64

Она смотрела на него через всю гостиную так, словно он был корнем всего зла в этом мире. И в любой другой день, Дэмиан бы отмахнулся от нее точно от назойливой мухи. Но не сегодня. Сегодня он устал как собака, уже больше суток не мылся, был голоден и весь покрыт каким-то лесным дерьмом. Именно поэтому он…

– У меня что-то на лице? – спросил сестру Аморы, Гиву кажется, что стояла рядом с камином прямо напротив него. Дети вместе с Ори копошились у ее ног на полу. Тео, который сидел рядом на диване, перевел взгляд с Дэмиана на эту женщину.

Она ничего не ответила, но ее алые брови слегка дернулись как бы вопросительно, и Дэмиан решил пояснить.

– Ты смотришь на меня так, будто у меня на лбу вырос второй член, вот я и решил уточнить.

Теперь дамочка казалась раздраженной, возможно, даже оскорбленной, трудно было сказать, но отвечать она явно не собиралась. Вместо нее голос вдруг подала вторая незнакомка.

Она вальяжно присела на подоконник справа и кивнула на детей.

– В доме столько женщин и детей, но ни одного мужчины. Их, что, убили те головорезы?

– Папу убили? – тут же раздался тоненький голосок одной из девочек, слова подхватили и ее сестры.

– Нет, нет, что вы. – попыталась успокоить малышек Ори. – Вы же знаете, ваши папы работают в городе до позднего вечера.

Она подняла глаза на Тео и спросила, обнимая сразу двух девочек разом.

– Можно я отведу их на улицу? Им нужен свежий воздух.

Тео виновато поджал губы, и за него ответил Рид, что стоял в проходе между гостиной и столовой:

– Пока надо подождать.

– Чего? – раздраженно бросила девушка, и мужчины переглянулись.

Не могли же они сказать, что ищут оборотня шпиона.

На лестнице раздался шум, и спустя мгновение в холе появилась Амора. Все оживились. Тео встал с дивана и подошел ближе.

– Ну, что, как там Лора?

– Поздравляю. – тихо произнесла принцесса так, чтобы не услышали остальные. – Твоя племянница ведьма.

– Что? – не понял пират.

– Калиста позже тебе все объяснит. – бросила Амора и перевела взгляд на Ори. – Отведешь девочек погулять?

Та подняла вопросительный взгляд на мужчин. Ни один из них до конца не понимал, что происходило, но все трое мысленно сошлись в одном – Аморе стоило доверять.

Получив разрешение, Ори поднялась на ноги и повела четырех девочек в сторону выхода, за ними следом плелся маленький Шон. Но стоило ему приблизиться к принцессе, как она остановила его рукой, не дав пройти мимо.

– Не ты. – сказала она. – Только девочки.

Шон поднял свои большие светлые глаза на принцессу, а следом все произошло слишком быстро, чтобы это можно было описать или даже переварить.

В маленьких ручках мальчишки блеснули два коротких лезвия. Они успели едва задеть штаны Аморы с Дэмианом, когда две тонкие водные нити оплели кисти рук Шона, все его хрупкое тельце дернулось назад в центр комнаты.

– Какого дьявола ты творишь! – прорычал Тео, порываясь броситься на помощь, но его ноги в тот же момент словно прибили к земле. Вода покрывала стопы до щиколоток, не давая даже шагу сделать. – Клянусь богом, я убью тебя, ведьма. Если хоть один волосок упадет с его…

– Это не Шон. – шагнула вперед Амора.

– Дядя Тео. – захлюпал носом мальчик, его большие глаза наполнились слезами. – Помоги мне.

Мальчик бился в агонии, пытаясь вырваться из водного плена, что буквально удерживал его в воздухе над полом.

– Я сказал, отпусти его. – вновь проревел Тео, потянувшись рукой к своему ножу.

Дэе стоило лишь моргнуть, и пират был полностью обездвижен. Дэмиан вышел вперед и положил руку ему на плечо.

– Выслушай ее, брат.

Амора подошла ближе к мальчику.

– Настоящий Шон сейчас наверху вместе с Калистой. – проговорила она, смотря прямо в глаза оборотню и не веря в то, насколько настоящими были эмоции на его лице. Детское неверие, страх, паника. На мгновение она даже засомневалась. – Он сказал, что проснулся сегодня утром связанный на чердаке.

Бедняга даже не понял, как там очутился.

– Ты почувствовала это? – медленно протянула Амора на миревийском, и мальчик вдруг застыл, перестав брыкаться. – Когда я убила твою пару, ты почувствовала это?

На мгновение детские глаза вспыхнули совсем недетской яростью, и существо с лицом Шона плюнуло Аморе в лицо. Та вздрогнула, но ни на шаг не отступила.

– Ты все равно сдохнешь. – с ненавистью бросила оборотень, чей голос вдруг стал женским, словно она потеряла контроль не только над своими эмоциями, но и над магией.

Все в гостиной замерли, когда следующие слова прозвучали на эсумийском, дабы все хорошо поняли смысл.

– Я знаю, что на тебя объявили охоту. Она хочет твоей смерти, а значит, ты все равно, что ходячий труп.

– Кто хочет ее смерти? – подала голос Гива, но оборотень проигнорировала ее, и продолжила.

– И не только ты, но и все кто тебя покрывает. – взгляд мальчика скользнул по комнате, по каждому лицу. – Сделайте себе одолжение и прикончите ее сами. Иначе не будет вам спасения.

Кулаки Аморы непроизвольно сжались, но она задрала подбородок выше и спросила:

– Почему вы шпионили за Дэмианом?

Губы оборотня плотно сжались, а взгляд будто бы уставился в пустоту.

– Она не скажет. – скучающим тоном бросила Дэя.

– Они никогда не говорят. – тихо добавила Гива, она хорошо помнила, как несколько лет назад в Оринфе поймали оборотня в облике русалки. Она месяцами шпионила при дворе, прежде чем была обнаружена. Ее пару так и не удалось отследить, однако Королева все равно приняла меры и добавила в воздушный барьер дворца небольшой слой магии, который не пропускал никого, кто не был ею одобрен.

– В таком случае… – Амора подняла взгляд на Дэю, и этого было достаточно для того, чтобы оборотень начала задыхаться так, словно оказалась на дне морском.

Тео отвернулся не в силах смотреть на умирающее тельце своего племянника.

Дэмиан с Ридом переглянулись, они оба имели представление о возможной причине, по которой шпионы следили за Дэмианом, поэтому испытали облегчение, когда безжизненное тело рухнуло на пол. Уже не Шон, но молодая миниатюрная девушка. Ее глаза безжизненно уставились в потолок, а с приоткрытых губ вытекали остатки соленой воды.

Амора уставилась на тело и не могла выкинуть из головы эти жуткие слова. Они эхом разносились внутри нее, заставляя легкие сжаться, а сердце ускориться.

Ты все равно сдохнешь.

Оборотень была права.

Смерть плелась за Аморой в обоих мирах. На суше ее рано или поздно выследят, в море без медальона наверняка сожрут чудовища, а в Оринфе собственная мать скорей всего казнит за измену и побег.

– Амора? – она слышала голос сестры, но рефлекторно покачала головой, отступила назад. Легкие сжались, и воздуха вдруг стало не хватать.

Ты все равно сдохнешь.

Кулаки сжались до побелевших костяшек, она наблюдала за тем, как тело незнакомки поднимали с пола, слышала, как Гива что-то говорила, но попросту не могла сосредоточиться. Кровь застучала в висках, дыхание застряло в горле. Нужно на воздух. Нужно бежать.

Сейчас.

Сейчас.

Сейчас.

Развернувшись на месте, Амора рванула к выходу. Спустя мгновение прохладный воздух ударил в лицо, но этого было недостаточно. Она свернула к широкому высокому дереву и устремилась вперед быстрым шагом.

Почему она? Почему все это происходило с ней? Почему? Почему? Почему?

Слезы брызнули из глаз, и девушка уперлась руками в ствол, низко опустив голову.

– Д-дыши, чтоб тебя. – сквозь зубы процедила она, зажмурившись и хватая ртом воздух, точно рыба, выброшенная на берег.

Вся ее жизнь, никчемная, короткая и совершенно бессмысленная жизнь проносилась перед глазами, точно шутка какая-то.

Амора ненавидела каждое гребанное мгновение. Ненавидела все эти редкие моменты радости, что непреклонно омрачались наказаниями и болью. Ненавидела себя за то, что желала этой глупой радости, этой чертовой свободы и пресловутой любви. Ненавидела весь Оринф за то, что он все это презирал, и мать, которая каждым своим словом толкала Амору все дальше и дальше ко дну.

Она ненавидела и вдруг…

Ты красивая.

Да, знаю, милой тебя чаще всего не назовешь. Невыносимой и дикой, да. Но иногда ты и милой можешь быть. В особенности, когда не пытаешься бороться со мной.

Она резко втянула ртом воздух.

Пока ты не лишила меня своего голоса, я и не думал, что можно так сильно желать кого-то – чей-то голос, чьи-то слова, чьи-то мысли.

Она сделала еще глоток ночного воздуха, затем и еще, и еще. Насекомые трещали в траве, а откуда-то издалека доносился городской шум улиц.

– Амора? – в очередной раз услышала принцесса голос своей сестры, ее тело тут же рефлекторно распрямилось, подбородок слегка поднялся вверх, а плечи расправились.

Амора смахнула пару слезинок со своих щек и обернулась к Гиве.

– Ты пришла за мной потому что я твоя сестра или потому что хранительница? – спросила она с непроницаемым выражением лица на своем родном шимари.

Гива нахмурилась.

– О чем ты говоришь?

– Просто ответь на вопрос.

– Неужели ты?.. – она не закончила, потому что и без того видела ответ на лице Аморы.

Да, она и правда сомневалась.

– Конечно же я пришла за тобой, потому что ты моя сестра. Тот факт, что ты хранительница лишь добавляет важности твоему возвращению. Особенно сейчас, когда баланс всего магического мира….

Тут из Аморы вырвался смех. Совершенно неуместный и неестественный.

– Ну, разумеется, баланс это крайне важно.

Гива вытаращилась на нее, не понимая ни тона, ни этой странной реакции. Амора всегда казалась непробиваемой и безразличной по отношению ко всем и всему, но сейчас она будто бы окончательно слетела с катушек здравомыслия.

– Боги. – выдохнула она, запрокинув голову к небу, из уголка ее глаза слеза скользнула по виску вниз и затерялась в волосах.

Гива открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут же передумала, решив, что Аморе возможно просто нужно время привести мысли в кучу. Должно быть, последние недели были для нее настоящим адом. Может, этот король пиратов каким-то образом промыл ей мозги? Хотя нет, такого быть не могло. Амора не из тех, кому легко что-то внушить или же сломать. В ее теперешнем загнанном состоянии была иная причина.

Амора смотрела на звезды, и в ушах ее стояли истории Дэмиана о созвездиях. Ей понравилось слушать его голос, он уносил ее далеко-далеко, в места, где другие сражаются за жизнь и принимают важные решения. Амора видела, кем была в прошлых жизнях, чувствовала, что те женщины были настоящими героинями своих историй, они сражались за то, во что верили, защищали тех, кто был им дорог, и ни разу не пытались бежать. В отличие от нынешней версии. В отличие от Аморы.

– Я никогда не была такой умной как ты или Фелия. – вдруг услышала она свои слова. – Все, что у меня когда-либо хорошо получалось это…

– Магия.

Амора удивилась и опустила взгляд на сестру.

–Да. Но в какой-то момент Королева начала каждый мой успех ставить в упрек тебе. Я не хотела, чтобы ты возненавидела меня из-за этого. Я тянулась к тебе.

Неверие смешалось с удивлением на лице Гивы:

– И поэтому делала вид, будто ничего не умеешь?

Амора пожала плечами.

– Со временем так стало даже проще. От меня ничего не ждали и много не просили. А после у Королевы появилась еще одна наследница, и я… – она вздохнула и снова подняла взгляд к звездам. – Я будто бы утратила себя, так и не поняв, кто я вообще. А потом…

Она вспомнила, как впервые увидела Дэмиана на пляже и его эти странные черные рисунки на коже.

– Я поняла, что цель в жизни все же имеет значение. Желание к чему-то стремиться. – просыпаться по утрам. – Чего-то ждать. Мне нравилось плыть куда-то на этом чертовом корабле, Гива. И при этом, не знать наверняка, что меня там ждет.

– Но у тебя была цель, ты была принцессой, а теперь стала хранительницей.

– Ой, да брось. – Амора осела на землю и прислонилась спиной к дереву, ее ноги гудели, а тело, казалось, было готово отключиться в любой момент. – Мы обе знаем, что меня бы короновали только если бы иного варианта не оставалось. А статус хранительницы? Без медальона я все равно, что ходячий труп, магия рано или поздно сожжет меня, и это в случае, если морские чудовища не уничтожат меня первыми. Но штука в том, что мне нельзя умирать. И не только потому что я столько всего еще не попробовала и не увидела в этом мире. И даже не из-за этого гребанного баланса. Тут проясним сразу, мне плевать, если без меня в море все чудовища будут спущены с поводка. Не собираюсь я всю свою жизнь проводить под водой. И именно поэтому, мне не плевать на то, что произойдет с этим континентом, если Четвертое королевство уничтожит все прекрасное, что создали люди. Да, у них процветает рабство, и многие, откровенно говоря, заслуживают смерти, но если жить мне осталось недолго, то я хочу взять лучшее из обоих миров, надеюсь, это ясно?

Гива слушала эту тираду с приоткрытым ртом.

– О-о чем ты?

– Медальон ведь украли, так?

– Откуда ты?..

– Я говорила с Богами. И прежде, чем ты задаешь еще один глупый вопрос. Да, с реальными. Через то самое зеркало богини Судьбы, которая кстати говоря, настоящая сука. – последние два слова Амора выкрикнула в небо, хотя ей прекрасно было известно, что завеса между этим миром и загробным была не там, а буквально повсюду.

– А вот с этого места можно и поподробнее. – раздался голос Дэи, которая направлялась к ним со стороны дома уловила лишь последнюю реплику Аморы.

– Все хотела спросить. – прищурилась принцесса, смерив русалку взглядом сверху-вниз, да, это ей удавалось, даже сидя на земле. – Какого Тритона ты приперлась с моей сестрой? Шпионишь за нами? Или же работаешь на эту суку, которая так сильно жаждет моей смерти, хм?

Дэя вздохнула, облаченная во все черное, она буквально сливалась с тенями.

– Если бы я хотела твоей смерти, ты бы уже была мертва.

– А вот это вряд ли. Утопить меня в морской воде у тебя едва ли получится, а Рид упомянул, что ты еще и мечом не владеешь.

Брови Гивы едва заметно дернулись вверх. Да, конечно, она знала, что далеко не все дамы владели оружием или искусством боя, однако чтобы этого были лишены наследницы Ливаны, выходило далеко за рамки ее понимания.

– Так что, мне любопытно, – продолжала Амора, обхватив руками колени. – Каким именно способом ты бы убила меня? Задушила бы во сне подушкой? Подлила бы яду в утренний чай? Или же смотрела бы на меня вот так, пока я не умру со скуки?

Гива отвернулась, до боли прикусив нижнюю губу, дабы скрыть улыбку. Дэя при этом молча уставилась на Амору, ничего не отрицая, но и не подтверждая. Хранительница прекрасно понимала, что любую ложь Гива раскусит.

– Можешь отрицать сколь-угодно. – медленно произнесла Дэя, сложив руки на груди. – Но ты одна из нас, и факт твоего побега этого не меняет.

Амора закатила глаза.

– Я вообще-то не сбегала. Кто вам сказал эту чушь? Сука номер один, Фина?

– Так это она что-то сделала? – мгновенно подалась вперед Гива.

– Ага, предложила разок покутить на суше перед моим отплытием в Пустошь, а потом ударила клинком в надежде, что чудовища доделают начатое. Но не сбылось. Оказалось, что акулы вполне себе милые рыбешки, а наги так вообще прелесть.

– Поразительно, как ловко ты переложила ответственность за свой поступок на кого-то другого. – покачала головой Дэя.

– Это талант. – широко улыбнулась Амора, отбросив прядь своих длинных волос назад. – Да, я решила хотя бы раз побывать на суше, прежде чем доступ сюда мне будет заказан, и совсем не испытываю из-за это угрызения совести. Однако эта сука ударила меня в спину, даже глазом не моргнув, и я уверена, вдобавок еще и стащила медальон. Если кто из нас действительно виновен в чем-то, так это она.

– Еще она убила прежних хранительниц. – добавила Гива, стиснув кулаки.

– Тем более. Но вернемся к более насущным вопросам. – Амора перевела свои зеленые глаза на Дэю. – Повторюсь. Какого хрена ты здесь? Я в жизни не поверю, что ты искренне печешься о моей судьбе.

– У нее было видение. – вдруг выпалила Гива, чем заслужила заинтересованный взгляд от Аморы и раздраженный от Дэи. – Что ты либо спасешь Четвертое королевство, либо уничтожишь его.

Амора моргнула, приоткрыв рот, а затем произнесла сухо:

– Просто блеск.

– Так что, выкладывай, о чем ты там разговаривала с Богами. – потребовала Дэя. – Потому что на данный момент, я склонна верить, что твое убийство решило бы многие проблемы.

– О, а вот тут ты заблуждаешься. Моя смерть не только не решит проблемы, она их усугубит.

Тогда Амора и рассказала им о том, что поведали ей Боги.