На десятом году пребывания на высшем партийном посту Брежнев вдруг обнаружил, что был плохо осведомлён о многих деталях, касавшихся финансового и имущественного положения партии. Даже для него партийная касса и партийное имущество оставались тайнами за семью печатями. Ему, как выяснилось, сообщали лишь итоговые цифры – без расшифровок по отдельным направлениям.

Похоже, Брежнев во всех денежных вопросах очень доверял управляющему делами ЦК Георгию Павлову. По словам последнего идеолога КПСС Вадима Медведева, этот аппаратчик входил в «узкий рабочий кабинет генсека» и имел огромнейшее влияние на своего босса.

Брежнев знал Павлова ещё с 1930-х годов – по учёбе и работе в Днепродзержинске. После войны кто-то вытащил Павлова в Москву и сделал инспектором ЦК. А у Брежнева тогда периодически возникали на Украине трудности. Сколько раз над ним сгущались тучи. Но его всякий раз выгораживал перед тогдашними секретарями ЦК Павлов. Правда, в 1951 году Павлов, получив новое назначение в Челябинск, не нашёл общего языка с первым секретарём тамошнего обкома Аристовым, и уже на него срочно был накопан компромат (ему припомнили, что его отец в войну находился на оккупированной немцами территории и даже какое-то время работал на немецкую администрацию). Изгнанный с Урала, Павлов стал в карьерном плане катиться в пропасть. Многие от него отвернулись. Но только не Брежнев. Леонид Ильич, как только сам укрепился в Москве, помог старому приятелю вернуться в номенклатурную обойму и стать первым секретарём Марийского обкома. Надо ли объяснять, что с тех пор Павлов считал себя всем обязанным Брежневу.

Осенью 1965 года Павлов принял просто немыслимое хозяйство, ведь через Управделами ЦК проходили все партийные деньги. На его балансе находились все здания партийных учреждений. Но это видимая часть айсберга. Управделами ЦК распоряжалось также спецмагазинами, столовыми, книжной экспедицией, ателье, автобазами, мебельной фабрикой и прочими хозяйствами. Это была целая империя.

Какая-то часть этой империи замыкалась на Управделами ЦК не впрямую. Скажем, за лечение верхушки партии впрямую отвечал 4-й Главк Минздрава СССР, которым с 1967 года руководил кардиолог Евгений Чазов. И формально все кремлёвские поликлиники и больницы находились в подчинении 4-го Главка. Но все нити по медицинскому обслуживанию партаппарата тем не менее вели прежде всего к управделами ЦК. Точно так же обстояли дела и в плане организации полётов советского руководства по стране и за рубеж. Кто контролировал специальный авиаотряд? Аэрофлот? Нет, в первую очередь Управделами ЦК, на который замыкался отдельный авиационный отряд № 235. Кстати, сколько людей трудилось в империи Управделами ЦК, до сих пор неизвестно.

5 марта 1974 года Павлов направил в ЦК восьмистраничную записку «О некоторых вопросах финансово-хозяйственной деятельности партийных органов». Он доложил, что за время его руководства Управлением делами ЦК большинство показателей увеличилось в 1,7–2 раза. Судите сами. Доходная часть партийного бюджета возросла с 448 миллионов рублей в 1965 году до 900 миллионов в 1973 году, а расходная – с 487 миллионов до 853 миллионов. У партии появились прибыли. «Это позволило, – сообщил Павлов, – с 1970 года отказаться от дотации из госбюджета, получаемой в размере 80 млн рублей» (РГАНИ, ф. 80, оп. 1, д. 320, л. 97).

Основными источниками пополнения партийной казны были партвзносы и прибыли партийных издательств. Так, только в 1973 году коммунисты страны уплатили взносы в общей сложности на сумму свыше 586 миллионов рублей.

Что же касалось издательских доходов, то Павлов, когда приводил сумму в 312 миллионов, явно лукавил. Дело в том, что партия в 1967 году, по сути, приватизировала многие областные типографии, передав их из ведения местных комитетов по печати в подчинение обкомов партии.

В своей записке Павлов подробно рассказал, на что Управделами ЦК потратило большую часть партийной казны.

Во-первых, серьёзные средства были направлены на выплаты зарплат партработникам разных уровней, а их в стране насчитывалось почти 150 тысяч человек (это не считая людей, который занимали в партаппарате технические должности курьеров, машинисток и т. д.). Самые большие оклады получали секретари ЦК КПСС. Так, зарплата Брежнева в конце 1960-х – начале 1970-х годов составляла 800 рублей. Завотделом ЦК получал 500 рублей. А вот инструкторам ЦК доставались гроши. Такая же несправедливость наблюдалась в горкомах и обкомах. Неслучайно одно время квалифицированные специалисты не очень-то хотели переходить с крупных предприятий на должности инструкторов в партаппарат: они сильно теряли в зарплате. Чтобы повысить материальную заинтересованность сотрудников низового и среднего звеньев партаппарата, Павлов пробил в 1967 году создание фонда премирования, который составлял сначала 2 процента, а в 1973 года – 5 процентов от годового фонда заработной платы. Кроме того, он подготовил летом 1971 года документы об увеличении зарплат для малооплачиваемых партработников в среднем на 16,6 процента.

Во-вторых, немалую часть партбюджета руководство начиная с 1965 года стало тратить на укрепление материальной базы партучреждений и жилых домов для партработников. С 1965 по 1973 год в стране были построены административные здания для ЦК, КП Эстонии, 30 обкомов, 259 горкомов и 1448 райкомов, а также для 69 домов политпросвещения и 43 партархивов. Новый современный комплекс для ЦК появился в Москве. Плюс началось сооружение пристройки к одному из зданий ЦК в районе Старой площади для размещения создававшегося в ЦК информационно-вычислительного центра.

Естественно, только возведением голых стен дело не ограничивалось. Управделами ЦК постоянно заботилось, чтобы все партийные помещения были обставлены хорошей мебелью и имели современное оборудование. В год на эти цели уходило до 15 миллионов рублей.

Обновляла партия и автопарк. Местные парторганы, как сообщил Павлов, по состоянию на 1973 год имели 10 тысяч легковых автомобилей с водителями и 1700 машин без водителей и плюс 700 грузовиков и 290 автобусов.

Солидный парк имел и гараж Управделами ЦК. Он состоял из 280 легковых автомашин, 60 грузовиков и 35 автобусов.

В отдельный раздел Павлов выделил вопросы бытового обслуживания партработников. Он доложил: «За последние 9 лет для работников местных парторганов и партучреждений построено 63 тыс. квартир, а за весь послевоенный период – около 112 тыс. квартир. Для работников аппарата ЦК и центральных партучреждений за 9 лет введены в эксплуатацию жилые дома на 3714 квартир» (РГАНИ, ф. 80, д. 320, л. 102).

Здесь стоило бы назвать жилые здания для партийной номенклатуры, построенные в середине 1960-х годов близ Патриарших прудов, в частности дома 15 и 19 на Спиридоновке. В них получили квартиры Виктор Гришин, Николай Подгорный и Пётр Демичев. Другой очень статусный дом был возведён в Леонтьевском переулке. Там стали жить в том числе Дмитрий Устинов, Андрей Громыко и Михаил Соломенцев. В 1969 году шикарный дом для партверхушки появился на Большой Бронной, 19 (там поселились Михаил Суслов, Пётр Шелест, Константин Русаков и Константин Черненко).

Целая деревня из почти двадцати домов, получившая в народе название Царской, выросла в конце 1960-х – начале 1970-х годов в Кунцеве, близ Суворовского парка. Общая площадь «трёшки» в этих домах составляла 93 квадратных метра (одна кухня занимала 13 квадратных метров). Аналогичная «царская» деревня в те же годы появилась и в Новых Черёмушках, на улице Удальцова.

Всё неплохо обстояло и с организацией отдыха и лечения партработников, особенно высшего руководства. Скажем, каждый член Политбюро имел в ближнем Подмосковье свою отдельную резиденцию, в состав которой входили собственная дача, причём, как правило, двухэтажная, хозблок, баня, кинозал и много чего ещё. Но почти все эти резиденции содержались за счёт государства. На партийном же бюджете находились в основном небольшие дачные городки, такие, как на Сходне или в Кратове. В этих городках каждой семье инструкторов ЦК выделили блок из двух-трёх комнаток и кухоньки. Летом жить там было нескучно.

Но в вопросах организации отдыха Павлов более всего гордился тем, что он существенно расширил сеть разных профилакториев для партаппарата. В эту сеть входили 15 санаториев, 5 домов отдыха и один пансионат, которые одновременно могли принять и обслужить почти пять тысяч человек. Большая часть этих объектов находилась на Кавказе. Но Павлов к сочинским и минводским жемчужинам добавил партийные санатории в Приморском крае, в Трускавце и на Рижском взморье. Впрочем, двадцать одного объекта ему было мало. Он организовал строительство пансионата «Поляны» под Звенигородом и заказал проекты санаториев на озере Иссык-Куль, на Южном берегу Крыма и в Гаграх.

К слову, за летний отдых и лечение большинство партработников платили сущие копейки. 90 процентов сотрудников аппарата ЦК ежегодно получали льготные, а то и вовсе бесплатные путёвки. Кроме того, начиная с 1967 года льготы распространялись на членов семей всех секретарей и завотделами обкомов и райкомов партии. А ещё все ответственные работники ежегодно получали в размере месячного оклада так называемое лечебное пособие.

Да, очень важно напомнить: номенклатура никогда не голодала. Большинство ответственных сотрудников аппарата ЦК имели талоны на лечебное питание. Клерки, занимавшие посты среднего уровня, регулярно посещали кремлёвскую столовую на улице Грановского. Плюс все могли получать в спецраспределителе продуктовые пайки.

И, конечно же, партчиновники не ходили в обносках. Павлов доложил: «Работники аппарата ЦК КПСС, руководящие работники местных партийных органов обслуживаются индивидуальным пошивом одежды и обуви в пошивочной мастерской Хозяйственного отдела Управления делами» (РГАНИ, ф. 80, оп. 1, д. 320, л. 103).

В записке Павлов вскользь упомянул об участии Управделами в приёмах и в обслуживании зарубежных партийных делегаций. Он привёл две цифры: в 1965 году наша страна приняла 347 человек из 77 братских иностранных партий, а в 1973 году – уже 4812 из 110 партий. Естественно, каждого гостя надо было встретить и проводить, обеспечить транспортом, гостиницей, питанием и много ещё чем. И «колхозные» номера в зашарпанных отелях для иностранцев не подходили. Их селили в специально для того предназначенных гостевых домах, а всё это стоило недёшево.

При этом Павлов не стал расписывать, как Управделами ЦК занималось подготовкой визитов наших партийных вождей за рубеж. Но об этом можно судить по другим документам. Я приведу один из них. 15 сентября 1973 года Брежнев конфиденциально сообщил Черненко, что намерен посетить Болгарию. Он написал:

«Для тебя [то есть для Черненко. – В.О.]:

Полёт в Софию имею в виду осуществить на самолёте Ил-62. Переговори сегодня же с тов. Г.С. Павловым [управделами ЦК. – В.О.] о том, чтобы он продумал вопрос о подготовке сувениров тт. Живкову, Тодорову, Трайкову, Драгойчевой и, возможно, некоторым другим членам Политбюро <Компартии Болгарии>. Некоторое количество уже менее дорогих сувениров должно быть предусмотрено и для обслуживающего персонала резиденции, где нам придётся жить» (РГАНИ, ф. 80, оп. 1, д. 317, л. 37).

Ну а теперь попробуем прикинуть, сколько же денег требовали все эти подарки. Счёт шёл не на тысячи, а на миллионы рублей.

Павлов, к слову, не собирался останавливаться на достигнутом. Он в ближайшие семь-восемь лет планировал завершить строительство административных зданий для всех горкомов и райкомов, которые не имели нормальных условий для размещения аппарата, продолжить возведение типографий для партийной печати и увеличить объёмы жилищного строительства для партчиновников. А кроме того, ему хотелось возвести в столице шикарный дом для приёмов и размещения иностранных делегаций.

Надо сказать, что записка Павлова произвела на Брежнева очень сильное впечатление. Он дал указание своему помощнику: «т. Цуканову Г.Э. Иметь у себя. Я прочёл интересный материал» (РГАНИ, ф. 80, оп. 1, д. 320, л. 96).

Другое дело, что Павлов привёл в своём документе только вершину айсберга. О многих вещах он умолчал. В частности, о финансировании через Управделами ЦК иностранных партий.

Кстати, Павлов ни разу публично не сообщил, сколько людей было занято в системе Управделами ЦК. А там счёт шёл не на сотни, а наверняка на многие тысячи.

Я приведу информацию только об одном подразделении. В 1967 году в составе Управления делами ЦК КПСС появился производственный отдел партийных издательств с тремя секторами: снабжения, строительства и финансово-экономическим. Первым его руководителем стал Евгений Медведев. Штат отдела в разное время колебался от 28 до 34 человек. Но ему подотчётны были все партийные издательства и типографии со своими складами. Этот отдел управлял ста четырьмя объектами, на которых в общей сложности трудились более пятнадцати тысяч человек. А ведь в Управделами ЦК входило и множество других подразделений и служб. В частности, были хозяйственный отдел, сектор общественного питания, сектор по эксплуатации служебных зданий и собственно хозотдел, которому подчинялись в том числе пошивочная мастерская, гостиница «Октябрьская», пансионаты «Клязьма» и «Поляны». Кстати, вся структура Управделами ЦК до сих пор не рассекречена.

Убрали Павлова из власти уже после смерти Брежнева. Перед этим новый генсек Андропов поручил провести тщательную проверку Управления делами ЦК. «Самое беглое ознакомление с деятельностью Павлова как управляющего делами, проведённое по поручению Андропова, – рассказывал тогдашний ректор Академии общественных наук Вадим Медведев, – показало, что он, пользуясь своей близостью к Брежневу, вытворял что хотел. Обоснованное возмущение вызывали излишества в сооружении новой <партийной> гостиницы <«Октябрьская»> и нового зала для заседаний пленумов ЦК, шикарных санаториев и других объектов. Мне как члену Центральной ревизионной комиссии <КПСС> привелось принять участие в изучении деятельности издательства “Правда” того периода. Выявился полный произвол со стороны Управления делами в использовании материальных и денежных ресурсов, не считающегося с существующими законами» (В. Медведев. В команде Горбачёва: взгляд изнутри. М., 2016).

Однако никто привлекать к ответственности Павлова не стал. Вопросы к нему возникли, видимо, сразу после провала ГКЧП. Но Павлов не стал дожидаться следователей и то ли сам выбросился из окна своей квартиры, то ли ему кто-то в этом помог.