ШЭЙ

Демоны приходят за мной и Никсом в тот самый миг, как мы причаливаем. Его раны начинают заживать, но Никс едва открывает глаза уже несколько дней. Они продолжают силой вливать нам в глотки сугован, лишая нас всякой возможности сопротивляться, и я не видела Бастиана с тех пор, как он остановил Веспер, когда та пытала Никса. В ту самую секунду, как я его увижу, мне нужно будет привлечь его внимание. Он не может довести до конца открытие портала. Он идет прямиком в ловушку.

Нас выводят из камеры и пересаживают в клетку на колесах. Пустынное солнце палит и слепит. Мы причалили не в Мидори. Корабль стоит на якоре недалеко от берега бескрайней пустыни.

Почти через час пути пешком, и мы наконец видим вдалеке одинокое сооружение. Каменная арка с отражающим стеклом в центре. Нет никаких сомнений. Это тот самый портал, который они восстановили, чтобы открыть проход в Мальволио.

— Бас, — шепчу, когда он подходит достаточно близко, привлекая его внимание.

Его взгляд скользит к Веспер, ведущей процессию, прежде чем он направляется к моей клетке. Он держится на здоровом расстоянии, пока мы движемся, вероятно, подозревая, что я попытаюсь его схватить.

— Что? — его голос грубый, лишённый чувств.

Он бледный и выглядит болезненно, но его физическое состояние быстро отходит для меня на задний план.

— Это ловушка, — говорю я тихо. — Дрогон собирается убить меня и Никса.

Он хмурится. Может, мне это только кажется, но в его глазах мелькает защитный инстинкт.

— Я прослежу, чтобы он не причинил…

— Ты, блядь, не слушаешь, — резкость в моём голосе заглушает его усталые и безумные убеждения. Я обвиваю пальцами прутья, прижимаясь к ним всем телом. — Дрогон даст тебе выбор: служить ему или умереть вместе с нами.

— Ты лжёшь. Кто тебе это сказал? Ты пытаешься меня запутать…

— Я не лгу! — шиплю я. — Если ты используешь мою кровь, чтобы открыть портал, мы все умрём. Мне сказал об этом Пожиратель Душ, которого ты послал подлатать Никса.

Бастиан замирает.

— Я заключил сделку с Веспер, — наконец говорит он. — Если я помогу им заново выковать и открыть портал, Король Демонов вознаградит меня в своём новом мире. Я стану королём Мидори.

Он тянется к моим рукам, но я отдёргиваю их.

— Ты будешь моей королевой. Мы сможем править вмес…

— Бастиан, ты сам себя слышишь? — качаю я головой. Чего он не понимает? — Ты и так должен был стать королём, когда женился бы на мне. Тебе не нужно было этого делать. И до сих пор не нужно. Мы можем сбежать, — хриплю, явно цепляясь за последние остатки надежды, что он всё же одумается. — Мы можем убежать…

— Я обеспечу безопасность нашего народа в эти грядущие коварные времена, — перебивает он, искренне веря, будто он какой-то спаситель песчаных земель. — Наши враги заплатят за всё, что они с нами сделали.

— А что нам сделали другие королевства? — жёстко спрашиваю я. — Мой отец разорвал все связи со всеми после Великой войны. Он пытался убить генерала Назира, но тот сбежал вместе со всеми песчаными драконами и владеющими магией. Это мы отвернулись от своих союзников. Не они от нас. Любые страдания, которые вынес наш народ, были только по нашей собственной вине.

Он качает головой. Я не могу до него достучаться. Я вижу, как он отгораживается от меня.

Наш караван останавливается.

— Бас, не делай этого.

— Уже слишком поздно, — он щёлкает пальцами, и к клетке подходят два Пожирателя Душ. — Приведите её.

Они подчиняются без вопросов, снимают с меня кандалы и тащат к порталу.

Бастиан стоит, расставив ноги на ширину плеч, и кивает. Один демон силой опускает меня на колени, другой хватает за руку, удерживая мою ладонь раскрытой вверх. Веспер на цыпочках подходит ближе, с мрачной улыбкой на лице, с клинком в руке.

— Может, нам стоит перерезать ей горло и выпустить всю её кровь, — предлагает она, склоняя голову набок, как любопытная птица. — На всякий случай.

— Только ладонь, — настаивает Бастиан, и это наполняет меня неописуемой яростью.

— Слишком трусишь, чтобы самому разрезать мне руку, Бастиан? — насмехаюсь я.

— У него не хватит духу причинить тебе боль, — Веспер прижимается губами к моему уху и ухмыляется. — А у меня хватит.

Она резко хватает меня и проводит ножом по середине моей ладони. Я вздрагиваю и прикусываю губу, отказываясь пролить хотя бы одну слезу, хотя боль мучительная. Веспер дёргает меня за запястье, прижимая мою окровавленную ладонь к собранному из кусков порталу. Мгновение ничего не происходит. Моё облегчение и замешательство испаряются, когда кровь начинает заполнять трещины между стёклами. Как только каждая из них заполняется, портал ярко вспыхивает, безупречно сплавляясь в одну большую отражающую арку.

Веспер отталкивает меня назад и приказывает вернуть меня в клетку к Никсу, всё ещё находящемуся без сознания. Когда меня снова заковывают на месте, а руку перевязывают льном, Веспер поднимает свою руку и прижимает её к стеклу.

Я задерживаю дыхание, молясь, чтобы портал уже нельзя было починить, даже с моей кровью. Но такой удачи у меня нет. Её рука исчезает в жидкой ртути, а стекло идёт рябью, словно морские волны. Она бросает на меня через плечо довольную ухмылку. Как только я окажусь по ту сторону, в Подземном мире, защитить меня уже будет некому. Бастиан может сколько угодно сопротивляться тому, чтобы мне причинили вред, но у меня в животе бурлит дурное предчувствие: Веспер потребует моей жизни, как только воссоединится со своим истинным хозяином.

— Сделано, — торжествующе кричит Веспер. — Портал открыт!

Демоны вскидывают руки и ликуют, и их шипение паучьими лапками ползёт у меня по позвоночнику.

Веспер проходит первой, и вся группа следует за ней. Бастиан вторым входит в Подземный мир, пока его приспешники тащат за собой мою клетку.

Проходить через портал всё равно что плыть и прорываться сквозь толщу воды. Но как только я оказываюсь по ту сторону, мой желудок сводит узлом.

Мальволио — вовсе не тот адский кошмар, каким я его себе представляла. Там, где я была уверена, что увижу стены пламени, бесконечную тьму и почувствую запах гнили и разложения, всё оказывается ровно наоборот. Королевство заполнено чёрными зданиями из дерева и камня, чистыми и упорядоченными. Замок в недальней дали сделан из отполированного чёрного мрамора, а из бесчисленных окон пробиваются красные отблески света. Источником багрового освещения в этом мире служит красное солнце, затмённое луной. Этот нимбом окружённый серп в тёмном беззвёздном небе освещает нам путь прямо через город.

Никто не машет вилами и не шипит, пока мы идём дальше. Демоны здесь, хотя на них и неприятно смотреть из-за их чёрных, бездушных глаз и бледной кожи, наблюдают за нами с острым интересом. Не произнося ни слова и не задавая никаких вопросов, мало-помалу, чем дальше вглубь суши мы продвигаемся, тем больше и больше демонов и существ из Подземного мира присоединяются к нашей процессии, направляющейся к замку Дрогона.

Я касаюсь ноги Никса своей ступнёй, надеясь, что он наконец пошевелится. Если появится хотя бы малейшая возможность рвануть обратно к порталу, он должен быть в сознании и достаточно силён, чтобы идти. Я не оставлю его здесь, но физически я не способна его нести.

Перед ступенями замка есть площадь, а в её центре — деревянный помост. Сначала я думаю, что именно оттуда Дрогон будет обращаться ко всем, но затем по ступеням, тяжело ступая, поднимается тощее существо с зазубренными рогами и сжимающим в руке кнут.

Демон. Это не может сулить ничего хорошего.

Площадь быстро заполняется так, что я едва вижу помост. Я пытаюсь разглядеть что-то между руками и качающимися головами, когда двери замка с оглушительным скрипом распахиваются и появляется тёмная фигура. Я никогда прежде не видела Дрогона, но где-то глубоко в сердце понимаю, что это он.

На нём штаны и тяжёлая меховая накидка, наброшенная на широкие плечи, а на его тёмно-серой груди вырезаны красные татуировки. С такого расстояния я не могу понять, что это, но, если бы пришлось гадать, я бы сказала, что это древние руны, вероятно защитные. Он высокий, так что, будь я ближе, уверена, рядом со мной он казался бы настоящим великаном. Его лицо — смесь того, что я могу описать только как черты эльфа и тролля, — словно его сшили из разных частей. Заострённые уши, острые зубы и глаза, светящиеся жутким жёлтым светом. Это невозможно, но мне кажется, будто он смотрит прямо на меня. Но как он может, если я едва его вижу?

Он не торопится, поднимаясь по ступеням к помосту, а его меховая мантия тянется следом. Полагаю, я была права, и он действительно собирается обращаться ко всем собравшимся с этого возвышения, но существо рядом с ним заставляет меня ждать худшего.

Дрогон поднимает руки, и мех соскальзывает с его плеч, собираясь у ног. Его ногти длинные и острые, и без мантии я вижу, как его чернильно-чёрные волосы прилипли к груди.

— Братья и сёстры, — его голос скребёт прямо у меня в голове, сам по себе являясь пыткой. — Наконец пришло наше время мести.

Его жестокие светящиеся глаза находят Веспер.

— Веспер, ты вернулась к нам победительницей. Ты верная слуга и будешь щедро вознаграждена.

— Вы оказываете мне честь, хозяин, — Веспер падает ниц.

Дрогон не обращает внимания на её раболепие, теперь сосредоточившись на Бастиане. Он склоняет голову набок, окидывая Баса взглядом с головы до ног.

— А ты кто?

Бас опускается на колени, склоняя голову. Предатель.

— Я Бастиан Таркин. Я возглавил работу по восстановлению портала, заключив сделку с Веспер: когда вы восстановите наше царство, я буду править мидорианцами.

Веспер поднимается, когда Дрогон жестом велит ей пройти на помост.

— Неужели? — рокочет Король Демонов. — Ты обещала смертному, что он станет королём?

Не думаю, что когда-либо прежде видела Веспер испуганной. Но теперь это невозможно отрицать. В её глазах настоящий страх. Её плечи напрягаются, спина выпрямляется, как прут. Когда Дрогон кладёт руку ей на плечо, она вздрагивает, а у линии волос выступают капельки пота.

— Конечно нет, — запинаясь, отвечает она. — Вы единственный король, хозяин. Никто не сможет с вами соперничать или сравниться.

Слизкая тварь.

Я резко поворачиваю голову к Бастиану. Его рот приоткрывается. Предательство. Оно написано у него на лице. Не могу сказать, что не предупреждала его.

Дрогон проводит ногтями по волосам Веспер так же, как кто-то мог бы гладить ядовитую змею, обвившуюся вокруг его руки.

— Какая же ты маленькая лживая дрянь, Веспер.

Он улыбается, но в этой улыбке нет ничего тёплого и успокаивающего. Она угрожающая и тёмная, словно он решает, подарить ей половину своего царства или свернуть её лживую шею.

— Веспер, ты обеща… — Бастиан захлёбывается собственным криком, когда Дрогон рявкает:

— Молчи, смертный! Иначе я вырву тебе язык и скормлю его своим псам.

Эти самые псы теперь стоят рядом с ним, и они больше похожи на нечто, выползшее из болота, чем на покрытых шерстью существ, которых мы любим в нашем смертном мире.

Бастиан замыкается в себе, тихий и сломленный. Он бросает на меня жалкий взгляд. Если он ищет сочувствия, от меня он его не получит.

— Позвольте говорить, хозяин, — шепчет Веспер, склонив голову.

Дрогон какое-то мгновение раздумывает, прежде чем согласиться.

— Говори.

— Смертный был нам полезен, — к моему удивлению, она заступается за Бастиана. — Если вам будет угодно, позвольте ему принести вам клятву верности.

Король Демонов убирает руку с Веспер и проводит по своему гладко выбритому лицу.

— Ты хочешь, чтобы я пощадил ему жизнь?

Веспер снова падает на колени, не смея поднять взгляд на его нечестивые глаза.

— Только если вам будет угодно, хозяин.

Бастиан сглатывает так сильно, что я вижу, как дёргается жилка у него на шее. Он напуган. И правильно. Он всё испортил, и теперь нам всем придётся расплачиваться за его ошибки.

Прежде чем Дрогон принимает решение, Веспер добавляет:

— Он привёл вам дочь Энвера Сола.

Словно по команде, демоны, стоящие перед моей клеткой, расступаются, открывая Королю Демонов прямой обзор на меня. Он ухмыляется, и его язык скользит по губам, как змеиное жало. Сердце грохочет у меня в груди, грозя переломать каждое ребро в моём теле. Его неотрывный взгляд настолько душит, что почти невозможно дышать. Я инстинктивно тянусь к своей магии, чтобы защитить нашу клетку, но сугован всё ещё в моей системе. Я беспомощна.

Проклятье.

— Дочь Энвера Сола, — эти слова сочатся с его губ, как яд. — Надо же. Какой восхитительный подарок принёс мне твой смертный.

Он вытягивает руку и манит меня к себе.

— Приведите её ко мне.

Всё моё тело вопит, требуя бежать, но здесь нет никого, кто спас бы меня. Никс до сих пор без сознания, и даже будь он здоров, он всё равно не смог бы остановить то, что сейчас со мной произойдёт. Ему пришлось бы смотреть, как меня мучают так же, как меня заставили смотреть на его страдания. Лучше ему этого не видеть.

Внезапно на мне оказываются десятки рук, касающихся каждого сантиметра кожи. Со связанными руками я ничего не могу сделать, чтобы остановить демонов, когда они тянут меня за волосы, лапают, щипают и бьют, пока тащат через толпу и силой волокут вверх по деревянным ступеням. К тому моменту, когда меня швыряют к ногам Дрогона, мои волосы растрёпаны, а некоторые пряди и вовсе выдраны с корнем. Одежда на мне порвана и висит лохмотьями. Мне ещё повезло, что я не обнажена полностью на виду у всех.

Серая рука с острыми, как бритва, чёрными когтями скользит мне под подбородок, оставляя после себя след тепла. Дрогон приподнимает моё лицо, заставляя встретиться с его жёлтым взглядом. Рядом с ним стоит Веспер и торжествующе ухмыляется.

Я отказываюсь хныкать или плакать, напоминая себе, что я Базилиус, а мы не умоляем и не сдаёмся. Если я умру сегодня, то умру сражаясь. Я смотрю на Дрогона снизу вверх, и в моих глазах светится вызов. Он улыбается и другой рукой убирает каштановые волосы с моего лица.

— О, а ты хорошенькая, да? — мурлычет он, и кончики его пальцев ощущаются на моей коже как маленькие ожоги. — Может, мне стоит пополнить тобой мою коллекцию игрушек.

— Лучше умереть, — шиплю я, и, похоже, это его радует.

— Горячая, — он опускается на колени, так что его лицо нависает прямо над моим. Запускает пальцы мне в волосы, тянет за затылок, удерживая меня на месте. — Мне понравится смотреть, как ты сломаешься.

— Да пошёл ты, — цежу слова сквозь зубы.

— Хозяин, — голос Веспер разрезает напряжение между мной и Королём Демонов.

В его расплавленном взгляде вспыхивает раздражение.

— Что? — рычит он.

— Живой она представляет для вас угрозу, — Веспер вклинивает сюда свою личную вендетту. Моя смерть — её единственная цель. — Возможно, вам стоит подумать о том, чтобы убить её…

Король Демонов движется с пугающей скоростью. В одну секунду он ещё крепко удерживает меня на месте, а в следующую уже наваливается на Веспер сверху. Она пригвождена под ним, а его огромная рука сжимает её шею. Нет. Обжигает её шею. Её глаза выпучиваются, пока кожа обугливается. Её крики оглушают. Дым от ожогов поднимается вверх, но никто не делает ни шага, чтобы спасти её или остановить Короля, причиняющего ей эту пытку.

Он убивает её.

— Кем ты себя возомнила, чтобы советовать мне хоть что-то? — оскаливается он как зверь. — Я владыка и хозяин. Если я захочу убить её — я убью её. Если пожелаю её трахнуть — трахну. Неважно, что ты думаешь или говоришь, ясно?

Веспер становится пугающе сине-фиолетовой, потому что его всё сильнее сжимающая хватка перекрывает ей доступ к воздуху. Её ноги дёргаются под ним, тело извивается от шока.

Судя по всему, он не собирается давать ей возможности ни извиниться, ни молить о пощаде.

Вдруг Дрогон открывает рот и делает глубокий вдох. Чёрная, тенистая душа Веспер начинает вытекать у неё изо рта и носа и входит в его тело. Через несколько секунд она съёживается, и её тело перестаёт двигаться.

Я заставляю себя смотреть на её обожжённую, покрывающуюся волдырями шею. Но она же не может и правда исчезнуть, да? Она ведь демон. Я не думала, что демона можно убить. Оболочку — да, но не демона.

Дрогон поворачивается ко мне, будто прочитал мои мысли.

— Она поглощена.

— Вы… — я сглатываю. — Вы её убили?

Он мрачно усмехается.

— Чтобы твой смертный мозг это понял — да. Я убил её.

Веспер больше нет.

Я вдыхаю, выравнивая дыхание.

— Вы собираетесь сделать то же самое со мной?

Его мозолистая рука обвивается вокруг моей шеи, уже обжигающе горячая на моей коже, и притягивает ближе.

— Нет, — шепчет он, и я понимаю, что грядёт нечто куда хуже. — Ты будешь моей игрушкой. Но сначала будешь наказана за свой злой язык.

Резким движением Дрогон поднимает меня за горло и несёт к деревянному столбу, которого я раньше не замечала в центре помоста. Он бросает меня на пол, и я жадно втягиваю воздух, хватаясь за шею там, где его ладонь оставила ожог. Прежде чем успеваю осознать, что происходит, к моим наручникам прикрепляют цепь и дёргают вверх. Я вишу почти в воздухе, и только кончики пальцев ног касаются дерева подо мной. Я выставлена напоказ перед каждым демоном в Мальволио, и их злые, ухмыляющиеся лица устремлены на меня. Позади меня треск хлыста о дерево заставляет меня вздрогнуть.

Страх обвивается вокруг моего сердца и сжимает его.

— Десять ударов! — приказывает Дрогон.

Демон побери. Я напрягаюсь, готовясь к жалящему удару хлыста.

— Возьмите меня вместо неё! — выкрикивает Бастиан, и над толпой тут же повисает тишина. — Я понесу её наказание.