32

Вокруг была лишь тьма. Глубокая и вязкая. Ни луч света, ни даже отблеск звезд сюда не проникал. Но хуже было то, что Амора знала, что не одна здесь. Она чувствовала движение прямо под ней. Внутренним чутьем ощущала чудовище, что медленно поднималось все выше и выше. В сравнении с громадными черными щупальцами, что проталкивались сквозь тьму, русалка была лишь рыбешкой. Она не могла плыть. Не могла отвернуться. Не могла спастись. Только смотреть. И ждать, когда это чудовище доберется до нее…

Широко распахнув глаза, Амора резко села. Звякнула цепь, на долю мгновения заглушая бешеный стук ее сердца.

– Эй. – раздался голос совсем рядом, и она рефлекторно вскинула руку, чтобы врезать тому, кто оказался рядом с ней.

Дэмиан ловко перехватил ее кулак и даже не пошатнулся, все также сидел на корточках рядом с ней. Благодаря своему обостренному зрению, Амора разглядела искренне беспокойство в грубых чертах. А глаза…в них была жалость. Отчего-то король пиратов жалел ее, и ей это было ненавистно. Отдернув свою руку, она отвернулась, уставившись в пустоту.

– Что за кошмары тебе снятся? – спросил Дэмиан, явно не собираясь возвращаться в постель. Краем глаза, девушка заметила, что он хотя бы удосужился надеть штаны. Правда не стал их застегивать. Но и на том спасибо.

Амора вздохнула, потерев глаза рукой.

– Это был не первый, что я застал. – не сдавался пират, и Амора слегка напряглась, не сразу поняв, о чем он говорит. – Тогда, после обезвоживания у тебя тоже были кошмары. Я решил, что это от усталости или от того, что ты буквально оказалась на грани смерти, но…

Он склонил голову внимательно разглядывая принцессу так, словно не мог до конца ее понять. Не мог разобраться в том, из чего она состоит.

Амора полностью проигнорировала его и вздохнув, легла обратно на подушку, снова закрыв глаза. Дэмиан цокнул языком.

– Ты дергаешься во сне из-за кошмаров и звенишь цепью. – отчеканил он уже без особого энтузиазма. – Это мешает мне спать.

Не открывая глаз, Амора подняла вверх левую руку, якобы говоря «тогда сними ее, придурок». Но Дэмиан лишь усмехнулся.

– Не дождешься. Я тебе не доверяю. Совсем. Но у меня есть идея.

Амора напряглась всем телом, когда Дэмиан вместо того, чтобы встать, лег на пол рядом с ней. Она успела только нахмуриться, прежде чем сильные руки сгребли ее в охапку и перевернули набок. Спина Аморы оказалась плотно прижата к широкой теплой груди. Русалка мгновенно опомнилась и попыталась оттолкнуть его от себя, вырваться, но хватка Дэмиана оказалась крепкой. Кисти ее рук были зажаты у груди его руками. Он даже перекинул на нее одну свою ногу, создавая тем самым вокруг Аморы живой кокон из мышц и тепла.

– Говорят, чтобы не мучали кошмары, нужно заснуть в безопасности.

Амора закатила глаза в темноте.

– Ой, да брось. – сказал он так, словно услышал ее реакцию, почувствовал, хотя точно никак не мог увидеть. – Мы оба знаем, что если бы я хотел по-настоящему причинить тебе вред, то уже давно бы это сделал.

Амора фыркнула, стараясь полностью игнорировать его теплое дыхание на своем затылке и то, как оно вызывало мурашки по всему телу.

– И нет, я не планирую делать ничего подобного в будущем. – руки крепче сомкнулись вокруг Аморы, а низкий голос произнес совсем тихо, едва различимо. – Ты слишком ценна для меня.

Она уставилась в темноту перед собой, пытаясь переварить странное ощущение, вспыхнувшее в груди. Оно не было неприятным, скорее новым, необычным.

За всю свою недолгую жизнь принцесса Оринфа не раз оставалась одна в кромешной темноте. Иногда ее за руку держала сестра, но чаще всего компанию составляли лишь холод и мысли о свободе. Порой она представляла какого это было бы жить где-то в другом месте, где-то на суше, вдалеке от сверкающих огней дворца и его каменных коридоров. Какого это было бы не быть Аморой. Эти мысли возникали всякий раз, стоило ей оказаться одной во тьме. Но не сейчас, не в этот самый момент.

Это потому что она не была одна? Потому что кто-то впервые обнимал ее так крепко, будто боялся, что она растворится, исчезнет во мраке?

За нее никто никогда так не держался, и уж точно никто ни разу не говорил о том, что она ценна. И не имело значения по какой причине это было сказано, она была кому-то нужна.

––––––

На следующее утро Амора открыла глаза и поняла две вещи: впервые с того дня, как медальон ее избрал, чудовища не последовали за ней во сне, а еще левое запястье было полностью свободно от кандалов.

Она нахмурилась и села, ища глазами пирата. Тот одетый лишь по пояс и все еще босиком сидел за круглым столом, где обычно обедал. Плечи, покрытые черными изображениями были напряжены. Пряди черных волос падали на лоб. Амора не знала, что он делал с книгами перед ним, но явно не читал. Окуная тонкую кисть в какую-то баночку, он водил ей по странице. Плавные, но точные движения человека, который знает, что и зачем делает.

Было во всем этом нечто особенное, и Амора вдруг словила себя на мысли, что почему-то не могла отвести глаз. Да, Дэмиан был красив, но не в том была причина. Ее рука потянулась к сердцу, которое внезапно ускорилось, вспомнив о прошлой ночи.

Он пел для нее.

Он обнимал ее.

Ты слишком ценна для меня.

Нет, ее определенно не тронули его слова. В объятиях тоже ничего такого не было, да и голос у него не такой уж и певучий. Все это не имело никакого…

– Либо сделай что-то, либо не смотри на меня так. – вдруг раздался его хриплый голос, и Амора вздрогнула. Он даже не удосужился повернуть к ней голову.

Либо сделай что-то.

О чем это он?

Светлые брови Аморы сошлись на переносице. Словно почувствовав смятение русалки, Дэмиан перевел на нее взгляд.

– Я за плотские утехи, принцесса. – пояснил он с легкой улыбкой на губах. – Но если не собираешься забраться мне на колени, не надо пожирать глазами.

Шею Аморы обдало жаром, она закатила глаза и принялась судорожно натягивать на себя сапоги. Сначала один, затем второй. Она вовсе не пожирала его глазами. Поднявшись на ноги, перекинула свои спутанные волосы назад и направилась на выход из каюты с высоко задранным подбородком. Все мышцы ее тела ныли, а раны неприятно пульсировали. Она чувствовала себя побитым кальмаром и тем не менее все еще цеплялась за крупицы своей гордости.

Дэмиан не стал останавливать ее, но стоило закрыть за собой дверь, как перед русалкой возник Рид. Лицо его как обычно было скучающим, а руки убраны за спину. В солнечном свете медная копна волос отдавала огнем, и напомнила Аморе о Гиве. Сердце принцессы екнуло, но она отмахнулась от этого ощущения. Обойдя Рида так, словно тот был лишь камнем, она направилась в сторону лестницы, что вела на нижний палубы. Желудок уже болезненно сжимался, а во рту собирались слюни, предвкушая вкусный завтрак старика.

Рид следовал за ней тенью, пока она добиралась до двери и спускалась вниз в зал, полностью игнорируя пиратов, большинство из которых все еще старались изо всех сил исполнить волю своего капитана и демонстративно отворачивались, как только девушка попадала в поле их зрения. Аморе удалось сделать лишь пару шагов в сторону кухни, как Рид вдруг мягко схватил ее за локоть, остановив.

Она обернулась, вопросительно вскинув свои светлые брови.

– Сюда. – кивнул Рид куда-то направо, где в ряд выстраивались разные комнаты. Одной из них, как Амора помнила, была умывальня. Именно туда, к ее огромному удивлению, и вел Рид.

Подтолкнув ее в комнату первой, он вошел следом и закрыл за ними дверь. Каждый мускул в теле Аморы разом напрягся, и она постаралась увеличить дистанцию между собой и пиратом. Зачем они здесь? Она быстро осмотрелась. У дальней стены все так же были полки с разными склянками. В центре стояла огромная железная емкость для купания, из нее поднимался теплый пар, прямо как из источника. Кроме всего этого был еще небольшой круглый столик с графином и всякой разной всячиной: щетками, тряпками и мочалками.

– Дэмиан приказал приготовить для тебя. – пояснил Рид, оставшись стоять у двери.

Амора повернулась к нему и не сумела скрыть своего удивления. Почему? Зачем ему это делать? Неужели решил задобрить, раз теперь знает, что ей известно? Тогда зачем было приковывать ее к кровати? Едва заметно, она покачала головой. Ей было не дано узреть то, что творилось в голове у этого Короля пиратов.

Ты слишком ценна для меня.

– Видимо, ты воняешь. – добавил Рид, сложив руки и провалившись к двери.

Принцесса стрельнула в него острым взглядом, на который тот лишь ухмыльнулся. Она не воняла. Да, состояние ее волос и кожи без особых апельсиново-жемчужных масел оставляли желать лучшего, но даже так Амора знала, что не воняет.

Стоит ли принимать эту подачку?

Этот бесчестный пират наверняка потребует чего-то взамен. Но в таком случае, ему стоило обговорить это заранее, не так ли?

– У тебя на все пять минут. – прервал ее мысли пират. – Будешь принимать ванную или нет?

Амора вздохнула и уставилась на воду. Ноющие мышцы разом бы пришли в более менее нормальное состояние. Да и локоны не мешало бы промыть от соли, что скопилась там за последнее время.

Приняв решение, Амора уставилась Риду прямо в глаза и начала стягивать с себя одежду. Сначала сапоги, затем штаны. Пират явно не собиралась даровать ей уединение, но и не опускал взгляд ниже ее глаз. Что было странным, ведь ни один другой мужчина на этом корабле не мог устоять от того, чтобы разглядывать русалку, когда она раздевалась. Этого же как будто вообще не интересовали никакие части ее тела.

Рид отвел взгляд, только когда она сбросила с себя рубашку, оставшись полностью обнаженной. Ей не нравилось не иметь власти над ним, но возможно именно по этой причине Дэмиан и приставил его к ней. Возможно она, как женщина, вообще его не интересовала.

Забравшись в теплую воду, Амора не сдержала стона. По коже моментально поползли мурашки. В сидячем положении из воды выглядывали лишь ключицы, и о боги, до чего же это было приятно. Она снова перевела взгляд на пирата и соблазнительно похлопала ресницами.

– Не потрешь мне спинку? – каждое слово она произносила медленно, контролируя грамматику, но не рискуя добавлять свой голос. Люди всегда чувствовали, когда собственная воля переставала им подчиняться. Сбить с толку помогали похоть или алкоголь, однако с мужчиной, которому не было дела ни до того, ни до другого это было бесполезно. Магию он почувствует сразу, а вот это уже было опасно.

Темные глаза Рида сверкнули, и к удивлению Аморы, он оттолкнулся от двери и подошел к круглому столику. Может, она ошиблась, и он…

Сухая мочалка прилетела Аморе лицо и плюхнулась в воду. Не скрывая своего удовлетворения от гневного взгляда принцессы, Рид подтащил столик ближе к девушке так, чтобы она сама могла дотянуться до всего необходимого.

– Я тебе не слуга, солнце. – бросил Рид, и развернувшись, взял деревянный стул из угла. Сев на него задом наперед и сложив руки на спинке, пират продолжил наблюдать за Аморой.

– Сукин сын. – тихо пробормотала принцесса, схватив со стола ближайший кусок мыла.

– За словами следи. – безразлично протянул Рид. – Я ведь не называю тебя высокомерной сукой.

– Нет. – не глядя на пирата, Амора принялась намыливать руки и шею душистым мылом. В нос ударил цитрусовый аромат лимона и мяты, от чего пальцы на ногах девушки поджались. Она обожала цитрусы. В Оринфе для нее всегда готовили особенное масло из самых свежих апельсинов, грейпфрутов и лимонов. – Ты не называть меня сукой. Ты похитить меня, бросать меня в темницу и морить голодом.

Зеленые глаза столкнулись с почти черными, в которых не было и грамма раскаяния. Рид неопределенно повел плечами и склонил голову набок, изучая лицо Аморы.

– Почему мне кажется, будто с тобой обращались и хуже? – вдруг спросил он, и принцесса внутренне содрогнулась. От воспоминаний.

Ничего не ответив, она опустила взгляд к сильным предплечьям Рида, покрытым венами и шрамами. Амора знала, что подобные шрамы были оставлены не во время боя.

– Потому что тебе знакомо это «хуже»? – ответила она вопросом на вопрос и погрузилась под воду, запрокинув голову назад. Ей совсем не хотелось вспоминать тот самый год, когда она впервые познакомилась и сблизилась с Финой. Не хотелось вспоминать обо всех причинах, по которым ее предательство все еще не укладывалось у нее в голове. И уж тем более, она не горела желанием углубляться в это странное ощущение, пробудившееся вчерашней ночью.

Нащупав одной рукой мочалку, Амора принялась прямо под водой тереть свою кожу, соскребая соль, грязь и воспоминания. Закончив, она вынырнула снова и заметила, как напрягся Рид.

– Ты видимо часто проводила время в воде, раз научилась так надолго задерживать дыхание. – проговорил он с подозрением в голосе, будто бы вспомнив, как совсем недавно, она проплыла под кораблем без единого глотка воздуха.

Амору насторожила его подозрительность, но не сильно. Спасибо покойному Питу, который давольно четко дал понять, что ее русалкой они не считали. Скорей всего Риду было любопытно, откуда она. Он прощупывал почву. В этот самый момент Амора поблагодарила богиню Судьбы, за жизнь при дворе.

– У меня есть вопрос. – ровным голосом ответила принцесса, начав грациозными и плавными движениями втирать мыло в кожу головы.

– Да что ты говоришь.

Уголки губ Аморы дернулись вверх.

– Отвечу на любой из твоих взамен.

Рид фыркнул, но промолчал, давая понять, что слушает.

– Ты не позвать его сразу. – произнесла она, не сводя глаз с пирата. – Своего капитана. Когда мы веселиться. Ты его не позвать сразу. Почему?

Рид поджал губы, прищурившись.

– Может, – соединил руки в замок на спинке стула. – Я тоже люблю веселье и просто не хотел портить его остальным раньше времени.

Амора хмыкнула.

– Это не ответ.

Лишь предположение, и едва ли правда.

Рид безразлично пожал плечами.

– Какой есть. Теперь твоя очередь. Как ты добралась до острова?

Перед глазами девушки вспыхнули картинки нагов, что цеплялись к ее хвосту под водой. Но вместо того, чтобы разорвать ее на части, они удерживали ее в воде, толкали к поверхности. Она вспомнила вкус собственной крови, что растекался в воде. Еще акул, которые должны были эту кровь почуять и броситься к ней, дабы полакомиться. Но и они лишь помогли ей плыть. И те, и другие были низшими существами, так называемыми, питомцами Тритона. Их провоцировала лишь кровь, и они не имели даже подобия разума. Амора до сих пор не знала, что именно тогда не дало им ее убить. Ведь все остальные чудовища именно к этому и стремились.

– Приплыла. – коротко ответила Амора.

– Как именно? Мы не нашли ни шлюпки, ни судна, ни даже бревна.

На губах Аморы появилась лукавая улыбка.

– Это уже второй вопрос.

Челюсти Рида раздраженно сомкнулись, и Амора улыбнувшись ему еще шире, снова опустилась под воду. Ей начинала нравиться эта игра в вопрос-ответ с пиратами. Едва ли они были способны выиграть саму принцессу Оринфа.

Когда время на купание у Аморы закончилось, она вытерлась, оделась и выжала волосы полотенцем. Волнистые пряди стали куда менее жесткими, и русалка принялась заплетать их в широкую косу от самой макушки. Пара коротких прядей все равно выбивалась и обрамляла лицо. Рид все это время молча наблюдал за ней, как загипнотизированный. Печальная тень отчего-то коснулась его глаз, но пират постарался тут же от нее избавиться. Амора проглотила вопрос и вместо этого вытянула руку ладонью вверх.

– Платок. – сказала она, а затем поморщилась. Стоило быть вежливей, если она хотела что-то получить. В конце концов, она больше не у себя во дворце. – Можно? Пожалуйста.

Темные брови Рида сошлись на переносице, и он опустил взгляд к своей правой руке, на которую кивнула Амора. Там на запястье был перемотан темно-синий платок. Это было единственным украшением, которое он носил. Ни цепочек, ни серьг, ни колец, как у остальных. Только платок и шрамы.

Подняв запястье, Рид уставился на синюю ткань так, словно вообще забыл, что она там была. Словно удивился тому, что Амора ее заметила, да еще и попросила. Его горло дернулось, а взгляд стал тяжелым. Принцесса не могла знать, о чем он размышлял, но замерла в ожидании. По меньшей мере, она ждала от него очередного вопроса взамен, но пират снова ее удивил. Одним ловким движением стянул платок с запястья и вложил в руку Аморы.

Ему едва удалось скрыть дрожь в конечностях. Сердце в груди колотилось как бешеное, а легкие едва умудрялись пропускать кислород.

– Смогу ли я… – Рид слышал свой собственный голос из далекого прошлого. – Смогу ли снова найти смысл…жить?

Глаза ведьмы накрыла пелена. Она долго молчала, а затем произнесла.

– Трудно сказать. – покачала она головой. – Но есть одна крохотная вероятность, что зависит только от тебя.

Рид затаил дыхание и сжал кулаки на столе.

– Какая? – спросил он без единой эмоции в голосе.

Ведьма хмыкнула, и взгляд ее снова стал острым. Она опустила его вниз и указала длинным черным ногтем на правое запястье.

– Если попросят этот платок, знай, что ты на верном пути. Этот человек приведет тебя к тем ответам, что ты ищешь. Однако платок станет и твоей платой. Отдашь его, и считай, что наша сделка выполнена.

Тогда Рид накрыл платок рукой, словно желая спрятать его от горящих глаз ведьмы. Он не представлял себе ситуации, в которой мог с ним расстаться. Все равно, что вырвать себе сердце собственной рукой. Но теперь, он стоял неподвижно и наблюдал за тем, как ловкие пальцы девушки обматывали синюю ткань вокруг толстой косы несколько раз и завязывали крепко у самого кончика. Светлые волосы доходили до самой талии и теперь держались благодаря его синему платку.

Если попросят этот платок, знай, что ты на верном пути.

– Спасибо. – не хотя выдавила из себя Амора, подняв свои зеленые глаза к Риду.

Этот человек приведет тебя к тем ответам, что ты ищешь.

Он смог лишь кивнуть и тут же направился к выходу, сжимая и разжимая кулаки. Сердце так и норовило продырявить ему грудную клетку. Ничего не сказав, Рид указал девушке на дверь кухни и подождал, пока она скроется за дверью. Только потом он рванул к лестнице и дальше. Он почти бежал по палубе, взлетел вверх на мачту и спустя мгновение оказался на пустом мостике. Прижав руку к груди, пират привалился спиной к мачте и медленно соскользнул вниз. Уставившись на ясное небо и спокойное море, Рид заплакал. Впервые за долгие десять лет.