Секунды медленно текли, но ничего не происходило. Никто не визжал, не стонал и не рвался меня терзать. Никакие твари не рыскали поблизости и не выискивали жертв. Даже небо выглядело хоть и пасмурным, но всё же живым.

Неужели всё закончилось?

«Видишь, смертный, и вновь не произошло ничего страшного», — зашевелился внутри демон.

«Засохни, Валаккар, я не верю ни единому твоему лживому слову!» — резко обрубил я.

«Тем не менее, я ещё ни в чём тебя не обманывал», — самодовольно хмыкнула тьма.

Кряхтя и ругаясь, я кое-как заставил себя подняться. Тело задеревенело и вообще не желало слушаться команд мозга. Пальцы сводило судорогой, да так, что кулак разжать не получалось.

— Ох, твою ма-ать… — простонал я, разминая задубевшие от холода и давления конечности.

Ощущения, надо сказать, я испытывал крайне специфические. Буквально замороженной рыбиной себя почувствовал.

«Помочь?» — тут же оживился Князь Раздора.

«Сгинь, нечисть!» — послал я внутреннего собеседника.

«Ах, какие же вы смертные неблагодарные…» — осуждающе проговорил Валаккар. — «Я думал, что хоть на этот раз ты поймешь».

«Слушай, демон, давай расставим все точки над „ё“ и закроем эту тему раз и навсегда!» — мысленно прорычал я. — «Мы — не союзники. И никогда ими не будем. Ты сдохнешь ровно в то мгновение, когда я пойму, как тебя вообще прикончить. И мне плевать, если ради этого придётся убить и себя! Зафиксируй это в своём мозгу, ну или чем ты там привык думать!»

«Твоя речь столь же эмоциональна, сколь и глупа», — не стал молчать Князь Раздора. — «Взращённый и выпестованный на чужих установках, ты лишь повторяешь то, что вбили тебе в голову».

«Да что ты⁈ Я большую часть своей жизни занимался истреблением твоего богомерзкого племени! Уж чего-чего, а ситуаций для составления собственного мнения я повидал предостаточно!»

«Как же ты смешон в своём нежелании замечать очевидное, смертный», — рассмеялся демон. — «Тебя научили этой ненависти. И ты, как преданный цепной пёс, продолжаешь искать в ней смысл».

«Ты ничего не добьёшься, Валаккар. В твоих рассуждениях нет ни капли конкретики», — отмахнулся я.

«Хочешь, чтобы я обнажил тебе суть, от которой ты так трусливо бегаешь? Это несложно устроить. Вспомни, смертный, что доселе ты верил, будто существует некая „необратимая“ стадия одержимости, которая уничтожает людскую душу. Но совсем недавно ты повстречал человека, уживающегося с демоном в полном согласии. И их союз продолжал бы развиваться, не убей ты обоих».

«Та тварь была опасна для окружающих, как и любые другие твои соплеменники», — возразил я. — «И тот факт, что она срослась с носителем ничего не меняет».

«Разве? А если желание навредить посторонним исходило не от демона, а от… человека? Что тогда?»

«Что-то до появления твоего собрата девушка Вера никому не вредила», — заявил я, не прекращая разминать стылое тело.

«Потому что не имела возможности делать это безнаказанно», — с непоколебимой уверенностью изрёк Князь Раздора. — «Можешь не соглашаться, но ты ведь не хуже моего знаком с природой людей».

— Меня не колышут твои умозаключения, — проворчал я вслух для пущей убедительности.

Однако демона, кажется, моё мнение тоже не особо волновало. Его давящий на виски голос звучал внутри моей черепной коробки как долбанный радиоприёмник. Но я больше не собирался поддерживать эту беседу.

Под несмолкающий шёпот Валаккара, я выбрался из почти трёхметрового кратера, в который превратилась могила. Как оказалось, неизвестные злоумышленники скинули меня где-то на окружённой голыми деревьями поляне и закопали. И почему-то мне кажется, что здесь нихрена не городской парк культуры…

Очутившись на земле, я стал осматриваться, но так и не понял, в какую сторону мне лучше двигаться. Если меня привезли сюда на машине, то где-то неподалёку точно должна быть дорога. Но где именно? Блуждать ещё неделю по зимнему лесу мне, мягко говоря, не слишком хотелось…

В поисках хоть каких-нибудь следов, я принялся наворачивать круги по поляне, пока не наткнулся на отпечатки шин, которые весьма чётко продавились на чавкающей от влаги почве. По ним-то я и пошёл, небезосновательно предполагая, что они приведут меня к цивилизации.

Я ковылял, проклиная киллеров, за каким-то хером пристреливших меня, неугомонного демона в голове, сырость, холод и вообще всё. Тело слушалось плохо. Ноги едва сгибались, руки с трудом удерживали поднятым воротник моего многострадального перемазанного плаща. А на дворе январь, на секундочку! Пускай и не такой суровый, как в моём мире, но тоже далеко не тропики.

Ну, точнее, я уповаю на то, что на календаре не успел смениться месяц. А то хрен знает, сколько я отдыхал тут в земельке. Короче, как бы там ни было, если в ближайшее время не найду, где отогреться, то, боюсь, меня ждёт ещё одна «увлекательная» экскурсия в Бездну…

Хотелось верить, что безопасное и хорошо отапливаемое место отыщется где-нибудь неподалёку. Но, к несчастью, чаяниям моим не суждено было сбыться. Следы протектора оборвались у довольно хорошей асфальтированной дороги. Я не великий специалист в подобных делах, но надеюсь, что совсем уж в глухомани такие прокладывать не станут. Значит, есть шанс, что не так уж далеко моё тело вывезли.

Понять бы ещё, в какой стороне город. А то ни одного указателя в пределах видимости.

«Что, смертный, тяжело? Всю жизнь ты был чужим инструментом, а теперь столкнулся с необходимостью самому принимать решения?» — вклинился в мои мысли голос Князя Раздора.

«Сгинь, нечистый, я не собираюсь тебя развлекать беседами», — одёрнул я демона.

«Ты словно дитя, которое зажимает уши, лишь бы не слышать неудобной правды», — продолжал издеваться мой пленник.

«Ага-ага, твой порочный народ самые далёкие от правды создания», — насмешливо парировал я.

«Так ты считаешь, что мои речи лживы, смертный?» — отчего-то воодушевился Валаккар. — «Хорошо. Тогда почему же тебе нечем возразить? Как так вышло, что пошатнулся один из догматов, на котором строился твой чёрно-белый и понятный мирок, но ты не роешь землю в поисках ответов? И я ведаю почему, смертный. Ты был преданным исполнителем. Оружием, которое знало ровно столько, сколько ему нужно, чтобы выполнять свою работу. Потому что ты боишься. Тобой владеет страх. Постыдный страх признать давно свершённую ошибку…»

Глас Валаккара с каждым мгновением набирал мощь и гремел в моём черепе подобно набату. Зрение помутилось. Перед глазами поползли тёмные пятна, из глубин которых на меня смотрело три сияющих красных ока…

— Уй… ди… гад… — выдавил я, изо всех сил сопротивляясь демоническому напору.

«Что такое? Я оказался прав? У тебя закончились оправдания? Но может я снова был недостаточно щедр с тобой на подробности? Тогда ответствуй, смертный, что же стряслось с твоим напарником? Уж не твоя ли слепая убеждённость стала причиной…»

— Да ты заткнёшься, тварь, или нет?!! — заорал я, хватаясь за голову.

С силой сжав виски и зажмурившись, я непроизвольно зарычал. Всю свою волю я собрал в кулак и им же сдавил тьму, свившую гнездо внутри моей личности.

«Сиди… молча… демон…» — припечатал я, сжимая Валаккара в воображаемых тисках.

Раньше Князь Раздора вёл себя значительно смирнее и не доставлял таких проблем. Никогда ещё от его присутствия мне не было настолько хреново. В какой-то миг я даже испугался, что проиграю это противостояние. Что высший демон завладеет моим телом и здешний мир свалится в эпоху тотального ужаса.

Но когда я уже тонул во мраке, который бурлил в недрах души, что-то поддержало меня и не позволило упасть. Я ощутил, как от болтающегося на запястье деревянного крестика, вынесенного из самой Преисподней, распространяется необычное тепло, дарующее силы и помогающее перебороть инфернальную тварь.

Не уверен, происходило ли это на самом деле, или являлось лишь плодом воображения измождённого сознания. Однако эти мысли и впрямь стали для меня щитом, который я поднял перед собой.

«Если тебе будет казаться, что ты остался один супротив целого мира, это не означает, что Господь тебя покинул», — словно наяву услышал я голос отца Георгия.

И вот тогда-то создание Бездны уступило. После моей очередной ментальной атаки Валаккар сник и затаился в своём узилище. Наконец-то он заглох. Но, почему-то тревога никак не отпускала. Что-то настойчивое царапало мой мозг. Чьё-то постороннее присутствие…

— … вами всё в порядке? Ау, мужчина, вы меня слышите? Вызвать вам скорую? Эй, посмотрите на меня, ну же!

Я вернулся в реальность рывком. Почти таким же, какой перемещал меня между кругами ада. Я даже не успел понять, как выпал из действительности. Разум, измученный длительным пребыванием в Преисподней, уже не справлялся со всем этим дерьмом…

— Вот-вот, всё хорошо, смотрите на меня! — продолжал увещевать чей-то голос. — Отлично, вы молодец. Вы меня слышите? Понимаете, что я говорю?

Остатки тумана окончательно выветрились из головы, и я удивлённо уставился на молодую женщину, возникшую передо мной из ниоткуда. Хотя нет, очень даже откуда. Вон ведь белая смешная машинка стоит неподалёку. А из неё сейчас с трудом вылезал какой-то рослый парень, явно чем-то недовольный.

— Да он угашенный, Юль, забей. Пусть дальше тут втыкает, — сказал спутник, не стесняясь меня.

— Саша, ты сдурел? Он же замёрзнет! — тут же переключилась на него незнакомка. — Погляди, он же в тоненьком плаще!

— Эм-м… извините, со мной всё нормально, — прохрипел я, обращая на себя внимание.

— А вы уверены? Мне показалось, что вы кричали от боли и держались за голову.

— Это… это… кха… уже прошло, — смущённо кашлянул я.

— Вам точно не нужна никакая помощь? — окинула меня выразительным взглядом собеседница.

— Подскажите, как до города добраться?

— Ну… вон там он, — махнула незнакомка рукой в ту сторону, куда и сама ехала.

— Спасибо, — коротко кивнул я заковылял в указанном направлении.

— Эй, подождите! Вам по обочине километров двадцать пилить!

— Юль, да оставь ты его в покое, — снова подал голос парень, не горящий большим желанием брать сомнительного попутчика вроде меня.

— Саша, у него ни шапки, ничего! Да и вся остальная одежда слишком лёгкая! Давай хотя бы такси ему вызовем? Эй, мужчина, постойте… Ох, господи! Да вы же сырой насквозь!

Пытаясь остановить, женщина тронула меня за локоть и почувствовала, что моя одежда мокрая и холодная. Ну ещё бы, полежи в земле хрен знает сколько…

— Да, так получилось, — смущённо пожал я плечами.

Незнакомка резко ускорилась, преградила мне путь и упёрла руки в пояс. Она посмотрела на меня таким строгим взглядом, что мне аж как-то не по себе стало. Несколько секунд женщина так и простояла, словно пытаясь принять непростое для себя решение. А потом вдруг выдохнула:

— Вам нужно срочно отогреться. Садитесь в машину.

— А вы уверены? — поднял я бровь и красноречиво осмотрел своё пропитавшееся смрадом могилы и запачканное коричневым суглинком облачение.

— Да-да, только давайте быстрее, — торопливо выдала собеседница, будто боялась передумать.

— Я измажу вам весь салон, — пустил я в ход последний козырь.

— Ничего, у меня чехлы на сиденьях моющиеся, — нервно хихикнула автоледи.

Её спутник, слышавший весь наш диалог, недовольно пыхтел, но с советами уже не лез. Промолчал он и тогда, когда женщина заставила его пересесть назад, чтобы освободить для меня переднее пассажирское место. Ну и я от столь щедрого предложения отказаться уже не смог.

Ох, а тесновато здесь! В таких маленьких тачках мне ещё не доводилось ездить. Как тут вообще сидеть? Она же как игрушечная…

— Я включу горячий обдув на полную, хорошо? Если станет плохо, вы говорите, — прощебетала незнакомка и крутанула на приборной панели колёсико.

Поток разогретого воздуха коснулся кожи, и от этого ощущения стало так хорошо, что аж улыбка сама собой на лицо наползла.

— Сейчас поедем, пристегнитесь пожалуйста, — попросила водитель.

Я честно попытался исполнить наказ, но мои окоченевшие пальцы не смогли ухватить язычок ремня безопасности.

— Давайте я помогу ва… ой, божечки, у вас уже ногти почернели! — заметила женщина специфическое состояние моих кожных покровов. — Саша, его надо срочно в больницу отвезти!

— Ну поехали, раз уж надо, — обречённо вздохнул с заднего сиденья парень.

— Со мной полный порядок, не волнуйтесь, — неуклюже попробовал я успокоить парочку. — Вы уже сделали для меня всё возможное. Пока до города доедем, я отогреюсь. Вот увидите.

— Боюсь вас огорчить, но я на горнолыжной базе два сезона отработала и знаю, как выглядят глубокие обморожения. Вам нужна экстренная помощь, — возразила незнакомка, вцепившись в руль так, что костяшки на пальцах побелели.

Кажется, она не на шутку распереживалась. Возможно, решила, будто подобрала на трассе живой труп, который продолжает дышать из природного упрямства, а сам уже одной ногой перед Всевышним стоит. В принципе, я не осуждаю. Ведь я действительно выгляжу так, словно из могилы вылез.

— Блин, Юль, а если он в машине окочурится? У нас проблем не возникнет? — тоже забеспокоился парень.

— Саша, перестань, всё будет нормально! — одёрнула спутника автоледи, впрочем, уверенности в её голосе я не уловил.

— Кха! Послушайте, я точно не собираюсь в ближайшее время помирать, не переживайте, — постарался я произнести как можно убедительней.

— Да мало кто прям собирается, — мрачно прокомментировал парень с заднего сиденья.

— И всё же не слишком ли я много разговариваю для человека, находящегося при смерти?

Удивительно, но этот аргумент сработал. Женщина немного сбавила скорость, хоть и постоянно на меня косилась. Мой вид, конечно, оставлял желать лучшего, однако я в тепле и оживал практически на глазах.

Световой день шёл на убыль, на улице стремительно темнело. А вместе с тем, как в салоне авто сгущался мрак, преображался и я. На бледном как снег лице появился румянец, а к пальцам постепенно возвращалась подвижность. Сонливость, правда, навалилась, но это я готов был потерпеть.

Добродушная незнакомка, рискнувшая подобрать чумазого проходимца в безлюдном месте, не скрывала своего изумления от столь разительных перемен. И довольно быстро на смену её тревожности пришло любопытство.

— Простите, это, наверное, не моё дело, но что с вами случилось? — нарушила водитель затянувшееся молчание в салоне.

— В мою историю мало кто поверит, — улыбнулся я, борясь со своими закрывающимися веками.

— У вас машина сломалась? Попали в ДТП? — предположил парень.

— Слишком просто, — хмыкнул я.

— Вас обокрали и привязали в лесу? — озвучил он довольно смелую версию.

— Ближе, но всё ещё не то, — ухмыльнулся я.

— А вы, случайно, не зомби? — ляпнула вдруг автоледи.

Молодой человек сзади тихо хохотнул, а я с некоторым подозрением покосился на водительницу.

— Простите, я подумала, что шутка разрядит обстановку, — по-своему поняла мой взгляд незнакомка. — Просто вы… ну… мы же нашли вас посреди дороги, одетого не по погоде. Я бы даже сказала — не по сезону. К тому же вы очень бледный были и землёй ещё испачканы… ну и вот… как-то сама собой аналогия напросилась… Нет, я понимаю, что мои слова не очень уместны, ведь вы могли…

Внезапно в моём мозгу что-то щёлкнуло, и меня пробило на смех. Я старался сдерживаться, но через минуту ржал уже так, что слёзы на глазах выступили. Тугая пружина психологического напряжения, накручивавшаяся долгое время, вдруг распрямилась. Не скажу, что я снова был в норме, но мне определённо стало легче.

Правда, моя несдержанная реакция заставила изрядно понервничать подобравшую меня парочку. Пришлось спешно брать под контроль разбушевавшиеся эмоции.

— Ох, извините, не обращайте внимания, — утёр я слёзы наименее запачканной частью рукава.

Автоледи, получив такой отклик на свою реплику, засияла и тоже тихонько хихикнула. А вот её спутник, напротив, посмурнел ещё сильнее.

— Вас незамысловата шутка так развеселила? — язвительно спросил он, не скрывая своего истинного отношения ко мне.

— Не совсем. Просто не ожидал, что вы так быстро угадаете, — фыркнул я.

Пожалуй, мне не следовало этого произносить, а то лица у парочки вытянулись так, будто они действительно восставшего мертвеца увидали. Конечно, это было совсем недалеко от истины. Но ведь попутчики знать этого не могли, верно?

Ладно, надо заканчивать с юмором и как-то попробовать сбить градус напряжения. А то меня точно высадят из тачки…

— Кха, а не подскажете, какое сегодня число? — нарушил я затянувшуюся паузу.

Но, кажется, этот вопрос ещё больше насторожил моих спасителей. Да-а, походу, поездка обещает выдаться увлекательной…