Маневр уклонения от тарана сзади вывел служебную машину на встречку. Уходя от лобового столкновения с мчащейся на всех парах фурой, я вновь крутанул руль, пересек разметку и вернулся в свою полосу. Теперь передо мной стоял выбор из трех вариантов: вернуться на встречку и рискнуть не только своей жизнью, но и чужими, продолжить движение вправо и впилиться в автобус или же давить дурака в костюме…

…но давить я стал на тормоз, прибегая к экстренному торможению. Несмотря на крик Кати и желание оставить от незнакомого лихача пятно на мокром асфальте, здравый смысл все же восторжествовал. Благо, расстояние позволяло. Остановись лихач чуть ближе, и все закончилось бы куда печальнее.

Почти одновременно с тем, как я принял решение, Катя тоже передумала.

— Нет! Не надо! Не дави!

— Ты уж определись, — мне все-таки удалось совершить чудо и остановить машину на мокром асфальте.

Автомобиль, развернувшись, окатил придурка в костюме водой из лужи и слегка поддал ему задним крылом. Тип в чудной шляпе отлетел назад, ударился о свою тачку и картинно сполз вниз, усевшись задницей в дорогих брюках прямо в лужу.

И это самое безобидное, что должно было случится ним в ближайшим будущем. Я вдавил кнопку «аварийки» и выскочил из машины, охваченный праведным гневом. Пришлось приложить максимум усилий, чтобы не сжечь придурка на месте.

— Какого хера⁈ — я решительно подошел к нему, схватил за грудки и рывком поставил на ноги. — Ты что творишь, дебил⁈

— Я… мне… — заблеял тип, которому на вид было двадцать с небольшим.

Глядя в его бегающие глазки, я только сейчас заметил, что шляпа у него выглядит дурацкой, потому что к ней прицеплен телефон камерой ко мне.

— Это что еще за сам себе режиссер?

— Хочу запечатлеть самый важный момент в своей жизни, — все же смог сказать парень.

— Свою смерть? — я немного остыл и выпустил придурка, лишь слегка придержав его, чтобы снова не сел в лужу.

— Нет, — замотал головой он. — Я…

— Чтоб тебя! — к нам подошла Катя.

Увидев мою напарницу, тип в шляпе с телефоном сунул руку за пазуху. Сделал он это слишком быстро, чтобы я успел совладать с рефлексами. Нас разделяло небольшое расстояние, так что полноценного удара не получилось, но мой локоть очень четко попал парню в челюсть. В этот раз придерживать его я не стал, так что он рухнул, как подкошенный. Шляпа при этом слетела и покатилась по шоссе, где ее и раздавила какая-то легковушка.

Парень удивленно захлопал глазами, обнаружив себя в луже.

— Что случилось? — он довольно быстро пришел в себя, видимо, в его пустой голове нечему было сотрясаться.

— Мне вот тоже интересно, — я смотрел на маленькую коробочку, которая выпала из внутреннего кармана пиджака. Судя по всему, за ней-то этот придурок и тянулся.

— Арсений, твою мать, что ты творишь? — в голосе Кати смешались злоба и сострадание. Она помогла парню сесть.

— А что я творю? — тот потер челюсть и вздрогнул. — Точно! Я! Я же… — он бестолково захлопал по карманам.

— Это ищешь? — я взглядом указал на коробочку, лежавшую в метре от нас.

— Да! Точно! — Арсений дотянулся до коробочки, взял ее одной рукой, а другой стал похлопывать себя по голове. — Шляпа! Где моя шляпа⁈

— Ты, наверное, слишком сильно его ударил, — с сомнением поглядела на меня Катя.

— Слишком сильно его при рождении ударили. Об пол.

— У меня второй телефон в машине, подожди, Катя! — чудаковатый тип полез в салон своего авто.

— Знаешь его? — спросил я Катю.

— Ага, — судя по ее тону, этим знакомством она не гордилась. — Пару раз пересекались в приемной у психолога. — Она прищурилась. — И только попробуй пошутить по этому поводу.

Я чуть приподнял руки открытыми ладонями к ней, мол, острить не стану, только не стреляй.

— Лучше снимать и потом смонтировать или прямой эфир запустить? — Арсений вылез из машины с телефоном в руках.

— Лучше херней не страдать, — посоветовал ему я.

— Это не херня! — Сеня выглядел оскорбленным в лучших чувствах. — Это любовь!

Мы с Катей непонимающе переглянулись.

— Катерина! — справившись с телефоном, Арсений взял его в левую руку и принялся снимать происходящее. Правой он безуспешно пытался открыть коробку, но крышка намокла и не поддавалась. — Извините, — повернулся ко мне Сеня, — вы не поможете?

— Парень, тебе даже боженька не поможет, — криво хмыкнул я.

— Ну хоть телефон подержите! — взмолился отчаявшийся чудик.

— Давай я, — Катя взяла у парня телефон и развернула к нему камерой.

— Нет, не так! — запротестовал он. — Надо, чтобы нас обоих было видно.

— Да ладно, — до меня дошло, что тут происходит.

А вот до Кати все еще нет.

— Так что ли? — она развернула телефон и подняла его, чтобы попасть в кадр вместе с Арсением.

— Вот, то, что надо! — парень опустился на колено и торжественно открыл перед Электрой коробочку, в которой оказалось кольцо с весьма внушительным камнем.

Я присвистнул. Катя открыла рот и выронила телефон, который упал точно в лужу.

— Вот ведь незадача, — пробормотал Арсений и опять покосился в мою сторону. — Можете на свой снять?

— Не впутывай меня в это.

— Ладно, — не расстроился Сеня. — Кать, тогда давай ты на свой, а потом…

— Суп с котом! — Электра схватила парня за запястье, а свободной рукой со щелчком захлопнула коробочку. — Ты чего тут устроил?

— Предложение руки и сердца! — просиял Арсений.

— А я-то думал, что понимаю женщин хуже всех, — только и пробормотал я глядя, как мрачнеет лицо Кати.

— Ты меня видел три раза в жизни! — выпалила она.

— Мне хватило и одного, чтобы влюбиться! — пылко ответил юноша.

— Надо было снимать, — я криво усмехнулся и огляделся — не продают ли где поблизости попкорн. И вот, казалось бы, откуда ему взяться на шоссе? Но, по моим прикидкам, шансы были примерно такие же, как и встрять в подобную историю.

Вот только романтически настроенный дурачок у нас имелся, а попкорн, к моему глубочайшему сожалению, нет.

— Арсений, ты больной? — вкрадчиво спросила Катя.

— Да! Я болен тобою! — поэтично ответил, а потом как-то с вызовом взглянул на меня. — Не смейте становиться между нами!

— Что ты, что ты, приятель, и в мыслях не было. — Со всей серьезностью заверил я придурошного романтика.

— Макс! — неизвестно, что бесило Катю больше: сложившаяся ситуация или то, насколько она забавляла меня. — Не подыгрывай ему!

— Вроде с сумасшедшими так и надо.

— Он не сумасшедший. — Возразила Катя.

— Да! — почему-то обрадовался Сеня, в отличие от меня еще не понимавший, что дальше последует своего рода «но».

— Он конченый, — закончила Электра и обратилась к парню. — Нельзя так делать девушке предложение. Надо сначала узнать друг друга получше.

— У нас будет на это вся жизнь! — Арсения не могло переубедить ничего на свете.

— Которая может оказаться весьма короткой, если ты продолжишь так водить машину, — предупредил я его.

— Плевать! Главное, что я проведу ее с любимой!

— А меня ты спросить не хочешь? — в глазах Кати сверкали электрические разряды.

Дело начинало пахнуть жареным. Жареным дурачком.

— Так вот и спрашиваю, — Сеня снова начал опускаться на колено, но получил от Кати затрещину. — Ай!

— Ты меня вообще слушаешь⁈ — воскликнула Электра.

— Конечно! Я все твои подкасты прослушал, все видео посмотрел раз по пятьдесят! Я все о тебе знаю!

— А я вот не знаю, — протянул я и задумчиво добавил, — куда тебя такого лучше сдать: в полицию или сразу санитарам.

— Не надо его никуда сдавать, Макс, — устало вздохнула Катя. — Дай мне с ним поговорить пару минут.

— Хорошо, — согласился я, поняв, что спектакль, судя по всему, окончен. — Но не задерживайся: Васька сам себя с дерева не снимет.

Катя кивнула.

— И не убивай паренька, — уже на пути к машине посоветовал я. — Он просто не в себе.

Электра ничего не ответила. Она присела рядом с Арсением и начала о чем-то тихо с ним говорить. Вид у девушки был весьма серьезный, а вот у ее собеседника предельно несчастный. На него было жалко смотреть. Я бы, может, и проникся состраданием, но за годы жизни порядком зачерствел, чтобы сопереживать тем, кто сам придумывает себе проблемы.

— Нина, — связался я с диспетчером. — У нас тут непредвиденные обстоятельства.

— Серьезные? — встревожено спросила Зимина.

— Это с какой стороны посмотреть, — я осторожно развернулся и встал так, чтобы какой-нибудь лихач не впилился в Катю и ее нерадивого воздыхателя. Второй сейчас совсем сник и только вяло кивал головой в ответ на слова рассерженной девушки.

— Надежда Сергеевна звонила уже дважды, — предупредила меня Зимина. — Позвонит в третий раз, и вы получите штраф за ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей. — Не дожидаясь ответа, диспетчер отключилась.

Электра закончила нравоучения, ободряюще похлопала парня по плечу и выпрямилась. Не оглядываясь, она вернулась в служебную машину.

— Расскажешь кому-то — убью, — сразу же предупредила она меня.

— Ему ты тоже угрожала? — отключив «аварийку» я подмигнул участникам движения поворотником и аккуратно перестроился, вливаясь в общий поток.

— Нет, — буркнула Катя.

— А зря, — я посмотрел в зеркало заднего вида. — Он едет за нами.

— Так тут некуда свернуть, — Катя говорила так, словно сама очень хотела верить в сказанное. — Пока нам просто по пути.

— Ладно, — сверившись с навигатором, я поехал по адресу.

Музыку моя напарница выключила. Теперь мне приходилось слушать лишь ее печальные вздохи, которые звучали каждый раз, когда иномарка на хвосте повторяла каждый наш поворот. Воистину, упрямство Арсения граничило лишь с его глупостью. В данном случае его не красило ни одно, ни другое.

— Надо было его током вырубить, — Катя устало провела ладонью по лицу.

— Думаешь, сработало бы?

— С предыдущими сталкерами срабатывало, — пожала плечами девушка.

Я вскинул бровь.

— С предыдущими?

— Ну да, — кивнула Электра. — Обратная сторона популярности. Такие, как Сеня, появляются стабильно раз в пару-тройку месяцев. Все окрыленные, влюбленные и с нездоровыми фантазиями. Я сначала пытаюсь договориться по-хорошему и, если не срабатывает — а это никогда не срабатывает — бью их током, как шокером. Знаешь, как обмоченные штаны разом убивают всю романтику?

— Надеюсь, никогда не узнаю.

— А вот Сене узнать придется, — в голосе Электры зазвучали злобные нотки.

Мысленно пожелав Арсению не обмочить штаны, я подкатился к нужному подъезду, рядом с которым туда-сюда расхаживала хозяйка неугомонного кота Васьки Надежда Сергеевна. Едва завидев нас, она тут же устремилась к машине.

— Что вы так долго⁈ — сходу предъявила она.

— Пробки, — я вышел из машины.

Женщину мои оправдания не интересовали, и она принялась причитать:

— Мой котечка миленький под дождем сидит, пока вы в пробках своих стоите! Вы о животном подумали⁈ Там наверху ветер такой, а у него шерстка мокрая. А еще он грозы боится. И что мне делать прикажете, если она начнется? У Васеньки сердечко слабое! Вдруг оно не выдержит?

— Тогда у нас станет одной проблемой меньше, — пробормотал я, следуя за Катей, которая уже крутилась под деревом и пыталась сфотографировать и себя, и засевшего между веток кота одновременно.

— Васенька! — Надежда Сергеевна, не расслышав моих слов, принялась ходить под деревом, то и дело вскидывая руки. — Спускайся, родненький! Пойдем, я тебе сосисок дам, твоих любимых.

Рядом с нашей машиной замерла уже знакомая иномарка, и из нее выскочил Сеня.

— В чем дело? — спросил он меня.

— В том, что одному придурку не сидится дома. — Равнодушно ответил я.

— Васенька не придурок! — тут же запротестовала Надежда Сергеевна.

— А я и не про него, — я выразительно посмотрел на Арсения. — Ты чего тут забыл?

— Хочу доказать Кате, что я не избалованный папенькин сынок! У вас тут вызов, да? Я помогу!

— Флаг в руки, — мой палец указал парню на едва заметного среди веток дерева кота. — Вот эту шерстяную зверюгу надо снять и вернуть владелице.

— Макс! — к нам быстрым шагом подошла Катя. — Так нельзя!

— Сама полезешь? — после знакомства с когтями Васьки мне совершенно не хотелось подставляться под них еще раз.

— Вот еще! — Электра даже отступила.

— Я все сделаю! — Сеня направился к дереву с таким видом, словно он был облачен в доспехи, а в ветвях его дожидался дракон, с которым нужно сразиться за сердце прекрасной принцессы.

— Давай, мужик, ты сможешь, — я закурил.

— А это ваш новенький? — Надежда Сергеевна с сомнением поглядела на пытавшегося залезть на дерево Сеню.

— Нет. — Затянувшись, я выпустил в дождливое небо струйку дыма. — Это просто неравнодушный гражданин.

— Любит животных? — взгляд хозяйки Васьки немного потеплел.

— Насчет животных не знаю, — с улыбкой ответил я, и тут же получил от Кати легкий удар локтем по ребрам.

Сеня между тем смог добраться до нижних веток и теперь карабкался по ним максимально неуклюже. Пару раз мне показалось, что он вот-вот сорвется, но парень держался молодцом. Ровно до тех пор, пока не совершил стратегическую ошибку и не схватил испуганного кота двумя руками. Как назло, в тот же миг сверкнула молния, сопровождаемая таким раскатом грома, что стекла в доме задрожали.

Перепуганный Васька заорал кошачьим матом и вцепился в своего горе-спасителя. Тот тоже заорал, но пальцев не разжал. Так они и свалились с дерева в ближайший куст.

— Васенька! — Надежда Сергеевна бросилась к питомцу и вырвала его из рук Арсения, который просто лежал и ошарашено глядел в небо.

— Отлично сработал, — я подошел к нему и посмотрел сверху вниз на бледное исцарапанное лицо.

— Катя впечатлена? — Арсений чуть повернул голову.

— Разве что твоей глупостью, — докурив, я отправил окурок в стоявшую у подъезда урну.

— Ты о чем думал? — подойдя к своему воздыхателю Катя, вместо руки помощи, поддала ему ногой по ляжке.

— Ай! — Сеня сел и обиженно потер ушибленное место. — Я же все ради тебя!

— А я тебя просила?

— Нет, но…

— Чего это они? — тихо спросила меня Надежда Сергеевна, которая, прижимая к груди кота, внимательно следила за происходящим. В ее глазах даже блестел азарт, словно при просмотре сериала.

— Тут неразделенная любовь, — поделился я, доставая новую сигарету.

— Паренек, значит, любит Катю, а она что? — оживленно продолжила расспрос женщина, умудряясь и говорить со мной, и слушать перепалку Кати и Сени. — Неужто у нее жених имеется? А она выбрать не может, да? О! Парнишка-то из богатой семьи. Ну и ну!

— Да я люблю тебя! — хрипло воскликнул Арсений.

— Ты не можешь любить меня! — закричала на него Электра.

— Что творится-то, что творится! — восхищенно бормотала Надежда Сергеевна.

Искренне забавляясь ситуацией, я решил подлить масла в огонь.

— Это вы еще не видели, как он ей предложение делал.

— Батюшки! — Надежда Сергеевна так сильно прижала к себе Ваську, что тот едва не задохнулся и жалобно мяукнул. — И что она? Отказала? — женщина уставилась на меня.

— Естественно.

— А он что?

— А он, — мои слова прервал треск электрического разряда и сдавленный крик Сени, — теперь лежит в кустах с мокрыми штанами.

— Поехали, — мрачная Катя, чеканя шаг, прошла мимо меня и села в машину.

— Доброй ночи, Надежда Сергеевна, — пожелала я. — Берегите Ваську.

— Ага, спасибо, — рассеянно произнесла женщина и посмотрела на слабо шевелящегося в кустах Сеню. — А с ним что делать?

— Не знаю. Можете тоже сосисками угостить. Он, как-никак, вашего любимого котика с дерева снял. Действовал, можно сказать, не жалея себя.

— Он вымок весь, бедняжка, — всполошившись, Надежда Сергеевна сунула кота подмышку и захлопотала вокруг Арсения. — Пойдем, мальчик, я тебя чаем угощу с медом и малиновым вареньем!

— Отличный план, — одобрил я, садясь в машину. — Всего доброго.

Мне никто не ответил. Надежда Сергеевна уже взяла в оборот не способного оказать ей сопротивление парнишку, а тот лишь мычал нечто нечленораздельное и пытался сфокусировать взгляд хоть на чем-нибудь.

— Ты не перестаралась? — я смотрел, как воздыхатель Электры едва переставляет ноги.

— Да пошел он, баран упертый! — огрызнулась Катя. — Человеческих слов не понимает вообще. Поехали отсюда уже, пока снова на хвост не сел.

— Ему бы просто сесть, хоть куда-нибудь, — я в последний раз взглянул на Сеню и уехал со двора.

Не успели мы вернуться на шоссе, как услышали голос Зиминой.

— Новый вызов. — Сообщила она. — Адрес скинула.

Катя первой взглянула на экран навигатора и тихонько застонала, увидев пункт назначения. Я тоже глянул на маршрут, который заканчивался точкой, обозначенной, как инсектарий «Арахнолэнд».

— Может, вернемся за Сеней?

— Ну уж нет, — замотала головой Катя. — Лучше сама с пауками разберусь.