Едва я спустился вниз, увидел, как Лина орудует на кухне, видимо, готовя завтрак. Оттуда действительно уже доносился запах запечённого творога и кофе.
— Доброе утро, жена! Как самочувствие?
— Моё нормально, а твоё? Антипохмелина надо?
— С чего это вдруг? Я не выпил вчера столько алкоголя, чтобы сегодня опохмеляться и пить лекарства. Хотя я одурманен и слегка пьян от своей любви к тебе! — произнёс я, пытаясь приобнять Лину, которая юрко увернулась и ответила мне:
— Садись завтракать, раз поднялся в такую рань!
— Заноза!
— Зануда!
— Я на тебя обиделся!
— Отличненько! Значит, больше не будешь применять ко мне своего рукоприкладства! Тебе кстати записка от Марии Михайловны.
Моя девочка подала мне свёрнутый пополам лист бумаги, развернув который я медленно прочитал, пытаясь въехать в то, что там написано: «Я прощаюсь с Вами, расчёт жду в ближайшие дни. Ваша дочь нашла себе авто замену меня. Надеюсь, что вы оба всё-таки в ней разочаруетесь, только я вот потом возвращаться к вам не буду. Разгребайте всё сами!»
— Чего это вдруг? — удивлённо спросил я.
— С Тасей потом сам поговори, только не дави на неё. И отпусти её, пожалуйста, сегодня на вечеринку, чтобы она стала больше тебе доверять. Вам уже пора налаживать свой контакт, чтобы она перестала выкидывать свои завихрени. Она уже достаточно взрослая, и скоро начнёт встречаться с парнями. И чтобы ты не остался не у дел: с кем и где она, тебе надо сейчас расположить её к себе.
— С какого перепуга у неё скоро появятся парни?
— Алекс, ей пятнадцать лет!
— Ну и что! А тебе девятнадцать и много у тебя было парней?
— А это Вас не касается, мой дорогой муженёк!
— Касается! Я хочу знать это! Хочу знать тех, кто ласкал мою девочку, мою жену. Я люблю тебя, слышишь! И хочу знать о тебе всё! — я стал надвигаться на неё и всё-таки загрёб в свои руки, прижимая к себе, при этом сразу же ощупывая её лоб на предмет температуры. Но лобик её был прохладным, что радовало. — Что ты там вчера говорила по поводу панической атаки и температуры, связанной с ней? Это как-то связно с интимными отношениями? Давай поговорим, пожалуйста, об этом и поставим на этом точку. Я очень хочу тебе во всём помогать!
— Я не могу!
— Хорошо. Как готова будешь поговорить об этом, сама начнёшь разговор? Договорились?
— Да.
Я выпустил Лину из своих рук, а так хотелось её ещё дальше обнимать, ласкать. Я поел и после перевязки поехал в свой офис, после которого все отправились в суд. После него мы отправились праздновать свою первую победу в ресторане. Едва мы только приступили к еде, как к нам подошла моя первая жена — мать Таськи, которая в наглую уселась мне на колени и стала целовать меня в засос прямо в губы. Впервые секунды я обомлел, не зная, что дальше делать, но едва увидев боковым зрением, как моя девочка, моя Кара, соскочила со своего места и бегом выскочила из ресторана. Только в этот момент я пришёл в себя и скинул со своих колен свою бывшую, готовый разорвать её на куски, но услышал голос дочери:
— Мама? Что ты здесь делаешь?
— Мне позвонила Мария Михайловна и сказала, что моя любимая дочь выгнала её из дома, — ответила Марина. — Я прилетела вас навестить. Я по вам очень-очень соскучилась.
— Да, конечно! Так я тебе и поверил!
— Мне тоже слабо верится! Где ты была все мои пятнадцать лет? Я видела тебя только по видеосвязи и на фотографиях в твоих социальных сетях! Ты вообще в курсе, что папа женился, а ты тут такое устроила!
— Хочешь сказать, что та мышка, которая только что убежала, твоя жена? Тебя на малолеток потянуло никак под старости лет?
— Не всё же тебе по мальчикам бегать!
— Пап, вы тут сами разбирайтесь, а мы с Лёшкой пойдём Лину ловить, как бы чего она не натворила!
— Спасибо, дочь! — ответил я, провожая детей взглядом. После того, как они вышли из ресторана, я обратился к Марине: — Чего припёрлась?
— Фу, какой ты стал грубый! Я приехала посмотреть на ту, которую ты впустил в дом вместо меня!
— Тебя в моей жизни не было, и быть не может! Ты ушла, бросив меня с новорождённой Таськой, поменяв нас на нового козла, который тебя, по всей вероятности, даже и обеспечить не может. Ты в курсе, что ты выглядишь старше своего возраста?
— Ты как был моральным уродом, так им и остался! Ты со своей малолетней шлюшкой себя так же ведёшь?
— Во-первых, она не такая как ты — шалава, а во-вторых, тебя это давно не должно интересовать!
— Я хочу пообщаться с дочерью!
— Этого я тебе гарантировать не могу. Дочь уже взрослая и сама решает с кем и как ей общаться. Могла бы это сама заметить!
— Ты её специально настраиваешь против меня!
— Ты сама её настроила против себя, когда бросила её совсем малюткой, а я никогда не запрещал ей общаться с тобой. Так что выводы делай сама.
— Хочешь сказать, что не пригласишь в наш дом?
— Нашего, кроме дочери, у нас ничего нет! И, да: в дом свой я тебя не пущу. Там тебе однозначно нет места.