— Шла бы ты и в правду отдыхать, мы сами справимся!!! — предложил Олег, но мне теперь не хотелось, чтобы моя девочка покидала меня в эту секунду. Хотелось видеть все её реакции и действия, которые помогли бы мне понять то, что она чувствует и ощущает... Видеть её бездонные глаза, чувствовать её... Чёрт! Чёрт! Чёрт! Даже с пулевым ранением и с дикой болью я хочу её! Просто безумие какое-то! Я проводил её взглядом, уходящую на кухню и снова услышал своего друга, у которого голос выдавал его веселье: — Ну, ты и мудак! Ты бы хоть меня постеснялся со своим стояком!.. У вас уже был секс? — шёпотом спросил он, чтобы домочадцы не услышали его.
— Ну, у тебя и вопросы!!!
— Так всё-таки?
— Нет... Не могу я брать нахрапом...
— Да неужели? — снова хохотнул Олег, откровенно издеваясь надо мной. — Но я рад, что ты не торопишься с Линой... Пользуемся моментом и начинаем выпивать?
— Закуски дождитесь!!! — крикнула с кухни Лина. У неё слух как у совы что ли? Олег при этом откровенно засмеялся, видимо, думая о том же.
— Не забалуешь ты у неё!!! Полицейские осмотрели подвал?
— Да, Лина их проводила туда. На днях пойдём к ним... Завтра уже в суд. С утра надо будет забежать в офис, чтобы подбить документы, чтобы всё предоставить.
— Может, стоит попросить о переносе заседания, в связи с тем, что ты ранен? — спросила Лина, заходя с парой тарелками, на которых были нарезаны лимоны, колбаса, сыр и хлеб.
— Нет. Никаких переносов. Надо завершить дело и покончить уже со всем этим!
— А если Лёшку после суда заберут, коли тётку окончательно закрыли?
— Не заберут!!! Я уже созвонился с органами опеки и отправил им документ о том, что беру пока что твоего брата под временную опеку... Лёшка сейчас под полной юридической защитой и его уже никто не тронет...
Мы ещё немного посидели, обсуждая предстоящее заседание, после чего Олег уехал домой, а меня моя девочка увела в комнату и влепила укол обезболивающий, да так, что я его почти не почувствовал, лёгкая же всё-таки у неё рука. Пока она проверяла детей, я успел погрузиться в крепкий сон...
Лина.
Твердолобый! Моему возмущению нет предела!!! Но я это исправлю! Научиться ко мне прислушиваться! И сегодня он у меня проспит всю ночь!!! Я вместе с обезболивающим, вколола ему снотворное... Пусть знает!!!
— Как папа? — спросила Тася у меня, едва я появилась в её комнате.
— В порядке, не переживай. Я ему сделала укол, и он спокойно и без боли проспит всю ночь... Ты сама как? Сильно испугалась?
— Не знаю. Я толком до сих пор ещё не восприняла то, что произошло... И ты всё так быстро сделала! Я бы так не смогла. Ты не дала себе расслабиться и броситься в панику. Но я видела потом, как тебе было плохо, но и это ты быстро убрала от посторонних взглядов. Я теперь вся в твоём распоряжении.
— Я тоже! Знай, что всегда поддержу тебя во всём.
— Из-за неё твоего отца чуть не убили, а ты ей говоришь, что доверяешь ей? — услышала я за своей спиной голос Марии Михайловны.
— Да. И так будет всегда, пока папа сам не скажет, что ей доверять нельзя!!! Мне лично Лина ничего плохого не сделала. А то, что ты козни строишь, это твои проблемы! Я больше не участвую в них!
— Почему такие вдруг изменения?
— Потому что я вижу, что папа действительно любит! И если тебя это не устраивает, то скатертью дорога! Я больше не позволю тебе манипулировать мной... Я уже выросла и всё начала понимать, как положено.
— Ты хоть понимаешь, маленькая засранка, что я сейчас могу предпринять попытку разрушить всю вашу счастливую жизнь?
— Если попробуешь, то я предоставлю запись, что сейчас я записала, в полицию, о том, что ты угрожаешь мне и моей семье... Так что делай выводы сама...
Мария Михайловна вышла из комнаты, громко хлопнув дверью. А Тася подошла ко мне и обняла меня.
— Прости меня и за неё, и за меня! — произнесла Тася.
— Ты тоже прости меня, что так сумбурно вошла в твою жизнь... Пойдём Лёшу посмотрим, а потом устроим праздник живота?
— Я, итак, толстая!
— Неправда! Совсем не толстая, но, если хочешь, мы вместе можем ходить в тренажёрку, как только моё плечо заживёт.
— Согласна, пошли опустошать холодильник!!!