Джулия

Я бежала по лесу. Солнечные зайчики прыгали за моими ногами, вот — вот и схватят за пятки. На душе плескалась радость, разбрызгивая яркие капли счастья вокруг. С губ слетели слова неизвестной мне песни. «Интересно как…» пронеслось в голове. А песня лилась, словно горный ручей в ясный день — тихо, нежно, сверкая на изгибах. Наконец, ноги вынесли меня на залитый светом обрыв. Ветер, проказник, подхватил мои волосы и подкинул их вверх.

Я кружилась, широко расставив руки, и смеялась, а солнце ласково обнимало меня, мягко скользя лучами по и без того разгоряченной коже.

Увлекшись, сразу и не заметила высокую фигуру, вышедшую из леса. Несмотря на яркий свет, бьющий в глаза, мне сразу удалось понять, кто это. Сердце трепетно забилось и попыталось вылететь навстречу идущему.

— Эрик!

— Да, это я, любовь моя!

— Иди быстрее сюда!

И вот уже крепкие руки сжимают меня.

— Мой космос, — слышу я, — я так тебя люблю! Джулия, знай, что я буду любить тебя всегда. Где бы я ни был, моя душа всегда с тобой!

— Я тоже люблю тебя! — но что — то в словах парня царапнуло меня.

— Почему — то у меня складывается впечатление, что ты прощаешься со мной. Мне это не нравится.

Любимый, обхватив мое лицо руками, долгим взглядом смотрит в мои глаза. А мне кажешься — что заглядывает в самую душу. Смотри, она открыта для тебя, только для тебя. Там чистая, пьянящая, сладкая любовь. Там ты!

Аромат полыни витает в воздухе, щекоча мой нос.

— Ты так вкусно пахнешь. — хочу уткнуться ему в грудь и вдыхать этот чарующий аромат. Но его руки не дают этого сделать, все так же удерживая мою голову.

— Эрик, ты чего?

Но тут же все забывается, так как в этот момент его губы соприкасаются с моими. Всего лишь прикосновение губ к губам, а мое сердце начинает плавиться, растекаясь жаром по груди. Начав целовать его первая, чувствую горьковато — сливочный вкус кофе на губах любимого. Он отвечает сначала неторопливо, растягивая удовольствие, а потом становится более требовательным, властным, превращая наш такой невинный поцелуй в бурлящий поток. Я задыхаюсь, отдавшись этому потоку полностью, растворяясь в нем.

Что — то идет не так. Мне становится холодно, а на губах осталась только горечь, то ли кофейная, то ли полынная. Не могу разобрать. А где Эрик? Тут я замечаю, что мой любимый стоит на самом краю обрыва, спиной к бездне.

— Ты что?

— Прости, Джулия, прости меня, пожалуйста! Помни — я люблю тебя!

— Нет! Стой! — обжигающие слезы текут по щекам — ты же обещал быть всегда рядом! Я люблю тебя! Прошу, Эрик!

— Прости, малыш… Я тоже тебя люблю! Я всегда буду рядом, даже если ты этого не увидишь…

Раскинув руки, похожие на огромные крылья ворона, парень падает назад, закрыв глаза.

— Неееееет! — боль беспощадно рвет меня на части.

Ноги подкосились, и я упала на землю.

— Эрик! Эриииик! — голос острыми осколками вырывается из меня.

Большая птица, поднявшись из бездны и взмахнув иссиня — черными крыльями, полетела навстречу грозовым тучам, что начали клубиться и сверкать на горизонте, обещая в скором времени обрушиться на землю ливнем.

Но внутри меня уже бушевала своя буря, проливаясь кровавыми потоками, что оставило после себя разбитое сердце.

— Нет! — я резко села на кровати.

Сердце колотилось, а щеки были сырые. Судорожно хватая воздух ртом, начала вращать головой, пытаясь понять, где нахожусь.

— Сон, Боже! Это всего лишь сон! Ооох! — выдох получился очень громкий.

Тут же сразу теплые воспоминания прошедшей ночи начали бережно укутывать мою заплаканную душу. Губы Эрика, его объятия, горящие глаза на фоне звездного неба, бархатный шепот, дрожь тела под бережными прикосновениями любимых рук и луна с интересом наблюдающая за нами. Схватившись руками за щеки, я физически ощутила, как они горят от всех этих воспоминаний. Рассмеявшись от переполняющей меня радости, встав с кровати, заметила записку на тумбочке. Схватив ее, я опять запрыгнула на кровать.

«Доброе утро, моя любимая Мелочь!

Поехал разобраться с вашими платьями и надо заскочить в офис. Завтрак на столе, обязательно поешь. Не скучай, скоро буду!

Крепко обнимаю, твой любимый мишка Гризли.

PS: Пришел поцеловать тебя перед отъездом, но ты так крепко спала и мило пускала слюнки, что даже не заметила этого. Ладно, приеду исправлю ситуацию.»

Люблю тебя!!!

Это я ↗

Опять в конце записки был нарисован мишка, только теперь рядом красовалось сердечко и надпись «Люблю тебя».

Упав назад на подушки и прижав записку к груди, начала улыбаться, как сумасшедшая и при этом довольно мычать. Но вдруг что — то царапнуло, и я резко села. Перечитав записку еще раз, возмутилась.

— Я не пускаю слюни, что за бред!

«А вдруг» — промелькнуло в голове. Быстро прощупав подушку и осмотрев ее на наличие улик, подтверждающих мое слюнопускание, выдохнула.

— Ничего не было! Придумает же!

А ладно, не буду думать об этом. Поскорей надо умыться и позавтракать. Интересно, что там?

На кухонном столе меня ждала теплая горка ароматно пахнущих блинчиков, банка сливового джема, сметана и тарелка с ягодами и нарезанными фруктами.

— Ммммм, это Божественно!

Налив кофе, я приступила к трапезе. Интересно, когда Эрик успел все это напечь, он вообще спал? Тут же возникла идея напечь что — то в ответ. Вот только, что? Повар — то из меня так себе. Но решила рискнуть.

На ум пришел ароматный бабушкин пирог с яблоками и корицей. Рецепт помню. Наверное. Ну примерно помню. Что я, не справлюсь? Конечно, справлюсь.

Доев завтрак и помыв посуду, приступила к поиску ингредиентов для будущего моего шедевра.

Эрик

«Интересно, Джул еще спит?» — вот такая мысль вдруг посетила меня, и мне так захотелось заглянуть к ней в спальню! Словно вор, стараясь не шуметь, подошел к закрытой двери, за которой скрывалась моя любимая. Прислушался. Тихо. Надо уходить, очевидно же, что спит. Но нет, я, как мальчишка, тихо приоткрыл дверь и заглянул за нее. Джулия действительно спала, свернувшись калачиком и положив ладонь под щеку. «Уходи» — пронеслось в голове. Ну уж нет, я уже практически зашел и не хочу уходить. Тихо подойдя к кровати, сел на пол и, подперев голову рукой, стал разглядывать безмятежно спящую девушку. Каждая черточка ее прекрасного лица дышит спокойствием. Кожа кажется, подсвечивается внутренним светом, и на этом фоне веснушки превратились в россыпь солнечных искорок. Такая она хрупкая и беззащитная, моя девочка! Я тихо провел пальцами по этим искоркам, и еле заметная улыбка появилась на ее губах. Пушистые ресницы задрожали, словно крылья бабочек. Еще немного — и вспорхнут, открыв миру медовые глаза Джул. Резко отдернув руку, затаил дыхание. Не хотелось прерывать сон малышки. Тут мне пришла идея, приготовить завтрак своей любимой, и я бесшумно покинул комнату.

Напевая песни себе под нос, нажарил горку блинчиков и нарезал фрукты. Сверху так и не доносилось никаких звуков. Девушка все спала, а мне надо уезжать. Взяв ручку и листок, я опять вернулся в спальню. Быстренько нацарапав текст, положил листок на тумбу и склонился поцеловать свою спящую красавицу. Джулия не проснулась, лишь опять слегка улыбнулась и смешно сморщила лоб. Подумав немножко, я дописал в записке про слюньки на подушке и, довольный собой, ушел. Да, она не пускала слюни в тот момент, но мне так захотелось подразнить ее, свою Мелочь.

Выкупив платья, которые Джул и Окси брали на прокат, поехал в офис. Но по дороге решил заскочить в магазин Миссис Лайн и купить печенье, которое так любила Джулия. В магазине лежала последняя пачка. Опять последняя, как тогда, когда впервые встретил свою Мелочь. Улыбнувшись воспоминаниям, взял сдобу и пошел на кассу.

В офис я зашел, напевая песню и сразу столкнулся с удивленным взглядом своей секретарши.

— Привет, Одри! Через 10 минут занеси, пожалуйста, мне документы, о которых ты с Дэвидом разговаривала.

— Эрик, что случилось?

— В смысле? — не понял я.

— Ты какой — то странный, веселый что ли, — как — то растерянно произнесла Одри.

— Разве это плохо?

— Нет, но… непривычно. Ты всегда такой строгий, собранный. А сейчас, как бы это сказать, на кота похож, который сметаны вместе с валерьянкой налакался. Сытый и шальной.

— Ну считай, что так и было, — рассмеялся я.

Пританцовывая и продолжая напевать веселенькую песенку, под ошарашенный взгляд Одри вошел в свой кабинет. Через 10 минут, сразу после стука в дверь, вошла секретарша.

— Кофе сделать? — сразу предложила она.

— О, спасибо, но я сам уже все сделал. На твою долю тоже. Садись, давай, быстро введи меня в курс дела, а то мне некогда. Меня ждут.

— Кто?

— Любимая. — расплылся я в улыбке, вспомнив глаза Джул.

— Что?

— Одри, давай быстренько пробежимся по всем местоимениям, которые ты собралась вставлять после каждого моего предложения и перейдем к делу. Мне, правда, надо бежать — одарил я девушку самой яркой своей улыбкой. Мне даже стараться для этого не пришлось, так меня сегодня распирало от счастья.

— Извини. — сухо ответила секретарша и, поджав губы, передала мне папку, что крепко сжимала в руках.

Через пару часов, покинув офис и заскочив в цветочный, купил пышный букет и поехал домой, даже не представляя, какая картина меня там ждет.

Джулия

Взяв листок, я по памяти начала воссоздавать рецепт.

— Так, что надо? Яблоки, ну это понятно, корица. Интересно, в этом доме есть корица и если есть, то где? Ладно, потом подумаю на эту тему. Что еще? Мука, сахарный песок. — тут я задумалась, грызя ручку.

— А, яйца, как про них то я могла забыть. И что, все? — сама у себя спросила я — молоко? Вроде, нет.

Пропорции я решила делать на глаз. Ну не помню, сколько бабушка всего добавляла!

Корица на удивление нашлась очень быстро. Пакетики лежали рядом с сахарным песком. Интересно, для чего ему корица, неужели тоже пироги печет? Яблоки были в корзине, в холодильнике взяла яйца и молоко, ну это на всякий пожарный, вдруг понадобится. Чего не хватает? Муки!

— Интересно, а где она у него? — окинула я многочисленные ящики.

Вот будет обидно, если ее нет. Хотя, он же пек утром блинчики, на сколько помню, там нужна мука. Включив радио и подпевая ему, начала методично обыскивать кухню.

— Да куда ты мог ее запихать?

Ну естественно, мука нашлась чуть ли не в последнем ящике. И не просто ящике, а в верхнем — на самой последней полке!

— Ну отлично! А еще повыше поставить нельзя?

Оглянувшись, бросила взгляд на барные стулья. Надеюсь, не упаду, пронеслось в голове. Честное слово, пока я карабкалась за мукой, уже десять раз пожалела о своей затее! Дотянувшись до муки, почувствовала, как пошатнулась моя опора под ногами.

— Мамочки! — замерев, крепко прижала к себе так долго искомое.

Но ничего не произошло. Я все также, как постамент, стояла на стуле. Аккуратно, не спеша спустилась вниз и выдохнула.

— Нус, приступим.

И тут я начала творить свой шедевр! Ну или вытворять очередное безумие. Это смотря как взглянуть на ситуацию!

Весело пританцовывая, очистила и порезала яблоки, взбила яйца с сахарным песком. А что дальше? Муку то с чем смешивать? И все — таки нужно молоко или нет? Достав очередную миску и налив туда молока, сыпанула муки. Тут я поняла, что что — то идет не так. Мука комочками плавала на поверхности. Что — то я не помню, чтоб так у бабушки было.

— Блин.

Вылив все это в яйца, начала усердно мешать. Мне показалось, что тесто получилось жидковатым, а может, и нет. Пока я усердно возилась с тестом, яблоки потемнели и стали выглядеть весьма печально.

— Ну что такое — то?

Тяжело вздохнув, добавила их в тесто и от всех своих щедрот сыпанула корицы.

Найдя большую форму для запекания и вылив туда свой шедевр, со словами «зато от души» поставила будущий пирог в духовку. Оглядев кухню, я поняла, что она превратилась просто в поле боя. Надо убрать, пока любимый Гризли не вернулся и не начал тут причитать. Но тут раздался телефонный звонок, и, сразу позабыв обо всем, выбежала из кухни.

— Алло — весело спросила я.

— Гном! Привет! Ты там как? Как бал прошел?

— Просто отлично! Только вот недавно встала.

— Ну ты и соня. — раздался в трубке звонкий смех брата.

— Почему соня? Я только под утро дома оказалась, вот лишь бы оболгать бедную сестренку — возмущаться я умела.

— В смысле, — под утро? Эрик же тебя сразу, как мы уехали, должен был домой отвезти. Ты где была до утра? — насторожился Дэвид

Язык мой, враг мой! Да, Джул, ты просто молодец! Давай расскажи ему все, и он тут же прилетит.

на реактивном самолете разбираться, что к чему.

— Ой, не так выразилась — начала юлить я — мы домой ночью приехали. Это в кровати под утро просто оказалась.

Можно даже сказать и не соврала, если не вдаваться в подробности.

— И что ты до утра там делала, хотелось бы знать?

Что еще за строгий тон у моего брата появился. Чует что ли что — то? Надо притормозить его, пока совсем не разогнался.

— Это что еще за допрос? Выключай давай, строго братика, и дай мне с Ксю поговорить.

— Я серьезно, Джулия, у тебя все в порядке там?

— Конечно, все отлично, просто бал так повлиял — не смогла уснуть. Танцевать еще хотелось. Ну правда, хватит. Дай Ксю.

— Котенок, — услышала я уже отдаленный голос брата — иди сюда, с тобой мой младший гном поговорить хочет.

— Привет! — раздался радостный голос моей подруги и тут же невнятное бормотание моего брата на заднем фоне — Спроси, спроси что она до утра делала?

Потом до меня донеслось шуршание в трубке, хихиканье и звуки возни.

— Эй, господа, я еще тут! Ксю, прием! Куда ты там пропала?

— Тут я! Подожди минутку — и уже не мне — Дэв, прошу, дай поговорить.

Вскоре подруга уже заговорила со мной.

— Ох, твой брат ушел. Можем поговорить. Что там у тебя случилось? Эрик тебя не обидел? А эта лошадь породистая в мини — попоне не приставала к тебе? Я видела, как она пыталась повиснуть на Гризли, но он был такой злой.

— Все просто отлично, Окси! Все просто превосходно! Я его люблю, а он любит меня! Мы вместе! Я самая счастливая!

— Стоп, тормози. У меня такое чувство, что я пропустила несколько страниц в книге. Ты можешь более подробно мне рассказать? Когда он успел из разряда парень Сенди, стать твоим? Меня не было меньше суток и тут — такое! Джул, тебя одну вообще оставлять нельзя! Одни приключения с тобой!

— Слышу нотки ворчания своего брата в твоей речи. Ксю, ты заразилась от него! Прости, но мне наверное тебя не спасти — веселилась я.

— Джулия! Если ты сейчас не расскажешь, что там происходит, честное слово, я принесусь обратно. И как ты знаешь, водить у меня так себе получается, поэтому Дэв вернется со мной. И будешь уже ему все объяснять. — гневно, но с нотками веселья выдала моя подруга.

— Не дай Бог, Дэв узнает! Я ему потом все сама расскажу, договорились?

— Хорошо, только расскажи, не томи.

— Ох. — и я начала свой рассказ с того момента, как Эрик увел меня в беседку. Но рассказывать про то, что Эрик не совсем обычный человек и всю его отнюдь не простую историю, не стала. Пусть у нас с ним будут свои секреты.

— Вот как — то так! — завершила я свой рассказ.

— Джул, у меня столько радости за тебя! Как же здорово все получилось!

— Что получилось? — услышала голос Дэвида.

Вернулся брат, надеюсь, он ничего путем не услышал.

— Ой, Дэв, ты чего подкрадываешься? — подруга отстранилась от трубки — мы про бал говорили. Здорово там все получилось.

Тут уже трубкой завладел Дэвид.

— Гном, я надеюсь, что действительно у тебя там все хорошо. А где Эрик? Позови.

— Его нет. Он уехал в офис, кажется.

— Ок, запиши, пожалуйста, мой номер — тут брат назвал цифры — скажи, чтоб перезвонил.

— Зачем? — испугалась я.

— Ну как тебе сказать. Мы с Эриком работаем вместе, если ты вдруг забыла. И нам есть что обсудить.

— А, это. — нервно хихикнула я.

— Представь себе, да. Ладно, Джул, нам пора. А ты там веди себя хорошо.

— Слушаюсь и повинуюсь, мой большой брат!

— Люблю тебя, гном!

— И я, пока!

— Пока!

В трубку понеслись гудки.

Все время, что мы разговаривали, я смотрела в окно, а когда развернулась, не сразу поняла, почему в доме такой туман. Или это не туман? Фу, что за запах! Давно уже попахивает, но сейчас…..

— Мамочки, пирог!!!!

Пулей влетев на кухню, достала из духовки дымящуюся черную кучку в когда — то весьма симпатичной формочке.

— Вот и порадовала Эрика. — тяжело вздохнув, пошла распахивать окна.

— Еще эта уборка! — заныла я — не хочу!

Перемыв всю посуду, поставила стул и полезла убирать муку, ругаясь в очередной раз на этот высоко висящий ящик. Когда я взгромоздилась на стул, опять почувствовала себя циркачкой, выполняющей трюк под куполом. Но меня накрыло разочарование. Сейчас стул стоял далековато от ящика. Опять слезать, двигать и карабкаться ну совсем не хотелось.

— Дотянусь, как — нибудь. — уверенно заявила я и протянула руку с мукой к полке.

Эрик

При входе в дом мне сразу ударил в нос запах горелого. Испугавшись, что я забыл что — то утром на плите, с колотящимся сердцем влетел на кухню и увидел весьма интересную картину. Помещение напоминало передачу по кулинарии, где команды соревновались на время в приготовлении блюд, примерно такой же кавардак тут присутствовал. На плите возвышалась кучка чего — то уныло — черного и слегка дымилась. Я так понимаю, это и был источник запаха. И королевой этого царства была моя Мелочь, которая возвышалась сейчас над всем этим, стоя на барном стуле. Увидав, как она потянулась к верхней полке, а стул под ней зашатался, я, не издав и звука, резко бросил цветы и печенье, моментом подлетел к ней и схватил за ноги. Совсем не хотелось, чтоб эта милая акробатка распласталась на полу. Но, каюсь, напугал. Да, надо было хоть что — то сказать, прежде чем хватать за ноги. Ну, наверное, что произошло дальше, было закономерно. Джулия громко вскрикнула и уронила то, что до этого сжимала в руке. И, конечно же, пакет муки приземлился не куда — нибудь, а прямо мне на голову!

— Эрик, ты чего пугаешь! Ой. — испуганно пискнула девушка.

Все так же держа ее за ноги, я поднял голову. Джул, еле сдерживая улыбку, виновато смотрела на меня сверху.

— И я рад тебя видеть, мое любимое персональное наказание. — мой громкий чих раздался в тишине кухни.

Мука обсыпала меня с головы до ног. Чихнув еще раз, снял кулинара со стула и плавно опустил на пол. Джулия прижалась ко мне, и ее плечи затряслись от смеха. Обняв ее и погладив по шелковистым волосам, улыбаясь, спросил:

— Можно поинтересоваться, а что, собственно, тут произошло?

Девушка отстранилась и взглянула на меня своими медовыми глазами. Теперь и она стояла испачканная мукой. Я заулыбался еще шире.

— Ну, слушаю.

— Понимаешь, мне захотелось порадовать тебя выпечкой. Но тут зазвонил телефон, и я так увлеклась разговором с Ксю, что забыла про пирог — и Джул показала на черную дымящуюся кучку.

— Это и есть пирог?

— Да, с яблоками и корицей.

Многозначительно покачав головой, я продолжил:

— Я люблю такой пирог. Спасибо большое!

— Рада была стараться. — обвела рукой кухню Мелочь.

— Но ты не обидишься, если я не буду его пробовать, любимая. Как — то вот сейчас нет аппетита.

— Да, конечно. Какие обиды, любимый. Мне кажется, этот пирог надо спрятать. Куда? Наверное, в мусорное ведро.

— Да, ты абсолютно права. И формочку не забудь туда же спрятать, дорогая.

— Как скажешь, дорогой.

И мы звонко рассмеялись, до слез и колик в животе.

— Я сейчас все уберу, — отсмеявшись, произнесла Джул.

— Подожди меня, сейчас переоденусь и помогу тебе.

— Ой, чуть не забыла. Дэв просил тебя перезвонить, номер я записала. Он на тумбочке, возле телефона.

— Ок. Мелочь, тебе бы тоже не помешало переодеться. А то и с тебя мука сыпется, как со сдобной булочки. — Стягивая с себя футболку и вытирая ею лицо, улыбаясь, сказал я.

Джулия

Эрик задрал футболку и, как в фильмах для взрослых, начал медленно снимать ее с себя, оставаясь передо мной в одних джинсах. От увиденного перехватило дыхание. Тело с четко очерченными мышцами, широкий разворот плеч, узкие бедра, косые мышцы живота клиньями уходящие вниз и дорожка черных волос, спускающихся от пупка к… Ой, мамочки… Подняв взгляд и столкнувшись с его искристым взглядом и улыбкой Чеширского кота, моментом почувствовала, как краска прилила к моим щекам. «Он понял, на что я так пялилась», пронеслось у меня в голове

— Пожалуй, я не буду за тобой повторять и сниму футболку в своей комнате, — пулей выскочив с кухни, понеслась наверх.

В след мне прилетело:

— А жаль, — и смех Эрика.

Успокоившись и переодевшись, спустилась вниз. Там меня ждал Эрик с букетом не известных мне цветов и пачкой самого лучшего печенья на земле.

— Мелочь, я так был впечатлен твоим ярким акробатическим выступлением, что забыл вручить вот это, — и парень протянул мне все то, что он держал в руках.

— Спасибо, — робко проговорила я, беря свои подарки.

— И вот еще что, я выкупил не только платье Окси, но и твое.

— О, как здорово!

— Но очень тебя прошу, надевай его только для меня. Хорошо, малышка?

— Посмотрю на ваше поведение, уважаемый мистер Гризли, — делано серьезно произнесла я.

— Ну Мелочь, пока шалишь ты у меня, — обведя рукой кухню, улыбнулся любимый.

Мне осталось только молча закатить глаза.

Поставив букет в вазу, я присоединилась к Эрику, который уже вовсю наводил порядок после моего сюрприза.

После уборки, подойдя, уткнулась лбом в твердую грудь парня, обняв его за талию и тяжело вздохнула.

— Малыш, ты чего? — крепкие руки любимого обхватили меня.

— Мне так хотелось испечь этот пирог, хотела тебя порадовать.

— Мелочь, — рассмеялся Эрик, — я и так безмерно рад, что у меня есть ты. Но если еще осталось желание, то можно испечь его вместе.

— Серьезно, — отстранившись от парня, но не выпуская его из своих объятий, заглянула ему в глаза, — ты умеешь печь?

— Да, а что такого?

— Ну, я думала, что парни не особо умеют готовить. Вон Дэвид не умеет, кажется. Но у него теперь есть Ксю, а она кулинар от Бога.

— У вас с Дэвидом, я так понимаю, это семейное.

— Эй, — ударила я Гризли по плечу, — не смешно.

— Не дуйся, Мелочь, в нашей паре за готовку отвечать буду я.

— Что, за сто с лишним лет научился?

— Ну как — то так, — в самые губы выдохнул Эрик и поцеловал меня.

Что такое поцелуй? Это всего лишь соприкосновение губ? Думаю, нет. Поцелуй любимого человека — это волшебный танец двух душ, объединенный одним дыханием. Растворяясь друг в друге, вы начинаете сиять, подобно Сириусу. И ваш жаркий, искрящийся свет, струящийся по губам, разгоряченным щекам, чуть задержавшись на кончиках трепещущих ресниц, резко взмывает ввысь к далеким галактикам, унося все мысли с собой, оставляя в вашей душе нежность и беспредельную любовь.

— Ну что, печь будем? — услышала я шепот на ухо.

— А? Да. — немного растерянно ответила я.

Моя голова кружилась, в принципе, как всегда после губ и объятий моего большого и любимого Гризли.

Надев на себя фартук, Эрик начал быстро доставать нужные продукты. Как же этот несчастный фартук обалденно смотрелся на широкоплечей фигуре парня! Замерев, я тихо наблюдала.

— Мелочь, ты со мной? — доставая злосчастную муку, спросил любимый.

Делал он это легко, не то что я со своим стулом и акробатическим номером. Да он даже не тянулся за ней.

— Джулия, вернись ко мне.

— Да, да, — опомнилась я и тоже надела фартук.

Всем процессом руководил, конечно, Эрик, а я лишь была его подмастерьем. Все, что мне доверили, — это очистку яблок. С этим заданием мне удалось справиться на ура. И вскоре по кухне поплыл манящий аромат печеных яблок, переплетенный с пряными нотками корицы.

Заварив свежий чай и взяв еще горячий пирог, мы отправились в гостиную смотреть старые черно — белые фильмы. Еще не было поздно, но комната утопала в полумраке. Виной всему были темные, набухшие грозовые тучи, нависшие над домом. Когда мы включили один из моих любимых, старых фильмов «Мышьяк и старые кружева» с Кэри Грантом в главной роли, туча, что так грозно урчала и сверкала на улице, пролилась на землю бурным потоком, и тяжелые капли забарабанили по стеклу.

Что может быть уютнее, чем сидеть, укутанный любовью, рядом с дорогим тебе человеком, пить душистый чай с наивкуснейшим пирогом и смотреть замечательное кино под звуки грозы и дождя за окном?!