Всё оказалось гораздо хуже, чем я думал. Вирус биореволюции проник в самые высокие слои общества города. И кажется, дотянулся даже до командного состава, если, вообще с него не начался.

После разговора с Евсеем я понял, что просто так эту заразу не вывести. Стремление покорить, победить и прогнуть под себя слишком плотно вошло в сознание некоторых людей. Понятно, что изначальная доминантность присуща всему человеческому сословию. Но разум, милосердие и гуманизм, эту ярко-агрессивную черту должны были уравновесить. Вот только почти вся история этого мира (да и моего в частности тоже) показывала обратное. Разумеется, были и всплески “света”, когда человечество входило в некий “золотой” и “серебряный” век, развиваясь, не воюя постоянно с себе подобными, а, наоборот, тянулось к наукам, искусству и эволюции во всех жизненных сферах. Правда, к сожалению, такие период длились совсем недолго и вскоре всё скатывалось к более привычному способу существования.

Собственно, как и сейчас. Краткие моменты “просветления” в бывшей столице Российской Империи вновь гаснут, затягивая людей в знакомое болото вечного соперничества и тёмный омут войны.

Возможно, в какой-то степени Степаныч и был прав, говоря, что мои идеи утопичны и человека так просто не изменить, а когда я умру, то всё обязательно вернётся на круги своя. Но, скажу честно, верить в такое мне совершенно не хотелось. Я пришёл сюда спасти эту реальность от войны, и я это сделаю. Даже, если мне придётся ради этого изменить саму людскую природу.

Итак, что же мы, в итоге, имеем. Лозунги о том, что теперь нам самим нужно нести пламя “свободы, равенства и…” прочих нужных и правильных вещей в массы хорошенько так укоренились по всему Биограду. И пусть не все следуют этим идеям, но самая активная часть жителей этот момент активно продвигает. А, если учесть, что всем этим политическо-философским движениям содействует и верхушка командующих управленцев, то становится ясно насколько эта проблема опасна.

Тут не обойдёшься, этих выгнать из города, тем щёлкнуть по лбу и приструнить, а остальные сами успокоятся. “Перепрошить мозги” тоже задача так себе. Как минимум, технологий для задач такого уровня у меня ещё просто нет, а, как максимум, и в моём мире такой эксперимент закончился плачевно. Так что работать придётся по старинке. А дальше уж что-то думать поизящней и эффективней. Ведь, уничтожив побеги этого древа агрессии и насилия, я никак не смогу добраться до его корней. Выкорчевать его, разумеется можно, но тогда может и исчезнуть важная составляющая человеческой личности. Слишком уж там всё взаимосвязано. Поэтому, действовать нужно тоньше. Но этим я озабочусь, когда закончу с излишне поверившей в себя молодой порослью.

Первым же делом я наметил себе встречу с Апостолом и остальными. Пора выходить из тени и пообщаться в открытую. Тем более, раз Евсей меня раскрыл, то рано или поздно слухи обязательно дойдут и до высшего командного состава. Так что, сыграем на опережение.

Облачившись в биоброню, я уже, совершенно не скрываясь, направился к нашему штабу, который за, казалось бы, какой-то месяц основательно разросся, присоединив к себе несколько соседних зданий. Изначально место было выбрано не только, как удобное, но и как красивое. Окружающий дворцовый комплекс парк был ухожен и живописен. Особенно сейчас на пороге лета.

Быстрым шагом я прошёл мимо нескольких постов охраны и дежурных, которые, как только узнавали меня, тут же вскакивали и отдавали честь. Хотя, возможно, вопросов не возникало и потому что на мне были надеты “живые доспехи”. Подобных традиций, кстати, у нас как-то особо не водилось, так что я лишь удивлённо махал рукой в ответ. Да и общая атмосфера буквально фонила милитаризованностью и пафосной военщиной. Будто все готовились к великому походу против всего плохого, во благо всего хорошего. Быстро же всё меняется, когда тебя нет. Кажется, прошло совсем ничего, а тут вон как настроения трансформировались. Не то, чтобы я был против дисциплины, но здесь она будто возведена в абсолют и любое неповиновение карается чуть ли не смертью. Во всяком случае, именно такое ощущение у меня возникло. Да и бюрократии прибавилось. Это видно, как минимум, по тому количеству народа, который мне повстречался в коридорах по пути к кабинету “наиглавнейшего начальства”. Как и ожидалось, Георгий заседал именно в том месте, откуда руководил и я. Этакая преемственность получается.

– Ну, здравствуй, Яков, – поприветствовал меня Апостол, когда я вошёл.

Без удивления или какой-либо взбудораженности, кстати. Значит, о моём появлении ему уже сообщили. Быть может, даже раньше, чем я вошёл в парк.

– И тебе не хворать, Георгий. Как тут дела без меня продвигаются? Слышал отбили нападение красных. Похоже, готовились мы не зря, раз всё получилось, – миролюбиво начал я.

Такую стратегию поведения я выбрал не случайно. Хотелось поначалу осмотреться, понять, что изменилось не только снаружи, но и внутри нашего социума. Особенно в головах тех людей, которые всем этим управляли во время моего отсутствия.

– Всё отлично. Даже очень. И вправду прекрасно справились без тебя, – как-то сухо ответил он.

Хм, похоже, меня тут пытаются выставить виноватым. А я-то ещё думал не сразу на них бочку катить, а узнать, может я ошибаюсь… В итоге, всё вот как поворачивается.

– Рад, что город в порядке и жители довольны. Вот только что-то не слышу в твоих словах радости от моего возвращения, – спокойно говорю я.

– А чему радоваться? Тому, что ты пропал неизвестно куда в самый трудный для нас час? Или тому, что, когда всё устаканилось и мы ценой собственной крови спасли людей, ты соизволил вернуться?

Наезд, так наезд. Честно, не ожидал такого. Рассчитывал, что именно я буду давить и осуждать, а тут такое.

– Ты же в курсе почему и куда я исчез? Меня похитил как бы. Там глобальная операция задумывалась. Но, не срослось. Я сбежал, а вы и сами отбиться сумели. Значит, не зря готовились, продумывали, вместе работали и создавали. Поэтому я не понимаю с чего такие обвинения…

– Как у тебя всё просто. Героем себя выставить хочешь? И нас заодно принизить. Мол, всё на твоих плечах держалось, а без тебя кое-как сдюжить смогли, – всё не унимался Апостол.

– Слушай, я тебя не узнаю. Ты что такое говоришь? Какие герои, какое принизить? Вот ситуация, вот факты, а у тебя словно всё наизнанку вывернуто, – разводя руки поражаюсь я.

– Как раз это у тебя всё в голове перемешалось. Думаешь, теперь вернулся и всё будет как по-старому? Нет уж, дорогой Яков. Теперь здесь наша сила и наша воля. Мы всё так же стремимся к светлому будущему и свободе для всех людей. Вот только путь мы выбрали другой. И в нём не будет места слабакам и пацифистам. Каждый должен сам решить готов ли он пожертвовать собой ради близких и детей. Или, трусливо спрятавшись, сидеть в подвале, мечтая, чтобы его не заметили и не тронули, – холодным тоном ответил Апостол.

Тут-то и меня уже слегка повернуло. Я действительно не понимал, как этот человек, мой соратник и друг, внезапно выдумал какую-то нелепую обиду, решив обвинить меня во всех грехах. Неужели власть и вправду так меняет людей? Или это обида на то, что меня не было рядом в трудный момент? В любом случае, решать такое нужно прямо здесь и сейчас. Мне ещё одного бунта в Биограде не хватало.

– На руку свою посмотри, – тихо сказал я.

– И?

– Если бы я мыслил, как ты, то сейчас у тебя её бы не было. А может и тебя тоже не было. Ведь ты слаб, если не можешь выжить сам. Скорее всего, и Варвара погибла бы. Пошла мстить обязательно, а там шансов немного. Вот и подумай, а правильный ли ты путь сейчас выбираешь? – говорю, откровенно утрируя.

– Ты Варю не трогай! А про руку вовремя напомнил. На днях мне как раз Волк новую принесёт для пробы. Не думай, что ты такой незаменимый, – будто не слыша меня, повышает голос Георгий.

– Что ж, давай попробуем по-другому. Скажи, кто ещё в курсе всех этих революционных настроений и поддерживает их?

– Демократии захотел? Думаю, сейчас, это лишнее. Запишем тебя во врага народа и перебежчика, так быстро поймёшь, как вести себя нужно. У людей память короткая, мигом забудут всё хорошее. А мы им правильную версию событий и дадим. Так что, Яков время твоё ушло. Спасибо, конечно, за первую искру, но дальше мы уж как-нибудь сами. Взять его! – неожиданно в конце своей речи гаркнул он.

В ту же секунду позади и слева от меня послышался звук чьего-то движения и, повернув голову, я с изумлением увидел, как от стены отделились две массивных фигуры. Похоже, маскировочный модуль был не у меня одного. Что ж, теперь остаётся простой выбор. Биться со своими же или тактически отступить…