Позади осталась трудная горная дорога, но Титенко не ощущал усталости, любуясь то живописными склонами гор, то бескрайними просторами моря. По зеленым улицам шли и шли люди. И среди них где-то должен быть Жора Чмокин. Титенко вдруг остро почувствовал, что его ждет не отдых, а трудная работа.　

Чмокина он изучил только по фотографии, которая на всякий случай лежала в боковом кармане пиджака. Встретить бы его здесь, сейчас. Но так редко бывает, помощник прокурора не рассчитывал на случай. Наспех пообедав, Титенко отправился на пляж.　

На узкой полоске гальки, насколько хватало глаз, лежали и сидели обнаженные люди, а в воде, словно арбузы на бахче, торчали головы купальщиков. Может быть, там? Он спустился вниз, с трудом нашел свободное место и разделся. Над амфитеатром гор сияло нежаркое бархатное солнце, приятно пригревая. Море тихо плескалось. Вблизи оно казалось огромным прозрачно-зеленым лугом, овальный край которого сливался с небом.　

Искупавшись, Титенко пошел в город.　

Ни в одной гостинице мест не оказалось, и на ночлег он устроился на окраине у старушки. Она откровенно огорчилась, узнав, что он приехал на несколько дней, но не отказала. По ее словам, все стремятся снимать комнаты у моря, а того не понимают, что на окраине самый целебный горный воздух. Титенко согласился со старушкой. В город на набережную он не пошел и улегся спать: усталость взяла свое.　

Проснулся рано утром с твердой уверенностью, что сегодня все будет в порядке.　

На улице уже было людно. Курортники спешили к морю, которое угадывалось где-то за крышами домов. Зато горы, окутанные у подножья Лилово-синими тенями ночи, были совсем рядом: два пухлых облачка неподвижно стояли над зазубренной вершиной, будто для того, чтобы оттенить прозрачность неба. Титенко, не ожидая автобуса, зашагал вместе со всеми.　

На пляже свободных топчанов не оказалось. Море было не такое, как вчера. Оно, словно огромный стальной лист на ветру, блистало и слегка покачивалось.　

Через два часа Титенко позавтракал и, искупавшись еще раз, направился в отделение милиции. В милиции никаких данных не было. Чмокин прописанным не значился…　

Очутившись на улице, Титенко опустился на первую же свободную скамейку и задумался. То, что Чмокин не прописан, свидетельствовало о многом: или его вообще нет в Алуште, или он умышленно скрывает свое пребывание. Вероятнее последнее. Шофер такси не мог показать неправду.　

Два дня ушло на то, чтобы побывать на пляжах и в гостиницах Алушты и ее окрестностей. Но Чмокин как в воду канул. Неужели так и вернуться ни с чем? Или уехать в другое место? Титенко каждое утро слушал сводки погоды. В Сочи шли дожди, за горной грядой похолодало.　

Титенко лежал на лучшем пляже — в Рабочем уголке — и мысленно досадовал на неразборчивость Чмокина. Если уж и отдыхать, то только на этом чудесном пляже. Он вспомнил о незначительной детали: Чмокин был хорошим пловцом. Ну и что из этого? И вдруг догадка озарила мозг. Разве здесь можно как следует развернуться хорошему пловцу? Для пловца нужен простор, нужно все море… А это возможно только на «диком» пляже, где нет ни буйков, ни радиоустановок. И, кроме того, он будет избегать людных мест — это, пожалуй, самое важное. Не задумываясь больше ни на секунду, помощник прокурора принял новое решение: выявить «дикие» пляжи и установить за ними наблюдение.　

Наутро Титенко, минуя просторный городской пляж, двинулся по берегу дальше. И вот минут через двадцать его взору открылся полукруг чистенькой гальки метров двести в длину, зажатый крутыми горами, а на нем несколько купальщиков. С краю стояла загорелая женщина, подбирая под голубую резиновую шапочку темно-рыжие волосы, а чуть дальше — молодой мужчина, накрыв платочком голову, нежился на солнце. Титенко глянул на его широкую загорелую спину и, облюбовав рядом свободное место, не спеша стал раздеваться.　

— Далеко не заплывай, Анга, — сказал молодой мужчина, не поднимая голову.　

Загорелая женщина смело вошла в воду, взмахнула руками и легким брассом врезалась в волны. Титенко задумчиво посмотрел ей вслед и, закончив раздеваться, с разбегу бросился в море. Неслышно рассекая воду, он старательно догонял голубую шапочку. Но женщина обнаружила за собою погоню, и ее руки быстрее замелькали над водой. Титенко улыбнулся, чуть отставая. Не надо было давать ей повод думать, что он специально преследует ее. Она уходила в открытое море все дальше и дальше, а он держался позади. Наконец она перестала плыть вперед и легла　на спину, чтобы отдохнуть. Титенко приблизился к ней и сделал то же самое.　

— А вы, оказывается, смелый, — услышал он голос Анги.　

— Беру пример с вас, — ответил Титенко, прикидывая про себя, как повернуть разговор в нужную ему сторону.　

— Одна я не решилась бы так далеко заплыть.　

— А муж вам разве не может составить компанию? — спросил помощник прокурора и не услышал ответа. Он повернулся на бок и, работая рукой, приблизился к ней. — Вы не устали?　

— Нет, — ответила она, покачиваясь на волне. — Но уже пора возвращаться на берег.　

Они поплыли к берегу. Пляж терялся в синих складках гор, и ориентиром им служило белое пятнышко чьей-то палатки. Титенко, подгоняемый прибоем, молча плыл рядом с незнакомой Ангой. Разговаривать о чем-либо было трудно, хотя ему и не терпелось задать ей вопросы. Но вот она предложила:　

— Давайте отдохнем.　

Сквозь прозрачную воду впереди было видно что-то огромное и черное.　

— Вот здесь, — сказала Анга и встала, вода доходила ей до плеч. — Да идите же, не бойтесь! — приглашала она. — На этой скале я всегда отдыхаю.　

Титенко подплыл, опустил ноги в глубину и, коснувшись водорослей, соскользнул в сторону, нырнул с головой, Анга поймала его за руку, весело смеясь.　

— Вы издалека? — спросила она.　

Титенко удачно попал ногами на какой-то выступ и, удерживаясь на одном месте, ответил:　

— С Севера. Приехал погреться на солнце. А вы откуда?　

— Есть такой городок Терновск. Слышали?　

— Не слышал. Вы с мужем на курорте?　

— Что-то я замерзла, — резко вздернула плечами Анга и, оттолкнувшись от подводной скалы, рванулась вперед.　

Достигнув отмели, они разом поднялись и пошли к берегу.　

Их уже ждал… Чмокин, шагая взад-вперед по пляжу. Титенко узнал его без особого труда: те же глубоко посаженные глаза и узкие усики, что и на фотографии…　

— Зачем так далеко, Анга? — озабоченно спросил Чмокин, неприветливо глянув на Титенко.　

— Хороший напарник попался, — ответила Анга, весело смеясь. — Знакомьтесь…　

— Вы давно в Алуште? — спросил Чмокин, протягивая помощнику прокурора руку.　

— Четвертый день, — ответил Титенко.　

— А мы скучаем уже третью неделю.　

— Где же вы остановились?　

— На частной квартире, — вмешалась Анга, но Чмокин быстро глянул на нее, и она замолчала.　

— Я в Рабочем уголке был, — нарушил молчание Титенко.　

— А мы ни разу туда не съездили, — сказала Анга.　

— Так в чем же дело? Давайте сегодня после обеда и поедем, — предложил Титенко.　

— Охотно.　

Чмокин промолчал.　

Поговорив еще немного с новыми знакомыми и видя, что они вроде бы ничего не подозревают, Титенко блаженно растянулся на горячем булыжнике. Беглец, как говорится, налицо. Можно немного и позагорать. Тем более, что не совсем удобно вот так сразу, прямо на пляже, задерживать его. Это следовало сделать деликатно, без всякого шума. Титенко посматривал за Чмокиным, который фыркал и плескался недалеко от берега. Анга отдыхала. Она легла на подстилку, с которой встал ее спутник, подложила под голову надувную подушечку.　

«Кто эта женщина?» — мысленно спрашивал себя Титенко, сожалея, что очень мало знает об Ангелине Казимировне и совсем с ней незнаком. А между тем было очень похоже на то, что Анга и есть бывшая жена Клима…　

— Вы не спите? — спросил помощник прокурора свою соседку.　

— Мечтаю.　

— Можно узнать: о чем?　

— Как мы с вами заплывем еще дальше…　

— А вы не боитесь утонуть?　

— Не все ли равно — сейчас или чуть позже…　

— Почему такой пессимизм?　

— Не знаю.　

— Как ваше отчество?　

— Зовите меня — Анга, так мне нравится.　

— Где вы работаете, Анга?　

— Я — тунеядка.　

— А серьезно?　

— Иждивенка, — поспешно ответила она и предложила: — Давайте сыграем в мяч.　

— С удовольствием, — согласился Титенко. Ему нужно поближе познакомиться с ними, и пока все складывалось как нельзя лучше. Через несколько минут они уже играли в мяч. Анга, ловкая и подвижная, радовалась своим удачным ударам, покрикивала на Жору, когда тот мазал, и подавала советы Титенко. Легкий мяч, поблескивая на солнце, носился по треугольнику над играющими, шлепался в воду, задевал отдыхающих.　

— Мы всегда берем с собой мяч на пляж, — рассказывала Анга. — Хорошее средство против полноты…　

— Вам нечего этого бояться, — заметил Титенко, окидывая взглядом ее загорелую, спортивного вида фигуру.　

— А мы вообще ничего не боимся, — вмешался Чмокин, с силой толкая от себя мяч.　

— И неправда, — возразила ему Анга, легко принимая мяч. — Ужасно боюсь крабов, их тут — тьма…　

После игры все искупались. Время было обеденное, и Анга предложила отправиться в город. Титенко, не раздумывая, принял предложение. Пора было кончать комедию. И пока они шли по узкой прибрежной полосе гальки, у помощника прокурора созрел план: уговорить Чмокина и Ангу пообедать в столовой, расположенной недалеко от милиции…　

На набережной остановились, чтобы решить, куда идти. Чмокин хотел в ресторан.　

— А по-моему, лучше всего пойти в столовую около базара, — посоветовал Титенко. — Там хорошо готовят и есть черный мускат.　

— Такого я еще не пробовал, — сказал Чмокин.　

— А столовая далеко? — спросила Анга.　

— Немного подняться вверх, и мы у цели.　

— Мне надоел ресторан, — заявила Анга, — идем в столовую.　

— Не возражаю, — согласился Чмокин, — мне хочется попробовать это черное вино.　

— Чего-чего, а черного там будет предостаточно… — обронил про себя Титенко.　

— Вот и отлично, — удовлетворенно крякнул Чмокин, изгибаясь и поглаживая рукой свои узкие усики в предчувствии удовольствия.　

Все трое поднялись вверх по кривой улочке. У серого здания милиции Титенко остановился и, как можно спокойнее, сказал:　

— Вот мы и пришли. Вы оба задержаны.　

* * *

…При допросе Чмокин признался, что два года тому назад он отбыл пять лет за «аналогичное» дело. Подобрав ключи, он проник в квартиру и украл там вещи. Это было во Владимире. После колонии он приехал в Донбасс и поступил на шахту «Капитальная» слесарем. Думал работать и жить честно. Не вышло. С Ангой познакомился через ее мужа, простецкого парня по имени Клим, который ничего не знал и не видел. А мог бы, если бы был внимательнее… Кроме того, он встречался с другими женщинами. Нужно было много денег на постоянные поездки и выпивки. Чуть ли не ежедневно бывая в доме Клима, он обратил внимание, что к ним частенько заходит заведующая магазином Яровицкая. Он решил выбрать момент и снять слепки с ключей, которые она носит с собой. Такой случай представился. Однажды он был у Клима и играл в карты с хозяевами. В это время　прямо с работы к ним зашла Яровицкая, принесла Анге новый журнал мод. Женщины принялись рассматривать журнал, а он вышел в коридор, вытащил связку ключей из плаща гостьи, который она повесила на вешалке, и скрылся в туалетной. Там на куске мыла сделал отпечатки трех ключей: от сейфа, от висячего и винтового замков. Затем положил связку на место и как ни в чем не бывало вернулся в столовую. С отпечатков он изготовил картонные шаблоны, а по ним сделал ключи. После этого стал следить за магазином, прикинулся влюбленным в Ларису Жукову, и его частые посещения магазина не вызывали никаких подозрений. Он узнал распорядок работы инкассаторов, присмотрелся к сторожу. И то и другое устраивало. Инкассация ездила нерегулярно, и выручка оставалась на ночь в сейфе. Сторож часто спал в будке за углом около склада. В этот вечер сторожа вообще не было, как он узнал потом, сторож гулял на именинах своей дочери и заступил на пост только под утро. Тут простое совпадение, так сказать, счастье вора…　

Его никто не подозревал. Больше того, обвинили другое лицо. Тогда он принес к себе в комнату деньги, которые до этого прятал в каменном карьере за поселком, и решил поехать отдохнуть, а чтобы не скучно было, прихватил бабенку… Пообещал, конечно, ей, что женится. Возможно, он ее и не бросил бы…　

Все шло прекрасно, он никого не боялся и был уверен, что преступление не раскроется. Конечно, на всякий случай принял меры предосторожности: сдал деньги в разных городах и в разные сберкассы на предъявителя, жил в Алуште без прописки, а спутнице своей Анге сказал, что перед отпуском получил премию, к тому же она еще раньше знала, что зарплата у него была подходящая. А вышло совсем иначе…　

Пять книжек на предъявителя, которые Титенко обнаружил в чемодане Чмокина с двойным дном, и шаблон не давали повода усомниться в правдоподобности этих признательных показаний.