Рэй не помнил, как они оказались на землях Ангальт. Как и не помнил, почему Шайла осталась на дороге.

Страх за Софи и малыша придавал ему сил. Заставлял испытывать неимоверную ярость по отношению к Лаэте. Ему хотелось снова стать тем монстром, каким он был с момента своего обращения. Хотелось разорвать ее в клочья, чтобы от этой ведьмы не осталась и следа.

– Шайла окружит земли Ангальт невидимой защитой, чтобы вампиры больше не смогли проникнуть сюда, – заговорил Эрон, догоняя братьев и Джаспера.

– А если здесь их и так уже достаточно? – Джаспер взглянул на высокие холмы и видневшийся сбоку небольшой лес.

– Значит, мы будем сражаться. Никто не выйдет с этих земель, как и не попадет сюда. Все, что произойдет здесь – тут и останется.

– Надеюсь, я здесь не останусь, – произнес без особого энтузиазма Джаспера сжав в руке меч. – А почему мы, кстати, выбрали это оружие?

– Потому что нам с братьями так привычнее, – произнес Шон. – Если их окажется слишком много, то деревянный кол – так себе оружие. Они имеют свойство заканчиваться в самый неподходящий момент.

Четверо мужчин резко остановились, когда перед их взорами показался огромный замок, стоявший посреди поля.

– А Лаэта любит жить на широкую ногу… – присвистнул Джас. – Зачем одинокой женщине такой огромный дом?

– Возможно, она хотела завести кошек… – добавил Шон, и Джаспер хохотнул.

Только Эрону и Рэю было не до шуток… Их глаза были прикованы к шатающимся верхушкам деревьев.

– Ты тоже это видишь? – поинтересовался Эрон у брата.

– Да. Дело – дрянь… Ветра нет.

– И это значит…

– Мечи наготове! – воскликнул Рэй, увидев, как из леса, прямо на них, надвигается целое войско вампиров.

– Я к такому был не готов! – закричал Джаспер, оглядываясь по сторонам и понимая, что их окружают и со стороны холмов. – Их тысячи! Что твоя ведьма там удерживает, если все они здесь?!

– Никто к такому был не готов, – процедил сквозь зубы Эрон, встав с Рэем спиной к спине. То же самое сделали Джаспер и Шон. – Если Шайла уберет защиту, их будет ещё больше… Мне просто кажется, что нас здесь уже ждали… Что ж, будем медленно двигаться в сторону замка. Надо прикрыть Рэя.

И больше разговоров не было.

Мечи ловко рассекали воздух и потом находили свою цель, ловко убивая противников один за одним.

Рэй мельком поглядывал на замок и когда увидел там Лаэту, стал с особым рвением уничтожать вампиров, чтобы быстрее добраться к Софи.

Держись, милая. Я уже здесь.

* * *

– А вот и твои защитники пожаловали, – усмехнулась Лаэта, наблюдая за битвой, которая раскинулась на землях Ангальта.

Софи тут же бросилась к окну, но Лаэта одним движением руки подняла ее в воздух.

– У нас договор, – напомнила она, и голубые глаза сощурились. – Мне нужна твоя магия. И я не намерена больше ждать.

Тело Софи пронзила такая резкая боль, что она закричала, при этом продолжая витать в воздухе.

Ее взгляд лишь мельком скользнул в сторону постели, на которой, закинув руки за голову и наблюдая за этим представлением, лежал Арман.

Но Лаэта не видела его. И не потому, что он не обрёл телесную оболочку… Ее он обрёл практически сразу… А потому, что его спрятала Софи, создав невидимую стену.

Арман появился почти сразу, стоило крови Сантино попасть на медальон, но его видела лишь Избранная. И сразу же создала ему укрытие, спрятанное от глаз ведьмы. Обман. Ловушка. Он обрёл свое тело уже там, и теперь с улыбкой наблюдал за происходящим.

Лаэта же, благодаря магии Софи, видела перед собой лишь пустую постель.

Черные глаза Армана следили за Избранной и за синим ореолом, окружавшим ее. Он смотрел в зелёные, полные боли глаза и мысленно вел с ней беседы, удивляясь тому, как их не слышит Лаэта. И все больше убеждался, что сила Софи всё-таки велика, просто она не показывает ее полностью.

– А я говорил, глупая, что вы не справитесь. Я ведь просто хотел разорвать связь и убить ее.

– Ну, так убей, черт тебя подери! Мне больно!

– Пострадай немного. Эта плата за то, что ты отрубила мне голову этим проклятым мечом.

– Я тебя и вернула! А твоя Лаэта сейчас отберёт мою магию, защита спадет, и она убьет тебя ещё быстрее! Потому что сил у нее будет ещё больше! Навряд ли она снова поверит в твою любовь!

С лица Армана спала улыбка. Он понимал, что Софи права. Медлить нельзя.

Лаэта отвлеклась от созерцания боя и, повернувшись к девушке, рассмеялась. Она вновь вытянула перед собой руку, словно пытаясь быстрее завершить процесс передачи магии. В голубых глазах читался триумф, словно Лаэта наслаждается этими зрелищами, которые происходят у нее в спальне и перед замком.

– Смотри, сакрита. Здесь очень интересная битва, – произнесла ведьма, развернув девушку лицом к окну. – Хочешь, я угадаю, кто из них твой возлюбленный? Двойник Вириата, да? Эвелин и Вириат снова пытаются быть вместе, пусть и через своих двойников… Как мило.

Софи было больно. Очень больно.

Ей казалось, что из нее медленно вытягивают жизнь. Смех Лаэты доводил ее до бешенства, но она ничего не могла с этим сделать…

Обездвижена и пронизана болью…

Глаза неотрывно смотрели на бой, который происходил прямо перед замком, а по щеке потекла одинокая слеза. Все это напоминало ей древние сражения в фильмах… Тысячи вампиров и только четыре отважных воина, окруженных со всех сторон…

Но она смотрела лишь на одного… Того, что стоял спиной к спине с Эроном, отражая нападения противников.

Рэй…

– Ты хотела, чтобы я подарила им человеческий облик? – Лаэта ходила вокруг парившей в воздухе Софи, медленно шевеля пальцами и забирая ее силу. – Сняла проклятие? Что ж… – ведьма остановилась позади нее и едва слышно прошептала: – Я исполню твое желание. И, возможно, прямо сейчас…

Софи захотелось плакать. Громко. Навзрыд. Душа разрывалась на части…

Нет! Не сейчас! Нет! Они умрут! Пожалуйста! Только не во время битвы!

Но лишь по проторенной мокрой дорожке на щеке потекла одинокая слеза. Вампиров было тысячи… А ее защитников всего четыре… И если они потеряют свою силу, то умрут. Быстро и мучительно. И она прекрасно это понимала…

Слыша тихий шепот Лаэты, читавшей заклинание, Софи ненавидела себя. За то, что безнадежна и слаба. За то, что не смогла выполнить свое предназначение и поставила под угрозу всех. За то, что в попытке спасти свою любовь, ее же и потеряет.

И за то, что понадеялась на план Б и выпустила из Чистилища этого мерзавца, который почему-то медлит!

Зелёные глаза неотрывно смотрели на Рэя. На него налетели сразу три вампира, пытаясь добраться до него… И когда в его руках вспыхнул меч Вириата, Софи с ужасом поняла, что Лаэта выполнила свою угрозу.

Рэй Блэкмор снова стал человеком, и в его руках меч обрёл магическую силу…

* * *

Рэй от неожиданности бросил меч, когда он запылал в его руках.

Что это такое?!

Один из вампиров набросился на него, вцепившись в шею, но Эрон, резко повернувшись, поверг противника, защитив брата.

– Рэй! – воскликнул Эрон. – Бери меч!

Блэкмор тут же снова схватил меч, и он засиял в его руках. Укус на его шее невыносимо болел, а футболка намокла от крови.

– Что за чертовщина?! – воскликнул он, обращаясь к старшему брату, и продолжая сражать вампиров сияющим мечом. Теперь ему хватало лишь удара, чтобы противник был повержен. Но боль и странная усталость в теле были для него непривычны…

Почему мое тело не регенерирует?

– Мы снова стали людьми, – крикнул Эрон, тяжело дыша. – Лаэта сняла проклятье.

– Очень вовремя, – процедил сквозь зубы Рэй и бросил быстрый взгляд на высокое окно замка. И увидел ЕЕ.

Софи была обездвижена и витала в воздухе, окружённая ореолом ярко-синего сияния, пока Лаэта с улыбкой наблюдала за сражением, стоя рядом с ней.

Она забирает ее магию?! Она же убьет ее!

– Какого черта?! – закричал Джаспер, когда один из вампиров успел оставить своими клыками глубокую рану на его руке. – Я устал и не регенерирую!

– Зато погреешься на солнце, как и мечтал. Правда, если мы выживем, – произнес Шон, пытаясь выровнять сбившееся дыхание. – Добро пожаловать в клуб людей!

Только он чувствовал себя комфортно. Ему не впервой было сражаться с толпой вампиров в качестве человека, не используя никаких способностей, а полагаясь лишь на свои умения.

О, как я скучал по этому ощущению опасности… Вот вы сейчас посмотрите, какого это сражаться без способностей, мои дорогие братишки.

* * *

Арман встал с постели, взглянув на витавшую в воздухе Софи, и перевел взгляд на Лаэту. Он слышал, как бьётся его сердце в маленьком сундуке, который стоял на столе.

Эти невыносимые женщины!

Он знал, как убить Лаэту. Ее смерть – это ее кинжал. Он обладал силой большей, чем все магическое оружие мира. И как только этот клинок окажется в сердце ведьмы – она умрет.

Не сводя взгляда с пояса ведьмы, где находилось оружие, Арман стремительно бросился к окну, покинув невидимую защиту.

Но не успел дотянуться до кинжала.

– Ты думаешь, что я тебя не ждала? – рассмеялась Лаэта, и Арман отлетел к стене, а она медленно повернулась к возлюбленному.

Эти черные глаза, которые с ненавистью взирали на нее, больно резанули по окаменевшему сердцу, но она не подала виду.

– Лаэта… – Арман поднялся на ноги, но тут же снова был отброшен невидимой силой в другой конец комнаты.

– И не пытайся, – усмехнулась Лаэта, направляясь к столу, и открыв сундук.

Взмах руки, и стучащее сердце оказалось в воздухе.

– Ты не сделаешь этого… – вампир вновь поднялся на ноги.

– Почему, Арман? – спросила она, медленно направляя в его сторону стучавшее сердце.

– Что почему? Почему я тебя не любил? – рассмеялся он, понимая, что шансов переиграть ее у него крайне мало. – Или почему захотел убить?

Софи со щемящей тревогой в сердце смотрела за боем и слушала разговоры Армана и Лаэты. Она боковым зрением взглянула на ведьму, понимая, что она не сводит взгляда с возлюбленного.

Она все равно его любит.

Лаэта же в этот момент проклинала себя за глупость. Осознавая, что вновь допустила ошибку. Не нужно было возвращать Армана из Чистилища, чтобы отомстить… Потому что, лишь взглянув на него, ее сердце вновь начинало медленно биться.

– Потому что я не хотел никого любить. Ответ прост, Лаэта, – произнес Арман. – А разве можно сердцу приказать? Нет. Но ты же попыталась… Ты же догадывалась, чувствовала мой обман, но считала, что ты сможешь пробудить в моем сердце любовь к себе. Ведь так? Именно поэтому ты не уничтожила его и сейчас вернула меня из Чистилища?

Софи видела, как изменилось лицо Лаэты в этот миг. От высокомерия не осталось и следа…

– Ты мне солгал… – прошептала она еле слышно.

– Это ты сама позволила тебя обмануть. Я – воин, Лаэта. Ради своей цели я готов на все. А ты и твоя любовь – не были моей целью. И я устал от того, что из-за твоей дурацкой любви я каждые сто пятьдесят лет гонялся за Избранными, чтобы разрушить связь. Прости, но я не был готов умереть из-за тебя и твоей любви.

Лаэта усмехнулась и покачала головой.

Какая же я – дура.

– Я дарую тебе свободу, Арман, – громко произнесла она, смотря прямо в его глаза. – И теперь все будет так, как должно быть.

Парящее в воздухе сердце исчезло в его груди, и Арман зарычал от боли… От того, что чувствовал, как оно снова бьётся там, где много веков была пустота.

– Теперь ты чувствуешь, как оно болит? – склонив голову набок и наблюдая за возлюбленным, спросила Лаэта. – Так знай, мое болит намного сильнее. Болит оттого, что я все равно люблю тебя. И именно поэтому я избавлю тебя от этой боли.

Кинжал Лаэты так стремительно промчался через всю комнату, что Софи, которая всё-таки смогла повернуть голову, не смогла уследить за его быстрым перемещением.

Но зато увидела его в груди Армана.

Там, где уже находилось его сердце.

В черных глазах застыло непонимание, а голова опустилась на торчащий из его груди клинок.

И Арман рухнул на серый каменный пол.

Лаэта ещё долго смотрела на мертвое тело возлюбленного, а Софи чувствовала, что слабеет с каждой секундой все больше и больше…

Из лёгких ведьмы вырвался глубокий вздох, и она закрыла глаза, словно прощалась с возлюбленным… Но потом, резко повернувшись к Софи, она усмехнулась и произнесла:

– Так на чем мы там остановились? Сколько у нас поверженных в этой битве?

И Софи, у которой в глубине души затеплилась маленькая надежда на то, что Лаэта всё-таки больше женщина, чем ведьма, была готова разрыдаться… Только если бы у нее были силы…

А больше плана у меня нет…