Юрек Ясиньски сильно пил с двадцать третьего декабря, потому что «его женщина» его доставала. Полторы бутылки 88-процентной балканской водки 176° обладали адским эффектом, и Юрек это обожал.

После того как они ссорились больше недели, Юрек больше не мог этого выносить и принялся за десять изящных стройных бутылок, которых ему, по плану, должно было хватить на следующий год.

На следующий день ей уже надоело, и она оставила Юрека его судьбе, уехав на поезде в Хорсенс, где ее сестра жила с мужем.

Вот вкратце объяснение Юрека, почему он не сразу отреагировал на настойчивый стук в дверь.

Он нетвердо стоял на ногах, когда провел их в гостиную, пропахшую потом, сигаретами и алкоголем.

— Хотите? — нахально улыбнулся он, не дожидаясь ответа, и сам проглотил стопку. Он явно был опытным пьяницей.

— Вы меня помните, Юрек? — спросил Ассад.

Юрек кивнул и рассмеялся так громко, что слюна разлетелась изо рта.

— Наш маленький разговор о металлических стульях и Олеге Дудеке. Что вы еще хотите знать об этом подонке?

— Посмотрите на это фото. — Ассад поднес к его лицу фотографию Сисле Парк с двумя заложниками. — Не смотрите на них. Посмотрите на рельсы на потолке. — Затем он дал ему новую фотографию, где рельсы были увеличены.

— Что это, черт возьми? — Он потер сонные глаза и нашарил очки, лежавшие между окурками и использованными кухонными полотенцами.

— Не смотрите на мужчин. Посмотрите на рельсы, Юрек. Вы устанавливали их с коллегой несколько лет назад, не так ли?

— Несколько лет назад? — Теперь он выглядел так, будто ему нужно что-то покрепче балканской 176°, чтобы взбодриться.

— Это было точно до 2017 года, — сказал Ассад. — Мы предполагаем, что в 2016-м или раньше.

— Эти рельсы? — Он указал на них пальцем, пожелтевшим от никотина. — Скажу вам, почему я их запомнил. Они были установлены слишком, черт возьми, близко друг к другу. Если они нужны для подъема чего-либо, какого черта они были так близко?

Карл затаил дыхание.

— Вы их узнаете? — спросил он с бешено бьющимся сердцем.

— Совершенно глупо устанавливать их так близко, — заплетающимся языком сказал он. Теперь нужно было заставить его память заработать на полную.

— Нам нужно немедленно знать, где вы их устанавливали, Юрек. У нас нет адреса, и если мы его не получим, два человека на фото очень скоро умрут. — Ассад помедлил и вздохнул. — Если уже не поздно.

— Может, они этого заслуживают? — усмехнулся Юрек.

— Один из них — наш человек, так что нет, они оба этого не заслуживают. Но давайте! Вы знаете, где это? — спросил Карл, испытывая сильное желание схватить Юрека за воротник халата и вытрясти из него алкоголь. Но тут в дело вступила Роза.

— Вы красивый мужчина, Юрек. И я уверена, что ваша жена — дура, раз оставила вас одного на Рождество. Но теперь, когда она уехала, не хотите ли заработать тысячу крон, чтобы продолжать пить, пока она не вернется? Что скажете? — Она помахала банкнотой у него перед лицом.

— Что я должен сделать? — проворчал он.

— Скажите нам, где вы установили эти рельсы. Думайте как можно лучше!

Он наклонился вперед, сложив руки на груди, и его перегаристое дыхание вырвалось густой волной, едва не сбившей Ассада с ног.

— Где это было, где это было? Kurwa, kurwa![39] — Он потер виски и покачал головой, словно это могло помочь восстановить его внутреннюю хронологию.

— Это было в Копенгагене? — спросила Роза, помахивая банкнотой.

Он кивнул.

— Нам потребовалось три дня, чтобы их установить, потому что сука, которая нас наняла, отправляла нас домой через пару часов каждый день, и потому что бетон в потолке был чистое gówno.

— Gówno?

— Дерьмо; вы что, не говорите по-польски? Это было такое твердое gówno, что мы...

— Где, Юрек? Где? Нам нужно только это, — настаивала Роза. Она начала убирать банкноту обратно в кошелек.

— Подождите! Это было сразу за Копенгагеном, к северу по шоссе. Это было странно, потому что здание не было достроено. Там был лифт и несколько этажей под землей, но только один этаж над землей. Можно было подумать, что это в Варшаве, когда там были русские — они тоже оставляли недостроенные здания.

Роза шлепнула банкнотой ему по лбу.

— Как далеко по шоссе? В сторону Хельсингёра или Хиллерёда? Думайте, черт возьми!

***

— Вы не можете так быстро ехать, — сказал Ассад. — Это не патрульная машина.

— Нет, но сегодня она будет выполнять ее функции, — сказал Карл.

— Это ты так думаешь, но полиция здесь не согласится. Они остановят нас за скорость 175 километров в час на Alfa Romeo без сирены на крыше. Тебя арестуют, Карл, так что сбавь скорость.

Роза похлопала Карла по плечу с заднего сиденья.

— Жми, Карл. Ассад прав, но...

Карл вспотел. У них было приблизительное представление о том, где находится здание и как оно выглядело пять лет назад. Но что, если за это время его достроили? Юрек Ясиньски описал одинокое белое бетонное здание напротив того, что они искали, где он и его напарник несколько раз пользовались туалетом. К сожалению, у того здания не было никаких отличительных черт.

— Его видно с шоссе — не пропустите, — сказал он и получил свою тысячу крон.

— Я все еще не могу понять, как нам повезло, что Ассад уже знал этого человека. Какова вероятность? — сказала Роза.

— Когда замешаны внешние работники, может случиться что угодно, — сказал Ассад. — Вы не знаете историю о стаде верблюдов, которые захотели усыновить осла, потому что думали, что это сделает их интереснее? О, не знаете? Ну, они нашли...

— СМОТРИ, КАРЛ! — закричала Роза. — Вон туда. Посмотри на здание. Оно почти выглядит как эпицентр взрыва. Смотри! Оно выше с одной стороны, чем с другой.

— Так он его описал? — Карл не был уверен. Он не узнавал описание.

— Что же это еще может быть? Это первое такое здание на всем этом участке шоссе. Сворачивай, Карл. Быстрее, ты успеешь.

— Я расскажу тебе историю об осле в другой раз, Карл, — сказал Ассад. — Я согласен с Розой. Оно похоже на то, которое описал Юрек.

Карл свернул с визгом шин и въехал в промзону.

— Вы его видите? Я нет! — сказал Карл почти в панике. Перед ним было по крайней мере двадцать зданий, которые, хотя и отличались, выглядели для него более или менее одинаково. И различные дороги извивались между зданиями без какого-либо заметного планирования. Это была промзона того типа, который разрастался с шестидесятых и в конце концов стал жертвой собственного уродства.

— Можешь объяснить, почему здание в этом районе осталось недостроенным? — спросил Карл, сворачивая на одну второстепенную дорогу за другой.

— Плохие строительные материалы могут остановить любой строительный проект, — ответил Ассад.

— Как та новостройка на Амагере, где бетонные фундаменты, по-видимому, не выдерживают всех этажей, — добавила Роза.

— Да, или просто закончились деньги, — предположил Ассад.

— Как насчет твоего списка недвижимости Сисле, Ассад? У нее есть какие-нибудь интересы в этой местности? — спросил Карл.

Ассад покачал головой.

— Я уже проверял, Карл, нет. Но она могла арендовать.

Карл вздрогнул.

— Кто, кроме психопатки вроде Сисле Парк, будет арендовать такое место с единственной целью — убивать?

— Вон там, справа, Карл, — сказала Роза, указывая.

Теперь он это увидел. Бетонное здание, где первый этаж выглядел полностью готовым — с дверями и окнами, — но в остальном казалось совершенно заброшенным. Оно было окружено большой парковкой, где знак гласил, что здесь можно арендовать парковочное место на год. Цена за стандартную парковку составляла пять тысяч крон в год. Из-за праздников машин не было. Но, находясь в центре промзоны, не было сомнений, что в будние дни здесь будет тесно. Карл подсчитал, что если сдать все места, это принесет по крайней мере три четверти миллиона. Неплохой бизнес.

— О, неееет! — воскликнул Ассад с отчаянием. — Теперь я понял. Это принадлежит Сисле. Просто она купила это как парковку. Мне не пришло в голову, что в центре парковки может быть такое здание. Если бы я только проверил.

Неудивительно, что он выглядел таким удрученным.

Карл остановился перед главным входом. Если бы не десять ступеней, он бы врезался прямо в дверь.

Роза взбежала по ступеням и попробовала дверь, но она, конечно, была заперта.

— Там может быть сигнализация, — крикнул Карл. — Если мы ворвемся в здание, она узнает.

— Да, если она внутри. Мы не знаем наверняка.

— Нет. Если бы мы только могли увидеть, где сейчас лифт, мы бы знали. Если он все еще внизу, вероятно, она тоже там, — сказал Карл.

Ассад указал вверх.

— Посмотрите туда!

Они все посмотрели на южную стену, возвышающуюся над плоской бетонной крышей. Это было единственным признаком того, что здание изначально планировалось сделать выше. С южной стороны здание выглядело бы на один этаж выше, но с того места, где они стояли, это была просто иллюзия, похожая на голливудскую киносцену.

— Что мы ищем, Ассад?

— Мы не можем отсюда понять, зачем была построена эта стена, но не думаете ли вы, что шахта лифта была построена одновременно?

У всех троих возникла одна и та же мысль, и они побежали на другую сторону здания.

— Как туда попасть? — спросила Роза. Южная стена не давала ответа на этот вопрос, поэтому они продолжили бежать вокруг здания и оказались на чем-то, напоминающем свалку.

Вся территория между зданием и забором в десяти метрах была завалена бетонными блоками, заплесневелым утеплителем, гнилыми европоддонами, ржавыми тавровыми балками и колючей проволокой, перемешанными со случайным мусором в кучу высотой почти два метра. Настоящее свидетельство неряшливости застройщика, ответственного за проект.

— Этим путем мы не пройдем, Ассад! — крикнул Карл. Но, как ищейка, Ассад уже исчез.

Карл остановился на мгновение и огляделся.

— Куда он пошел? Ты его видишь, Роза? — спросил он.

Она покачала головой и с тревогой посмотрела на часы.

— Мы можем вызвать подкрепление, Карл? Нам нужно попасть внутрь!

Карл кивнул и достал телефон. Значит, это конец пути для него. «Мой последний момент свободы», — подумал он, собираясь набрать номер. Но тут он услышал, как Ассад кричит им сверху, что забрался на крышу.

— Вам нужно отодвинуть два поддона, которые прислонены друг к другу. Вы всего в четырех-пяти метрах от них, Карл.

Карл посмотрел вверх и увидел Ассада, выглядывающего через край крыши.

— Да, этим путем, — сказал Ассад, указывая. — Лифт на первом этаже заперт на засов. Но вы можете просто подняться по лестнице на крышу. Дверь на этот этаж открыта, и отсюда видно, что лифт работает. Проблема в том, что он заперт.

***

Все трое стояли на крыше, глядя на замок лифта. Это был обычный замок, который, вероятно, нужно было просто повернуть, чтобы вызвать лифт, и тогда дверь открылась бы автоматически. Но как открыть его без ключа?

Они внимательно осмотрели бетонную крышу. Здесь было разбросано по крайней мере двадцать поддонов с мешками застывшего бетона и много стальной арматуры. Строительный проект, должно быть, был заброшен со дня на день. Типичное последствие для застройщика, который откусил больше, чем мог проглотить, и обанкротился.

— Здесь должно быть что-то, что можно сунуть в замок, — сказал Ассад. Но Роза выглядела скептически.

— Если нам это удастся, Ассад, в чем я сомневаюсь, лифт начнет двигаться вверх, и Сисле будет предупреждена.

Карл согласился с ней, но какой у них был выбор?

— Если Мауритс и Гордон еще живы, мы должны рискнуть. Может быть, она не сделает ничего резкого, когда поймет, что ее вот-вот поймают.

— Может быть, — фыркнула Роза. — Теперь я только надеюсь, что хоть кто-то из нас вооружен. Чем мы сможем ее остановить, если спустимся туда, а она будет нас ждать?

— Вот этим, — сказал Ассад, стоявший в паре метров от них и державший в руке небольшую связку острых обрезков стальной арматуры.

— Ты нашел чем открыть замок, Ассад? Иначе эти прутья нам не помогут.

— Да, вот, — сказал он, торжествующе поднимая пояс с инструментами.

Он бросил пояс Карлу, который порылся в разных карманах, но не нашел ничего, кроме пустой пачки конфет и пачки сигарет с одной сигаретой внутри.

— Здесь ничего нет, Ассад.

Ассад передал стальные прутья Карлу и взял пояс.

— За деревьями леса не видишь, Карл. Посмотри сюда!

Он поднес пряжку ремня к лицу Карла и указал на шпенек, предназначенный для продевания в отверстия ремня.

— Нержавейка, хорошее качество, — сказал он, указывая на бренд. Затем он поднял с пола бетонный блок и вбил острие шпенька в замок. — Иногда работает, иногда нет, — нервно сказал он. Он подождал немного, глядя на мотор лифта, который не реагировал. Затем глубоко вздохнул, схватил пряжку и повернул ее. Через несколько секунд стало ясно, что это тоже не сработало, поэтому Карл снова достал телефон, чтобы вызвать подкрепление.

— Подожди! Я не закончил, — сказал Ассад, удивляясь, неужели Карл действительно ожидал, что простого звука металла о металл достаточно, чтобы мотор загудел.

— Кажется, теперь готово, — сказал Ассад, слегка удивленный, и сунул руку в карман. Связка ключей, которую он достал, для непосвященного взгляда не представляла ничего особенного, но Ассад снял один конкретный ключ и показал его Розе и Карлу.

— Это не бампинг-ключ, но близко. Вы знаете принцип. Ключ с обычными маленькими зубцами, который вставляется в замок, слегка постукивается, а затем быстро поворачивается направо, так что штифты смещаются в сторону.

Они неуверенно кивнули.

— Но поскольку у меня такого нет, я попробую сделать так. Смотрите, зубцы не очень длинные. Это был ключ от почтового ящика в одном из мест, где я жил, до того как моя семья вернулась.

Он осторожно вставил его в замок.

— Я только что проверял, не ослабли ли штифты, и теперь они ослабли.

Карл затаил дыхание, пока Ассад осторожно постучал пару раз и сразу же попытался повернуть.

Когда он попробовал несколько раз без успеха и начал потеть, Карл включил телефон и позвонил Маркусу Якобсену.

— Что случилось, Карл? — последовал немедленный ответ. — Готов сдаться?

— Да, у меня нет выбора, — ответил он.

— ДА! — закричала Роза, когда Ассад в этот момент сумел повернуть ключ, и мотор над ними загудел.

— Но не прямо сейчас, Маркус, так что береги себя. — И пока реле щелкали внизу, а лифт поднимался, он выключил телефон и выбросил его через край в кучу мусора внизу.