– Выбрать время, когда Кирилла нет дома, и пробраться в квартиру.

– Дотащить на своем горбу продукты и прочее.

– Приготовить ужин (постараться не сжечь квартиру).

– Намарафетиться.

– Ждать его возвращения в полной боевой готовности (или нет?).

– Предаться ночи любви.

Такой незамысловатый список я себе составила в голове. Я продумывала этот план несколько дней, сверяла наши расписания, представляла себя каким-то шпионом в засаде. Хотя я всего лишь навсего собиралась устроить своему мужчине незабываемый романтический ужин. Не зря же я с великим смущением покупала все это красивое и дорогое белье? И свечи, и маски для глаз, и… цукини.

Нет, мы не будем использовать их в постели. Я собиралась сделать полезную пасту. Все-таки ужин. Нарезать кабачок с помощью овощечистки на длинные полоски, пассеровать буквально пару минут на оливковом масле; в отдельной сковороде потушить курочку в сливках с прованскими травами; все смешать и присыпать твердым тертым сыром – лучше пармезаном; украсить помидорками черри или какой-нибудь зеленушкой.

С салатом не заморачивалась – греческий, мой коронный. Все порезать и перемешать. Пять минут – и готово. Резать я приноровилась, и даже пальцы на месте. Кирилл не раз обращал внимание на ранки на руках, но я ловко уходила от ответа, мол, Гарфилд поцарапал, упала, и все в таком духе. Как грешник, что не готов к исповеди. Но теперь настал момент вскрыть карты, расстелить красную ковровую дорожку.

Это должен был быть мой триумф. Делать для Кирилла что-то с любовью и заботой – круче, чем танцы. Передать благодарность ему хотя бы ужином… Слишком мелко, но стоило мне немалых усилий.

Ну а на десерт, конечно же, я – в соблазнительном образе. И я все металась между желанием сразу же предстать в неглиже или все же накинуть халат. И так будет понятно, что под ним… почти ничего и не будет. Или будет то, что даже снимать не придется. Еда остынет, а Кирилл, вероятно, набросится на меня с порога. Он может.

– Выбрать время, когда Кирилла нет дома, и пробраться в квартиру.

– Дотащить на своем горбу продукты и прочее.

– Приготовить ужин (постараться не сжечь квартиру).

– Намарафетиться.

– Ждать его возвращения в полной боевой готовности (или нет?).

– Предаться ночи любви.

Кажется, я пропустила пункт, где мы пробуем мою стряпню. В любом случае все было готово, и нужно лишь дождаться виновника торжества.

Свечи расставлены, еда в тарелках, бокалы натерты до блеска. Шампанское пусть вскрывает сам – точно глаз себе вышибу. Легкий шелковый халат скрыл все неприличное; нюдовый макияж, мол, я такая вся натуральная и красивая; ноги…

«Блин, кажется, они недостаточно гладкие. Кирилл придет с минуты на минуту. Успею или нет освежиться? Успею! Должна успеть!»

Я пулей побежала в ванную, расчехлила бритву и так яро проходилась лезвием по ногам, что ненароком себя порезала.

– Ай!

Все. Хуже уже быть не могло. Я вся в крови, мне больно. Халат испорчен. Отголосок прошлой жизни – шелк без примесей. Видимо, пришла нам пора расстаться. Ума на приложу, как отстирывать кровь. Еще и в таком количестве.

В ящиках в ванной не оказалось ничего похожего на лекарства. Точно. Кирилл хранил все на кухне. На самой верхней полке. Вопрос только зачем. Ни детей, ни животных в его доме не было. А мне как-то надо еще дотянуться.

Попыталась остановить кровь туалетной бумагой. Хотя бы сберегу чистоту пола. Поскакала на одной ноге в кухню в поисках пластыря или ваты на худой конец. Перекись же у него должна была быть? Зеленка? Ох, только зеленки не хватало для полноты образа.

Подставила стул поближе к столешнице. И раз, и два. И вот заветная белая коробочка с красным крестом в моих руках. Только стул какой-то подозрительно шаткий. Не навернуться бы.

Конечно, как же без этого? Ножка стула предательски затрещала и сломалась ровно в тот момент, как я была близка к цели. Я полетела вниз, чудом успела сгруппироваться и уйти от столкновения с углом стола. Отличный вышел бы ужин, в духе Агаты Кристи. Только убийцу никогда не найдут. Убийца – мой мозг, которого нет. Он покинул меня, когда я решила добиться максимальной идеальности своего тела. Красота – страшная сила.

Когда падала, все же задела стол. Тарелки чуть сдвинулись, бокалы покачнулись, один полетел со звоном на пол, а свечи… И кто придумал шторы?

Тюль так быстро вспыхнул, что я мигом забыла про всю боль. В ноге, в руке, в голове. Благо моей реакции хватило на то, чтобы схватить графин с водой и плеснуть его на очаг пожара.

Сердце стучало как сумасшедшее, от происходящего у меня кружилась голова. Или от удара? Кирилл задерживался. Ну и ладно. Я все равно не успею ничего исправить. Хоть осколки собрать.

Веник и совок в руки – и вперед! Прическа вся растрепалась, легкий нюдик поплыл по лицу, намекая, что использовался не один слой туши для придания моим ресницам большего размаха, из раны на ноге, сочилась кровь, и точно будет синяк где-нибудь на ноге или руке, или везде сразу. Уже был неважен ни халатик, ни бельишко. Не романтический ужин, а место бойни.

Щелчок входной двери заставил обернуться. И как я могла подумать, что хуже и быть не может?

Я прокручивала в голове тысячу вариантов оправданий, готова была понести любое наказание, но это…

– Ой, а я не знала…

Женщина лет пятидесяти, немного в теле, с короткой стрижкой и яркими красными губами и такими же красными ногтями стояла на пороге квартиры Кирилла и смущенно смотрела на меня.

Я, в своем удивительно очаровательном виде, смотрела в ответ. От шока даже не додумалась запахнуть назад халат.

– Я Майя, – пискнула я и посильнее сжала рукоятку совка.

– Наталья Ивановна. Милочка, а что тут у тебя произошло?

Ее громкий возглас вырвал меня из состояния транса. Я начала озираться по сторонам и не знала, за что хвататься. Хотелось, конечно, за волосы. Свои. Выдрать их из тупой башки.

– Да ты вся в крови. Что произошло?

Наталья Ивановна выхватила у меня из рук веник с совком и потеснила. Я наконец соизволила прикрыть срам.

– Несчастный случай, – пробормотала себе под нос и попятилась к выходу.

Куда я собиралась? Кто знает…

– Мам, больше не покупай мне столько… – и вот появился Кирилл.

В каждой руке – по два или даже три пакета с продуктами, сам растрепанный и явно не довольный тяжелой ношей. Я криво улыбнулась и сразу же спрятала лицо за волосами.

– Боже, что тут произошло? – Кирилл оглядел меня с ног до головы и сразу же побросал все покупки на пол. – Ты почему в таком виде?

– Сюрприз, – и снова писк из моего рта.

– Забавные нынче у молодежи сюрпризы, – буркнула мама Кирилла, пока я медленно сгорала от стыда.

– Мне надо выйти. – Я двинулась на выход, не глядя. Потом остановилась. – Нет. Мне надо в туалет.

Конечно, куда я пойду в халате и в нижнем белье?

Заперлась в ванной и едва не закричала, как бобер из мема. Вот тебе и знакомство с родителями. Что моя мать тогда приперлась внезапно, что я… Яблоко от яблоньки. Хотя в моей голове все было так красиво и возвышенно. Разве что пони радугой не испражнялись. Умылась ледяной водой, чтобы прийти хоть немного в чувства. Заодно и смыла с себя всю размазавшуюся косметику.

– Майя, открой.

– Уйди, – рявкнула на Кирилла.

Нашла на кого. Еще и когда его мама дома и убирает за мной.

Кирилл хмыкнул:

– Ты у меня дома, и я могу открыть дверь и снаружи. Так что давай сама.

– Ладно, – открыла замок. Кирилл вошел. – Но я отсюда не выйду.

Спрятала лицо в ладонях и уселась на фаянсовый трон. Кирилл устроился на корточках передо мной, коснулся нежно раны на ноге – я слегка дернулась.

– Ну и что произошло? Аудитория жаждет хлеба и зрелищ.

– Все на кухне. Неужели не заметно?

– Заметно, что ты спалила мне шторы.

– Кирилл! Ну зачем ты так? Мне и так плохо! – Из глаз снова потекли слезы. Они уже текли просто по инерции.

– Ну все. – Он обнял меня, и я зарылась в его шею в поисках безопасного места.

Его рука очень недвусмысленно легла мне на бедро и поднялась выше.

– Это для меня ты так старалась?

– Нет, блин, для твоей мамы! Мы с ней договорились встретиться, а ты все испортил!

Кирилл засмеялся. Я тоже. Какая же абсурдная ситуация!

– Она уже ушла.

– Как? – удивилась я.

– Решила тебя не смущать, так что можешь спокойно выходить из своего убежища.

– Врешь!

Я была уверена, что мама Кирилла останется поглядеть и пожурить несносную девушку сына.

– Выйди и сама убедись в моих словах.

Я вскочила с места и глянула в приоткрытую дверь. Действительно – никого. Я облегченно выдохнула и тут же оказалась в плену рук Кирилла, которые очень жадно начали изучать изгибы моего тела.

– Подожди, – засмущалась я и попыталась вырваться. – Сначала ты должен поесть.

– Я не голоден.

– Нет! Ты должен быть очень голодным!

– Прямо-таки должен? – В меня полетела моя любимая ухмылка.

– Просто обязан умирать с голоду! Я же старалась!

Я оттолкнула Кирилла и закуталась в халат, выскочила из ванной и побежала на кухню. Ногу пронзила боль.

– Давай мы сначала обработаем тебе рану на ноге?

Пришлось снова принять позицию беспомощной, да что греха таить – такой я и была. Кирилл усадил меня на кровать, взял в руки пресловутую аптечку, из-за которой и произошел пожар, и обработал мне порез. Опять он в роли доктора. Это ему надо покупать медицинский халат для ролевых игр, а не мне. Из меня что кухарка, что любовница – сплошное разочарование.

– Мы не виделись долгое время, потому что я училась готовить, – прошептала, привлекая его внимание. – Я так хотела за тобой поухаживать, но что-то… перестаралась.

Смущению не было предела. Мои щеки горели так сильно, что явно были как два красных наливных яблочка. Кирилл поцеловал мою ступню и двинулся выше.

– Ты что делаешь?

– Благодарю тебя за ужин.

– Ты его даже не попробовал!

– Я же могу это сделать чуть позже?

Кирилл потянул за пояс халата, и тот с легкостью был отброшен в сторону. Кирилл пожирал меня глазами. Ох, в его взгляде читалось животное влечение.

– Подожди, – остановила его и потянулась за самым, по моему мнению, важным аксессуаром – маской. Одна для него, другая для меня. Похожие на те, из клуба, где он впервые проявил интерес ко мне. – Вот так.

– Это вызывает приятные и немного болезненные воспоминания, – улыбнулся он.

– Почему?

– Твоя пощечина была не такой слабой, как тебе могло показаться. Ты вложила в нее все чувства. Я даже не думал тогда, что мне сойдет с рук все, что я сделал.

– Ты… – я наклонилась ближе, – нахальный, бесцеремонный и безумно красивый.

Легкий чмок в губы.

– Но спасибо тебе за то, что появился в моей жизни. Ты просто не представляешь, как сильно я тебя полюбила.

– Майя…

Наши губы сомкнулись. Горячо, яростно. Тело и разум полностью были заняты мыслями и мечтами о нем. С самого первого разговора, с первого танца, с первого прикосновения. Идеальный партнер. Идеальная совместимость. Не найти лучше, а я и не искала. Он сам нашел меня.

И что бы было, если бы он все же послушался и перестал со мной заигрывать? Даже подумать страшно. Но я больше не боюсь. Ни себя, ни своих желаний.

Я там, где должна быть. Я живу так, как хочу жить. И рядом со мной тот, с кем я готова разделить горе и радость.

– А я не отравлюсь твоей стряпней?

– Все зависит от того, как будешь себя вести.

– Придется быть послушным мальчиком.

– Просто будь собой.

– Выбрать время, когда Кирилла нет дома, и пробраться в квартиру.

– Дотащить на своем горбу продукты и прочее.

– Приготовить ужин (постараться не сжечь квартиру).

– Намарафетиться.

– Ждать его возвращения в полной боевой готовности (или нет?).

– Сжечь квартиру.

– Сгореть от стыда перед мамой Кирилла.

– Предаться ночи любви.