Алекс включил воду, которая обдала нас теплом и приник к моему телу своим. Я бы хотела сопротивляться, но не могла. Алекс стал покрывать моё тело поцелуями сверху вниз под струями воды, и я терялась в этом состоянии. Я хотела большего, но мой мозг отказывается принимать в данный момент эти ласки, а тело предательски отдавалось им.

— Нет! Остановись! — выпалила я, несмотря на то, что хотела продолжения.

Но Алекс не ответил на мой протест, но и не продолжил свои ласки, он просто помыл меня как ребёнка или как куклу, после чего голышом запрокинул на нашу кровать, укрыв одеялом, после чего сам скрылся в ванной. Я под действием своих чувств провалилась сама в крепкий сон, забыв окончательно про то, что хотела идти на разведку к детям. Проснулась я лишь под утро, Алекса не было рядом, что меня очень насторожило и испугало. Я встала с кровати, оделась и пошла на разведку. Тася и Лёшка оба спали в своих комнатах, я прошлась по всему дому, после того как проверила детей, так и не найдя в доме Алекса. Взяв телефон в руки, я набрала его номер, думая при этом, что он у любовницы, что меня сильно ранило, дико причиняя боль. На мой звонок Алекс отозвался моментально.

— Алло? — отозвался он в телефоне.

— Ты где?

— На работе, прости, что не предупредил. Надо срочно уладить кое-какие дела.

— Привезти тебе завтрак?

— Нет. Из дома ни ногой! Я скоро сам приеду на завтрак.

— Что происходит, Алекс?

— Ничего. Доверься мне и выполни то, о чём я тебя прошу! Детей тоже никуда не отпускай!

— Алекс?!

— Я приеду и всё обсудим! Обещаю! И помни о том, что я тебя очень сильно люблю и не представляю своей жизни без тебя и Лёшки!

Алекс отключился, а в моей груди ещё сильнее заскреблись кошки, от чего хотелось забиться в угол, чтобы прореветься от этого противного чувства. Но вопреки этому, я отправилась атакой на кухню и стала готовить завтрак. К пробуждению детей на столе стояли блинчики с различными начинками, свежевыжатые яблочный и апельсиновый соки, сахарные булочки и сэндвичи.

Пока дети ели, к ним присоединился Алекс, с которым я не намеревалась начинать разговор первой. Во мне сидела лёгкая обида на него. А он будто этого не замечал, мило и спокойно беседуя во время завтрака с детьми. Едва дети испарились из кухни с намерением идти переодеться и отправиться купаться с самого раннего утра в бассейн, как я оказалась заграбастана в объятия Алекса.

— Не обижайся и не злись на меня, пожалуйста! Я всего лишь пытаюсь сделать всё возможное, чтобы избавиться от проблем, которые навалились на нас огромным снежным комом, — произнёс он, в перерывах между слов целуя меня в макушку. — Вчера я тебе не сказал всей правды по поводу Лёши. Его выкрали и оставили записку с угрозой.

Я вырвалась с гневом из объятий своего мужа и стала колотить по его груди своими кулачками, на что не получила ни малейшего сопротивления. Выпустив свою злость, я разрыдалась, не зная, как дальше действовать.

— Прости, меня моя девочка! Но я должен был это скрыть от тебя, чтобы избежать твоего истеричного состояния. Сегодня я уже съездил в отделение полиции, где подал заявление о том, что Лёшку вчера выкрали, чтобы нас смогли ещё защитить с их стороны. Если это происки твоей тётки (а оно так и есть, я в этом просто уверен), то ей добавиться дополнительный срок ко всему тому, что она уже успела сделать. Пойдем, присмотрим за детьми? — спросил он, сменив тему.

Я, молча, вышла из кухни и поднялась в спальню, где переоделась в купальник и вышла во двор, прихватив с собой аптечку, подумав о том, что Алексу надо сделать повязку. Долго он себя ждать не заставил. На ходу снимая футболку и сразу же садясь рядом со мной на шезлонг, предоставляя свою руку в полное моё распоряжение, при этом тоже сохраняя молчание.