Когда за следователем закрылась дверь, «эльфу» пришла в голову мысль, что надо было встать, провожая Котырева. Всё же аристократ, целый князь! У них на этикете всё завязано, поклонился не так — и плетей огрёб. М-да…

Японоговорящий дон провожать их не стал, вызвал вестового. Тот отвёл землян к квартирмейстеру, который побурчал что-то под нос невнятное, посмотрел на них недовольно, но всё же приказ выполнил.

Для мужчин вытащил из короба ворох тряпья и предложил выбирать. Особого выбора там и не было, вся одежда была однотипная, в такой тут щеголяли стражники. Женщин увела в другую комнату служанка, и вскоре они вышли оттуда в таких же длинных платьях, как и остальная прислуга, разве что платья были подобранны по размеру и отсутствовали длинные фартуки. Как пояснила Крыгина, наличие последнего означало, что женщина на службе, а если без него, то она вроде как на отдыхе.

Главное, что обрадовало всех, их переобули. Правда, Валера сохранил свои щегольские сапожки, да и рубаху со штанами аккуратно скатал в рулон и отказался сдавать. Кладовщик на это лишь пожал плечами, сказав, что ему тюремного барахла, оставшегося от казнённых, и даром не надо.

Потом их повели заселяться. Крепость Транье — строение довольно крупное, но это всё же не город, а место, предназначенное для обороны. Поэтому живут тут тесно из-за большого количества складов, бездействующих на данный момент ремонтных мастерских, кузниц, столярных и плотницких цехов, и прочего, что без надобности сейчас, но может пригодиться во время длительной осады. Попаданцев заселили в отдельно стоящее двухэтажное здание. Досталось им две смежные комнаты, насколько понял Гараев, в служебном крыле на первом этаже.

Из соседних комнат то и дело выскакивали слуги, громыхая дверьми, в коридорах звенели голоса, кто-то с бранью искал нерадивого Юхана, а найдя с ещё большей руганью посылал его за водой для умывален. Двое молодых парней пронесли мимо на носилках внушительную бочку, следом за ними важно прошествовала упитанная тётка в белоснежном переднике. Землян она оглядела с подозрением, видимо, решала, можно ли припрячь тех к хозработам.

Пока в очередной раз пересекали двор, провожатый показал, куда ходить мыться, где держат лошадей, а где квартируют воины. Отдельно проинструктировал, что по нужде надо ходить в специальные комнатки, а не гадить по углам. Девушкам посоветовал вообще не выходить во двор, особенно вечером, когда возвращаются солдаты. Могут и пристать, а так как землянки с местным обхождением не знакомы, могут возникнуть никому не нужные конфликты. Мужчинам порекомендовал не высовываться по той же причине.

Крыгина сказала, что такой режим ничем от тюрьмы не отличается, а они не пленники.

— Может и так, — пожал плечами проводник, выделенный капитаном. — Только у нас тут провинция, нравы простые. Солдаты вечером из кабака вернутся, а вы барышня видная. А ну как зажмёт вас кто в уголке, что делать будете? Не, мы того ухаря, понятное дело, накажем, но то ж потом будет.

В общем, страху нагнал.

Когда мужская часть попаданцев очутилась в выделенной комнате, Андрей вздохнул с облегчением. Кстати, комнатушка была совсем небольшая, словно в хостеле каком. Двухъярусные кровати по периметру, в центре стол и две лавки. Завершали обстановку восемь одинаковых сундучков, стоявших промеж кроватей, да шкаф, в котором обнаружилось постельное бельё серого цвета, не раз стираное, с заплатками.

— Бедновато, зато чистенько, — констатировал Валера, завершив осмотр и уложив в сундук пожитки.

— Разбирайте места, кто где спать будет, — скомандовал Гараев.

— Я вот тут, — похлопал по матрасу Вершинин, сидя на нижней шконке возле стены с окошком. — Ништяк, в натуре. Рус, давай на соседнюю падай.

— Вниз мы Дархана положим, — решительно заявил Герцман. — Ему всё ещё плохо.

— Тогда сам «на пальму» лезь, фраер, — с насмешкой предложил Игорь. — А мне и внизу сойдёт, как авторитету.

— Ты тут зоновские порядки не устанавливай, — предупредил физрук. — И за языком следи, а то нарвёшься.

— На тебя что ли нарвусь? — без всякого веселья оскалил крепкие зубы наёмник. — Ты когда себя паханом назначил, дядя?

— Я тебе не дядя, щегол, — рявкнул Гараев.

— Чё сказал?

Игорь вскочил и скользнул, сжимая кулаки, навстречу учителю, но тот выметнул вперёд раскрытую ладонь, впечатывая её в грудь парню. Вершинина отшвырнуло обратно с такой силой, что он не устоял на ногах, ударившись боком о вертикальную стойку, поддерживавшую второй ярус, заодно крепко приложившись затылком о верхнюю шконку, и свалился на пол, раскинув ноги.

— Повторять не стану, — предупреждающе рыкнул двухметровый «эльф», нависая каменным утёсом. — Задумаешь волну гнать, в лоб получишь. Понял?

— Окей, базара ноль, — криво усмехнулся Игорь, поднимаясь на ноги. — Банкуй, сенсей, ты здесь главный.

— А раз так, то не быкуй! Мы в конкретную жопу попали, так что надо друг за друга держаться. Все согласны? — Гараев оглядел остальных. — Давайте, кто что думает? Как дальше жить планируете?

— Я магом хочу стать, — тут же заявил Валерка. — Попробую, по крайней мере.

— Гендальф, блин, недоделанный, — хохотнул Руслан. — С чего ты взял, что можешь магом стать, дятел волосатый?

— Ни с чего, — спокойно ответил геймер. — Только куда мне ещё деваться? Это тебя дон Роберто на службу возьмёт, ты вон какой здоровый. Как раз твои три класса и две извилины здесь за универ сойдут. Глядишь, к пенсии дослужишься до сержанта.

— Поговори мне ещё, — показал кулак Горбоносов. — Я, может, покруче тебя магом буду. А вообще, чего ты, Владимирыч, о будущем заговорил? Нас же князь к себе под крыло берёт, я так понял. Сначала с ним потусуемся, а дальше видно будет.

— Андрей Владимирович прав, — заметил Герцман, помогая устроиться на кровати Дархану. — У местных перед нами огромная фора, догнать их будет почти невозможно.

— Да ладно там, невозможно, — презрительно бросил Игорь. — Они тут в каком веке живут, в десятом? Край — в тринадцатом. Да мы их ещё поучить сможем!

— И чему ты их сможешь научить? — серьёзно спросил его экс-политик. — Что ты можешь им предложить вот прямо сейчас? Насколько я понимаю, мы тут не первые, и у местных уже много всякого есть из нашего мира и времени.

— Пороха у них тут нет, кажется, — подал голос Дархан. — Не видел я огнестрела, только арбалеты.

— Да? Верно… — Аарон Борухович почесал кудрявую шевелюру и опять повернулся к Вершинину. — Ты знаешь рецепт пороха?

— Может и знаю, — огрызнулся тот, покосившись на физрука. — Да только не скажу. Может, я на том рецепте в люди выйду, герцогом каким стану. Сам-то на чём подняться хочешь?

— Пока даже не представляю, — признался Герцман. — Но думаю, что образованному человеку в средневековье найдётся, где на масло к хлебу заработать. Я ведь не только в законах разбираюсь, но и в архитектуре, бухгалтерии, математике. Можно попробовать в купцы податься, если возьмут. Или, к примеру, на корабль, штурманом. Я в детстве моряком хотел стать.

— Порох местные знать должны, — задумчиво почесал щетину Гараев. — Чёрт, надо спросить, можно ли хотя бы бритву достать. Порох, хм… Думаю, порох они знать должны, сто пудов. Может, простой, чёрный. А если нет здесь нет пороха, то…

— Что? — насторожился Игорь.

— Магия, — ответил Валерка. — У нас её нет, а здесь она есть.

— И чё? Ты, в натуре, давай, объяснись по-человечески.

— Я и объясняю. Может, у нас, к примеру, селитра есть, а здесь нет. Или уголь. Или ещё что. Правда, тут тогда алхимия должна быть развита…

В дверь негромко постучали. Андрей Владимирович отодвинул засов, распахнул дверь:

— О, привет, девчонки! Добро пожаловать, проходите.

На пороге и впрямь оказались Карина и Эльвира. Игорь скатился со своего места, подскочил к столу и галантно отодвинул лавку, чтобы женщины могли присесть. Сам тут же устроился рядом с блондинкой, весело ей подмигнув.

— Ну что, красавицы, надумали, как дальше жить будете? А то у нас тут мозговой штурм, каждый своими планами делится.

— Хреновы наши дела, — коротко высказалась Муратова. — Я и на Земле никем была, а в новом мире…

— Так ты ж эта… — Игорь лёг грудью на столешницу и вытянул шею, чтобы разглядеть гостью. — Княгиня вроде бы?

На что Эльвира лишь пожала плечами:

— Отец бакланил что-то такое по-пьяни, когда я малая совсем была. Но мне кажется, он это всё из интернета высосал. Тогда как раз мода на генеалогию пошла, во дворе в какого алкаша ни плюнь — обязательно дворянского рода.

— Котырев обещал какую-то проверку, — напомнила Карина.

— Ага, — скептично кивнула Муратова. — Обещал. И вот прикинь, что со мной будет, если выясниться, что папаша соврал? Куда меня тогда, на кичу? Или куда похуже? Нет, уж лучше на такое не надеяться.

— Спокойно, подруга, — подмигнул ей Игорь. — Мы своих не бросаем!

— И что ты сделаешь? Князя на дуэль вызовешь? — с усмешкой спросил Гараев.

— Может и вызову! Крайним случаем, можно в бега податься. Собрать харчей, монету добыть, да и рвануть куда глаза глядят. Или вон, к Борухычу на корабль сесть, он нас до Америки подбросит.

— Если она тут есть, Америка та, — усмехнулся Эльвира.

— Чёрт меня подери, другой мир! В голове не укладывается!

В комнате после восклицания Герцмана воцарилось молчание.

* * *

Этажом выше, в другой части крепости, за столом с бутылкой вина сидели князь Котырев и отец Игнатий. Комната была размером не больше той, в которой были размещены земляне, но обстановка разительно отличалась. В углу горел камин, бросая красноватые отблески на хрустальные кубки с янтарной жидкостью. Стены были заставлены полками с книгами, а где полок не было, висели искусно вышитые гобелены. Князь держал в руке тонкую полоску бумаги, снятую с почтового голубя несколько минут назад.

— Он прибудет завтра, — поднял Котырев взгляд на священника.

— Опасную игру ты затеял, Борис, — покачал головой собутыльник. — И так на тебя донос за доносом пишут, теперь ещё и сокрытие попаданцев.

— Что предлагаешь, отче? Опять ждать? Сколько? Год, пять, десять лет?

— Виталиано тебе не простят.

— Руки коротки, — встопорщив усы, словно кот, готовящийся к драке, процедил князь. — Пусть попробуют меня взять, ублюдки, пусть только попробуют! На честной суд не потащат, я там такого наговорить на любого из них могу, что чертям жарко станет. Значит, напасть попробуют исподтишка, а мне только этого и надо. Поглядим, кто кого!

— Благослови тебя Свет.

— Спасибо, отче.

— Раз к нам голубь вернулся, значит и из столицы на днях весточка прилетит. Я велел Роберто собирать вам припасы в дорогу. Прости, но много людей выделить не получится.

— Мне хватит и своих. Десяток арбалетчиков и трабукеров, сержант, Василий, да и я ещё чего-то могу.

— Опомнись, Борис! Тут не Китеж, подмогу не пришлют. Я дону Роберто сказал, чтобы проводил вас на неделю пути, мне так спокойнее будет. Пришлых вооружишь? Какая-никакая бронька на них найдётся.

— Да, — подумав, кивнул князь. — Молодые, здоровые, почему нет? Дам по алебарде, сержанта приставляю, пусть привыкают. Надо бы их ещё на способности проверить. И перса подлечить не мешало бы, а то совсем плох.

— Завтра, — пообещал отец Игнатий. — Пока наш гость прибудет, пока отдохнёт с дороги, времени будет достаточно. А огнепоклонником нынче же займусь.

— Да он, вроде бы, магометанин.

— Единому без разницы, какими именами его в молитвах славить будут. Заодно и Валерия проверю, мне он самым смышлёным показался. А вот дамочку на причастность к роду — извини, не смогу.

Котырев пожал плечами:

— Переживу. У них там всё перемешалось за столетия, вряд ли она действительно потомок Бехана. Уголовница скорее.

— А вторая дева что? — прищурился отец Игнатий. — Здоровая, сильная, не рожавшая. Наверняка какому-то вельможе предназначена, кто светловолосых любит.

— Сплетница, — дал характеристику Крыгиной князь. — Треплет языком в сети и тем деньгу зарабатывает. На удивление неглупа, но вряд ли даром награждена.

— Гордыня в тебе сильна, сын мой, — укоризненно покачал головой священник. — Всегда ты таков был и к старости не изменился. Дар, он не к полу привязан, и не к сословию. Вот насколько дар разовьётся — это да, тут лишь от человека зависит, а наличие способностей — жребий, тебе ли не знать.

— Однако ж, магов среди знати больше, чем среди простого люда, — упрямо возразил Котырев. — Да и болтунов, как эта Карина Александровна, среди одарённых не бывает.

— Старый спор, — улыбнулся монах. — Давай, не будем его опять начинать.

— Как скажешь, отче. Значит, к послезавтра ты их в порядок приведёшь?

— И приведу, и проверю, не беспокойся.

— Хорошо. Тогда пойду с баронессой пообщаюсь. Свет великий, за что ты мне эту мразоту подкинул? После общения с Плио ощущение такое, словно в бочку с дерьмом окунулся. А ведь её тоже придётся с собой везти, так?

— Так, — кивнул отец Игнатий. Его спокойное лицо затвердело, глаза жёстко блеснули. — Нельзя её здесь оставлять, барон с ума сходит от желания супружницу обратно заполучить. Вести уже разнеслись, окрестные дворяне да селяне готовы за мечи взяться, чтобы бесовку на части изорвать. Негоже это, нет у них права самосуд чинить. Увези её отсюда, князь, не вводи паству во искушение. Тебе власти хватит её казнить, вот и займись. Воздай по заслугам твари, человечий облик потерявшей, сын мой. Сожги её в месте безлюдном, а прах в реку брось, чтобы огонь да вода от Мрака его очистили. Благословляю тебя на сие деяние.

* * *

Андрей Владимирович Гараев

Встал с утренними петухами. На Земле это выражение ничего конкретного не означало, потому что в городе, который никогда не спит, петухов нет, а утро начинается не с восходом солнца, а со звонка будильника. Здесь же кукареканье пернатых означало всеобщий подъём. Мало кто мог позволить себе долгий сон, так что несмотря на темноту за окном в коридоре раздавались голоса слуг, спешащих по делам. Не стал разлёживаться и я.

Чувствуя ломоту в мышцах, нагруженных вчера, нашарил под кроватью сапоги, прихватил портянки и выскочил за дверь. Сразу же свернул налево, к лавочке, стоявшей в коридоре. Там не спеша, обстоятельно, намотал портянки на ноги, натянул новые сапоги и с удовольствием притопнул каблуком по полу. Не зря вчера гонял сержант, обучая пришельцев этому нехитрому, но важному делу. Даже Дархан портянки разучился мотать, хоть и вспомнил армейскую школу быстро, остальные о них только в книжках читали.

Носки в этом мире есть, и их носят, но эта деталь одежды считается привелегией богачей и аристократов. Шерстяные ещё куда ни шло, женщины вяжут, а вот тонкие, на лето — дорого. Солдатам и крестьянам пойдёт и что попроще. С обувью тут вообще проблемы, особенно с удобной. Крестьяне повсеместно ходят в уродливых башмаках, и ничего, не жалуются. Не лапти же, а нормальная обувка, почти как господские сапоги. С сапогами не то, чтобы беда, но напряжёнка. И вообще, если обувь удобная, по ноге сшитая, то она стоит как крыло от «Боинга». К примеру, сапоги господина сержанта обошлись владельцу в десять серебряных монет.

Зато у солдат ботинки гораздо качественнее, чем у крестьян. Там и подошва толстая, и голенища типа берцев. Обувь — один из аргументов вербовки новых рекрутов. Парень в сапогах считается если не богачом, то уж не бедняком точно. Если добавить к сапогам хорошую одежду, трёхразовую кормёжку, оружие и какое-никакое обучение, так новобранец и вовсе завидный жених получается. Ну, а что убить могут, так все под одним небом ходим, на всё воля судьбы. Можно и в чистом поле на дикого зверя нарваться или в лесу на разбойника. Правда, от разбойников иногда откупиться можно, если те в хорошем настроении или у тебя в кармане одна лишь медь бренчит. Если золото или не дай бог серебро, то вряд ли.

Серебро тут в ходу повсеместно, ценится иногда даже выше золота. То есть, не так, серебро считается практичнее, а так в обороте есть и медь, и золото. Но серебра много, гораздо больше, чем на Земле. По себестоимости, как подсчитали Герцман и Дархан, используя какие-то одни им понятные аргументы из торговой и кузнечной практики, серебро тут должно быть лишь чуть дороже той же меди. Но используется оно не только в торговле, но и является «очищающим металлом», способным бороться с нечистью, что сразу же добавляет ему цену. Серебром платят за крупные покупки, серебро используют в обрядах, серебро добавляют в алхимические смеси. Золото годится лишь для сохранения капитала и крупных расчетов, а медь — на карманные расходы.

— Примерно так же при СССР было, — сказал Дархан. — На хлеб и мороженое копейки шли, холодильники-машины сотнями и тысячами оценивали, но в ходу больше трёшки и пятёрки были. Червонец уже крупными деньгами считался.

Вчера скучать не пришлось. Только начали обсуждать будущее, снова чуть не перессорившись, как появился дон Роберто и позвал с собой. Вывел в комнату, заставленную оружием, и предложил выбирать. На удивлённые взгляды дон, оказавшийся капитаном крепости, ответил, что нам предстоит дальний путь, в котором многое, что может случиться, а наличие оружия и элементарные навыки владения оным могут избавить от неприятностей. А пока что он желает узнать, на что в принципе способна группа попаданцев.

Сначала я выбрал алебарду. Потом усмотрел в углу полэкс и взялся за него. Капитан хмыкнул на такой выбор и вызвал меня на поединок первого. Из защиты на мне была лишь стёганая куртка, тяжёлая и жаркая, зато на голову нахлобучили шлем с вратарской маской. Сам дон Роберто защитой себя утруждать не стал, небрежно подхватив алебарду, которую я забраковал.

Поединка как такового не было. Капитан сделал прямой выпад, и пока я пытался его отразить, перевёл острие алебарды вниз, подцепил меня крюком за ногу и резко дёрнул оружие на себя, а затем обозначил добивающий укол. С той же лёгкостью вояка расправился и с остальными.

Немалое удивление вызвал Дархан. С ним вообще интересно вышло. Вскоре после знакомства с князем, едва передвигавшегося водителя увели к монаху, который присутствовал на разговоре. Так вот, по словам Дархана, монах оказался просто волшебником. Он возложил руки на грудь попаданца, прикрыл глаза и застыл так на несколько минут. В груди у водителя в это время образовался горячий ком, который разнёс тепло по всему телу, снимая боль и усталость. Сколько длилась процедура Дархан не помнил, уснул. Когда проснулся, то почувствовал себя лет на двадцать моложе. Во двор вышел бодрой походкой, и на приглашающий кивок дона Роберто взял меч, сильно похожий на катану.

Дон вложил в ножны шпагу, которой только что буквально отлупил Игоря, надавав тому плашмя по рукам, ногам и заднице. Перевязь со шпагой, которая была у испанца за штатное оружие, была снята, а в руки капитан взял карабелу, которой тут же и атаковал. Дархан, к всеобщему удивлению, держался хорошо, отбив большинство выпадов, но в атаке был откровенно слаб. Всё же, дон Роберто с явным удовольствием прозвенел с ним клинками, прежде чем хитрым финтом выбил у соперника оружие из рук.

— Неплохо, — одобрил дон Роберто, возвращая тренировочную саблю на стойку. — Некоторые движения весьма неожиданные. Чем занимался?

— Кендо, — чуть поклонился Дархан. — Я кузнец, пытался ковать японские мечи, вот и нахватался кое-чего.

— Кузнец — это хорошо, нам кузнецы нужны. Что сказал падре Игнатиус? У тебя дар есть?

— Ничего не сказал, — озадачился Дархан. — Он меня только лечил и всё. Про магию ни слова не было.

— А-а, понятно, — кивнул дон Роберто и объяснил: — Проверка позже будет, когда в тебе Сила успокоится. Если сейчас начать проверять, то остаточные эманации исцеления общую картину могут исказить.

— Дон Роберто, — тут же влез Валерка, — А как это, когда на магию проверяют?

— Не на магию, а на способности к ней, — поправил дон. — В принципе, ничего сложного в этом нет. Вам дадут артефакт, если он на вас среагирует, значит способности есть, если нет — значит нет. Дальше уже будет другой этап, который покажет, насколько кто в чём хорош. А уж потом будет обучение, на котором всё будет зависеть только от вас.

— Это трудно, обучаться магии? — подошла поближе Карина.

— Учиться всегда нелегко, — последовал уклончивый ответ. — Вам, если у вас есть дар, будет с одной стороны легче, а с другой сложнее. Сложнее потому, что вы взрослые. У нас магии начинают обучать лет с десяти-двенадцати. Кроме того, это для вас совершенно новые знания и умения. В вашем мире магия — это чудо из сказок и этих… Мыльтуфульмов…

— Мультфильмов, — поправила блондинка с улыбкой. Земляне, обступившие капитана тоже заулыбались, тот кивнул, ничуть не смутившись.

— Спасибо, сеньорита. Так вот, у нас магия — обычное явление. К примеру, как умение сочинять стихи или писать картины. Кто-то становится мастером, а кто-то не поднимается выше ремесленника. Наши дети с колыбели готовы принять магию, понимаете? Вы — нет.

— А почему тогда нам будет легче? — спросил Валерка, которого заметно расстроило известие о сложности обучения.

— Потому что вы прошли сквозь Тьму, — помрачнел дон Роберто. — Переход между мирами даром никому не даётся. Сила охотнее входит в таких людей, изменяет их, делает податливыми к себе. Но ты не радуйся этому, амиго. Став сильнее в одном, ты рискуешь ослабеть в другом. Может, ты станешь потенциально великим магом, но проживёшь всего пару лет. Как тебе такой вариант? Или здоровья лишишься.

— В смысле?

— Ослепнешь, к примеру, или оглохнешь. Или же с сеньоритами ничего больше… Кхм… Не сможешь.

— Хера се, перспектива, — выдохнул Игорь.

Дон Роберто на это лишь пожал плечами, как бы говоря: да, согласен, но что поделать.

p.s. Дорогие друзья! Есть новости!

Во-первых, меня вызвали на вахту, поэтому пока выкладка застопорится. Причина проста — отсутствие там интернета. Ориентировочно вернусь в феврале, во второй половине.

Во-вторых, с седьмой главы книга станет платной (это ещё одна причина задержки, по собственному опыту знаю, как это неприятно, когда ломается график и не выкладываются главы, за которые уплачены деньги)

В-третьих, цена. Так как это не серия, а одиночный роман, цена будет в районе 200 рублей.

На этом всё, до встречи.

p.p.s.

И разумеется, поздравляю вас с наступающим Новым Годом!

Желаю вам здоровья, счастья, удачи, финансового благополучия и мирного неба над головой.

С уважением, ваш автор писака .

Д. Колесников.