Возле машины Смуров сделал Тимофею знак подождать и закурил. Тимофей покорно остановился.

– Черт знает что, – выдал Смуров вместе с порцией дыма.

– Думаете?

– Чем больше узнаём… тем меньше понятно.

– Я вижу ситуацию с точностью до наоборот. Чем больше мы узнаем, тем больше мне понятно.

– И что тебе понятно? За что хотели убить этого?

– А разве не очевидно? Он дал кому-то понять, что знает всю правду о походе. И тот, кому не нужна правда, решил его убить. Обладая из всей возможной информации только номером бегуна.

– И кто это?!

– Ну… как минимум человек, который был свидетелем тех событий. Не молодой.

– А может, сын. Или дочь.

Тимофей подумал несколько секунд и нехотя кивнул:

– Может. Но я так не думаю.

– Почему? Подгоняешь условия под ответ?

Тимофей достал смартфон, разблокировал и, потыкав пальцем, показал Смурову экран.

– Ну?

– Это форум, на котором собрана информация по истории лыковцев и идут дебаты. Вот некто «Ганнибал». – Тимофей продемонстрировал ник латиницей и уродского качества фотографию актера Энтони Хопкинса. Узнать его можно было только издалека и при наличии воображения.

– И?

Тимофей нажал на фотографию, на экране появилась информация о пользователе.

– Здесь указан имейл.

– И?!

– Во-первых, можно было написать на имейл и как-нибудь выведать побольше сведений о человеке. Во-вторых, его можно просто забить в поисковик. – Тимофей исполнил то, о чем говорил, и проскроллил результаты поиска. – Вот его профили в соцсети, на «Авито», на «Профи. ру». Узнать внешность человека – вопрос пары минут. Но убийца этого очевидно не сделал. Почему? Видимо, потому, что представления не имел о таких возможностях. Вот почему я считаю, что этот человек – из старшего поколения. Признайтесь, вы тоже не догадались бы так сделать.

Тимофей был прав. Смуров, столкнись он с необходимостью исполнять что-то в Сети по работе, просто поставил бы задачу спецам и потом прочитал отчет. Однако сдаваться ему не хотелось.

– А может, он просто плохо видит. Мы же говорили.

– Да, и это – еще один аргумент в пользу возраста.

– Черт…

– Вы не виноваты. Просто ваша работа – это физическая сила, социальные связи и бумаги. Моя – мышление и сопоставление фактов.

– Слышь, мыслитель! – Смуров возмущенно выдохнул дым в лицо Тимофею. – Сейчас получишь у меня.

– Остается два вопроса, – не обратил на него внимания Тимофей. – «Кто?» и «Как?».

Тимофей смотрел вдаль, взгляд его был рассеян, но он заметил быстро движущийся объект на тротуаре. Моргнув, сфокусировал взгляд и понял, что по тротуару бежит девушка в спортивном костюме, с убранными в хвост длинными светлыми волосами.

– Где были, там и остались, – проворчал Смуров.

– Нет, раньше вопросов было три. Третий – «Почему?». Теперь нам известен мотив, и круг подозреваемых сужается. Ниточки должны вести в Екатеринбург.

– Сколько лет прошло. Сто раз переехать могли. В Москву в том числе. Кто в нее не ехал в девяностые. И в нулевые…

– Верно. К тому же отравление мог устроить кто-то по просьбе или приказу. Но убийцу все равно нужно искать среди очевидцев тех событий. Этим занимается Вероника.

«С Зубаревым», – мрачно добавил Тимофей про себя, но тут же тряхнул головой, выгоняя оттуда мысли, которые непонятно как вообще туда попали. Странные, лишние мысли.

– А у нас что? Всё? – пропыхтел Смуров.

– Нет, не всё. Нам нужно понять, как именно было совершено отравление. Где Петрова с номером мог увидеть убийца и как заставил его принять яд?

Девушка-бегунья была уже в полутора десятках метров от припаркованной у тротуара «Ауди», когда отточенным движением сорвала со специального крепления бутылку. Открыла клапан и, не сбавляя скорости, сделала несколько глотков.

Тимофей, осененный внезапной догадкой, проводил ее взглядом.

– Симпатичная, – оценил Смуров.

– Кто?

– Девчонка.

– Не заметил… Неважно. Обеспечьте мне контакты волонтеров, работавших на забеге. Если быть точным – на первом десятке километров.

Смуров поперхнулся дымом и закашлялся. Его лицо опасно покраснело. Прочистив легкие, Смуров заорал:

– Я тебе кто?! У меня работа есть, вообще-то! Шатаюсь тут! С тобой!

– Господин Смуров. Мы вот-вот раскроем серию из пяти убийств. Давайте еще немного потерпим друг друга. Поверьте, я тоже не получаю удовольствия от общения с вами. Я бы предпочел, чтобы на вашем месте…

Тимофей осекся. И почувствовал что-то странное. Такого чувства он не испытывал никогда в жизни и не понял, что с ним происходит. По ощущениям, у него горели щеки.