Эридан Даркур и Дариус Годвард покинули кабинет, а я с Эртоном осталась сидеть, пытаясь переварить все, что только что услышала. Предстояло очень много работы.

Эртон взял меня за руку. Я посмотрела на него и, подняв другую руку, в порыве нежности провела ладонью по его лицу. Парень ухватил мою ладошку и прижался ее к своей щеке.

— Эртон, ты мне очень дорог…. — начала непростой разговор. — Думаю, тебе стоит покинуть баронство в ближайшие дни.

Глаза парня потемнели, губы сжались в тонкую линию. Я прикрыла пальцами его губы и сказала:

— Не злись. Я попробую объяснить все. Считаю, что стоит полностью закрыть границы баронства. Только малое количество доверенных лично мне людей смогут покидать территорию. Не знаю, как быстро смогу разработать и сделать артефакт, о котором говорила. Даже приблизительно не могу сказать, сколько для этого потребуется времени. Завтра я начну работать над защитным куполом, улучшая, совершенствуя его и добавляя дополнительные страховочные функции. Сейчас очень не спокойное время, не знаешь, кто друг, а кто враг. Возможно, твоему отцу потребуется помощь. Ему нужны рядом те, кому он может доверять.

Эртон молча слушал, а я приводила все новые и новые аргументы, пытаясь достучаться до дракона. Однако парень был как скала. Не сдаваясь, озвучила даже самые смехотворные и бредовые идеи, доказывая, что ему лучше покинуть баронство. Нервничая, встала со стула и, прохаживаясь по кабинету, на ходу придумывала не особо убедительные доводы.

Говорила больше часа, даже голос охрип. Однако взгляд парня оставался твердым и упрямым. Он уже все решил. С равнодушным выражением лица Эртон выслушал все мои соображения, в конце пару раз усмехнувшись их абсурдности. Когда замолчала, полностью выдохнувшись, встал со стула, обошел стол, оперся на него и притянул меня к себе.

Я пару раз дернулась, но он обнял меня, спеленав мои руки и твердо сказал:

— Нет. Рядом с тобой. Навсегда.

В этот раз поцелуй был властным. Дракон показывал, что он принял решение, и мне следует принять его, подчиниться ему, а не выдумывать всякий бред. Он властно сминал мои губы, не давая возможности ответить.

Я пыталась пару раз укусить его, но он умело обошел мои усилия, навязывая свою волю. Наконец, сдавшись, я стала отвечать, растворяясь в поцелуе, который стал сразу же нежным и приятным.

Больше вопрос о его отъезде я не поднимала. Жизнь вошла в привычное русло. Занятия магией, работа в мастерской, вечерние прогулки. Мы стали много времени проводить вместе, разговаривать, все лучше узнавая друг друга. Все было спокойно, пока в один из дней не нагрянули неожиданные гости.

После занятий в ритуальном зале я вышла на улицу и увидела, как к особняку подъезжает старенькая карета в сопровождении незнакомых воинов. Впереди на лошадях ехали Дагон Хант, Дан и Рон Кроули. Я с облегчением выдохнула. Все вернулись, обошлось без потерь.

Мужчины спешились, но не спешили подойти. С изумлением наблюдала, как из видавшей виды кареты сначала вывалились дети пяти, семи и десяти лет, затем вышел мужчина преклонных лет, молодая девушка лет пятнадцати и женщина средних лет.

«Как только они поместились в этой развалюхе? И что мне делать с этим детским садом?» — смотрела на приближающихся людей.

Мужчина с женщиной и сопровождение остановились в стороне. Ко мне подошли Хант, Кроули и девушка с детьми. По привычке перешла на магическое зрение и замерла. Внутри все похолодело от ужаса. Окинула внимательным взглядом девушку и еще раз посмотрела на ее источник и энергетические каналы. Все было очень плохо.

— Что произошло? — посмотрела в глаза девушки.

— Позвольте представиться, потомственная дворянка Амелия Кортник, а это мои братья. Мы единственные оставшиеся в живых из нашей многочисленной семьи, — слезы по лицу Амелии текли ручьем, но голос звучал твердо. — В нашем роду браки всегда заключали по любви, не ставя перед собой цели развить какой-то один определенный дар стихии. В этом поколении у всех детей проявился дар Воды. Род Красных драконов сейчас отслеживает всех, кто имеет хоть каплю этого Дара. Я была на домашнем обучении, но они как-то узнали об этом. Родители пытались остановить тех, кто пришел за мной. В ярости два Красных дракона сожгли наше поместье и всех, кто попался им на пути. Ни наша защита, ни щиты, ни артефакты не смогли выдержать мощь огненной стихии драконов. Мне надели ошейник подчинения и заставили два месяца выполнять их приказания. Дар у меня небольшой. Поэтому, после того, как я выгорела, меня отпустили….

Когда Амелия замолчала, повисла тяжела тишина. Ее глаза были стеклянными. Из них выглядывала пустота. Какой-то интерес появлялся только тогда, когда она переводила взгляд на младших братьев, жмущихся к ней. Смахнув рукой слезы и скрипнув зубами, девушка продолжила свой рассказ.

— Вернувшись в поместье, увидела только выжженную землю. Своих братьев нашла в соседней, почти полностью разрушенной, деревне. С ними были няня, садовник и несколько выживших воинов, кто остался верен нам. За время моего отсутствия никто не помог им, кроме жителей деревни, в которой они остановились. После того, как император указом вернул вам земли, наше поместье, которое находится на территории графства Монтего, теперь имеет общую границу с баронством Шеридан, — девушка твердо посмотрела в глаза и уверенно произнесла. — Я, потомственная дворянка Амелия Кортник, полностью осознавая все последствия, хочу дать вам, баронесса Анита Шеридан, вассальную клятву. Примете ли вы ее?

Не выказывая эмоций, смотрела на замершую передо мной девушку. Я не знала, что ей ответить. Связав себя вассальной клятвой, Амелия Кортник абсолютно точно никогда и ни при каких обстоятельствах меня не предаст. Как сюзерен мне придется заботиться о них официально, и взять под защиту. Однако надо ли мне это?

К тому же добавится еще один пункт в противостоянии с графом Монтего. Надо узнать, какую из сторон он поддерживает. Хотя и так понятно. Я смотрела на девушку, не понимая, почему, полностью выгорев, она осталась жива? В магическом плане она инвалид, но на ней это никак не отразилось. Слишком много вопросов, на которые нет ответов.

Окинула взглядом тех, кто приехал с Амелией. Все эти люди смогли пройти магическую защиту баронства, значит, не являются врагами. Мысленно усмехнулась. Если я приму вассалитет, надо будет переустановить защитные артефакты, а после можно будет и на земли посмотреть. Но сначала надо посоветоваться с Эриданом Даркуром.

Молчание затягивалось. Не обращая на это никакого внимания, я пыталась просчитать преимущества и недостатки будущего союза. Мои размышления прервала Деркето.

«Соглашайся. Пусть медитирует в Храме. Все еще можно исправить. Я подскажу как».

«Но ее источник в ужасном состоянии. Он практически уничтожен. Энергетические каналы сильно поражены, некоторые полностью разорваны», — сказала неуверенно.

«У нее осталась капля Дара, так что все можно исправить. Понадобится много времени и усилий, но тебе не помешает еще один преданный вассал».

Сразу же перешла на магическое зрение, пытаясь увидеть то, о чем говорила Деркето. Медленно и внимательно рассматривала поврежденные каналы и магический резерв. Наконец, увидела то, о чем говорила Богиня.

Каналы были очень сильно потрепаны, в некоторых местах разорваны и абсолютно пусты. А вот на дне резерва, который выглядел, как сдутый шарик, действительно увидела каплю магического дара. Слишком маленькую. Пока рассмотрела ее, от напряжения глаза заболели.

Мне пришлось приложить усилия, чтобы скрыть удивление, когда увидела сверкнувшую голубым цветом Искорку. Не очень-то она была похожа на каплю Дара. Без подсказки Деркето я ее однозначно не разглядела бы.

— Я не смогу Вам сейчас помочь восстановить земли рода.

О том, что могу установить защитные артефакты вдоль границ поместья Амелии Кортник ничего говорить не стала. Следует сначала уточнить у ректора правомерность моих действий. Все-таки поместье находится на территории графства Монтего.

— Я это понимаю, — девушка не сводила с меня напряженного взгляда.

— Потомственная дворянка Амелия Кортник, — произнесла торжественно, откинув сомнения. — Я, баронесса Анита Шеридан, как глава рода, готова принять у вас вассальную клятву.

Девушка сделала шаг вперед, гордо выпрямилась, расправила плечи, и отчетливо произнесла слова клятвы, которые говорит вассал, клянясь своему господину в верности:

— Я, Амелия Кортник, клянусь служить верой и правдой, и быть всегда рядом, как и подобает верному вассалу. Клянусь не посягать на честь, имущество и семейство госпожи.

— Я, Анита Шеридан, принимаю клятву, и обязуюсь блюсти твои интересы как моего вассала, а также не посягать ни на твое имущество, ни на твою честь, ни на семью.

После произнесенного последнего слова почувствовала, как от моего кольца, на котором было заклятие невидимости, протянулась тонкая нить энергии и связалась с кольцом девушки, которое я заметила только сейчас.

Сразу же после Амелии воины и садовник с няней принесли клятву непричинения вреда. Мысленно усмехнулась. За границами баронства уже знают, что это обязательно для всех, кто желает задержаться на моих землях. Люди пока не в курсе, что магическая защита не пропустит тех, кто замышляет что-либо против меня и баронства Шеридан.

— Амелия, тебе с братьями подготовят комнаты в особняке. Если будет желание, можете поселиться в одной из трех деревень. Сейчас мы как раз восстанавливаем деревню Карус. Каждое утро и вечер будешь медитировать в Храме трех сестер.

Я достала из кармана лечебный артефакт, который теперь постоянно носила с собой и протянула ей.

— Надень его на шею и носи постоянно. Не снимай.

— О, Боги! Это… то, о чем я думаю?

Слезы текли из глаз девушки, но она пыталась не рыдать навзрыд, закрывая рукой рот.

— Даже не пытайся почувствовать магию. Иначе потеряешь и так призрачный шанс на восстановление.

— Я все сделаю так, как Вы говорите, госпожа, — поклонилась мне Амелия.

Я оглянулась. Нашла взглядом экономку. Женщина кивнула и подошла. Подхватив под руку девушку, она настойчиво направила ее в сторону особняка. Ее братья и няня пошли за ними. К садовнику подошел один из слуг, а к воинам кто-то из гвардейцев, уводя их в сторону казарм.

Возле меня остались Эртон и его отец. Я не успела и слова молвить, как ректор сказал:

— Ты все сделала правильно. Завтра я улетаю. Дела, — посмотрел на сына и добавил. — Связь, как обычно.