— Ну, что встали, мужики! — скомандовал краснощекий. — Пошли лодкой заниматься. Через час-другой вертолет нарисуется, а у нас лодка еще на берегу.

Бородатый и длинноногий в широкополой шляпе нехотя поднялись с ящиков.

— Ты, Колян, зачем ханта обидел? — спросил долговязый у бородача. — Сейчас бы помог лодку тащить.

Он укоризненно посмотрел на товарища.

— Это не хант и не чукча, — ответил за бородача краснощекий. — Скорее всего, это был ненец. Только вот спрашивается в задачке: откуда он тут взялся?

— Сказал, что сверху пришел. Как ты их только различаешь, Петрович? — спросил искренне долговязый в широкополой шляпе.

— Работа у меня такая, Юрик, — загадочно ответил Петрович и направился в сторону избы.

За ним лениво плелись Колян и Юрик. Они отмахивались от комаров ветками, озираясь по сторонам, будто оценивали кучность носившихся над ними зудящих туч.

Колян и Петрович остались у края гривы, откуда сквозь уже обозначившуюся зелень прибрежных кустов просматривались сложенные большой кучей вещи на краю болота. Юрик не спеша пошел вразвалочку к лодке. Оттолкнул от берега дюральку и потянул ее вдоль затопленной травы к своим товарищам.

— Расправь сапоги, а то начерпаешь! — крикнул ему Николай, заметив, что болотные сапоги друга не расправлены, а вода почти доходит до краев собранных складками болотных сапог.

Не сговариваясь, мужчины ловко подхватили лодку в шесть рук и потащили по старому следу. Сначала лодка пошла, как щука на поводке, скользя по уложенным поперек круглякам, но скоро силы иссякли, и лодка остановилась.

— Покурим… — сказал бородатый Николай.

— Покурим… Сколько же этой твари здесь летает, — зло выпалил Петрович, задыхаясь.

— Да, комарья уже много выпарилось! Вовремя мы отсюда сваливаем, — встрял в разговор присевший на борт лодки Юрик.

Он беспрестанно махал березовой веткой.

— Да уж, вовремя, — согласился бородач.

Он достал из кармана флакон с белой жидкостью. Тут же подставили свои ладони-лопаты и Николай, и Петрович. В каждую ладонь Юрий вылил белую сметанообразную жидкость.

— Поработали мы с вами, ребятки, хорошо, — подытожил Петрович операцию «Дичь».

Так они сами меж собой прозвали «вылазку на природу». Петрович, втирая противокомариную жидкость вокруг ушей, в затылок, вертел головой, громко посапывая; потом ладонями провел по щекам, оставив на них немного спасительного зелья.

— Николай, сейчас лодку притащим. И приготовь сразу два глухаря командиру и одного штурману, да и по куску лосятины по пакетам разложи, чтобы потом не суетиться, — добавил он, глянув в упор на долговязого Коляна.

— Сделаем, Петрович, — ответил Николай. — А операция «Дичь» действительно удалась. Жаль только, что мишка открутился.

— Да, бедняга без пальцев остался. Теперь он меченый. По осени доберем, если выживет, — сквозь выдыхаемый дым вымолвил Юрий.

— Выживет, — утвердительно сказал Петрович, — что с ним станется: зверь есть зверь… Ну что? Потащили!

Рывок — и лодка хоть и медленно, но заскользила по зеленому мху. Остановились неподалеку от предполагаемого места посадки вертолета.

— Тут мы ее и оставим. Давайте-ка, ребятки, перевернем, чтобы дождями не заливало.

— Мы что — лодку с собой не берем? — удивился Николай.

— Нет. А зачем? Она нам тут нужна. Что ее туда-сюда таскать на подвеске? Мы же и осенью сюда приедем, потом — следующей весной. Мы здесь надолго обосновались, ребятки, — ответил Петрович, прикуривая сигарету.

— Это понятно. Но зачем же мы спины рвали, тащили? — возмутился Юрий.

— А затем, ребятки, что должна лодка лежать здесь, рядом с болотом. Вдруг нам ее нужно будет перебросить в другое место. Как ее возьмешь с берега вертолетом? А тут площадка рядом. Так-то, Юрик. И, как говорят умные люди, дальше положишь — ближе возьмешь, но тебе этого не понять, — и Петрович укоризненно посмотрел на своего товарища.

Вертолет дал о себе знать далеким приглушенным рокотом, который с каждой минутой нарастал. И вот он вырвался из-за гривы, повис, выбирая место для посадки.

Быстро и слаженно Петрович, Юрий и Николай подтаскивали мешки, ящики к дверке вертолета, а там их уже подхватывал штурман. И вот вертолет, взревев, начал набирать высоту.

— Слушай, командир, — заговорил Петрович, — есть возможность крутнуться немного? Меня интересует, как далеко в сторону озера тянется наша грива.

— Крутнемся, у меня топливо в запасе есть. Но недолго, — ответил командир.

Вертолет заложил крутую дугу и взял курс на север.

— Смотри, Петрович, — воскликнул штурман, — там что-то есть на берегу.

— Мне тоже показалось.

— А ну-ка, Володя, пройди вдоль ручья, — обратился штурман к командиру.

— Эй, мужики, — повернувшись в салон вертолета, крикнул Петрович, — мишку-то нашего ненец все же взял. Ох и паршивец, ох и сволочь! Смолчал, партизан…

Вертолет уже завис над местом ночевки Тэранго, над освежеванной тушей, лежащей на распластанной шкуре.

Юрий и Николай прильнули к иллюминаторам.

— Вот и верь этим чукчам, …! — прибавив матерное слово, выкрикнул в сердцах Николай. — Смолчал же, сволочь, что медведя нашего завалил!

— Володя, Ванюша, — обратился к командиру и штурману Петрович, — гляньте-ка, ребятушки, может, сядем рядом да заберем нашего мишку. Это же наше мясо, это же наша шкура. Медведь у нас из капкана сбежал… — запричитал он.

— Негде тут сесть, я уже оценил обстановку, — возразил командир. — Сейчас сделаю круг, вдруг найдем пятачок, — все же согласился он поискать хоть какие-то возможности.

Но, сделав круг, все поняли, что удобного пятачка нет. Ближайшее болото, где можно было бы приземлиться, находится на расстоянии более километра.

— Командир, — просительно выдавил Юрик, — сядь на болоте, дорогушенька, а мы с Коляном сбегаем хоть за шкурой.

— Нет, не могу я столько висеть в воздухе. Здесь болота топкие, мотор не выключишь, а висеть целый час я не могу: столько топлива у меня нет.

С этими словами он начал поднимать вертолет, потом, заложив крутой вираж, повернул на юг.

— Пройди вдоль речки, — не то попросил, не то скомандовал Петрович, обращаясь к командиру, — глянем, чем ханты занимаются, пройдись над стойбищем. Наверняка собираются за медведем, — предположил он.

Вскоре Петрович и его товарищи увидели, как из старицы, в которой находится стойбище, вырулили две моторные лодки и направились в вершину реки.

— Кто бы сомневался, — выдавил в сердцах Петрович.