Сегодня Скотт Блэр проснулся в своей постели. Возможно, в последний раз за долгое время. Он надел темно-синие брюки и голубой свитер. Почистил зубы. Побрился. Он, вероятно, позавтракал, несмотря на то, что, я уверена, у него в животе нервно порхали бабочки.

Возможно, прежде чем отправиться в суд, он заглянул в свою спальню и обвел ее прощальным взглядом. Держу пари, он гадал, будет ли спать в своей кровати этой ночью или будет сидеть в камере в тюремной робе, отбывая первую ночь своего долгого тюремного срока.

Когда Скотт Блэр прибыл в суд в окружении адвокатов, а его родители нервно вошли следом, он был похож на оленя в свете фар. Контроль над его жизнью принадлежал двенадцати обычным людям из разных слоев общества, которые разбирали его дело. Двенадцати незнакомцам, которые решат его судьбу.

Он знал, какую власть они имеют над ним, и наблюдал за присяжными, которые выстраивались в очередь с застывшими лицами и стиснутыми зубами. Легко было представить, как он спрашивает себя: «Как я так напортачил в жизни, что оказался здесь?»

Присяжным потребовалось меньше двух дней, чтобы вынести вердикт. Они методично и терпеливо изучали доказательства. Они попросили судью Шоу дать разъяснения по вопросам права. Они просмотрели толстые стенограммы показаний. У присяжных не было показаний К. Их изъяли из протокола. У них также не было показаний Скотта Блэра. Он так и не поднялся на свидетельскую трибуну. Тем не менее они вынесли единогласный вердикт. К полудню зал суда был полон, и мы ждали их решения.

Судья Шоу попросил обвиняемого встать. Скотт встал и надул щеки, словно набрал полную грудь воздуха, ожидая оглашения вердикта.

Старшина присяжных передал листок бумаги судебному приставу. Родители Скотта Блэра крепче сжали руки друг друга, когда листок передали судье Шоу. Его мать вздрогнула, когда судья развернул сложенный листок. Все глаза были прикованы к выражению лица судьи, когда он читал вердикт присяжных. Его лицо было непроницаемым.

Затем он отложил листок и прочистил горло. Синтия Блэр прикрыла рот рукой и закрыла глаза. Судьба ее сына была решена, так или иначе, и она ничего не могла с этим поделать.

Поза Скотта Блэра на мгновение расслабилась, когда раздались слова «не виновен». Но за ними быстро последовали «виновен», «виновен». Он вздрагивал каждый раз. Из зала суда будто выкачали весь воздух.

Присяжные признали Скотта Блэра невиновным в изнасиловании К. Однако признали его виновным по одному пункту обвинения в посягательстве на половую неприкосновенность и двум пунктам обвинения в насильственных действиях сексуального характера.

Многие из вас, возможно, согласятся с вердиктом, прослушав показания и изучив доказательства, которые мы разместили на сайте подкаста. Мы также загрузили анализ профессора права о том, почему дело могло не соответствовать юридическому определению изнасилования в Северной Каролине, которое требует угроз, таких как использование смертоносного оружия, чтобы сексуальное насилие считалось изнасилованием в этом штате.

Некоторые из вас, несомненно, скажут, что это издевательство над правосудием. Что Скотта Блэра следовало осудить по самому серьезному обвинению в изнасиловании. Другие скажут, что его вообще не следовало осуждать. Что не было достаточных доказательств, чтобы осудить его вне разумных сомнений.

Я уверена, что получу сообщения от людей, выражающих самые разные мнения. Поверьте, я услышала все возможные точки зрения за то короткое время, что провела в Неаполисе, освещая этот судебный процесс. Я получила поток сообщений, в которых рассуждалось о преимуществах химической кастрации. И другие электронные письма, в которых говорилось, что насильники заслуживают смерти. Я также получила множество сообщений в поддержку Скотта Блэра, обвиняющих К. во всех грехах, включая грех лжи.

Честно говоря, я не понимаю, как мы можем почти единогласно соглашаться, что убийство – это плохо, но, когда дело доходит до изнасилования, некоторые люди все еще видят оттенки серого. По крайней мере, судя по нашим входящим сообщениям и социальным сетям, за которыми мой продюсер Пит внимательно следил в течение этого сезона.

Хотя дело в суде завершено, апелляции начнутся почти сразу, даже до вынесения приговора Скотту Блэру. Но независимо от того, какой тюремный срок он получит, Скотт будет платить за то, что сделал, до конца своей жизни. Его жизнь, какой он ее знал, закончилась. Теперь он осужденный за сексуальные преступления. Он будет в реестре. Он никогда, никогда больше не будет участвовать в соревнованиях по плаванию. Не говоря уже о том, чтобы представлять свою страну.

Что касается К., жертвы. Она уехала, чтобы начать новую жизнь в другом месте. Возможно, вердикт принесет ей немного покоя. Надеюсь на это.

Присяжные вернутся к мирским заботам своей повседневной жизни. Поддерживать свой бизнес на плаву или делать своих работодателей счастливыми. Воспитывать детей и внуков. Выплачивать ипотеку. Но я не могу не думать, что в последующие годы это дело будет висеть над ними тяжким грузом. Ужасно, когда человеку приходится судить другого.

Меня зовут Рэйчел Кролл, и это был третий сезон подкаста «Виновен или нет», который переносит вас на скамью присяжных.