, а за ним сердечко.

Со скамейки в спортивной раздевалке нарочито медленно поднимаюсь. Вопреки того, что пружина под задницей выстреливает, за этим дрожь по мышцам прокатывается.

Вижу, как абонент по ту сторону экрана набирает ответ. Веки роняю и представляю тонкие девичьи пальчики с коротким маникюром. Поясницу резко жаром охватывает, как если бы она провела над ягодицами. Бёдра стиснула. Выдохнула мне в лицо. Изогнулась подо мной и вскрикнула от толчка члена в…

— Макар, мне приехать к тебе вечером? — Уля канючит капризно. Выставляет губы вперёд.

Висну на мгновение.

Не мешало бы, да. Скинуть на ней напряжение. Сквозит безошибочное предчувствие, что желаемый объект выпишет мне отказную.

Сигнал тринькает.

Кликаю диалоговое окно и разворачиваю сообщение.

Ариэль: "Никаких личных встреч. Мы договаривались".

Да, сука! Почему?!!

— Макар? — снова Ульяна привлекает к своему присутствию.

— Нет, Уля, не приезжай, — бросаю на ходу, чтобы от неё отделаться.

Девочка в сети увлекает невменяемо. Даю гарантии, что она соответствует образу на аватарке. Не Мурзилка в шерстяном берете и толстенных очках, за которыми хрен поймёшь какого цвета у неё глаза. В Хоттабыче с бородой до колен, тоже ничего привлекательного.

На аве она сидит спиной. Золотисто русые волосы стекают ниже поясницы и закручиваются на концах. Фильтры портят чёткость, рисуя мокрые дорожки и дождевые капли на выпуклых позвонках. Прохожусь глазами по узкой талии и увеличиваю, чтобы рассмотреть её.

Ариэль — это же русалка без голоса и с хвостом. У моей ноги чуть ли не от ушей, прикрыты тонкой занавеской, но по силуэту различима, аппетитная окружность бёдер.

Я в идеале владею тактикой рукопашного боя, неужели не уломаю на свидание вживую.

Быть такого не может!

Пользуемся запрещённым приёмом

Нептун: "В таком случае ты много чего лишаешься".

Подхожу к байку, припаркованному возле центрального входа в клуб, где с недавних пор, являюсь неоспоримым фаворитом в гонке за чемпионский титул боевого самбо.

Мне нужна тактика. Срочно!

Семимильными шагами деградирую, пренебрегая живыми и доступными телами. Безотказная Ульяна уже не первая, кого пришлось подвинуть. Ради кого/чего — вот в чём вопрос. Результат редко соответствует ожиданиям ноо…

Хочу её, пиздец. Шерсть и кожный покров по периметру и вкось электричеством прошивает. Мандражирую на перемещения карандаша, как сопливое нечто.

Ариэль: "Теряя, мы приобретаем полезный опыт. С парнями я общаюсь, только вирт, если ты об этом".

Да? Почему так? Обидел кто-то? Покажи мне этого мудозвона, и он дышать мгновенно перестанет.

Но всё же. Расширения личных границ избегаю. Я не лезу в душу и к себе не приглашаю.

Нептун: "Могу помочь в обнулении. Попробуй представить мои руки на тебе. Согласись, не то? Тактильно и на ощупь общаться, по-моему, вне конкуренции".

Ариэль: "Я представила твои руки. Мне нравится, как они скользят по коже. У тебя чуткие пальцы, а у меня мурашки по всему телу. Мне кажется, ты можешь довести меня до оргазма".

Нептун: "Давай попробуем, но что делать с тем, что я хочу видеть, как ты кончаешь. Впиться в твои губы. Сжать соски, провести языком. Потрогать, насколько мокрая ты будешь".

Рецепторы дружно вздрагивают, будто в реале начинаю закидываться ароматами. Невыносимо прёт почувствовать, как она пахнет. Какой у неё голос, почему-то представляется бархатным и тонким. Как если бы она стонала без перерыва.

Вкручиваю ключи в замок зажигания. Стучу нетерпеливо по шлему, удерживая на прицеле мелькающий карандаш.

Ариэль: "Относись ко мне как к боту. Как к персонажу NSFW. Допустим любой сценарий. Ты делаешь со мной всё, что ты хочешь. И я с тобой".

Нептун: "Ограничения?"

Ариэль: "Их нет. Кроме: Я не шлю фото, видео и не отвечаю на звонки. Обещаю честно передавать ощущения и описывать, как я к себе прикасаюсь".

Мммдаа, чувак. Тебя опрокинули через плечо. Девочка хочет сама себя трогать.

Это мой самый безопасный секс. И самый крышесносный облом.

Идём вразрез, потому что я себя трогать не хочу. Возраст не тот, чтобы вручную удовлетворяться.

Что там ещё из принципов осталось?

Никого не ждать. Ни за кем не бегать. К серьёзным чувствам на три метра не приближаться. Знающи на опыте скажу, что этот любовный вирус тяжело переносится организмом. Распад мгновенный. Сборка медленная.

Нептун: "Предлагаю компромисс. Организую нашу встречу в полной темноте. Ты будешь непроницаема для моих глаз, но удовольствие гарантирую, запомнишь навсегда. Как тебе?"

Ариэль: "Мы общаемся либо на моих условиях".

Ариэль: "либо не общаемся".

Нахуй этот рок-н-ролл. Кто она такая? Кто я такой, раз продолжаю дырявить глазами экран и аву с потухшим маяком.

Ариэль вышла из сети.

Хорошая попытка уложить. Сделала подсечку. Закинула крючок и по касательной нанесла кулаком под дых, но не задела. Пляшу под дудку, пока что на твоих условиях. Свои озвучу не онлайн, а когда под себя уложу.

Доберусь же до неземной?

Сомневаюсь.

— Ого, какая громадина. Прокатишь? — верчу головой по курсу звука на крыле мотоцикла, — Я Света. Мы виделись. Я с Яриком была на вечеринке. Покатаешь, а то я никогда на мотоцикле… хочу незабываемых впечатлений, — тулится боком ко мне на сидушку. Юбка по самый срам подскакивает

Света...Света… Света…

Что-то припоминаю.

По шкодливой улыбке, нагнетающей углубить просьбу. Света у нас звезда шикарного минета. Она живёт Яриком и судя по его вечно раздражённому фейсу сосёт из него деньги, сосёт мозг и по остаточному принципу член радует.

Машу отказано и уношу в архив, тут же про неё забывая. Типичная крашеная блондинка с неплохой фигуркой. Лицо даже не рассматриваю, накидывая на голову шлем, и опускаю забрало.

Без слов понятно, что этот пассажир со мной не едет.

Даю газу со стоянки и по скорости прохожу километров.... дцать к интим — салону. Выбираю не без помощи консультанта полезную штучку для девичьих шалостей. Вибротрусики с пультом управления в телефоне. Хочет Ариэль, не хочет, но её оргазмами с этих пор управляю я.

Делаю селфи с розовой коробкой, прикрыв пальцами название и оставив интригующее «Сладкий лёд». Прикрепляю своё фото верхом на байке к сообщению. Лицо не беру в объектив, чтобы не светить голодную маску. Предвкушение натягивает скулы, может и спугнуть.

Нептун: "Хочу сделать тебе подарок. Решай, где сможешь его забрать".

Ну же, Гюльчитай открой личико.

Думаю, Неземная прокатит на запаске с согласием принять презент. От незнакомых дяденек неприлично. Выкатит что-то в этом роде или пропадёт с онлайн-радаров.

Зеленая точка в углу фото вспыхивает. И у меня вспыхивает…

Надежда.

Ариэль: "Я возьму, а ты примешь мой, чтобы мне неловко не было. Что тебе подарить?"

Удивила. Торкнула. Попалась!

Нептун: "Хочу твой запах".

Ариэль: "В смысле, подарить тебе женские духи?"

Да, щас.

Нептун: "Хочу твой запах на бельё, после первого оргазма".

Смакую этот момент. Неземная ведь не догадывается, какой у меня изощрённый план зреет. Зоны комфорта нам ни к чему, как и бездушные экраны. Плотского хочу вкуса и запаха.

Влажно.

Ариэль: "Ты извращенец?"

Да, блядь. Уже не отрицаю. Мысли, извращённые и, звучат так, что пальцы оближешь.

Нептун: "Ты согласилась. Я подтвердил. Пиши адрес".

Нагло давлю. Играя с ней в одни ворота. Всем же хорошо будет, не отказывайся.

Уведомление приходит, но открывать не тороплюсь. Делаю ставки.

Заблочила? — тридцать на семьдесят в процентах.

Отправила ссылку моего акка кибер-ментам, по отлову личностей с непотребными наклонностями? — вероятно, но мало.

Накатала гневную простыню, что таких нужно изолировать от общества?

Я не такой, но всё-таки.

Вскрываю сообщение, как краплёный туз перед матёрыми картёжниками. С осторожностью свайпаю.

Ариэль: Центральна библиотека на Соколова. Седьмой ряд, четвёртая полка снизу. Положи за книгу Кирила Бонфильоли «Не тычьте в меня этой штукой».

Обескураживают две вещи в её послании, до того как меня начинает таращить триумфом.

Центральная библиотека для закладки эротического реквизита, не самое подходящее место. Кто-то же из девственных умников по ошибке вместо экстаза получит психологическую травму.

Да и хер с ними. Ариэль попадётся раньше, чем кто-то окультурится вибротрусами.

«Не тычьте в меня этой штукой»

Разве не зашифрованное фаллическое послание?

Сто́ит напрячься, что неземная против членов в любом их виде.

Фото в минусе (но я и не прислал бы)

Реал тоже не складывается.

Проблема не в этом. Проблема в том, что я вслепую пытаюсь нашарить ключ в незнакомом мне пространстве.

Нет, мне не нравится.

Залипать на объекте из пикселей, тоже какой-то отстой. Но я о ней думаю. Если на то пошло, сорок восемь часов из головы не выходит.

Херово.

Херово, что в библиотеку со школы не ходил. Там же система пропусков действует. У меня нет, зато знаю, где добыть.

Вздрогнув мотором, внепланово, но с «уважительной причиной» раскатываю колёсами асфальт на встречу с Василисой Ирискиной.

Разница в девках, стоя́щих в коридоре с Ромашкой колоссальная. Они громко обсуждают сплетни. Иду мимо них никак не касаясь, пока слухом не цепляюсь за…

— Смотри, я утром зафоткала… что Ирискина за убожество. Смотри, как они с этим жиробасом Звенияйцевым идут... пара года. Надо на них мем забабахать и во все чаты раскидать, — дружно и по лошадиному ржут.

Не останавливаясь, выкидываю ладонь и отнимаю телефон. Пластиковое окно в фойе распахнуто на проветривание. С меткостью у меня всё прекрасно. Прицеливаюсь, и гаджет, преодолев зазор, летит со второго этажа на улицу.

— Да, блять, ты чо творишь!!! — не брендовая соска, возмущается, кидаясь смотреть, куда приземлился телефон. Дылда под метр восемьдесят и видно, что в прокате по членам уже превышает норму.

— Полезешь к Васе или обидишь, полетишь следом, — улыбаюсь, толкая дверь в аудиторию, которую до этого в расписании подсмотрел.

В глаза бросается, какая потерянная Ромашка посреди всей этой суеты. Даже вдумываться не стану, с чего причина внедрения тормозит, как на светофоре, потом резко меняет направление.

Заступиться за неё некому. А меня трогают глаза её грустные. Фигурка тоненькая. Губки розовые и влажные. Дрожат, как будто бы она вот-вот заплачет.

— Не пугайся, того, что я сделаю, — всего-то мысли вслух.

Потом и не рассматриваю, принимая себе на грудь сжатые в кулачки ладошки.

Не поцелуй, а дуновение ветра. Непонятный мне актив веществ, поднимает градус в теле.

И я, конечно, сволочь. Распускаю язык, когда стоит острая необходимость держать его за зубами. Дышу на её губы. Отогреваю, расправляясь со стопором.

Испуг — он сладкий. Ответ невнятный, но будоражащий. Категорически похуй, что не с той девочкой репетирую и погружаюсь во влагу рта, как в транс. По талии ладонь растираю, чтобы она не рассы́палась в напряжении. Давно меня не вставляло от такой нежной порнографии.

— Макар, — не дышит почти, якобы сознания лишится с секунды на секунду.

— М-м-м? — с заносом продолжаю трапезничать, всасываясь в чистый мёд податливого рта. Помолчи немного. Не обламывай. Мозг уподобляется крови и сливается в пах. Боевое орудие подзаряжено и привстаёт. Пока приемлемо.

С учётом того, что трахать её нельзя.

Членом нельзя.

Языком можно.

Трахаю, поступательно вводя и собирая влагу. Безобидно вылизываю, крепя на задворках, что мы на людях. Меня, мать вашу, аж перестёгивает, когда напарываюсь на острый кончик её язычка.

Жгучие покалывания на коже учащаются, вот тогда перестаю Васю терзать.

Отстранившись, оставляю руки на талии.

— Зачем? — колотит её точно в лихорадке. Чем не отклик. Спихивает с себя мои кисти, пока молча таращусь. Густые ресницы подрываются, рассеивая чувственный шок. Двусторонне прошибло, что оказывается приятная неожиданность.

— Поможешь мне пройти в библиотеку? — ухмыляюсь я, словно всё в норме, но нет.

Сбой случился. Замазать не получится.