Перед последней парой Алена спросила меня:

— Витя после занятий мы поедем ко мне домой, или у тебя иные планы? Что — то смотрю ты какой-то задумчивый, у тебя, что-то случилось?

— Ничего у меня не случилось, с чего ты взяла? А после занятий мне срочно надо смотаться в общагу, с Денисом пересечься. Домой я подъеду по позже.

— Будешь воспитывать этого трепетного юношу? Уговаривать порвать все отношения с Филатовой?

— Вот именно, ты угадала совершенно точно. Буду воспитывать и буду уговаривать.

— Ну ладно, воспитатель трудных подростков, делай свое дело, только я по прошу тебя не задерживаться особенно долго, а то твоя половинка будет очень скучать и тосковать без тебя.

После занятий я быстро помчался в общежитие. Я рассчитывал застать Дениса в комнате одного, поскольку тот разговор который я планировал провести с ним, совершенно не нуждался в присутствии лишних ушей.

Мне повезло. Когда я вошел в комнату Денис находился там один- одинешенек. Филатовой на горизонте не было видно, а Юрик и Серега задерживались в пути и я рассчитывал, что они задержатся на время, которого мне хватит на разговор с моим соседом- первокурсником.

Денис поздоровавшись со мной первым начал разговор.

— Слушай Витек, вот посоветуй мне, как опытный человек, что мне делать с Лидией?

— А зачем тебе, что то делать с ней?

— Ну как? Понимаешь она очень нравится мне!

— И что? Что конкретно ты хочешь услышать от меня?

— Ну я никак не могу понять, как она относится ко мне.

— А как тебе надо, чтобы она к тебе относилась? Подожди, насколько я понимаю, вы уже переспали, причем не один раз. Что ты хочешь дополнительно узнать о ее отношении к тебе? Она, что вдруг перестала давать тебе?

Денис вдруг как то обиженно засопел, а затем покраснел.

— Слушай Витек, вот прости меня, но по моему ты совершенно законченный циник. По твоему, что получается, все отношения между мужчиной и женщиной ограничиваются только постелью? Ты наверное и свою Алену только с этой точки зрения рассматриваешь?

— Ну как я рассматриваю Алену и с какой там точки зрения это на данный момент не важно. Не я начал этот разговор. Ты поясни мне, что конкретно ты хочешь узнать у меня? Вот когда я пойму это, тогда и будет тебе ответ. Не раньше.

— Ну я бы хотел спросить Лидочку готова ли она к серьезным отношениям со мной. Но вот никак не пойму как она ко мне относится!

— Та-а -к! Насколько я понял твою сбивчивую речь, ты имеешь намерение сделать предложение этой своей Лидочке. Но боишься отказа с ее стороны, поскольку совершенно не уверен, что она так же влюблена в тебя, как и ты в нее. Я верно все понял?

— Ну в общем да. Вернее нет. Я просто хотел поговорить с ней о нашей совместной судьбе, что ли,- и Денис покраснел еще сильнее.

— Я ничего не пойму. Так да или нет?Хочешь ты сделать предложение Филатовой или нет? Послушай, друг Денис, выражайся яснее. У меня нет времени разгадывать твои ребусы. Что означает «поговорить о нашей совместной судьбе?».

Денис покраснел еще и его лицо стало по цвету напоминать свеклу.

— Вот Витек, ты сделал уже предложение своей Алене?

— Вообще то это тебя совсем не касается, но ладно так уж и быть, тебе скажу, да, сделал. И что?

— А когда ты его делал, ты знал наверняка, как Алена относится к тебе? А если знал, то как ты установил это?

Я хмыкнул пересек комнату и сел рядом с Денисом на его кровать.

— Слушай друг Денис, скажу тебе сразу, тебе совершенно не требуется узнавать точно, как там на самом деле относится или не относится, к тебе Филатова. Уж поверь мне.

— Ну почему ты так решил? Объясни мне. А то я, что то ничего не пойму.

— Потому. Потому. Потому,что твоя ненаглядная Лидочка Филатова, относится к разряду женщин которые требуются тебе в самую последнюю очередь. Если вообще требуются. Поэтому тебя вообще не должно, ни в малейшей степени интересовать ее подлинное отношение к тебе. Уж поверь мне.

— Ну с чего ты так решил?- с негодованием в голосе спросил меня Денис,- Лида очень нравится мне! И я полностью уверен в своих чувствах. Вот я и хочу спросить у нее, что она думает о нашей совместной судьбе.

— Да потому уверен, что вижу то, что никаких настоящих чувств по отношению к ней у тебя нет.

— Ну вот как ты можешь судить о том, есть у меня, какие то чувства или же нет? Ты, что телепат?

— Нет, не телепат конечно. Просто я достаточно в своей жизни повидал таких вот Лидочек. Равно, как и таких как ты, которые вдруг начинали пылать к ним чувствами. Сам когда то был подобен тебе. Нет у тебя никакой любви к Лидочке. Нет и не было.

— А что тогда есть?

— А, что есть? А есть друг Денис, то, что эта самая Лидочка, просто напросто, скуки ради соблазнила тебя, чтобы элементарно развлечься. И как только ты наскучишь ей, а это произойдет, я думаю, достаточно скоро, как она помашет тебе рукой на прощание и скажет — адье! Вот и все. На этом ваш роман благополучно завершится. А, что касается лично тебя, то ты просто подсел на эту самую Лидочку, в самом банальном, сексуальном плане. Поверь мне это не повод, делать ей предложение, и если не дай Бог она, ради прикола, согласится и примет его, ломать свою юную жизнь. Я понятно изъясняюсь? А так можешь продолжать встречаться с ней, весело проводить свободное время, как в постели, так и за ее пределами, пока вы не надоедите друг другу окончательно. С женщинами надо расставаться легко! Без обид и взаимных претензий. Тогда будет, что вспомнить. И выбрось из своей головы всю эту романтическую хрень, поскорее! Таких Лидочек у тебя будет еще целый вагон с маленькой тележкой.

Лицо Дениса пошло пятнами. Он помолчал и с негодованием сказал мне:

— Ну ты Витек и циник! Неужели ты так же и относишься к своей Алене? А она интересно знает об этом? Ты рассказывал ей о том, как ты на самом деле относишься к всем женщинам и в том числе к ней?

— Нет естественно. Естественно я отношусь к Алене совсем по другому. Как по другому отношусь ко множеству других женщин.

Денис в ответ помотал головой и спросил меня растерянным тоном:

— Слушай, тогда я ничего не пойму. Ты говоришь то одно, то другое. Или, что твоя Алена и Лидочка это разные женщины?

— Именно! Именно друг Денис! Моя Алена и твоя Лидочка- это совершенно разные женщины. Я рад, тому, что ты наконец то добрался до сути вопроса. Да. Женщины, как это не удивительно, бывают совершенно разные. Можно сказать, что они делятся на множество категорий. И вот Алена и Лидочка принадлежат к совершенно разным категориям.

— А к какой категории относится Лидочка?

— Скажу так. Она относится к категории женщин, с которыми лучше никогда не иметь дело. Во всяком случае нормальным, адекватным мужчинам. Например таким, как мы с тобой.

— Да почему, с ней нельзя иметь дело?Объясни! Откуда ты это взял?

— Из жизни. Я таких Лидочек повидал слава Богу, предостаточно. Типаж вполне распространенный и узнаваемый. Понять, что Филатова относится именно к нему, лично у меня труда не составило. Вот вспомни, как ты с ней познакомился? Она притащилась вслед за Юриком к нам на сабантуй, хотя здесь ее никто не ждал и никто не был ей рад. Но она совершенно нагло наплевала на мнение всех окружающих, что уже говорит об очень многом. Далее она уселась рядом со мной и тут же начала строить мне глазки, а когда пришла моя Алена и согнала Филатову, с незаслуженного занятого ею места, она тут же пересела к тебе и взялась тебя обрабатывать и как я понимаю, весьма скоро добилась успеха. Уже одно это для меня говорит об очень многом. Ты конечно можешь считать, что Лидочка воспылала к тебе страстной любовью с первого взгляда, но по моему это смешно. Для таких особ соблазнение мужчин, обычный способ, повысить свою самооценку, причем, как правило в методах, они не стесняются совершенно. Далее, Филатова, в моем присутствии, позволила себе наорать на тебя, да при этом еще сделать это в очень оскорбительном, я бы даже сказал, хамском тоне. Ни одна любящая женщина, поверь мне, ни позволит себе ничего такого. Тем более в присутствии третьего лица. В сухом остатке мы имеем вздорную, эгоцентричную и весьма стервозную особу, к тому же совершенно не способную любить. Такие дамочки способны только на одно, портить жизнь своим спутникам. Причем делают это они, как правило, очень умело и с большой выдумкой. Так, что не предложение тебе надо ей делать, а бежать куда глаза глядят. И чем скорее тем лучше. Понял меня?

Денис долго молчал, а потом ответил мне каким то нерешительным тоном:

— Ты знаешь, но мне кажется, что ты все таки не прав. Конечно Лидочка не всегда бывает выдержанной и порой позволяет себе лишнее. Я тоже уже заметил это. Но мне кажется в этом виноват все -таки я. Не всегда оказываю ей должное внимание.

Я с жалостью посмотрел на Дениса.

— Сказать тебе какое самое сильное оружие в руках таких вот Лидочек? Они сознательно внушают мужчине комплекс вины перед ними, а потом совершенно цинично эксплуатируют его. Пока не выпьют из них все соки. Потом они выбрасывают такого мужчину из своей жизни и идут искать очередного лоха. Тебе не предложение надо делать Филатовой. А бежать от нее и чем скорее тем лучше. И кстати советую тебе обратить внимание на какую- ни будь симпатичную и адекватную однокурсницу. Для тебя это будет самым лучшим выходом.

Денис засопел, но я увидел, что мои слова возымели все же некоторое действие и как минимум заставили его задуматься.

— Ну ладно, продолжил я, — собственно говоря зашел то я не за этим. Хотел поговорить с тобой на одну тему, а ты меня сбил с нее этой своей Филатовой. Понимаешь, Денис, я сегодня случайно увидел, как ты общаешься с Аликом Терентьевым. И вот у меня к тебе будет такой вопрос, если не секрет, что у тебя с ним общего? Не сочти это за пустое любопытство.

Денис с удивлением уставился на меня.

— А, что тут такого удивительного? Ну общался и общался. Альберт очень интересный человек. С ним занятно поговорить на всякие, разные темы. Я, что то Витек, не очень понимаю смысл твоего вопроса.

— Да смысл моего вопроса, заключается в основном в том, что без сомнения, конечно Альберт Терентьев очень интересный человек, но насколько я его знаю, он не будет просто так, общаться с кем ни попадя. А ты Денис, уж извини меня, не особенно похож на человека, который бы входил в круг его общения. Значит ему, что то нужно от тебя. Если не секрет, что?

Денис весь встрепенулся и быстро заговорил:

— Витек, ты тут не прав! Альберт очень интересный и знающий человек. И ни сколько не гордый. А напротив очень простой. Мы недавно знакомы, но мне с ним очень интересно. У него есть еще и такие же интересные друзья. Мы встречаемся разговариваем, обсуждаем прочитанные книги, делимся мнениями. С ними очень интересно! Мне по крайней мере.

— Так и, что же вы читаете- обсуждаете? Я кстати заметил сегодня, что Альберт передал тебе какую-то книгу, может быть ты не сочтешь за труд, покажешь мне ее? Кто знает, а вдруг и я захочу присоединится к вашему коллективу?

Денис несколько замялся, а затем сказал мне:

— Хорошо, я покажу тебе эту книгу. Только прошу не говори особо о ней. Эта книга запрещенная, — и он нагнувшись полез к себе в сумку.

— На белый свет был извлечен виденный мною уже сегодня том, обернутый в несколько слоев газетной бумаги. Я открыл его и прочел название на титульном листе:

— Леонид Пастернак «Доктор Живаго». Та-а-к. Значит вот какие книги вы читаете и обсуждаете! А еще, что — ни будь подобное Алик тебе давал?

Денис отрицательно замотал головой.

— Нет. Но обещал. Он сказал, что у него есть еще нечто подобное. Только он предупредил, чтобы я никому не говорил об этом.

— Ну с тобой все ясно. То есть тебе мало приключения с Филатовой! Ты вдобавок решил еще вляпаться в историю с чтением и распространением запрещенной литературы. Надеюсь Солженицына тебе, твой Алик дать почитать не обещал?

— Нет. Только доклад Хрущева. Ну тот самый. Про Сталина. А что тут такого? Я же имею право знать, что он там сказал. Тем более, что доклад этот вроде не запрещенный. Его же всем зачитывали в свое время!

— В свое время много чего зачитывали. Но только в свое. А вот ты Денис по моему упорно нарываешься. За такие штучки можно не только из института, да из комсомола вылететь пробкой. Чего доброго ты можешь оказаться за колючей проволокой. А оно тебе надо? Причем заметь, этот Алик не простой студент. Его отец первый секретарь райкома. Так, что в случае чего этого Алика постараются отмазать от статьи, а тебе Денис придется сидеть. Как говорится от звонка до звонка. Ты хоть это понимаешь или нет? И кстати вообще не исключен вариант, что твой Алик работает по заданию КГБ, уж больно борзо он себя ведет. Тебе в голову такая мысль не приходила?

— Ты так думаешь?- спросил меня Денис, и в его голосе я уловил нотки тревоги.

— Такая мысль должна приходить в тебе в голову в самую первую очередь, кода ты видишь, как твой Алик ничего не боясь таскает в институт, запрещенную к изданию в СССР книгу, да еще и передает ее тебе в практически в присутствии множества свидетелей. Я вот решительно не понимаю тебя Денис! У тебя, что в голове вместо мозгов хлебушек? Знаешь, лучше сделай свое предложение Филатовой, чем связываться с таким человеком, как Терентьев. Честное слово это будет намного для тебя намного безопасней. Уясни чудила, если вас накроют, в один не самый прекрасный день, отчислением из института ты можешь не отделаться. Пойми вот все это, чтение и распространение нелегальной литературы, эти ваши посиделки, это ведь все статья! Тебе напомнить в каком разделе Уголовного Кодекса она находится? Чтобы ты знал, она находится в разделе Особо опасные государственные преступления! А у вас мало, что чтение запрещенных к изданию книг! У вас как я понимаю, фактически целая организация! Так, что в случае чего ты имеешь все шансы провести ближайшие лет пять- семь, в каком ни будь комфортабельном лагере. Только увы не в пионерском. Оно тебе надо? Такое вот приключение. Декабрист хренов!

Денис ничего не ответил мне. Он глубоко задумался и засопел еще громче. Я вернул ему книгу и сказал:

— Спрячь! И подальше. Чтобы глаза мои ее не видели. Тоже мне конспиратор. Нашел куда притащить этот фолиант. В общагу! Ты еще вообще на стол ее положи, чтобы все видели. Или организуй очередь желающих прочесть это творение. С записью. Чтобы КГБ лишней работы не было. Кстати не удивлюсь, если вы вообще давно уже у него под колпаком. И наши бравые чекисты просто ждут пока таких дурачков как ты по больше наберется в их сеть. Чтобы добыча пожирнее была.

Придя домой я первым делом рассказал Алене о своем разговоре с Денисом. Она сказала мне встревоженным голосом:

— Ну конечно Терентьев! Помню, очень хорошо помню эту историю. Что и говорить шухер тогда был грандиозный! Помнишь тогда еще и ректора нашего сняли. У него в довершении всего какие то нарушения по хозяйственной части нарыли. И декан наш слетел. Еще чекист этот перед нами выступал. Кажется его фамилия была Липатников.

— Фамилии его не помню, а морду его толстую хорошо запомнил. Да неприятная история была. Этот психопат Петров чуть всех под монастырь не подвел. Со своей этой подругой с иняза. Да, у Дениса просто феноменальные способности находить неприятности на свою голову. Сначала Филатова, а теперь вот это! Честное слово, я уже начинаю, очень жалеть, что помог ему сдать Мышкиной. Если бы не я, то ему сейчас не было бы дела, но до Филатовой, ни до Алика с его масонской ложей.

— Что ты намерен предпринять?

— Даже не знаю. Перво наперво, надо конечно постараться убедить Дениса держаться от такого фрукта, как Терентьев, как можно дальше. А вот, что дальше делать вопрос. Вся эта история, как ты понимаешь, нам тоже особенно не нужна. Может попробовать поговорить с Петровым?

Алена в ответ замотала головой.

— По моему это совершенно бесполезное занятие. Насколько я помню этого самого Петрова, то он типичный фанатик. Таких, как он, если они вбили, что-то в свою голову, какую -то идею ни почем не переубедить. Ну или по крайней мере сделать это будет очень сложно. Я вообще не уверена в том, что он станет с тобой говорить. Да и, что ты ему скажешь?

— Конечно это еще та задачка. В крайнем случае остается только одно. Надо будет постараться обезвредить этого боевика- террориста прямо на демонстрации. Сделать все, чтобы он не смог реализовать свой безумный замысел. Кстати это и для него будет лучше. Для него и для его подруги с иняза. Не придется им потом страдать в Казанской спец психушке.

— Слушай Витя,- произнесла Алена взволнованным голосом,- но это же может быть очень опасно! Насколько я помню, у этого самого Петрова была при себе на демонстрации, самодельная бомба плюс оружие. Обрез кажется.

— Да была. Да это опасно. Но если не удастся как то уговорить Петрова другого выхода я не вижу. Органы вовлекать в это дело никак нельзя. Надеюсь ты это понимаешь?

— Понимаю,- прошептала Сомова.

— Ладно, Аленка, не грусти. Времени у нас до первого мая еще полным — полно. Что ни будь придумаем!

— Кстати, — сказала мне Алена, некоторое время спустя,- ты в курсе, что в наш город приезжает «Машина»? Будет давать концерт в ДК Железнодорожников. Двадцать пятого числа. Я могу достать билеты. На твою долю брать?

— Кто, кто, к нам приезжает?

— Ну как кто? Андрей Макаревич и группа «Машина времени», вот кто! Так тебе брать билет?

Я задумался. В свое время я был горячим поклонником творчества Макара.

— А, бери. Сходим посмотрим, как выглядели наши кумиры в молодости. Макару то сейчас и тридцати нет. Тряхнем стариной!

— Самое интересное, что я была на этом концерте, в своей первой жизни,- сказала мне Алена,- причем не одна, а с одним мальчиком из Механического. Вот захотелось сравнить впечатления тогда и сейчас.

— У тебя был жених из Механического? Что то ты мне про него ничего не рассказывала!

— Да какой там жених! Так. Пару раз сходили в кино и еще на этот концерт. И все! Интересно, а сейчас он придет на него? Только нам еще и Вику с собой взять придется. Собственно говоря, это она обещала достать билеты. Так, что тебе придется некоторое время терпеть присутствием рядом с собой мисс Потоцкой.