Опрокидываю еще одну пузырящуюся рюмку. Эти голубые пузырьки тут же взрываются, щекоча язык.

Нолан на берегу танцует с тремя феями, качая бедрами из стороны в сторону, при этом его член болтается туда сюда, заставляя меня неистово хохотать. Такое чувство, будто он намеренно делает самые абсурдные движение, лишь бы заставить меня смеяться еще громче. Никогда не видела его таким…счастливым и легким. Он словно другой человек. И дело вовсе не в алкоголе, потому что Нолан оказался прав, эти вкусные напитки совсем не крепкие.

Эларис будто освободил Нолана. И один только этот факт заставляет меня хотеть его спасти. Все эти улыбающиеся лица вокруг, им плевать на весь мир. Но в хорошем смысле слова, потому что кажется, будто им так же плевать и на Америду, и на полукровок. Здесь в третьем круге все просто стараются быть счастливыми, жить свою жизнь и наслаждаться. Неосознанно я и сама всегда именно этого и хотела.

Ближе к вечеру мы покидаем источники, и Нолан снова перемещает нас в какую-то незнакомую часть леса.

Чем сильнее сгущаются тени, тем насыщенней становится магия в воздухе. Земля словно пробуждается под звездами, которых уже веками не видно. Листва и кроны деревьев начинают светиться, заставляя уголки моих губ приподняться.

Нолан ведет меня по тропинке будто бы в никуда, но затем я вдруг чувствую легкое касание его магии. Словно мы преодолеваем какой-то тонкий барьер. Нолан отходит в сторону, и мое сердце ускоряется.

На небольшой полянке, над которой, точно звезды горят крошечные магические огни, стоят Валери с Зейдом. Недалеко от них мне улыбается Ри. Я делаю шаг, и рядом с Вал появляется Камилла, за ней Бренда, Иона, Катрина и даже Кора.

– С днем рождения! – вопят Бренда и Ри одновременно со всеми.

На глазах наворачиваются слезы, но я подавляю комок эмоций в горле. Целых шесть лет я проводила этот день в одиночестве, заперевшись в своей башне. И все потому что считала себя не достойной праздника. Мне казалось неправильным отмечать день, когда умерла мама. Но теперь я просто знаю, что если бы мама увидела нас здесь всех вместе, она была бы рада. Она бы улыбалась. Поэтому и я широко улыбаюсь сквозь слезы.

Зейд направляется ко мне первым, без каких-либо слов обхватывает мое лицо двумя руками и целует, крепко прижимая меня к себе. Все мое тело буквально таит в его объятиях. И мне совершенно плевать на то, что на нас все смотрят.

«Я скучал» – бормочет он в моем сознании, не прерывая поцелуя.

«Я скучала» – отвечаю, обхватив его шею руками и запустив пальцы ему в волосы. Он издает какой-то неразборчивый стон, и я прикусываю его нижнюю губу почти до крови.

Он шипит, слегка отстранившись.

«Но если снова оставишь меня одну в кровати, не сказав даже слова о том, куда направляешься, я оторву тебе яйца»

Ему хватает наглости ухмыльнуться. Опустив руки мне на задницу и прижав меня к себе еще ближе, он отвечает:

«Вообще-то я сказал, что скоро вернусь. Просто ты спала»

Кто-то рядом недвусмысленно кашляет, и я поворачиваю голову к Ри.

– Во-первых, фу. – морщится она. – А во-вторых, ближе к делу, придурок, у нас нет всей ночи.

Она бросает взгляд на Камиллу с девочками и Корой, которые в астральной проекции сейчас больше похожи на призраков. И да, у нас максимум пара часов, прежде чем они начнут угасать. Так что я перевожу вопросительный взгляд на Зейда.

«Я хочу кое-что сделать вместе с тобой»

«Ох, знал бы ты, что я хочу с тобой сделать»

Его смех мгновенно затапливает мое сознание, вызывая рой мурашек по коже.

Отпустив меня, Зейд переплетает наши пальцы и ведет меня к столику, который я раньше не заметила. На нем лежат какие-то инструменты, а перед ним стоят два стула.

Ри торжественно пускается на один из них и выпаливает прежде, чем это успевает сделать Зейд.

– Парные метки.

Мои брови удивленно взлетают вверх.

– Ты умеешь их наносить? – тут же спрашиваю, и она фыркает, демонстрируя свои руки.

– Разумеется. Нужно только чтобы вы выбрали эскиз.

Поднимаю глаза к Зейду, который заметно нервничает, будто не уверен, что я соглашусь.

– Я знаю, что мы сделаем. – говорю ему, и он тут же выдыхает с облегчением.

Сев напротив Ри, я беру ее руку в свою и мысленно показываю одно созвездие.

– Где будем делать?

Почему-то я хочу, чтобы ее было видно. Поднимаю глаза к Зейду, который улыбается так, будто это лучший день в его жизни. Да, определенно на самом видном месте.

Сажусь к Ри боком и перекидываю волосы на левую сторону, открывая шею.

– Здесь.

Созвездие вертикальное и отлично будет там смотреться.

– Я тоже хочу. – надувает губы Бренда.

Они все собираются вокруг стола и просто наблюдают за происходящим, перебрасываясь разными бессмысленными репликами. Ри говорит, что когда игла будет заходить под кожу, будет больно, как если бы я порезалась. Но я даже не замечаю первого укола, потому что полностью поглощена своей семьей.

Тем, как Иона подначивает Бренду, а Катрина с Камиллой смеются. Тем, как Кора стоит в стороне, но тоже не может скрыть улыбки. Тем, как Зейд смотрит на меня, будто я весь смысл его существования.

Все, что сейчас происходит, странно и не соответствует никаким привычным нормам празднования, но я люблю каждую минуту. Потому что впервые за долгое время по-настоящему чувствую себя дома.

Когда Ри заканчивает со мной, мы с Зейдом меняемся местами. Думаю, ему понравится моя задумка. В любом случае, мысль пометить его даже таким способом греет какую-то часть моей души. Мы будто проходим через ритуал, который имеет смысл только для нас двоих. Он не связан с феями, ведьмами или магией. Нет. Только с нами.

– С днем рождения. – раздается тихий голос рядом со мной, и я поворачиваюсь к Валери, которая протягивает мне книгу.

Сердце екает, когда узнаю обложку.

– Три сестры.

Книга, которую в детстве читала нам мама.

– Это первое издание.

– Пожалуйста, скажи, что ты украла ее.

Она поджимает губы, что само по себе служит ответом, и я начинаю смеяться, прижимая книгу к груди.

– В чем дело? – к нам подходит Ками, остальные девочки столпились вокруг Зейда, заваливая его вопросами, ответы на которые для них переводит Ри.

– Валери подарила мне книгу. – гордо заявляю я, но опускаю тот факт, что она очевидно украла ее из дворцовой библиотеки.

Только собираюсь открыть «Три сестры» и прочитать любимый отрывок, как Вал захлопывает ее и забирает из моих рук, тут же запихнув в мою сумочку на бедре.

– Прочтешь, когда мы покинем Эларис. – говорит она, и я совсем не возражаю.

Обе мои сестры изо всех сил стараются скрыть свои переживания насчет последнего испытания, но почему-то в данный момент я совсем не чувствую страха. Возможно, дело в том, что я больше не одна? А может, дело в той пресловутой надежде, о которой все кругом говорят. Не знаю. Но когда открываю рот, слова сами по себе срываются с губ:

– Я люблю вас. – говорю сестрам, смахивая слезу со своей щеки. – И я не собираюсь умирать.

Обе застывают на месте, словно не до конца верят в то, что я и правда сказала эти три слова, которые никогда раньше не произносила.

Широко улыбнувшись им, отхожу в сторону, поближе к краю полянки. Хочу запечатлеть этот момент. Жадно впиваюсь глазами в каждого из присутствующих, кроме…

– Раз уж мы теперь лучшие подружки, – раздается голос Нолана, который входит из тени дерева и встает рядом со мной. – Расскажешь, что между вами с Зейдом?

Я усмехаюсь, перехватывая взгляд Зейда через всю поляну. Он улыбается мне одним уголком губ, пока Ри продолжает творить шедевр на его шее. Касаюсь пальцами своей метки. Кожу слегка саднит, но терпимо.

– Мне странно обсуждать это с тобой.

– Почему? Потому что мы бывшие любовники? Или потому что какая-то часть тебя всегда будет меня любить?

Поднимаю на него глаза, ища на лице признаки издевки, но там лишь чистое любопытство.

– Потому что вы братья.

Нолан пожимает плечами.

– Думаю, он так не считает.

– Это не имеет значения, потому что факт остается фактом, вы родственники.

– В таком случае, ты тем более можешь поделиться со мной своими душевными переживаниями.

– Нет у меня никаких душевных переживаний.

– Лгунья.

Я закатываю глаза, но все же сдаюсь, потому что есть кое-что, что до сих пор не дает мне покоя. При чем это что-то я не могу обсудить ни с кем другим, потому что только Нолан знает меня как облупленную.

– Зейд хочет провести какой-то ритуал, считает меня своей шивани, говорит, мы идеальная пара, но я отказалась от его предложения, потому что после того, что было между тобой и мной, не хочу соглашаться на разумное партнерство. Мне нужно большее. Намного большее. И я не уверена, способен ли Зейд дать мне это. В нем все же есть фейская кровь, а они все полигамны…

Я выдыхаю, почувствовав, словно тяжесть ушла из груди. До этого момента я даже не подозревала, насколько меня это беспокоит.

– Ты уверена? – каким-то ошарашенным голосом произносит Нолан, и я перевожу на него взгляд. – Уверена, что ты его шивани? Он тебе так сказал?

Мои брови сходятся на переносице.

– Да, сказал, и предложил заключить что-то вроде союза.

– Вот же придурок. – выпаливает он, но тут же смягчается. – Хотя зная тебя, это был вполне разумный шаг…

– О чем ты говоришь вообще?

Он трет лицо ладонями, а потом запрокидывает голову к небу, невесело смеясь.

– Поверить не могу, что это я тебе рассказываю. – опустив ко мне глаза, он продолжает. – Он солгал. Шивани это не какое-то там разумное партнерство, детка.

– Что?

– Сейчас феи почти перестали в это верить, но раньше они считали, что их магия дарована им звездами. Древо лишь сосредоточение всех знаний, сердце.

Я киваю, чувствуя, как с каждым его словом пульс учащается.

– Так вот, считается, что все фэйны тоже награждены определенным даром. Самым ценным, потому что среди такого количество полигамии это редкость. – он делает паузу и переводит взгляд на Зейда. – Фэйны могут чувствовать свою родственную душу, свою вторую половину, того, кто на более глубоком уровне способен ощущать тебя, понимать, принимать. Шивани это буквально любовь с первого взгляда.

Ты хочешь любви, но поверишь ли ты, если скажу, что влюбился в тебя с первого взгляда?

Мы созданы друг для друга.

Он говорил мне. Множество раз Зейд говорил мне об этом, намекал, но я считала это шуткой, простой игрой слов. Поворачиваю к нему голову, и он мгновенно ловит мой взгляд своим. Родственная душа. Партнер. Пара. Он мой. Во всех смыслах этого слова.

– Знаешь, я даже когда-то думал, что ты моя шивани. – усмехается Нолан. – Но им оказался мой брат. У звезд отменное чувство юмора.

Зейд широко мне улыбается, поворачивая голову так, чтобы я увидела свежую и уже готовую метку. Я делаю шаг к нему, но тут же резко замираю на месте, потому что запястье пронзает болью. Браслет впивается в кожу, выпуская каплю моей крови.

Перед глазами все темнеет, и я чувствую, как отрываюсь от земли, перемещаясь во времени и пространстве, а на краю сознания вспыхивает одна единственная мысль.

Началось четвертое испытание.