Фиона металась по ночному лесу испуганным оленёнком. Фонарь остался там, на залитом кровью берегу, и сейчас она бежала в абсолютной тьме. Выставляла вперёд руки, чтобы не напороться на острый сук и не лишиться глаз. Споткнуться о корни и упасть тоже было чревато…

Но, удивительное дело, кусты расступались перед ней, не касаясь тела, словно Фиона стала бесплотной. А тропа будто сама стелилась ей под ноги, оберегая от опасных падений и препятствий. Под свод вековых деревьев лунный свет едва проникал, но она, несмотря на панику, каким-то образом находила путь даже в темноте.

Фиону трясло. От ужаса, а не от холода.

Она, конечно, осталась в одном тонком платье. И это в первую ноябрьскую ночь.

Ещё и погода стремительно портилась: луну заволокло зловещими тучами, поднялся пронизывающий ветер, деревья скрипели и стонали, будто полчище тех самых призрачных мертвецов, что с ночи Самайна хозяйничало на небосводе.

Но причина её дрожи и клацающих зубов была не в этом.

Жуткая картина расправы над Киллианом никак её не отпускала.

Она не жалела его. Ни капли не жалела.

То, что случилось «до», словно выжгло её душу. Сначала выжгло, потом выстудило, и сердце покрылось коркой льда. Фиона никогда особо не видела добра от людей, а потому уже и не ждала.

Но Киллиан…

То, что он сделал, оказалось слишком мерзко и страшно, чтобы уместиться в её душе, не разорвав её при этом в клочья.

Внутри теперь было так же стыло и промозгло, как в осеннем лесу в эту холодную ноябрьскую ночь. Всякое сострадание отныне казалось неуместным и чуждым.

И всё-таки…

Фиона никому не желала смерти. Даже мерзавцу Киллиану. Особенно, такой жуткой, противоестественной смерти.

Она не хотела такого!

Но Фиону никто не спрашивал о том, чего хочет она. Впрочем, как и всегда.

Её мать когда-то решила всё за неё — пообещала её отдать самому дьяволу, и теперь пришло время тому получить обещанное.

И вот… какие-то Тёмные Силы взялись защищать её от врагов. И где-то в глубине души Фиону это даже радовало, ей это льстило, но при этом и пугало до оцепенения. Она не знала, чего ждать дальше от этих Сил — несомненно, могущественных, но абсолютно беспощадных.

Или всё-таки… справедливых?

Если её защищают Силы Зла… то, что есть она сама?

Все эти мысли проносились в её голове стремительно, сверкали столь же быстро, как её мельтешащие белые ноги.

Снова и снова перед глазами вставало озёрное чудище, пожирающее её обидчика, чёрная в ночном сумраке кровь. Фионе чудилось, что она всё ещё слышит хруст костей и чавкающие звуки.

Или… ей это не мерещится?

Фиона замерла на месте, пытаясь унять сбившееся дыхание.

Нет, ей не показалось… Вот снова треск… Только это не кости — это ветки. И шелест листвы… Кто-то явно шёл за ней следом.

Зябкие мурашки поползли по телу.

Фиона юркнула за ближайший куст, затаилась, не дыша. И очень вовремя.

Буквально через секунду белый свет фонаря раскроил черное полотно ночи. Шорохи стали громче. Фиона чётко различила топот ног. Озираясь по сторонам, шумно дыша, мимо неё проследовали четыре знакомые тени.

Значит, эти стервы тоже ещё не нашли дорогу из леса.

Неудивительно… Ведь когда за тобой по пятам следуют страх и темнота, найти верный путь не так-то просто.

Она, разумеется, не стала их окликать. Уж лучше бродить в одиночестве по лесу, в котором живут чудовища, чем просить помощи у подобной «нечисти».

Фиона, не шевелясь, ждала, пока Мирел и её собачонки уйдут подальше.

И, как оказалось, не напрасно.

То, что она услышала дальше, её уже даже не удивило, хотя должно было. Оказалось, что для Мирел дна не существует — она способна пасть ещё глубже. Вроде бы, куда уж дальше, но…

— Стойте! — громким шёпотом окликнула она своих шавок. — Идите сюда!

— Что там, Мирел? Давай убираться отсюда поскорее! — истерично проныла Кейт. — Мне страшно!

— Нам нельзя уходить. Надо вернуться! — твёрдо заявила Мирел, хоть голос её до сих пор дрожал.

Фиона видела силуэты девиц, собравшихся тесным кружком, отчётливо слышала, о чём они шепчутся. И не верила своим ушам.

Но страх порой заставляет людей творить поистине чудовищные вещи.

— Надо её найти! — прошипела зло Мирел.

— Кого? — ахнула Брона.

— Эту белую ведьму, — не сбиваясь, продолжила Мирел. — Это всё из-за неё! Не знаю, как она это сделала, но… Вы что, не понимаете? Это она убила этого придурка! И тогда с моста скинула нас. И Мёрфи… Он ведь пошёл тогда за ней. А потом выскочил к нам весь в крови, перепуганный, будто в штаны навалил. От неё надо избавиться, пока она и нас не…

— Что, значит, избавиться? — глухо прошептала Кейт.

— Эту тварь надо убить, — постановила Мирел. — Сегодня, сейчас же! Пока она не добралась до нас. Думаете, она спустит нам с рук то, что мы устроили?

— Да ты с ума сошла! — ахнула Кейтлин и попятилась, выпав на шаг из круга заговорщиц. — Мирел… одно дело — шутки, другое — убийство… Я не буду в этом участвовать! Я ухожу.

— Давай, давай, вали! — зло фыркнула Мирел. — Далеко уйдешь? А если она там, на краю леса, тебя поджидает? У нас лишь один шанс её одолеть — напасть всем вместе! Оглушим её, и в озеро. Может, это чудище и её тоже сожрёт. А нет… так просто утонет. Вот и всё! Избавимся от Чудилы — останемся живы!

— Точно! Вода все следы скроет, — решительно кивнула Брона.

— Мы с тобой! — подержала затею Сирша.

— А если кто-то узнает, что это мы? — всхлипнула Кейт. Она ещё не решилась на преступление, но и не ушла, как пообещала в запале.

— Никто ничего не узнает, — дерзко заверила Мирел. — Озеро такое большое… Её никогда не найдут. А если и найдут. При чём тут мы? На празднике все её видели с незнакомым парнем. Вот на Киллиана — упокой его Господь! — и подумают. А мы не знаем, куда он её увёл, что с ней сделал… А сам он уже никому ничего не расскажет.

— Точно! — приободрилась Брона, а следом за ней и остальные шавки.

— Ну… Идём искать эту тварь, девочки! — подстегнула Мирел. И уже громче глумливо протянула: — Фио-о-она!

* * *

Они бросились вынюхивать и высматривать, будто настоящая свора.

Фиона, онемев от напряжения, смотрела, как Сирша подходит всё ближе и ближе. Слева то и дело мелькал свет фонаря, который тащила Брона.

Сердце грохотало в груди так, что его должны были скоро услышать эти стервы, объявившие на неё охоту. Даже завывание набиравшего силу ветра не заглушало этот тревожный стук под рёбрами.

Фиона больше не могла сидеть на месте — ещё секунда, и она сорвётся, и бросится прочь. Понимала, что догонят, но паника накрывала с головой и не желала слышать голос разума.

Впрочем, даже выдержка не спасла Фиону. Её всё равно заметили.

Она уже почти поверила в то, что всё обойдётся, что снова, как тогда в переулке, ищейки пройдут мимо и не заметят её.

Но по лесу внезапно прокатился победный вопль Сиршы:

— Вон она!

— Хватай! — взвизгнула Мирел.

Таиться больше не имело смысла — Фиона сорвалась с места, полетела быстрее птицы.

Но свора бросилась наперерез, взяла в кольцо, оттесняя обратно к берегу.

В небе загрохотало жутко, раскатисто. Начиналась гроза. Вспышки молний слепили, а ветер уже сбивал с ног.

Фиона металась меж кустов и деревьев, как загнанный зверь.

Но, в конце концов, её настигли. Чья-то рука больно рванула за волосы. Она закричала. Тут же получила жёсткий удар и упала в траву.

Фиона не сдавалась. Поползла. Но сверху насели, перевернули на спину. Она кусалась, брыкалась, рычала.

— Мирел, быстрее! — призывно заорала Брона, вцепившаяся в ноги беглянки.

Сирша и Кейт пытались удержать её руки, прижать к земле. Но Фиона собиралась бороться до последнего.

— Сейчас! — истерично завопила предводительница своры.

Фиона видела, как перекошенное лицо Мирел нависло над ней. Королева школы двумя руками сжимала чёрную кривую корягу, подняв её над головой, но никак не решалась нанести роковой удар.

Убить человека не так-то просто, даже если это Чудила и Белая ведьма!

Ещё мгновение…

Мирел зажмурилась и со всей силы обрушила своё оружие вниз.

* * *