Я не стала больше возвращаться, а пролетела мимо крайней сваи и направилась прямиком наверх. Склон был довольно крутой, но я взлетела на него на всех парах, и едва не сшибла троицу детишек.

Мальчишка и две девчонки, пыхтя, тащили деревянное ведро с водой.

— Осторожнее! — взвизгнула одна девочка, рыжая, с густыми конопушками и смешными косичками.

На вид всем было лет по десять, или около того.

— Фуу… Чуть крисп не выскочил! — вздохнул с облегчением жилистый парнишка.

И девчонки на него хором шикнули.

— Ой, это же та самая… — застеснялась вторая девчушка, поменьше и с почти черными волосами, заплетенными в одну косу.

— Да ладно! — выдохнул пацан и грохнул ведром о землю.

— Осторожнее! — снова завопили девчушки хором и тут же принялись воровато озираться, словно переживали, что их кто-то услышал.

В ведре что-то мелькнуло, но я не поняла, что именно.

— Да-да, я та самая. Из Гнезда-на-Утесе, — подтвердила я их догадку. — А теперь признавайтесь, что у вас тут?

Я указала глазами на ведро, и дети снова заозирались по сторонам.

— Тетенька, а вы взрослым не скажете? — хмуро поинтересовался парнишка.

— Ну какая я тебе тетенька! — Возмутилась я и подмигнула: — Максимум — старшая сестра.

Дети неуверенно переглянулись. А я подошла ближе и надавила:

— Ну!

— Крисп это, — признался со вздохом мальчик.

— Крисп?

Название мне ни о чем не говорило. Но раз в воде, может, рыба какая? Или лягуха?

— Ага, крисп! — осмелела темноволосая девчушка.

Рыжая толкнула ее локтем в бок, и та ответила ей тем же, только сильнее. Похоже, она только вид делает, что тихоня. А на деле — самая что ни на есть заводила.

— Что еще за крисп такой?

— Да вы сами-то посмотрите. Только пониже наклонитесь, а то не видно будет, — сказала темноволосая хитрюга.

Дети снова быстро оглянулись на дома. Хм…

Но мне было интересно, и я присмотрелась.

— Вода как вода. Ничего не видно...

А ведь чуть раньше мне в ведре что-то живое почудилось.

— Да вы ниже-то наклонитесь и смотрите внимательно. Еще ниже! — осмелев, командовала мелкая. — Чтобы солнце не светило, тогда будет видно.

Я послушно сунула нос почти в самое ведро. А оттуда мне навстречу, ка-а-ак глянет знакомая уже зеленая рожа! Такая же, или очень похожая на ту, что я видела ночью за окном.

От неожиданности я отпрянула, да и шлепнулась на задницу. Дети, хохоча, бросились врассыпную, оставив дурацкое ведро на дороге.

— Вот же, засранцы! Поймаю, уши надеру! — пригрозила я им, поднимаясь с земли и отряхивая штаны. — Суровые, однако, у них тут шуточки.

Я невольно улыбнулась и снова заглянула в ведро, откуда на меня больше не прячась, смотрела страшная зеленая морда.

— И что мне теперь с тобой делать? Может, вылить?

Удивительно, но на жутком лице отразилось отчаяние. Похоже, крисп не хотел быть вылитым. Вот же!

— Ладно, не буду, — заверила его я. — Похоже, ты не такой уж и страшный, раз тебя ребятишки поймали и развлекаются.

Я подняла ведро и забрала с собой. Потом решу, как с этим самым криспом поступить. Затащить его на террасу оказалось нелегкой задачей, так что я решила сделать только зарядку и растяжку. Остальное — уже будет чрезмерным испытанием моей силы и силы воли.

Поставив ведро под навесом у двери, куда не попадало солнце, я начала энергично размахивать руками, ногами и тянуться. Для девушки очень важна гибкость. Это способствует проводимости магических каналов. То, что я утратила способность использовать магию, еще не значит, что это необратимо.

Занимаясь, я заметила, как из-за сарая у дороги на меня пялятся сразу три любопытные мордашки. Я демонстративно поднялась с деревянного настила и, подхватив бадью с криспом, удалилась на противоположную от деревни сторону дома, где им меня не было видно.

Я не ошиблась, когда предположила, что терраса окружает дом по периметру. Кстати, это довольно удобно. Может, мне и бегать прямо здесь — по кругу?

Ничто больше меня не отвлекало, и я закончила заниматься, одновременно любуясь на захватывающие дух виды.

Суровые горы, напоенный звенящей чистотой воздух, летнее солнце и блеск воды среди сосен. Я и подумать не могла, что рядом с Трещиной может быть такая благодать!

Днем. А вот ночью, мое мнение, наверняка поменяется.

Кто-то другой решил бы, что в моей ситуации не бегать и зарядкой заниматься надо, а думать, о более насущных вещах. Но на деле я просто оттягивала момент, к которому постепенно подбиралась. Очень важный для меня момент. Даже важнее завтрака.

После зарядки я всегда уделяла полчаса медитации, которая была важной частью подготовки к выходу в Эфир. Совершеннолетие я отпраздновала еще год назад, но так ни разу и не принимала драконью форму. Впервые это рекомендовалось делать в сопровождении близкого человека, а папа…

Он был не готов, когда пришло время. В последние три года ему все сильнее нездоровилось, и лекарь рекомендовал не перенапрягаться, особенно магически, и пореже бывать в Эфире. Похоже, он был прав, стоило вспомнить, чем закончилось для отца боевое заклинание…

Папа предлагал нанять хорошего учителя, который поможет пережить первое обращение, но я отказалась. Хотелось, чтобы в такой радостный момент, именно отец был со мной рядом, и я была готова ждать сколько нужно, пока он вылечится. Поэтому я так тщательно готовилась и выполняла все положенные предписания, не отлынивала от упражнений и медитации, чтобы все прошло гладко, и он мог мной гордиться.

Стиснув зубы, я сдержалась и не заплакала, а упрямо приняла позу волшебного цветка и закрыла глаза.

Я буду сильной. Достаточно сильной, чтобы узнать правду прямо сейчас!

Поймать точку покоя оказалось ой как непросто! Слишком много мыслей вертелось в голове. И тогда я уставилась на самую высокую горную вершину, покрытую снежной шапкой.

Смотрела-смотрела, да и сама не поняла, как и когда провалилась в транс.

У меня получилось сделать то, что я делала тысячи раз без преувеличения, готовясь к смене ипостаси — я увидела свое энергетическое Я, состоящее из магических потоков. И то, что я увидела, меня напугало…

Вместо ровного свечения магии было что-то невнятное и серое, точно подернутое пеплом. А там, где располагались важнейшие для мага и дракона энергетические узлы, зловеще темнели черно-фиолетовые кляксы! Стоило присмотреться к одной из них, как поверх тут же вспыхнул символ — один из тех, что рисовала на полу Лиссандра!

Нет, мои каналы не были повреждены, это печати не давали свободно циркулировать магии — печати Бездны!

От потрясения я потеряла концентрацию и вывалилась из транса, загнанно дыша. Еще минуту я пыталась успокоиться и осмыслить то, что удалось выяснить.

Но была и хорошая новость: мои каналы не уничтожены, а печати можно снять! Нужно лишь отыскать способ…

Окрыленная надеждой, я отправилась заниматься насущными вопросами. И первым на повестке дня был завтрак.

Кухня располагалась на первом этаже — просторная, со всей нужной для готовки утварью. Но ничего годного для употребления в пищу здесь не нашлось. А то, что нашлось, я бы не рискнула попробовать.

Оставался один вариант — пойти попрошайничать по соседям. А отдариваться буду… Да вот, хотя бы серебряными ложками и другой посудой. Что-нибудь наверняка удастся обменять. Мне одной столько не нужно.

Собрав небольшой узелок с приборами, я направилась к Малле, надеясь, что женщина не откажет мне и поделится овощами с огорода.

— Рановато ты, Адушка, — сказала Малла, отворив мне двери. — Я к пирогам-то еще и не приступала. Других забот полон рот.

— Простите. Я немного по другому вопросу. Вот. — Протянула я ей свой узелок с ложками и вилками. — Хотела попросить у вас немного продуктов, а то мне даже завтрак приготовить не из чего…

Отчего-то я ужасно смутилась. Не привыкла, если честно, попрошайничать.

Малла долго и внимательно на меня смотрела. А затем кивнула каким-то своим мыслям и сказала:

— Чую, в беду ты попала, девонька. И нет, не говори. Это твоя и только твоя беда. Но ложки твои я не возьму. Вместо этого, ты мне по хозяйству лучше помоги. Вижу, что сильная ты и крепкая. Иная бы не стала носиться по дорожке, как дурная. Значит, поможешь мне в огороде и по дому, а я тебе продуктами отплачу и советами. Идет?

— Идет! — искренне обрадовалась я.

— Тогда бери вон там две миски, да наложи нам каши из горшка, что на печи. А там масло, хлеб, мясо холодное. Все на стол мечи, будем завтракать. Я тоже еще ни крошки в рот взять не успела. С утра луносвет нужно было собрать, вызрел он уже.

Я быстренько сделала, как она велит. На стол накрывать мне было не впервой. Дома я часто готовила отцу разные вкусности. Любили мы вот так вдвоем сесть и пообедать.

От вида и запаха горячей пшенной каши с маслом, живот подвело и потекли слюнки. Последний раз я завтракала еще вчера, а потом от волнения перед помолвкой кусок в горло не лез.

— Голодная, — заметила Малла и покачала головой. — Что за изверг этот твой отчим? Без гроша и хлебной корки тебя сюда сплавил! Да ты ешь-ешь, не стесняйся. Молочка-то налить? Козьего, парного?

Я только покивала, откусывая большущий кусок свежего хлеба с холодным мясом, и следом засовывая в рот ложку каши, стараясь не думать об этикете

— М-м-м! — протянула, закрыв глаза. — Как же вкусно! Я вкуснее за всю жизнь ничего не ела!

— Ешь-ешь, — повторила Малла с улыбкой. — Наедайся. Тебе силы еще понадобятся. Кстати, насчет сил. Ты хоть и слабая магичка, да могла бы хорошо мне помочь. У меня-то сил и того меньше.

Я едва кашей не подавилась и вытаращилась на радушную хозяйку.

— А чего так смотришь? Вижу, что твоих сил вполне хватит, чтобы заряжать амулеты с луносветом. Вдвоем-то мы куда быстрее справимся.

Кажется, это был тот момент, когда лучше жевать, чем говорить.

Я и жевала, по-прежнему не сводя взгляда с деревенской колдуньи. Именно она-то мне и попалась. Теперь ясно, почему ее домишко стоит чуть на отшибе, ближе к моему дому, чем к остальным в деревне.

Колдуньи знались с силами природы, немного видели суть живых существ, или, к примеру, камней, но не умели ходить в Эфир и полноценными магами не считались. Так что маги и драконы традиционно относились свысока к их дилетантским способностям.

Но с чего Малла взяла, что я могу использовать магию?

И тут я даже жевать перестала.

Вот же я глупая! Я же только что во время транса заглянула в Эфир. Не вошла полноценно, но собственное эфирное тело увидела, а значит… Значит, я не полностью утратила свои магические способности!

Осознала я и еще один момент: я так испугалась, увидев печати Бездны, что совсем не придала значения тому, что один из главных магических узлов до сих пор свободен! Мозг!

Сердце и мозг — два самых важных узла, именно поэтому герцог Морвеналь начал с первого и планировал закончить последним. Сердце задает мощность резерву, а вот мозг — позволяет все контролировать и осуществлять тонкие манипуляции. И если, мои догадки верны, то я смогу использовать магию, если немного потренируюсь. Не в полном объеме, но что-то мне точно доступно!

Глядя на колдунью, я часто закивала, расплываясь в улыбке. А потом проглотила пережеванную еду и радостно выпалила.

— Да! Да! Я буду помогать вам, чем только смогу!

Ведь это будет очень полезно для развития тех крох, что у меня еще остались.

— Малла, а кто такие криспы? — спросила я, когда мы пили терпкий травяной отвар с медом и свежими лесными ягодами.

— А ты еще не догадалась? — с хитрой усмешкой поинтересовалась колдунья.

— Рожа страшная в ведре… Не знаю. Я духоведение только в общих чертах изучала.

— Духоведение… Пф! — Колдунья презрительно скривилась, показывая, как она ко всем этим магическим премудростям относится. — Хотя отчасти ты угадала. Криспы — это действительно духи.

— А почему они тогда в воде живут?

— Понимаешь, тут рядом с Трещиной всякое случается. Эманации Бездны на всю природу влияют. Ломают законы Бытия. Вот и криспы — это духи погибших в болотах людей.

— Сохранившаяся энергетическая проекция? Надо же!

— Мудрено ты говоришь. — Малла поморщилась. — Ну так вот, солнца они не любят. Оно их тут же и развеет, даже если пасмурно будет. Вот и вынуждены под водой днем отсиживаться. Но когда ночь наступает, тогда им и раздолье.

— Значит, это их я вчера в окно видела?

— Ага. Любят они в окна заглядывать. Любопытно им, как живые люди живут.

— Значит, криспы безвредные?

— Ну ежели ночью у болота с ними столкнуться, не такие уж и безвредные. Могут жути нагнать, да и в трясину завести. Они свежим-то товарищам завсегда рады. Опять же, им новости всякие интересно узнать. А от кого еще, как не от новичков? Но так как умные люди ночами к болоту не ходят, то можно сказать, что криспы безопасные. Днем-то они свои хари на воздух ни-ни!

— Вот оно как! Значит, это они на меня сегодня у болота пялились?

— Они-они! Кто же еще? Небось, взгляд-то почувствовала?

— Угу. До самого дома неслась и оглядывалась, — призналась я с улыбкой.

И Малла от души надо мной посмеялась.

— Это да. Это они запросто. Особенно если не знать, что происходит, так жуть берет. Я и сама, когда за травами на болото хожу, амулет из луносвета надеваю. А то мороз по коже.

— Интересно, а как же ребятишки криспа в ведро смогли заманить?

— Как-как? Да проще простого! Ночью в комнате окно приоткрыли, а затем захлопнули, когда крисп от любопытства внутрь залетел. Защитная магия его в доме-то и заперла. А днем, как солнце вышло, ему деться стало некуда, кроме как в ведро с водой спрятаться, которое они нарочно для него поставили.

— Бесстрашные детишки у вас тут в Заячьей Губе!

— Не то слово! Ничем их не проймешь. Глаз да глаз нужен. А то так и норовят в саму Трещину заглянуть и Ульдрахора за рога оттуда вытащить, — пошутила колдунья, а я внутренне вздрогнула.

— Малла, а что мне с криспом теперь делать? Ну с тем, что в ведре?

— Да что с ним делать-то? Воду выплесни, он и развеется.

— Жалко. Он вроде как тоже живой. Хоть и мертвый. И у него такое лицо грустное было…

— Ну надо же! Приезжая, а криспа жалеет! — Всплеснула Малла руками. — Ну коли так, просто ночи дождись, он сам и улетит.

Закончив завтракать, я помогла колдунье убрать посуду, а потом она меня отпустила своими делами заниматься, сказав приходить часа в четыре.

— Как раз под пироги амулетами-то и займемся. А я заодно тебе снеди соберу к тому времени.

Я, слегка окрыленная и сытая, отправилась к себе. Нужно было навести порядок. Иллюзий я не питала. За один день со всем домом мне не управиться, но хотя бы привести в надлежащий вид спальню смогу.

— Ну что, маешься? — обратилась я к криспу, который грустно взирал на меня из ведра. — Говорят, что ты новости всякие любишь послушать? А мне как раз поболтать не с кем. Скучно. Буду с тобой разговаривать. Как тебе такое?

Зеленая рожа в ведре растянулась в довольной улыбке. Похоже, он меня отлично понимал. Я резко остановилась, и из ведра плеснула вода, отчего мой новый друг нырнул поглубже.

— Ой, прости-прости! Я не нарочно. Просто подумала, что ты разумный, и удивилась. А… Ты же разумный?

Голова в ведре закивала.

— Может, у тебя и имя есть?

Снова кивки.

— Но сказать ты мне его не сможешь?

Дух многозначительно поджал губы.

— Ну… Может, и ладно. А меня Ада зовут.

Крисп прикрыл глаза и кивнул. Вроде как сказал: «Очень приятно!».

Болтая с духом о планах на день, я завязала платком рот и нос от пыли, сняла шторы, стянула все постельное белье. Вынесла подушки и матрасы на улицу, чтобы просушить на солнце.

На первом этаже, кроме кухни и гостиной, была еще кладовая и прачечная. Старый водопровод зафырчал, заревел, а потом из крана потекла ржавая мутная вода. Потекла и тут же закончилась, а кран огласил пространство характерным протяжным звуком.

— Ну и как теперь быть? Постирала, называется… — посетовала я.

Вернувшись, пожаловалась на проблему криспу, и тот вдруг заволновался. Принялся строить рожи и делать знаки глазами.

— Ты знаешь, что случилось? — догадалась я по его мимике.

Крисп перестал суетиться и прикрыл призрачные веки. И снова куда-то указал.

— Отнести тебя туда?

Снова частые кивки.

Вздохнув, я подхватила бадью и потащила на первый этаж. В прачечной было довольно темно, и крисп осторожно приподнялся над ведром, а затем вдруг вылетел наружу. Старательно избегая света, падающего в единственное окно, он подлетел к крану и всосался внутрь, забавно истончившись.

Это был действительно такой же дух, какого я видела вчера в окно. Может, даже и правда тот самый.

Через пару минут он вернулся и, сделав виток вокруг меня, словно позвал за собой.

— Узнал, в чем дело?

Дух снова закивал.

— М-м… — промычал он еле слышно и подлетел к едва заметному люку в полу. — повторил: — М!

— Там, наверное, трубы проходят и все такое?

— М! — Снова согласно кивнул дух.

— Я в этом ничего не понимаю, но ладно…

Со вздохом я подняла крышку люка и заглянула внутрь. Ожидаемо там было темно, но вдруг постепенно стало светлеть — сработал осветительный артефакт. Крисп нырнул туда первым и принялся виться вокруг стояка с трубами, показывая на какое-то конкретное место.

Спустившись по деревянной лестнице, я оказалась в просторном погребе, который был выдолблен прямо в скале под домом. Похоже, раньше вода доставлялась наверх откуда-то из-под земли и явно магическим способом, потому что других вариантов и быть не могло.

Крисп настойчиво указывал на панель, где явно чего-то не хватало. Панель, кстати, была самая что ни на есть обычная. Содержала несколько рун, заставляющих воду подниматься, и гнездо для камня-накопителя, который сейчас отсутствовал. Скорее всего, это был аквамарин.

— Дома нам с папой не раз приходилось менять накопители. Они очень туго сидят в панели, — заметила я, обращаясь к криспу. — Не мог же он выпасть?

Дух согласно кивнул.

— Но тогда, куда же он делся?

Вместо ответа крисп метнулся вперед по узкому коридору, и почти сразу до меня донеслись звуки какой-то кутерьмы. Раздался странный вскрик. Послышалось приближающееся хлопанье крыльев… И, прежде чем я успела среагировать, мне в грудь с размаха врезалось что-то мягкое!

Да так сильно, что я не удержалась на месте и стукнулась спиной и затылком о стояк с трубами.

— Ай! — вскрикнула я, инстинктивно схватив то, что в меня врезалось.

— Уфф! Пусти! Пусти, кому говорю! — пробормотало существо, и на меня сердито уставилась хитрая рыжая морда.