Ангел с глухим стуком приземлился на провисшую крышу над головой. Дерево зловеще заскрипело, прогибаясь еще больше под весом ангела, который шел по нему. Хок, Эрин и Варгас перепрыгнули через перила за секунду до того, как часть крыши над их головами обрушилась с оглушительным треском. Корсон, Бейл и Верин бросились вниз по лестнице, когда остальная часть крыши затрещала и начала трескаться.

Подняв Ривер, я прижал ее к своей груди и перепрыгнул через другие перила, когда остальная часть крыши обрушилась. Когда Рафаэль взмыл в воздух позади нас, его крылья обдали мое лицо легким ветерком. Ударившись о землю, я, словно защищая, обнял Ривер, и мы покатились по траве.

Я выпустил когти и вскочил на ноги. Я отпустил Ривер, чтобы полоснуть ногтями по горлу бегущего на меня демона низшего уровня. Его голова откинулась назад, и кровь брызнула мне в лицо. Схватив его за голову, я оторвал ее до конца и швырнул в мчащегося на меня демона более высокого уровня.

Волна огня, которую я обрушил на демона, отбросила его назад, и он закричал, когда пламя расплавило его плоть и поглотило волосы. Ривер положила пальцы мне на спину. Ее способность коснулась моей плоти, прежде чем она выпустила энергетический шар, который уничтожил врага, преследовавшего ее.

С другой стороны вспыхнула волна белого света. Рафаэль стоял, расставив ноги и подняв обе руки, направляя волну на падших ангелов, подбиравшихся к нему ближе. Большинство из них бросились в сторону, чтобы избежать столкновения, но один из них наткнулся на нее. Вскрикнув, ангел был отброшен назад и с глухим стуком ударился о землю. Ангел лежал неподвижно, его грудная клетка была разорвана, а на макушке зияла кровавая дыра, образовавшаяся в том месте, где энергия прошла через грудную клетку и вырвалась из головы. Его крылья хлопали по бокам мертвого тела.

Рафаэль выпустил еще один чистый белый энергетический шар, но следующему ангелу удалось его поймать. Сияние энергии наполнило ладонь ангела, а на ее лице отразился благоговейный трепет. В ее глазах вспыхнул фиолетовый цвет. Затем фиолетовый померк и вернулся черный. Отвращение наполнило ее глаза, когда она подняла голову и посмотрела на Рафаэля.

Резким движением запястья она швырнула мяч обратно в него. Рафаэль отлетел в сторону, чтобы избежать удара. Я оттащил Ривер в сторону и прикрыл ее собой, словно защищая. Энергетический шар попал в человека. Крик мужчины оборвался так же быстро, как и начался, оборванный дырой шириной в фут, зиявшей в центре его груди.

С другой стороны дыры в теле мужчины я увидел ошеломленное лицо Хока, прежде чем он пригнулся, чтобы увернуться от шара, который ударился о дерево позади него. Мужчина рухнул на землю. Воздух за спиной Хока наполнился зловещим скрипом. Хок вцепился руками в землю, пытаясь увернуться от падающего на него большого дерева. Дерево затрещало и раскололось; Хок нырнул и откатился в сторону, когда дерево качнулось вниз. Земля содрогнулась, когда дерево отскочило от нее, прежде чем осесть в образовавшуюся вмятину.

Надо мной раздалось хлопанье крыльев. Я отпустил Ривер за секунду до того, как ангел рухнул мне на спину. Под тяжестью его тела я пошатнулся вперед. Чьи-то руки врезались мне в череп и вцепились в волосы. Потянувшись через плечо, я выпустил стену огня, которая заставила ангела закричать. Он захлопал крыльями, пытаясь оторваться от меня, но я схватил его за руку и закинул себе за спину.

Я провел рукой по груди ангела и обхватил его сердце. Орган пульсировал в моей руке, когда я вырвал его и отбросил в сторону. Ангел царапался и бил меня, когда я схватил его за голову. Повернув ее в сторону, я сорвал ее с его плеч. Как и демоны, ангелы могли восстанавливать все, кроме своих голов.

Подняв голову, я увидел, как Ривер огненными вспышками отогнала преследующих ее демонов низшего уровня. Кожа на лице одного из них расплавилась. Она швырнула энергетический шар в двух других, уничтожив их обоих. Магнус, Бейл, Корсон и Верин встали в V-образную форму в десяти футах перед ней. Они пытались отразить надвигающуюся угрозу, в то время как она продолжала уничтожать остальных. Я стоял перед ней, повернувшись к ней спиной, пока многочисленные краетонсы теснили нас в лес.

В какой-то момент битвы Каим взлетел. Расправив крылья за спиной, он спикировал с неба и врезался в бок мантикоры, пикировавшей из-за деревьев. Мантикора издала трубный рев и по спирали врезалась в дерево. Сквозь непрекращающуюся стрельбу было слышно, как хрустнула ее спина.

— Все, кто спасся, придут за нами? — Хок тяжело дышал рядом со мной.

— Нет, — ответил я. — Джинны, эринии, лесные нимфы и другие более искушенные демоны, скорее всего, останутся в стороне от этого. Они предпочтут застолбить за собой место на Земле, обезопасить его и использовать для того, чтобы обрушить свою особую жестокость на любого, кому посчастливится наткнуться на них.

— Как это делали демоны канага. — Хок замахнулся ножом, чтобы перерезать горло демону. Прыгнув на демона, он двумя быстрыми ударами отрубил ему голову, прежде чем снова вскочить на ноги.

— Да, — ответил я, когда он снова пристроился рядом со мной. — Земля — это новая игровая площадка для них, и она им нравится. Большинство из них не пойдут ни за кем, кроме того, кого они считают своим лидером. Некоторые из них могут быть здесь с Люцифером, но я в этом сомневаюсь. Демоны сотой печати — это совсем другая история. Они жаждут мести.

Я выпустил еще одну стену огня, которая сожгла горстку демонов низшего уровня. За дымом от их тел я заметил Ликс и скеллейнов, которые пытались направить Эрин и Варгаса в нашу сторону. Лопан сидел на плечах Калаха, когда тот бросал золотые шары из своего котла. Шары взрывались, когда ударялись о землю, отбрасывая преследующих их демонов и оставляя небольшие вмятины в земле.

Когда шары попадали в демонов, они отрывали части тела или распадались на части, превращаясь в жидкость, которая заливала им лицо и глаза. Как только она попала в них, демоны упали на колени и начали кромсать свои лица, пытаясь оторвать ее от себя.

Как только один из них погибал, на его место из тени появлялись другие. Три мантикоры устремлялись вниз, чтобы оторвать людей от земли и поднять их в воздух. Люди кричали, когда их уносило прочь, но эти крики были внезапно заглушены жалами мантикоры.

Мы углубились в лес, и нам стало труднее бороться с теми, кто наседал на нас. Слишком сильный огонь мог охватить весь лес и, возможно, заманить в ловушку большинство наших союзников. Фигуры Магнуса быстро таяли вдали, и у нас не было времени, которое потребовалось бы ему, чтобы замаскировать нас.

На лбу Ривер выступили капельки пота, когда она извлекла из земли еще немного жизни, чтобы использовать ее против демонов, пытающихся добраться до нее. Пока я наблюдал, она подняла обе ладони в стороны. В ее правой руке сформировался золотисто-белый шар, а из левой вырвалась вспышка огня. Она с минуту таращилась на них, прежде чем ухмыльнуться и, взмахнув руками, оттолкнуть их от себя. Она швырнула энергию в демона бартон, в то время как огонь поджег демона более низкого уровня.

— Новый талант? — спросил я, повалив демона на землю. Используя когти, я отрубил ему голову. Я метал огонь в других демонов, пытавшихся приблизиться к нам, отталкивая одних и поджигая других.

— Очевидно, — ответила она. Она подняла руки, но на этот раз из обеих ее ладоней вырвался только огонь. — И нерегулярный.

Жизненная сила Рафаэля валила деревья направо и налево, рассеивая некоторых демонов и ангелов, но другие падали, заполняя дыры. Еще один энергетический шар Рафаэля был пойман ангелом, который метнул его в Корсона. Корсон бросился на землю и перекатился, прежде чем подняться на ноги, в то время как мантикора развернулась боком, чтобы нырнуть сквозь деревья на Эрин.

Упершись ногами в землю, Эрин выстрелила в существо из пистолета. Кровь хлынула из отверстий в его груди и выступила бисеринкой в центре лба, но оно продолжало двигаться, подняв жало, готовясь нанести удар. Ривер вскрикнула и выстрелила в него энергетическим шаром. Мантикора развернулась, чтобы избежать удара.

Корсон прыгнул вперед. Его рука опустилась на плечо Эрин, и он использовал ее, чтобы подняться выше в воздух. Одним взмахом когтей он отсек голову мантикоры от туловища. Голова откатилась в сторону, но из-за инерции ее тело врезалось в Корсона и Эрин. Они пролетели пять футов по воздуху, прежде чем упасть на землю и покатиться по ней. Скеллейны, не обращая внимания на Корсона, бросились помогать Эрин подняться на ноги. Они озабоченно кудахтали над ней, в то время как Корсон хмуро смотрел на них.

Стоявшая рядом со мной Ривер выпустила поток энергии в нападавших на нас бартон. Они постояли секунду, прежде чем схватиться за грудные клетки и показать свои разорвавшиеся сердца. Мой огонь уничтожил еще нескольких демонов нижнего уровня и три дерева позади них. Гончие окружили нас, подбираясь все ближе и ближе по мере того, как все больше моих последователей падали от рук краетонсов.

Одна из гончих взвизгнула от боли. Внутри себя я почувствовал, что моя связь с самцом оборвалась. Печальный вой самки эхом прокатился по деревьям. Когда она завыла снова, все собаки подхватили ее крик, но ее убитый горем голос по-прежнему отличался от остальных.

Затем, внезапно, падшие взмыли в небо. Их внезапное исчезновение вызвало странную тишину, воцарившуюся в лесу, когда люди направили свое оружие на деревья. Краетонсы продолжали окружать нас, но многие из них отступили, чтобы слиться с тенями. Мои зубы сжались, а губы приоткрылись, когда я увидел, к чему нас привели краетонсы.

Я повернулся к Ривер, чтобы помешать ей увидеть то, что лежало за ней, но было слишком поздно. Слезы наполнили ее глаза, когда она посмотрела на широко открытое, залитое кровью поле перед нами. Она поднесла руку ко рту, и ее кожа заметно побледнела, а колени подогнулись. Схватив ее за руку, я удержал ее на ногах.

Каим приземлился рядом с ней и сложил крылья за спиной. Его полные ужаса глаза на мгновение встретились с моими, прежде чем они вернулись к месту побоища. Среди обильного количества крови было так много человеческих тел и частей тела, что было трудно отличить одно от другого. Я видел много зверств в Аду, на мою долю выпало немало пыток и смертей, но я никогда не видел ничего подобного тому, что ждало нас впереди.

Мы нашли пропавших жителей городка Риверс.

Я крепче прижал ее к себе, когда дрожь сотрясла ее стройное тело. Наклонив голову, Ривер вытерла слезы, когда первая из них упал на землю. У нее вырвался тихий всхлип, но я знал, что был единственным, кто услышал его, когда она сжала губы и судорожно вздохнула.

Когда Каим оглянулся на меня, он покачал головой. Один из падших или нет, человечность Каима была очевидна в том, как опустились его плечи и как он расправил крылья, словно обнимая себя. Даже он не ожидал от Люцифера ничего подобного. По правде говоря, как бы я ни ненавидел этого ублюдка, я тоже этого не ожидал. Я бы никогда не сказал, что Люцифер был в здравом уме, но он всегда держал свое безумие на привязи. Эта привязь оборвалась.

— Я навсегда потерял своих братьев и сестер, — пробормотал Каим.

— А ты думал, что у тебя был шанс этого не сделать? — я спросил.

Радужные цвета его глаз казались более яркими из-за блеска воды в них.

— Я надеялся, что если я смогу сохранить хоть какое-то подобие здравомыслия и человечности, то, возможно, и они смогут. Они были… — Он покачал головой и снова уставился на поле. — Я дурак.

Рафаэль шагнул вперед и встал рядом с ним. На его сжатой челюсти заиграл мускул, когда его фиолетовый взгляд обшарил поле.

— Это весь город, — пробормотала Ривер. — Это были мои любимые, мои друзья. Я знала их всех. Мы выжили вместе. Мы выжили благодаря друг другу. Зачем ему это делать?

— Потому что он знает, кто такой другой ангел из твоей линии, — ответил Каим и сердито посмотрел на Рафаэля. — Я же говорил тебе, ты бы слышала, как он взбесился, если бы узнал, что у Михаила есть ребенок. Теперь об этом стало известно всему городу и, возможно, окрестностям.

От вида резни кровь уже отхлынула от лица Хока, но после слов Каима он побледнел еще больше.

— Моя семья живет в соседнем городе, — сказал он.

— Наверное, уже нет, — ответил Каим.

Ривер подняла голову и посмотрела на Хока.

— Прости, — сказала она.

— Это не твоя вина, — хрипло сказал Хок и сморгнул навернувшиеся на глаза слезы.

Я поднял взгляд к небу, когда ангел пролетел низко над верхушками деревьев и приземлился среди разбросанных частей тел. Посреди всей этой крови ангел был похож на ворону, наслаждающуюся своей добычей. Позади меня краетонсы нижнего и верхнего уровней снова начали напирать на нас, выгоняя из леса на бойню.

Глава 53

Кобаль

— Вот куда мы пришли на День волонтера, — сказала Ривер. — Это был праздничный день. Были игры и угощения, музыка, танцы и смех. Это был единственный день в году, когда мы могли забыть обо всех наших проблемах и просто наслаждаться жизнью. — Она указала на кирпичное здание справа от меня, и ее голос дрогнул. — Я какое-то время ходила там в школу.

— Он больше никогда так не поступит, Mah Kush-la, — пообещал я. Я не мог избавить ее от страданий или исправить это, но я мог предложить ей немного утешения.

Другой ангел приземлился на поле слева от нее. Ярость исказила черты ее лица. Энергетический шар, который она бросила в него, заставил ангела снова подняться, но другие ангелы спустились и встали среди тел. Ангелы рассредоточились по всей этой бойне, пока не превратились в черных стражей, наблюдающих и ожидающих, когда мы окажемся там, где им нужно.

В нос ударил запах крови; к нему примешивался слабый запах разложения, но эти люди умерли не так уж давно. Некоторые тела выглядели так, словно их разорвали на части, в то время как другие, казалось, были сброшены с большой высоты, поскольку кости торчали из мятой плоти, а землю покрывали вмятины.

Оглянувшись, я стиснул зубы, когда увидел, что из-за деревьев появляется еще больше теней, но атака не возобновилась. Для этого не было причин, так как сотни краетонов выскользнули из леса. Одного их количества было достаточно, чтобы подтолкнуть нас вперед.

— Есть надежда, что кто-нибудь из твоих братьев и сестер придет нам на помощь? — спросил Хок Рафаэля.

— Вряд ли, — не задумываясь, ответил Рафаэль. — Потребуется катастрофическое событие, чтобы они вмешались.

— Фантастика, — пробормотала Эрин.

— Когда мы доберемся туда, куда они нас загоняют, и битва возобновится, я хочу, чтобы ты постарался сдержать демонов позади нас, — сказал я Рафаэлю. — Ривер, направь в него свои способности. Вы двое должны быть в состоянии создать стену, которая хотя бы частично защитит наши спины.

— Я так и сделаю, — сказала она, осторожно пробираясь среди останков. Она смотрела так, что я знал: она видит, куда ставит ноги, чтобы ни на кого не наступить, но она не видела лиц тех, кто здесь умер.

Поднявшись на вершину небольшого холма, я увидел Люцифера, сидящего на моем троне в сотне футов ниже по склону. С ним были братья Ривер. Тогда я понял, что он забрал троны из Ада с намерением втянуть меня в драку, к которой я не был готов. До того, как Ривер вошла в мою жизнь, он бы преуспел, но она успокоила меня и сделала так, что я, по крайней мере, сделал паузу, чтобы подумать, прежде чем реагировать. Даже если бы мне захотелось наброситься на него в ярости, я бы не оставил ее без защиты.

Ривер подняла голову и испуганно вскрикнула, прежде чем броситься вперед. Потянув ее назад, я крепко прижал ее к себе, когда она попыталась вырваться из моих объятий.

— Бейли, — прошептала она. — Гейдж.

— Я верну их, — пообещал я. — Но ты должна оставаться со мной.

Ее тело напряглось, чтобы броситься вперед, но она перестала сопротивляться моей хватке. Рев дракона раздался ближе, чем когда-либо прежде. Тень одного из них, пролетев над головой, закрыла землю между нами и Люцифером. Я стиснул зубы, когда понял, что они не охотились, когда передвигались по Земле; они следовали за нами.

Голубое пламя вырвалось из костей дракона, когда он низко взмыл над деревьями позади Люцифера и исчез. Между нами зеленая трава скатывалась с холма к Люциферу, а земля не была усеяна телами или кровью. Я сомневаюсь, что Люцифер испытывал хоть какое-то сожаление по поводу того, что он сделал с людьми, и поселился здесь, потому что не мог выносить напоминания об их телах. Он выбрал это место, потому что ветер уносил прочь зловоние бойни.

— Помни, ты должна помочь Рафаэлю, когда это станет необходимо, — тихо сказал я Ривер.

Она кивнула, но на кончиках ее пальцев вместо искр вспыхнуло пламя, и я почувствовал, как от нее исходит ярость.

Люцифер улыбнулся и махнул нам рукой, подзывая к себе.

— Приходите! Приходите! — взволнованно позвал он.

— Я ненавижу этого парня, — заявил Хок.

— Мы все ненавидим, — ответил Магнус. — Именно поэтому он пытается убить нас.

Мы проиграли первую часть этой битвы, но я бы не ушел отсюда, пока все это не закончится. Либо Люцифер, либо я умрем сегодня.

Улыбка Люцифера стала шире, когда мы приблизились. Опершись локтем о подлокотник моего трона, он подпер подбородок кулаком. Он закинул одну ногу на подлокотник другой и лениво покачивал ступней взад-вперед, глядя на нас.

За Люцифером с неба спустились остальные ангелы, выстроившись в шеренгу. Рядом с моим троном стоял трон Ривер; на нем восседал ее брат Гейдж. Позади Гейджа стоял демон бартон. Его когтистая лапа обхватила худенькое плечо Гейджа, прижимая ребенка к спинке трона. Карие глаза Гейджа следили за сестрой. Его веснушки резко выделялись на фоне бледности кожи, но, как и его сестра, он оставался стойким перед лицом страха.

— Этого достаточно! — заявил Люцифер, когда мы были в двадцати футах от него.

Я оглянулся на стену из демонов и адских тварей, выстроившихся в ряд, чтобы преградить нам путь к отступлению. Ривер прижалась ко мне, когда Люцифер положил руку на белокурую макушку Бейли. Маленький ребенок сидел перед Люцифером на троне, его голубые глаза были полны слез, а во рту он держал кулачок и сосал свою руку.

Вытащив руку изо рта, Бейли выкрикнул искаженное «Ривер!»

Ребенок попытался спрыгнуть вниз, но Люцифер удержал его.

— Не надо! — крикнула Ривер.

Я крепко прижал ее к себе, когда она снова бросилась к своим братьям. Слезы потекли по раскрасневшимся щекам Бейли, когда он запрокинул голову, чтобы посмотреть на Люцифера, а затем перевел взгляд на Ривер. Он снова засунул руку в рот.

— Ты не в том положении, чтобы указывать мне, что делать, дочь и, очевидно, племянница, — прошипел Люцифер сквозь оскаленные зубы.

— Все в порядке, Би, — сказала Ривер. — Все будет хорошо. Как у тебя дела, Гейдж?

— Бывало и лучше. А ты?

— Бывали и лучшие дни, — ответила она.

Гейдж взглянул на Люцифера, и на его мужественном лице появилась трещина, а руки задрожали.

— Ты видела… ах… ты всех видела? — он прохрипел.

— Да, — сказала Ривер. — А ты знал? — Ее пальцы впились в мою плоть, когда она произносила этот вопрос, и она перестала дышать.

— Только немного, — прошептал Гейдж. — Когда они были дро… — Гейдж прочистил горло. — Упали.

Хватка Ривер на мне лишь слегка ослабла.

— Все будет хорошо. Мы скоро заберем вас обоих отсюда.

Люцифер прижался губами к уху Бейли.

— Мои братья и сестры тоже лгали мне. Не верь ни единому ее слову, — сказал он, и из голубых глаз Бейли потекли новые слезы. — Она происходит от одного из этих лжецов, но который… из них… это?

Произнося каждое из этих последних четырех слов, он резким движением поворачивал голову Бейли взад и вперед. Огонь пробежал по пальцам Ривер и добрался до ее запястий. Гейдж уставился на пламя, а Бейли зарыдал еще сильнее.

— Я займу место Бейли, — предложила Ривер.

Люцифер рассмеялся, когда я крепче обнял ее.

— Варколак никогда не позволит тебе этого сделать, дочь моя.

— Дети не имеют к этому никакого отношения, — прорычал я, когда пламя на пальцах Ривер погасло, и на них вспыхнули золотисто-голубые искры.

— Они имеют к этому гораздо большее отношение, чем я когда-либо мог себе представить! — заявил Люцифер и снова начал поворачивать голову Бейли взад и вперед. — Представьте мое изумление, когда ее мать начала болтать о голосах, дьявольском отродье и чертовой скуке. Я чуть не убил ее, чтобы она заткнулась. Как ты жила с этим жалким созданием все эти годы? — спросил Люцифер Ривер.

Она сердито посмотрела на него в ответ.

— Не разговаривает, ну что ж, — ответил Люцифер. — Так или иначе, она продолжала бессвязно болтать, когда кое-что прояснилось. Я имею в виду, я знаю, что у некоторых людей есть особые способности, но среди ее бесконечной болтовни я понял, что она на самом деле верит в ангелов и демонов. Она знала, что я твой отец, и даже если у человека есть особые способности, он не может разговаривать с ангелами, если только он не наполовину ангел. Возможно, я мог бы принять ее за просто сумасшедшую, но потом я вспомнил всю ту силу, которую ты высвободила из этих печатей, и это действительно заставило меня задуматься.

Люцифер постучал пальцем по виску, а другой рукой сжал голову Бейли и наклонился вперед. Подтолкнув Ривер себе за спину, я решительно встал перед ней.

— Поскольку я знаю свой род и родословные всех ангелов, которые пали вместе со мной, и я знаю, что твоя мать не является потомком ни одного из нас, я понял, что это должен быть кто-то другой. Но кто? Я спросил себя. И как такое вообще могло быть возможно? — Теперь он постукивал пальцем по подбородку, а его нога раскачивалась все быстрее.

— Я задавал себе эти вопросы снова и снова, — продолжил Люцифер. — Я даже сказал себе, что, возможно, мы потеряли связь. В конце концов, мы, ангелы, не идеальны. Так что, возможно, мы могли каким-то образом потерять след ребенка за эти бесчисленные годы. Но я не мог заставить себя поверить в это, не тогда, когда я чувствовал, что, по крайней мере, почувствовал бы в тебе ДНК другого падшего ангела. В конце концов, я понял, что разговор твоей матери с ангелами может означать только то, что дети не только падших бродят по Земле. Поскольку я никогда не видел, чтобы Ариэль была беременна, это мог быть только еще один ангел.

Люцифер перевел взгляд с Ривер на Рафаэля, когда тот подошел и встал по другую сторону от нее. Люцифер зарычал на Рафаэля, источая отвращение. Бейли попытался вырваться, но Люцифер удержал его на месте.

— Рафаэль, — процедил Люцифер.

— Люцифер, — вежливо ответил Рафаэль.

— Это не мое имя! — огрызнулся Люцифер. — Я отказался от него, когда бросил всех вас.

Рафаэль ощетинился, стоя рядом с Ривер.

— Не провоцируй его, когда у него дети, — приказал я.

Рафаэль взглянул на Ривер, прежде чем склонить голову.

— Я вижу, ты все еще последователь, — усмехнулся Люцифер, глядя на Рафаэля. — Держу пари, Михаил послал тебя сюда, чтобы ты навел порядок за ним. Большая, блестящая, воинственная комнатная собачка ангела.

С крыльев Рафаэля посыпалась пыльца, когда он их взъерошил, но он не поддался на уговоры Люцифера.

— Не говори мне, что у Михаила был ребенок, когда он был на Земле! — Люцифер закричал на него.

— Я не могу, — ответил Рафаэль.

Люцифер моргнул, как будто никак не ожидал услышать такое откровенное признание. Люцифер отпустил голову Бейли и начал гладить ребенка, глядя на горизонт. У Ривер вырвался испуганный возглас, но она больше не пыталась преследовать их.

Затем Люцифер полностью затих, и его взгляд вернулся к Рафаэлю.

— Адам! — Люцифер сплюнул.

Мир опасно накренился, когда Люцифер пустил в ход свою способность дезориентировать жертву. Мощная волна энергии, которую он излучал, потрескивала на моей коже. Рафаэль отшатнулся в сторону, прежде чем встать на ноги. Ноги Ривер задрожали, но я удержал ее.

Остальные вокруг меня шатались взад-вперед, как будто земля качалась из стороны в сторону, хотя сама она никогда не двигалась. Люцифер мог заставить мир выглядеть так, будто он движется, хотя на самом деле это было не так. Привыкнув к этой способности Люцифера, я остался неподвижен.

Люцифер склонился над Бейли, заключив ребенка в клетку, созданную его руками, когда он поднес пальцы к лицу и посмотрел на меня. Мир за его спиной расплылся и исказился. Ривер схватилась за голову.

— Это нереально, — пробормотал я ей. — Все это нереально.

Казалось, земля ушла из-под ног, прежде чем встать на место, когда Люцифер взял себя в руки. Ривер опустила руку, но ее голова оставалась опущенной, пока она пыталась восстановить дыхание.

— Ты знаешь, почему варколак восстает из огня? — спросил меня Люцифер.

— Мне все равно, — вежливо ответил я.

— Ты был выкован из пламени Ада, а ангелы были созданы из небесных вод, — продолжил он, как будто я ничего не говорил. — Две противоположные стихии; два совершенно разных существа. Все они родились не от одной матери, а от кусочка своего мира. Ангелы направляли души на Небеса, а варколак — демонов в Ад.

— Существо знало, что в Аду могут развиться ужасные вещи, и поэтому создало существ, — он махнул рукой на собак, рыскавших передо мной, — и лидера, который был бы способен управлять этими существами. Этот лидер также должен был быть способен защитить демонов от любых угроз, которые могут возникнуть в этом ужасном месте. Как и ангелы, демоны являются неотъемлемой частью потока жизни.

Расширяя свою позицию, я почувствовал, как остальные подобрались ближе, когда слова Люцифера привлекли их к себе. Я изучал то, как он держал Бейли, пытаясь придумать способ освободить ребенка, не убивая его.

— Знаки на варколаке, на этом троне, все это можно найти и на Небесах, — сказал Люцифер. — Ты знал, что первый варколак восстал из огня еще до того, как первый ангел поднялся на Небеса?

— Да, — продолжил он, когда никто ему не ответил. — Когда Ад впервые возник на Земле, существо обитало там. Но затем возникли Небеса, и существо знало, что оно тоже понадобится там. Каким бы могущественным ни было это существо, оно не могло жить и править на всех трех уровнях. Прежде чем покинуть Ад, оно оставило часть своей силы. Эта сила позволяла создавать единого правителя каждый раз, когда умирал предыдущий.

— Срань господня, — сказал Варгас.

Я молчал, пытаясь опровергнуть то, что сказал Люцифер, но не смог. В конце концов, я был тем, кто был выкован в этом огне. Я нес с собой их огромную силу, куда бы я ни пошел.

— Затем существо создало ангелов и отступило. Нам пришлось самим искать свой путь на этом огромном вращающемся шаре, который люди назвали Землей.

Глава 54

Ривер

Ошеломляющий эффект могущества Люцифера все еще кружил мне голову, когда я пыталась сложить эти последние кусочки головоломки на свои места. Мои руки сжались на спине Кобаля, когда его мышцы заиграли подо мной.

— Ты хочешь сказать, что варколак — ангел? — прохрипела я, когда мне, наконец, удалось вернуть Люцифера и Бейли на место. Мои зубы сжались при виде моего брата, сидящего рядом с этим монстром. Я бы ничего так не хотела, как оторвать Люциферу руки за то, что он прикоснулся к нему.

Сохраняй спокойствие.

Люцифер рассмеялся и откинулся назад, хлопнув себя ладонью по бедру. На белой рубашке, которая была на нем, не было и намека на кровь, как и на его черных брюках. Должно быть, у него было время измениться после того, как он убил моих друзей. Это почему-то сделало все еще хуже.

— Не ангел, дитя, а создание, такое же, как ангелы! — заявил Люцифер.

— Я не такой, как ангелы, — ответил Кобаль со стальным спокойствием, хотя я знал, что это откровение, должно быть, потрясло и его тоже.

Я вспомнила все знаки на камнях, огромную силу, заключенную в пещере, где хранились Огни Творения, и я, наконец, поняла, откуда взялась вся эта сила. Огни Творения были тем местом, где существо когда-то соткало древнюю магию, настолько могущественную, что никто из нас никогда не смог бы ее постичь. Ни Кобаль, ни Люцифер, никто.

Неудивительно, что Пламя смогло уничтожить мой призрак отца.

— Однако это делает его больше похожим на ангелов, чем на демонов, — сказал Люцифер.

Я поняла, что он раскрыл все это в попытке вбить клин между Кобалем и демонами.

— Если хорошенько подумать, варколак пользовался большей благосклонностью этого существа, чем любой из ангелов, — продолжил Люцифер. — Варколак может наслаждаться плотскими утехами без покаяния. — Он бросил взгляд на Рафаэля. — Если они найдут своего Избранника, то смогут размножаться, даже если не смогут передать свои способности своему потомству. Но на самом деле их способности не принадлежат им самим, и когда они умирают, эти способности возвращаются к огню, который их породил, и восстает новый варколак с новыми силами.

У меня перехватило дыхание, когда этот маленький кусочек головоломки тоже встал на свое место. Я никогда по-настоящему не задавалась вопросом, почему Кобаль не мог передать свои способности своему потомству; я просто принимала это как одну из тех вещей, которые невозможно объяснить, но теперь это обрело смысл. Когда восстанет новый варколак, его силы будут отличаться от сил варколаков, которые были до него, но некоторые останутся прежними.

— Варколаку также было позволено ходить по Земле, когда он пожелает, и все это время он никогда не был обременен знанием о том, кто его создал, — продолжил Люцифер.

— Так вот почему ты уничтожил варколак, когда впервые попал в Ад! — я ахнула. — Потому что ты завидовал тому, что им было дано, а тебе было отказано.

— Почему к адскому созданию должны относиться лучше, чем к любому из нас? Почему адское создание, созданное тем же существом, что и мы, отказывается открыть нам врата и отказать в праве ходить по Земле, как это делали ангелы? Какое право оно имело контролировать нас таким образом! Почему этим отвратительным демонам было позволено бродить по Земле, в то время как нам было отказано? — слюна слетела с губ Люцифера, когда он прокричал мне этот вопрос.

«Потому что ты бы разрушил мир», — но я оставила эту мысль при себе, когда мой взгляд переместился на раскрасневшееся, мокрое лицо Бейли.

— Это не имеет значения. — Люцифер наклонился вперед на троне, чтобы внимательно посмотреть на меня. Его движение обнажило замысловатую резьбу у него за спиной, которая повторяла многие знаки на руках Кобаля. Мой взгляд скользнул по головам гончих на подлокотниках и двум собакам на каменном стуле, воющим в небо. Мое внимание переключилось на трон, на котором сидел Гейдж, и на сложные символы, выгравированные на нем. Огромная власть, заключенная в этих тронах, проникала в меня до мозга костей.

— Никто не должен был отказывать нам в доступе на Землю, — сказал Люцифер. — Когда я объяснил первому варколаку, кто он такой и насколько мы похожи, он все равно отказался выпустить нас из Ада, поэтому я убил его. Я не потрудился объяснить это следующей, прежде чем убить и ее тоже. Если бы у нас, ангелов, не было Земли, у нас был бы Ад.

— Вначале было очень весело уничтожать каждого нового варколака — они были единственным настоящим испытанием в этом отвратительном месте, — но Огонь продолжал учиться, искажать и закалять их, пока не появился он, — сказал Люцифер, многозначительно взглянув на Кобаля.

Кобаль прижался ко мне, в его груди что-то клокотало, но он сдержался и не бросился на Люцифера — скорее всего, потому, что не хотел рисковать, отпуская меня прямо сейчас.

— Как и люди, демоны тоже эволюционируют, — сказал Кобаль. — Именно поэтому им было позволено ходить по Земле. Однако они никогда не поступали так свободно, и те, кто нарушал правила, были наказаны за это. Похоже, что сейчас за вами стоит изрядное количество этих демонов, — ответил Кобаль.

— И множество демонов, стоящих за твоей спиной, сражаются за лидера, который на самом деле не является одним из них, — ответил Люцифер. — Ты настолько похож на ангела, а не на демона, что выбрал дочь двух ангелов своей Избранницей.

Я не осмелилась оглянуться на демонов, чтобы увидеть их реакцию на слова Люцифера. Когти Кобаля удлинились у моего бока. Его глаза горели так же жарко, как пламя, из которого он исходил, когда он посмотрел на Люцифера, прежде чем повернуть голову и смерить Рафаэля взглядом, который заставил тех, кто был ближе всего к ангелу, отпрянуть от него.

— Это то, что ты имел в виду дома, когда сказал: «Хотя, я полагаю, в этом есть смысл»? — зарычал на него Кобаль.

— Да, — ответил Рафаэль без малейшего раскаяния. — Все наши миры глубоко переплетены, и, учитывая силу ваших способностей и наследия, вполне логично, что у вас должна быть связь друг с другом.

Когда Кобаль перестал дышать, я незаметно переместилась, чтобы встать между ними. Кобаль напрягся, готовясь нанести удар, и я знала, что если бы он был уверен, что я не пойду на Люцифера, он бы уничтожил Рафаэля.

— Но ты должен понимать, что ангелы не знали, что варколак не знал о своем истинном происхождении, пока мы не оказались в Аду, — сказал Каим, проходя вперед и становясь рядом со мной и между Рафаэлем и Кобалем. — А это значит, что Рафаэль тоже только сейчас узнал, что ты не знал о своем происхождении.

Я вздохнула с облегчением, когда Кобаль немного расслабился, прижавшись ко мне, но он не сводил глаз с Рафаэля.

— Это правда, — сказал Рафаэль.

— Посмотрите, как ссорятся кузены! — провозгласил Люцифер и снова хлопнул себя по бедру, громко рассмеявшись.

Его слова снова привлекли к нему всеобщее внимание, как он и намеревался. Я пришла к выводу, что Люциферу нужно было быть в центре внимания; он преуспевал в этом. Враждебность Кобаля и демонов позади нас усилилась, когда все ангелы ухмыльнулись, а некоторые и вовсе рассмеялись.

Смех Люцифера резко оборвался, когда он перевел взгляд на Каима. Он посмотрел на него, как волк на лося.

— У меня на тебя особые планы, Кайман.

— Не сомневаюсь, — легкомысленно ответил Кайман, но его пальцы сжались в кулаки.

Люцифер снова сосредоточился на Кобалье.

— Итак, как и я, ты не демон, не ангел, а нечто большее. Нечто, превосходящее всех, кто тебя окружает. Есть причина, по которой ты утверждал, что это моя дочь. Ты похож на меня больше, чем кто-либо из них.

Я отрицательно покачала головой и открыла рот, чтобы ответить, но Корсон уже заговорил, подойдя к Кобалю с другой стороны.

— Кобаль — единственный из нас, кто рожден в Аду. Он правил нами более тысячи лет и все это время был готов умереть за нас. Я прошел через зал, где находятся Огни Творения. Я знаю силу, которая создала моего короля, знаю, через что он прошел, чтобы подняться и возглавить нас, и это делает его большим демоном, чем любой из нас! — громко заявил Корсон.

— И он, к счастью, убил многих из вас, — с улыбкой сказала Бейл, поднимая меч. Серебряное лезвие окрасилось красным, когда она направила его на ангелов позади Люцифера.

Все остальные демоны кивнули в знак согласия и подобрались к нам поближе. Кобаль эволюционировал не так, как они, он не был демоном, на самом деле, нет, но он был их королем, и они сражались и умирали за него.

— Почему варколаки ничего об этом не знали? — я спросила. Кобаль как-то сказал мне, что он родился со знанием того, кем он был и что ему предстояло совершить. Однако у него не было воспоминаний о своих предшественниках.

Люцифер пожал плечами и, покачивая ногой взад-вперед, рассеянно погладил Бейли по голове. Мои глаза беспомощно следили за каждым из этих похлопываний, пока я не подумала, что мое сердце вот-вот разорвется.

— Потому что неисповедимы пути Господни! — Люцифер вскинул руки в воздух и помахал ими над головой, прежде чем опустить одну из них на голову Бейли и снова погладить ее. — И есть некоторые вещи, которые это существо любит держать в секрете. Как маленьких ангелочков.

Его поглаживания участились, прежде чем он резко остановился, положив руку на макушку Бейли. Мне хотелось крикнуть ему, чтобы он отпустил моего брата, но я прикусила губу, отказываясь дать ему ту реакцию, которой он от меня ждал.

— Маленького ангела Михаила назвали Адамом, — пробормотал он. — И теперь их зовут Бейли, Гейдж и Ривер.

Я должна была немедленно увести Бейли и Гейджа подальше от Люцифера, но я не знала, как это сделать, чтобы их не убили.

Глава 55

Ривер

— Ты не выиграешь это, — сказал Кобаль Люциферу. Его спокойный тон нервировал больше, чем если бы он выкрикнул эти слова.

— Нет? — спросил Люцифер. — У меня есть цифры, дети, мой трон.

— Это ненадолго. Я законный правитель Ада, и это мой гребаный трон.

— Давай посмотрим правде в глаза, Кобаль, никто больше не является правителем Ада. Твоя Избранница разрушила это место, не то чтобы оно не было отвратительной дырой до ее «ремонта», но она превратила его в то, чем оно должно было стать, если бы не варколак, который его защищал. — Взгляд Люцифера переместился на меня, и он медленно хлопнул в ладоши. — Я знал, что ты сможешь победить некоторых из этих тварей, но такого я никак не ожидал. Браво, детка, браво.

Глаза Гейджа, казалось, вот-вот выскочат из орбит. По лицу Бейли текли слезы, а из носа выскакивали пузырьки соплей. Гнев и печаль боролись во мне, когда я смотрела на них. Они не должны были этого вынести.

Люцифер убрал ногу с подлокотника трона и отодвинул Бейли в сторону. Если бы волосы на моих руках снова встали дыбом, они бы спрыгнули с моего тела и убежали прочь, когда в лесу за Люцифером и ангелами зашевелились тени. Демоны и люди, которые были с нами, теснились ближе к Кобалю, по мере того как из леса появлялось все больше последователей Люцифера.

— Я все еще собираюсь проиграть, Кобаль? — насмехался Люцифер.

Кобаль переключил свое внимание с новоприбывших на Люцифера. Когда он улыбнулся Люциферу, я чуть не упала. Я ожидала от Кобаля разной реакции, но не такой, поскольку его, казалось, что-то действительно позабавило.

— Да, — просто ответил он.

Люцифер вовсе не выглядел удивленным этим ответом, его пальцы сжались на подлокотниках трона. Новые цветные карандаши подходили все ближе, пока не смешались с ангелами. В некоторых из них я узнала единорога и зайцеобразных существ, которых впервые увидела, когда начали падать печати.

— Пука, — вспомнила я, как Кобаль назвал их, когда мы показывали моему отцу печать, в которой они были спрятаны.

Гейдж отпрянул от единорога, который подошел к нему вплотную. Ярко-красные глаза единорога жадно изучали его, когда его рог коснулся плеча.

— Отойди от него! — огрызнулась я.

Пука повернул голову в мою сторону, его ноздри раздулись, когда он понюхал воздух. Он фыркнул, затем ударил по земле раздвоенным копытом и отскочил назад. Я была потрясена, когда зайцы забили лапами о землю, а единороги фыркнули. Некоторые из них приняли человеческий облик, в то время как другие превратились в крупных кошкоподобных существ, которые могли бы заставить льва съежиться.

— Что они делают? — прошептала я.

Кобаль продолжал улыбаться, изучая пуку.

— Они в замешательстве, — сказал он.

— О чем именно?

— Люцифер организовал их освобождение, но технически это ты освободила их, и они это помнят. Однако, ты стоишь рядом со мной.

Теперь я, в некотором роде, немного лучше поняла его улыбку.

— И они ненавидят тебя, — заявил Каим.

— И они ненавидят меня, — согласился Кобаль.

Отдаленный рев дракона привлек мое внимание к небу, когда один из гигантских скелетообразных зверей снова взмыл над полем. Большинство из тех, кто стоял на открытом месте, отшатнулись, стараясь не стать обедом для огнедышащих драконов.

— Ривер, я собираюсь отойти от тебя, — сказал Кобаль. — Не беги к своим братьям. Если Люцифер доберется до тебя, это будет конец.

— Я не побегу к ним, — пообещала я.

— Пука не могут говорить, — сказал он. — Но они понимают, что ты им говоришь. Поговори с ними, заставь их тебя выслушать.

— Но никакого давления, — пробормотала я и заставила себя улыбнуться.

Он провел пальцами по моей щеке.

— Никакого.

Он убрал от меня руку и отступил в сторону. Некоторые из пука придвинулись ближе, переводя взгляды с меня на Кобаля. Когда они посмотрели на него, в их глазах вспыхнуло негодование, но когда они посмотрели на меня, я увидела их замешательство. Люцифер поднял Бейли и посадил его к себе на колени.

Инстинктивно я шагнула вперед, протягивая руку, чтобы схватить брата. Я остановила себя, прежде чем подойти ближе, и моя рука безвольно опустилась. Когда ко мне подкрались еще несколько пука, Люцифер прижал Бейли к груди.

— Отпусти его! — я закричала, когда Кобаль напрягся рядом со мной.

Я взглянула на пука, которые продолжали меняться, в то время как из леса появлялось все больше и больше демонов. Большинство из них были демонами высшего уровня.

— Кобаль не прятал тебя за этими печатями. Это сделали его предки! — Я не могла оторвать взгляда от Люцифера, когда он крепче прижал Бейли к себе. Этот трус использовал моего брата как щит. — И я та, кто разрушил печати!

— Но Кобаль предпочел держать их в тюрьме, и я тот, кто заставил тебя освободить их, дочь моя. Возможно, ты и была катализатором, но я тот, кто организовал их освобождение, — промурлыкал Люцифер.

— Ты освободил их, чтобы иметь возможность ими пользоваться, — ответила я.

— И что ты собираешься с ними делать? — возразил Люцифер. — Снова запереть их?

Пука перестали двигаться, все их головы повернулись ко мне, ожидая ответа. Тот, что был ближе всего к Гейджу, уперся рогом ему в плечо. Меня охватил ужас. Я видела, что он мог сделать с этим рогом.

— Нет, — сказал Кобаль. — Ни один вид не будет снова изолирован из-за действий одного или даже сотни представителей своего вида. Те, кто допустит ошибку, будут наказаны индивидуально и соответственно за совершенное преступление. Демоны, которые были помещены за сотую печать за неподчинение законам, находясь на Земле, — значительная часть толпы позади Люцифера восхищенно наклонилась вперед, — теперь свободно правят Землей. У них больше нет причин для наказания, если только они не сделают что-то, что оправдывает это.

— Это будет одинаково для всех демонов, адских созданий и беглецов. Некоторые вещи, такие как акалия вайн, должны быть уничтожены во что бы то ни стало. Нельзя допустить, чтобы они распространились по Земле, как и ревениры и ланавуры. Однако для всех остальных будут установлены новые законы, и те, кто будет им подчиняться, найдут здесь дом и свободу.

Им тоже нужно уходить, подумала я, когда над головой пролетела мантикора.

— Если вы последуете за Люцифером, он будет держать вас в рабстве, — продолжил Кобаль, и его глаза впились в Люцифера. Ненависть между ними повисла в воздухе. — Он считает, что вы ниже его и ожидает, что вы будете выполнять его приказы.

Пука, нацелившийся рогом на Гейджа, отодвинул его от себя. Он взглянул на своих собратьев, и некоторые из них попятились еще дальше. Если они не могли говорить, то, должно быть, умели общаться мысленно, поняла я, когда все больше их устремилось к лесу.

— А что насчет тебя, Кобаль? — поинтересовался Люцифер, покачивая Бейли на колене. — Я полагаю, ты думаешь, что будешь править ими, заставишь их подчиняться твоим законам и законам людей, с которыми ты работаешь, — людей, которые намного уступают ангелу и демону по силе, но все же стоят за тебя.

— Они на моей стороне, — поправил Кобаль. — И я ожидаю, что все мы будем работать сообща. Мы все нуждаемся друг в друге, чтобы выжить. Твой путь приведет к концу существования. Ты стремишься разрушать. Мы стремимся построить новый мир из пепла Ада и Земли.

— И ты, конечно, будешь править, — сказал Люцифер и начал раскачивать Бейли еще быстрее.

Гейдж с криком вытянул руки в сторону Бейли. От этого движения он дернулся в сторону бартон, который швырнул его на трон.

— Не надо! — я закричала на него.

Бартон обнажил все свои отвратительно острые зубы и издал дребезжащий смешок.

— Лучше я буду править, чем ты, — сказал Кобаль. Положив руку мне на плечо, он нежно сжал его. — Я сильнее тебя, и, как ты сам указал, ты, возможно, и организовал снятие печатей, но моя королева, моя Избранная была катализатором, стоящим за этим. Сила, заключенная в ней, сломала эти печати, чего ты никогда не смог бы сделать. Она — первая и единственная настоящая Путешественница по миру. Никто другой не может сделать то, на что способна она.

— Она моя дочь, — ответил Люцифер.

— Я также дочь Михаила, — заявила я и вздернула подбородок. Мне было неприятно, что меня считают дочерью кого-то из них, но мои биологические родители тоже не были лауреатами премии, так что я не видела, какая теперь разница. — Я ангел, я демон и я человек. Ты не имеешь на меня никаких прав.

Гейдж уставился на меня, прежде чем его взгляд скользнул по всем, кто стоял позади нас. Дракон снова пронесся над головой, и все демоны вокруг Люцифера остановились. Падшие ангелы подобрались к нему поближе.

— Я по-прежнему являюсь причиной того, что те, кто заперт за печатями, свободны, — сказал Люцифер. — Если бы я не заставил ее сделать это, если бы я не нашел способ высвободить ее способности мощным взрывом, печати все еще стояли бы.

Люцифер переместил свои объятия, чтобы прижать Бейли к себе, почти под свое крыло. У меня пересохло в горле, когда я поняла, что он планирует улететь с моим братом. Если он сбежит отсюда с Бейли, он будет использовать моего брата против меня каждый день до конца наших дней. Он настроил бы Бейли по-своему, настроил бы его против нас и при этом разбил бы мне сердце.

Гейдж был слишком далеко, чтобы Люцифер мог схватить и его тоже, но Оноскелис приблизилась к бартон и встала рядом с ней.

— Я освободил демонов, и если они хотят сохранить свою свободу, они должны сражаться за нее! — Люцифер обратился к демонам. — Огонь, который породил варколака, был уничтожен, когда пал Ад. Это означает, что Кобаль — последний, кто может создать печать. Если он выживет, даже если он не сможет создать печати на Земле, он все равно сможет открыть врата в Ад и бросить вас туда навсегда.

Злоба исходила от демонов, стоявших позади Люцифера, когда они подкрались ближе.

— Нет такой силы, которая могла бы уничтожить Огни Творения, — заявил Кобаль с уверенностью, заставившей многих собравшихся вокруг нас кивнуть в знак согласия. — Если я умру, восстанет новый варколак. В отличие от меня, он, вероятно, не захочет сотрудничать ни с кем из вас.

Все демоны на стороне Люцифера замерли.

— Или ты можешь лгать обо всем, — сказал Люцифер. — Я говорю, что за возможность быть свободным до конца своего существования стоит бороться. Если вы приведете девушку ко мне, мы получим контроль над Кобалем, и вам больше никогда не придется бояться, что он будет действовать против вас. Если вы убьете его, так тому и быть, мы уничтожим следующего варколака, если он появится.

Некоторые из пука снова приблизились, в то время как другие скрылись в лесу. Демоны нижнего и верхнего уровней исчезли в лесу, но многие остались. Мантикоры, бартон, гобалинус, огр и множество других адских созданий окружили нас.

— Не забудь помочь Рафаэлю, — сказал мне Кобаль.

— Я помогу. — Я еще раз взглянула на своих братьев. — Я люблю вас, — прошептала я им одними губами, когда воздух огласился кровожадным криком, и битва возобновилась.

Глава 56

Кобаль

Я знал, что Люцифер планировал сбежать с ребенком. Если бы ему это удалось, он убежал бы как можно дальше отсюда, используя как можно больше рычагов воздействия на Ривер, которые у него были. Что бы ни случилось, я не мог этого допустить.

Обернувшись, Рафаэль испустил поток раскаленной добела энергии, которая образовала стену позади нас и позволила всем остальным сосредоточиться на угрозе перед нами. Ривер положила руку мне на плечо. Золотисто-голубой свет заиграл на ее пальцах и моей коже, прежде чем она убрала руку и положила ее на плечо Рафаэля.

У нее перехватило дыхание, и волосы вокруг ее лица развевались, когда свет омывал ее. Стена энергии позади нас росла, пока не охватила холм на тридцать футов в обоих направлениях. Это не помешало бы нашим крылатым врагам спикировать на нас, но любой, кто прикоснулся бы к ней, был бы уничтожен.

Люди, демоны и адские создания ринулись вперед, чтобы сразиться друг с другом. Я пробивался сквозь волну демонов бартон, стараясь не подпускать их к Ривер и безжалостно отбрасывая их в сторону. Ривер и Рафаэль продвигались вместе с нами, приближаясь к Люциферу.

Я схватил одного бартон и вдавил его в землю, прежде чем обезглавить. Когда я поднял голову, чтобы взяться за следующего, то обнаружил, что остальные изменили курс. Вместо того, чтобы напасть на меня, они неслись к группе людей во главе с Варгасом, Эрин и Ликсом.

— Ривер! — крикнул я. — Направо!

Развернувшись, она положила другую руку на плечо Рафаэля, прежде чем направить волну энергии на существ. Сила Рафаэля распространилась на нее, сделав ее цвет скорее белым, чем золотым. Некоторые из бартон немедленно упали на колени и начали вскрывать себе грудные клетки. Другие прошли еще несколько футов, прежде чем начали кричать.

Я схватил рог пуки, прежде чем он успел ударить меня, и отрубил его одним быстрым движением. Я отбросил рог в сторону, когда существо отшатнулось, крича и разбрызгивая черную кровь во все стороны. Люцифер поднялся, чтобы встать на сиденье моего трона, расправил крылья и сильно взмахнул ими. Трава вокруг трона склонилась под дуновением ветерка, который он создал, когда грациозно поднялся в воздух.

Оттолкнув в сторону демона низшего уровня, я освободился от краетонсов и в два прыжка преодолел десять футов, отделявшие меня от Люцифера. Вскочив на сиденье своего трона, я взмыл в воздух вслед за ним. Моя рука схватила его за лодыжку. Бейли вскрикнул, когда мой вес отбросил Люцифера на фут вниз.

Используя ногу Люцифера как рычаг, я взмахнул другой рукой и вонзил когти ему в живот. Я глубже вонзился в мягкую плоть, чтобы крепче схватить его. Он заворчал и забарабанил крыльями быстрее, когда его теплая кровь скапливалась на моей ладони. Я сформировал в руке огненный шар и прижал его к его животу, чтобы защитить Бейли от пламени.

Люцифер взвизгнул и задрыгал ногами. Один из них ударил меня в челюсть, и мои клыки сомкнулись, но я не отпустил его. Мой огонь проник прямо ему в живот. Аромат его поджаривающейся плоти и сухожилий наполнил воздух, а кожа зашипела и лопнула.

Люцифер зарычал, складывая крылья в защитном жесте, но этот жест никак не помог ему защититься, когда он пролетел пять футов. Снова расправив крылья, он замахнулся на меня острыми концами. Я увернулся от первого и ослабил хватку на его икре, чтобы нанести второй удар. Моя окровавленная рука скользнула вниз по наконечнику, прежде чем я успел крепко ухватиться за него. Я усилил огонь на его животе, пока не стало видно, как он разгорается за его грудной клеткой.

— Он тебе нужен, варколак? — прошипел Люцифер. — Тогда поймай его.

Прежде чем я успел ответить, Люцифер оттолкнул Бейли от меня.

— Нет! — я закричал и отпустил его крыло, чтобы размахнуться и поймать ребенка, но Люцифер отшвырнул его за пределы моей досягаемости.

Бейли закричал, его руки и ноги замолотали, и он полетел к земле, почти на тридцать футов ниже. Ривер отпустила Рафаэля и бросилась к Бейли, но ей ни за что не успеть к нему вовремя.

— Нет! — закричала она.

Затем в поле зрения появилось черное пятно, поймавшее Бейли за секунду до того, как он ударился о землю. К моему изумлению, ребенок рассмеялся, когда Каим приземлился, прижимая Бейли к груди. Ривер резко остановилась, ее голова повернулась к Рафаэлю, и она перевела взгляд с него на Каима.

— Уходи! — крикнул ей Каим. — Я защищу ребенка.

Она поколебалась секунду, прежде чем броситься обратно к Рафаэлю. Вернув свое внимание к Люциферу, я улыбнулся ему и выпустил огненный шар, который прошел насквозь через его живот. Верхушки деревьев виднелись сквозь прижженные куски плоти, свисающие с дыры, которую я в нем продел. Мои пальцы нащупали дно этой дыры и обугленную кожу.

Его крылья поникли настолько, что я снова ухватился за серебряный кончик одного из них и дернула. Мне было все равно, чего бы это ни стоило, я бы не отпустил его снова. Он заплатит за все, что сделал, за каждую боль, которую причинил Ривер. Убийство всегда было необходимостью для моего выживания; убить его было бы удовольствием.

Серия ударов обрушилась на мое лицо, когда Люцифер обрушил на меня свой телекинез. От ударов у меня раздробилась левая скула и выбило все зубы с этой стороны. Кровь наполнила мой рот, и я выплюнул зубы, но продолжал удерживать его. Потянув за крыло, я попытался стащить его вниз, в то время как он продолжал пытаться подняться на своем единственном свободном крыле.

Воздушный кулак ударил меня в живот, выбив из меня дух. Устав от этой игры, в которую мы играли слишком долго, я убрал руку с его живота и прицелился ему в лицо. Он взмахнул крылом, защищаясь от моего огня.

Однако вместо того, чтобы снова пытаться поджечь его, я освободил Феникс и Крукс.

Феникс вырвалась из меня первой. Ее когти оставили глубокие раны на груди и крыле Люцифера. Он закричал, когда его крыло опустилось. Он попытался схватить ее, но по инерции она уже пролетела над ним и упала на землю. Она приземлилась на четвереньки и бросилась в битву внизу.

Крукс последовал за ней. Пальцы Люцифера вцепились ему в живот, из которого лилась кровь, когда пес пролетел мимо него. Перепрыгнув через Люцифера, Крукс развернулся в воздухе и сжал зубами его крыло. Крутанувшись в сторону, вес Крукса заставил Люцифера отклониться назад, когда он потянул за крыло.

Адский пес, весивший больше нас обоих, не смог устоять перед тем, как Крукс навалился на него своим единственным свободным крылом. По моему телу прокатилось еще больше телекинетических ударов, когда Люцифер начал переворачиваться, увлекая меня за собой. Небо и деревья заполнили мое поле зрения, прежде чем гравитация взяла верх, и мое тело прижалось к Люциферу так, что его ноги оказались у моего лица.

Он продолжал бить меня телекинезом. Мой правый глаз распух, превратившись в щелочку, а ребра сломались с громким треском. Почувствовав мою боль, Крукс яростно замотал головой. Половина крыла Люцифера оторвалась, и хлынула кровь. Зазубренные остатки хрупких костей крыльев торчали в воздухе.

Крукс ударился о землю за секунду до того, как это сделали мы с Люцифером. Мои многочисленные сломанные кости запротестовали против удара о безжалостную грязь, а осколки ребер впились в легкие, когда я скатился с Люцифера и, пошатываясь, поднялся на ноги.

***

Ривер

Мое сердце застряло где-то в горле, когда я наблюдала за разворачивающейся битвой между Кобалем и Люцифером. Когда они упали на землю, Крукс, не отпуская крыла Люцифера, оттащил его назад и сильно встряхнул. Невидимый разряд энергии ударил пса, откинув его голову в сторону с такой силой, что он потерял хватку на Люцифере.

Секундой позже Крукс был отброшен в сторону, как будто весил не больше меня. Энергия поднялась из земли, достигла моих ног и соединилась с огромной силой, которую высвободил Рафаэль. Некоторые краетонсы все еще были достаточно глупы, чтобы биться о стену энергии, но были отброшены назад, и от их останков остался только дым. Большинство из них уже обходили ее, но там их ждали наши войска. Некоторые из них были сбиты с ног, в то время как другие прорвались в атаку.

Когда Кобаль поднялся на ноги, мои пальцы сжались от желания убить, когда я увидела его избитое лицо и окровавленное тело. Его рука потянулась к ребрам, прежде чем упасть. Рычание искривило его рот, когда ангел бросился на Люцифера. Ангелы унесли бы Люцифера отсюда, если бы добрались до него.

Нет! Это закончится сейчас! Раскаленная добела ярость, наполнявшая меня, усилила искры на моих ладонях, когда огонь охватил мою другую руку. Я никогда раньше не испытывала такого сильного гнева, но я приветствовала его.

Люцифер мучил моих братьев и жестоко убивал дорогих мне людей. Я отказывалась жить в страхе, что он снова придет за мной или замышляет что-то еще. Я отказывалась позволить ему больше существовать. Этот ублюдок заплатит за все, что он сделал, и я позабочусь о том, чтобы он не выбрался отсюда живым.

— Рафаэль, — прошипела я.

Он оглянулся через плечо на Люцифера, который, спотыкаясь, направлялся к ангелам, пытаясь проскользнуть между ожидающими их гончими и палитонами. Кобаль выпустил струю огня, которая пронеслась по земле в сторону Люцифера. Взмывая в воздух, Люцифер сумел заставить свое здоровое крыло работать достаточно хорошо, чтобы увести его подальше от огненного следа.

— Иди, — сказал Рафаэль.

Я отпустила его руку и помчалась сквозь все еще кипевшую вокруг меня битву. Отпрыгнув назад, я увернулась от острого наконечника рога, нацеленного мне в живот. Я ударила локтем демона по затылку, сбив его с ног. У меня не было времени убить его, так как я прыгнула ему на спину и пробежала по нему сверху.

Когда другой демон попытался схватить меня, я запустила огненным шаром ему в лицо. Он взвыл, отбиваясь от пламени. Ангелы были уже почти у Люцифера, когда Каим вынырнул из воздуха и врезался в одного из них сбоку. Они кувыркнулись в воздухе и ударились о землю, хлопая черными крыльями. Я заметила Бейли на земле рядом с Бейлом, прежде чем Каим полоснул крылом по горлу другого ангела и снова поднялся в воздух. Он спикировал вниз и забрал Бейли. Демон бартон все еще держал Гейджа, но Оноскелис теперь сражалась с несколькими палитонами.

Один из ангелов схватил Люцифера за плечо, когда Кобаль выпустил еще одну волну огня. Эта волна ударила в лицо другого ангела и отбросила его назад. Люцифер взревел и выпустил телекинетический заряд энергии, такой сильный, что по моей коже пробежали мурашки, когда я приблизилась к нему. Взрыв сбил Кобаля с ног и отбросил псов, которые приближались к Люциферу. Одна из собак издала пронзительный визг, и все остальные завыли. Я поняла, что погибла еще одна собака, когда вой превратился в жалобный стон.

Несмотря на свою потерю, огромные существа поднимались на ноги. Люцифер взмахнул в воздухе своим единственным здоровым крылом и медленно поднялся в воздух. Моя кровь застучала по венам, и сила хлынула через меня, когда я на бегу черпала энергию жизни, бурлящую в земле под моими ногами.

— Нет! — я закричала, когда Люцифер был в семи футах от земли. Собаки набросились на него, пытаясь поймать и снова повалить на землю, но он поджал ноги, чтобы оставаться вне их досягаемости.

Упершись ногами, я вскинула руки, когда сила и ярость слились воедино. Из моей правой руки вырвался поток золотисто-белого света, а из левой вырвалась волна огня. Я снова скрыла свое потрясение от того, что могу использовать обе способности одновременно, и свела руки поближе друг к другу, пока они не прижались друг к другу.

Огонь и свет слились в мощную волну, которая с треском рассекла воздух, прежде чем врезаться в Люцифера. Она ударила его в грудь, но вместо того, чтобы пронзить насквозь, окутала золотисто-белым светом, в то же время огонь охватил его тело. На несколько мгновений он застыл в воздухе, согнув спину и запрокинув голову.

Когда вокруг него заструился свет, я на мгновение увидела золотистого ангела, которым он когда-то был, с его черными волосами, фиалковыми глазами и белыми крыльями, украшенными перьями. Я увидела улыбку, которая осветила комнату, и почувствовала тепло, которое он когда-то излучал. Я поняла, почему он был любимцем, почему его называли Утренней звездой.

Никогда еще не было ангела столь яркого и прекрасного, и никогда больше не будет, и я хотела, чтобы он умер.

Огонь и свет вырвались из него, разлетаясь во все стороны, подобно взрыву бомбы, который отбросил тех, кто был ближе всего к нему. Сила этого удара отбросила ангела, которого Кобаль сжег, и снова сбила гончих с ног. Подобно сгоревшей звезде, Люцифер рухнул на землю. От его обгоревшей плоти и крыльев поднимался дым, он лежал неподвижно, а его сломанное крыло торчало в воздух. От его одежды ничего не осталось.

Вокруг меня воцарилась тишина. Я чувствовала, как взгляды впиваются мне в спину, и видела, как некоторые краетонсы пытаются спастись бегством, но большинство оставалось неподвижным, переводя взгляд между мной и Люцифером.

А потом, когда я уже была уверена, что он мертв, Люцифер поднял голову, и стало видно, как дым вьется из впадин, где раньше были его глаза. Мой желудок сжался, когда эти пустые глазницы уставились вперед. Пучки травы и грязи оторвались, когда его обожженные пальцы впились в землю, и он начал пробираться вперед.

Лязг мечей и грохот выстрелов снова пронзили воздух. Все гончие взвыли, и крики раненых и умирающих разнеслись по полю, а Люцифер продолжал двигаться вперед. Подойдя к нему, я увидела, как его обугленная кожа начала розоветь. Белки его глаз встали на место, и черные радужки обрели форму. Он запрокинул голову, и в его глазах вспыхнула ненависть, когда я встала перед ним.

— Пока, папа, — сказала я, и Кобаль бросился к нему.

Глава 57

Кобаль

Я упал на изувеченное тело Люцифера как раз в тот момент, когда он перевернулся и вонзил мне в плечо верхний шип своего неповрежденного крыла. Он пронзил мышцы и кость, прежде чем выйти с другой стороны. Стиснув зубы, я ухватился руками за конец шипа и вырвал его из себя. Люцифер взвизгнул, когда я вывернул его крыло, чтобы вонзить шип ему в бедро. Его покрытое волдырями тело оторвалось от земли, когда он выдирал шип из ноги.

Прежде чем он успел предпринять новую телекинетическую атаку, я схватил его за горло и вонзил когти ему в шею. Он закричал, его пальцы впились в мое лицо, сдирая кожу, а по моему телу били новые воздушные удары. Я вывернул его шею вправо, пока она не хрустнула. Под моими руками плоть и кости прогибались, пока его голова не осталась прикрепленной только к позвоночнику.

Резким рывком я оторвал его голову от туловища. Мрачное удовлетворение наполнило меня, когда он еще раз взмахнул крыльями, прежде чем его тело полностью затихло подо мной. Мои плечи вздымались, кровь с моих волос и лица капала на его плоть.

Я ожидал, что, когда этот момент настанет, я почувствую только триумф. Вместо этого было только чувство облегчения, как будто дверь закрылась и открылась новая. Подняв голову, я посмотрел на Ривер. Ее фиалковые глаза казались стальными осколками, когда она смотрела на Люцифера, прежде чем встретиться со мной взглядом.

Гнев в ее взгляде растаял, когда его наполнила любовь. До нее я знал только смерть, но теперь я узнаю, что значит жить.

Я осознал, что тишина окутывает поле, которое всего несколько секунд назад было полем битвы. Мои пальцы вцепились в волосы Люцифера, а губы приоткрылись, когда я обнажил клыки перед нашими врагами. Многие из них уставились на меня, а затем на Ривер полными страха глазами.

Я опустил голову Люцифера, схватил его все еще неповрежденное крыло и оторвал его от тела. Поднявшись, я вонзил серебряное острие в нижнюю часть его крыла в землю, прежде чем поднять его голову и насадить ее на верхушку.

— Кто следующий? — спросил я последователей Люцифера.

На секунду воцарилась тишина, а затем еще больше краетонсов повернулись и убежали в лес. Другие не смогли убежать и возобновили бой. Большинство оставшихся падших ангелов поднялись в небо и скрылись на деревьях. Ривер отвернулась и побежала к своим братьям.

Отвернувшись от палитонов, с которыми она сражалась, Оноскелис оттолкнула демона бартон с дороги и стащила Гейджа с трона. Стоявший ближе всех к ним Каим рванулся к ней, прежде чем осознал, что все еще держит Бейли. Он огляделся в поисках места, куда можно было бы положить ребенка, но демон бартон уже приближался к ним. Каим продолжал удерживать Бейли, пока тот хлопал крыльями, чтобы взлететь подальше от бартон.

Гейдж извивался в объятиях Оноскелис, пытаясь вырваться, но она, оторвавшись от земли, прижимала его к себе. Я побежал к ним, и при каждом шаге у меня хрустели кости, пока я следовал за Ривер через груду мертвых тел. Я попытался поймать ее, но из-за ее форы и моих ранений она оставалась в пятнадцати футах впереди меня, бросаясь то в одну, то в другую сторону от дерущихся вокруг нас.

— Гейдж! — закричала Ривер.

— Я так не думаю, сука! — закричала Верин, выскакивая из гущи драки прямо на них.

Прыгнув вперед, Верин схватила Гейджа и вырвала его из рук Оноскелиса прежде, чем ангел успела подняться на пять футов в воздух. Верин взмахнула мечом, и Гейдж с громким стуком приземлился на спину. Меч Верин вонзился в живот Оноскелис, и она рассекла его сверху донизу. Изо рта ангела хлынула кровь, но ей удалось вытащить меч из ножен за спиной. Взмахнув им, она вонзила его в шею Верин.

На бегу я расталкивал краетонсов, попадавшиеся мне на пути, не обращая внимания на кровь, стекавшую по губам. Отдернув меч, Оноскелис подняла его и снова опустила. Верин вскинула руку, пытаясь защититься. Лезвие рассекло руку Верин и прошло до конца через шею. Чувство утраты сжало мои внутренности, когда отрубленная голова Верин упала на землю.

Оноскелис бросилась на Гейджа, в то время как Ривер бросилась на него сверху. Руки Оноскелис вцепились в рубашку Ривер, а ее крылья быстро захлопали.

— Ривер! — я взревел, когда ангел поднялась, держа Ривер на руках.

Кровь хлынула из живота Оноскелиса на Ривер, когда она летела. Ривер попыталась выпрямиться, но Оноскелис одной рукой вцепилась в ее волосы, чтобы не дать ей наклонить голову, а другой вплела пальцы в рубашку Ривер на спине. Ривер вслепую запустила энергетический шар в воздух над своей головой. Оноскелис пригнулась, чтобы избежать удара.

Преследуя их, я увернулся от хвоста мантикоры, прежде чем пробить грудь демона, который бросился на меня. Я вырвал его сердце, когда Крукс прыгнул, чтобы оторвать ему голову. Гончие бросились вперед и выстроились в V-образную линию, которая отрезала путь через краетонсов между мной и Оноскелис, когда она летела к лесу.

Целясь в спину Оноскелис, из моей ладони вырвалась волна огня и устремилась по воздуху к ней. Оноскелис, должно быть, услышала его приближение, когда она повернулась в сторону, чтобы избежать удара.

Однако этого было достаточно, чтобы отвлечь ее, что позволило Ривер взмахнуть рукой перед собой. Она запустила огненным шаром Оноскелису в лицо, а затем ударила ее энергетическим шаром из другой руки.

Оноскелис вскрикнула и отпустила Ривер. Вращаясь в воздухе, Ривер каким-то образом сумела выпрямиться так, что ее ноги коснулись земли первыми. Это не имело значения, при ее росте удар все равно убил бы ее.

Я заставил себя двигаться быстрее, не обращая внимания на все свои сломанные кости и покалеченные мышцы, когда Ривер упала. Она не закричала, но крепко зажмурила глаза, когда ветер взметнул ее волосы у нее за спиной.

Она была в тридцати футах от земли, когда Оноскелис бросилась на нее, сложив крылья за спиной. Ее пальцы вцепились в рубашку Ривер. Вес и инерция движения Ривер отбросили их вниз еще на десять футов, прежде чем Оноскелис удержала их обеих. Ангел рывком подняла Ривер и снова поднялась вместе с ней.

Громкий рев наполнил воздух, и дракон ринулся с неба. Позади него вспыхнуло голубое пламя, и он бросился на них двоих, широко раскрыв пасть.

— Нет! — я взревел, зная, что дракон может проглотить их обоих одним глотком.

Оноскелис попыталась метнуться в сторону, чтобы избежать удара, но челюсти дракона сомкнулись с хрустом, который эхом разнесся по открытой местности. Челюсти сомкнулись так ловко, что обрубки ее рук остались висеть в воздухе, а пальцы по-прежнему сжимали рубашку и волосы Ривер.

Ривер оставалась в воздухе в течение миллисекунды. Затем гравитация победила, и останки Оноскелиса исчезли, когда Ривер рухнула на Землю с высоты по меньшей мере ста пятидесяти футов. Мои ноги двигались быстрее, чем когда-либо прежде, когда я мчался к ней по земле.

Дракон вернулся к месту битвы. Он снова взревел, прежде чем обрушить поток огня на краетонсов, бегущих к лесу. Их крики были заглушены драконом, который спикировал вниз, чтобы схватить их и проглотить целиком.

Ривер была всего в сорока футах от меня, когда массивная тень другого дракона взмыла надо мной и устремилась к Ривер. С грацией, которой я никогда не ожидал от скелетообразного чудовища, он опустился ниже Ривер. Голубое пламя, окружавшее его, погасло еще до того, как она врезалась в него. Грязь и трава полетели у меня из-под ног, когда я поскользнулся и остановился под ними. Ривер подняла руки вверх, словно боялась, что, если она дотронется до них, они сорвут ее с шеи и съедят.

Дракон приземлился бесшумно. Он завилял хвостом и повернул голову так, что мерцающее голубое пламя его глаз встретилось с моим. Я продолжил приближаться к существу, в то время как Ривер оставалась неподвижной. Из его ноздрей вырвался клуб дыма, и голубое пламя охватило его хвост, но не пошло дальше, когда я приблизился.

— Что происходит? — Ривер спросила меня.

Другой дракон приземлился прямо перед своим напарником. Его охватило голубое пламя, и он начал красться по земле, размахивая хвостом из стороны в сторону, предупреждая всех не приближаться. Каждый его шаг оставлял в грязи идеальный отпечаток костлявых лап и когтей размером с автомобиль.

— Они следили за тобой, — понял я.

— Что? — спросила Ривер, ее руки все еще были подняты в воздух, а кожа стала на три тона бледнее, чем была раньше.

— Они следят за тобой с самого Ада. Не охотятся, не выслеживают нас из-за Люцифера, но наблюдают за тобой. Они защищают тебя. Медленно опускайся вниз.

Она с минуту смотрела на меня, прежде чем положить руки на шею дракона. Он выпустил два облачка дыма и встряхнулся всем телом, как будто ее прикосновение доставило ему удовольствие.

— Легко. Будь хорошим мальчиком… или девочкой…, — сказала Ривер, проводя рукой по шейным позвонкам животного.

Когда дракон опустил голову и положил ее на землю, Ривер замерла, прежде чем двинуться вперед. Она скользнула вниз по его шее, черепу и ноздрям к земле. Она с минуту смотрела на дракона, а потом положила руку ему на нос, чтобы погладить.

— Спасибо.

Он потерся носом о ее руку, прежде чем оттолкнуть ее. Когда Ривер была в пяти футах от него, голубое пламя снова охватило его тело. Взмахнув крыльями, дракон поднялся в небо вместе со своим напарником. Ривер оглянулась, прежде чем подбежать ко мне и обнять за плечи, не обращая внимания на то, что я был весь в крови, но на ней тоже было немало крови.

Я прижал ее к себе, пока драконы кружили над нами, прежде чем исчезнуть за деревьями.

— Зачем они это сделали? — прошептала она.

— Ты освободила их.

Я обратил свое внимание на затихающую битву, поскольку все больше последователей Люцифера бежали в лес. Все выжившие ангелы бежали. Без Люцифера некому было возглавить их, и они будут выслежены и безжалостно уничтожены.

Сосредоточившись на Ривер, я откинул волосы с ее раскрасневшегося лица и обхватил ладонями ее щеки.

— Ты ранена? — потребовал я ответа.

— Я в порядке. Ты…

Она попыталась отстраниться, но я прижал ее к себе.

— Уже заживает, — заверил я ее. У меня было сломано больше костей, чем я мог сосчитать, но они вставали на место, и в деснах уже прорезывались новые зубы.

Ее пальцы коснулись моей помятой скулы.

— Посмотри, что он с тобой сделал.

— Кто-то может сказать, что это улучшение, — пробормотал я, и мне удалось заставить ее улыбнуться.

— Не я. Мы… мы сделали это, — выдохнула она. — Я имею в виду, я знаю, что где-то еще есть ангелы и краетонсы, но Люцифер мертв.

— Да, Mah Kush-la, у нас получилось. — Я улыбнулся ей и провел пальцем по ее нижней губе, прежде чем наклониться, чтобы поцеловать ее. Я вдохнул ее сладкое дыхание и ощутил вкус морской соли на ее губах. Мой язык погладил ее, когда я притянул ее ближе.

— Ривер!

Крик заставил Ривер отпрянуть от меня. Она повернулась лицом к Гейджу, который бежал к ней с Бейли на руках. Шагнув вперед, она распахнула объятия для своих братьев и сестер и крепко прижала их к себе, когда они налетели на нее. Слова, вопросы и слезы лились так быстро, что я не мог уследить за тем, что они говорили друг другу, но они, казалось, улавливали все.

Через их плечи я наблюдал, как остальные обходят тела, лежащие на земле. Они уничтожили всех врагов, которые еще были живы, и освободили всех союзников, которым требовалась помощь. Некоторые из них обошли троны, осматривая их.

Пришло время занять свое законное место на троне. Наконец-то, впервые за полторы тысячи шестьдесят два года моего существования, заявить права на то, что принадлежит мне по праву, но я не стал бы отрывать Ривер от ее братьев. Я так долго ждал, чтобы сесть на него; я могу подождать еще дольше.

Ривер отошла от своих братьев. Она провела руками по их лицам, словно не могла поверить, что они здесь. Затем она повернулась ко мне, и от ее лучезарной улыбки у меня перехватило дыхание. Эта женщина перенесла все ужасы, выпавшие на ее долю, с большим мужеством, чем любое другое существо, которое я когда-либо знал, и она была моей.

Она протянула мне руку. Я сжал ее и прижал к своему сердцу.

— Гейдж, Бейли, это Кобаль, — сказала она. — Мой избранный.

— Я не уверен, что это значит, но привет, — сказал Гейдж, застенчиво помахав мне рукой.

— Привет, — ответил я.

— Избранный — это как муж, но он также и нечто большее, — сказала Ривер. — Я объясню это позже.

— Да, хорошо, — ответил Гейдж и улыбнулся ей.

Бейли протянул мне покрытую слюной руку, и я сжал ее в своей.

— У тебя забавные глаза, — сказал он и захихикал, уткнувшись головой в изгиб шеи Ривер.

— Это невежливо, Би, — предупредила Ривер и поцеловала его в кончик носа.

— Это правда, для людей у меня странные глаза, — сказал я, и Бейли снова захихикал, в то время как Гейдж переводил взгляд с одного на другого.

— Ты ведь расскажешь мне, что тут происходит, правда? — спросил он Ривер.

— Я расскажу тебе все, — поклялась она, направляясь рядом со мной к нашим тронам. — Я не уверена, что ты поверишь во все это.

— Бейли только что упал на колени Люциферу, а скелетообразный дракон схватил тебя с неба. Я уверен, что поверю всему, что ты мне скажешь, — ответил Гейдж, и Ривер рассмеялась.

— Верно, — согласилась она.

Люди, демоны и ангелы отступили, когда я подвел Ривер к тронам.

— Пришло время заявить права на то, что принадлежит мне, — сказал я ей.

Она поцеловала Бейли в щеку и передала его в объятия Гейджа. Бейли хмуро посмотрел на Рафаэля, когда тот заметил ангела в первых рядах толпы.

— Ты сказал мне, что я должен отпустить ее, но она все еще здесь, — сказал ему Бейли.

Ривер застыла рядом со мной, ее глаза сузились, когда она перевела взгляд с Бейли на Рафаэля.

— О чем он говорит? — требовательно спросила она.

— Он сказал мне, что я должен тебя отпустить, — сказал Бейли, не подозревая о враждебности своей сестры к Рафаэлю.

— Они сказали мне, что я должен отпустить тебя, — прошептала Ривер, переводя взгляд на меня. — Когда Гейдж и Бейли пришли навестить меня перед тем, как мы покинули стену, Бейли сказал мне эти слова. Я предположила, что это солдаты, или Гейдж, или кто-то еще сказал ему, что он должен меня отпустить. — Ее взгляд снова остановился на Рафаэле. — Но это ангелы сказали ему это.

— Да, — признался Рафаэль. — Ариэль недолго пообщалась с ребенком, чтобы утешить его и тебя. Мы знали, что вам всем будет трудно жить в разлуке, и если удастся поговорить с вашей матерью, то мы подумали, что можно будет связаться и с одним из детей.

— Ангелы могут общаться с Бейли, — пробормотала Ривер. — А как же Гейдж?

— Ангелы со мной не разговаривают! — выпалил Гейдж.

— У него нет такой способности, — подтвердил Рафаэль. — Какой бы силой он ни обладал, она еще не проявилась или настолько скрыта, что о ней никогда не узнают.

— Скажи ангелам, чтобы они оставили Бейли в покое, — приказала Ривер. — Посмотри, какой вред они причинили нашей матери.

— Он еще маленький…

— Оставь его в покое! — крикнула она.

— У них нет причин общаться с ним сейчас, — пробормотал Рафаэль.

— Убедись, что так оно и останется, — сказала она.

— Я не могу этого обещать. Нет возможности узнать, может ли у них возникнуть необходимость поговорить с ним в будущем.

Я положил руку на плечо Ривер, когда огонь охватил ее руки и добрался до запястий. Мать-демон-защитница не имела ничего общего с Ривер прямо сейчас.

— Ого, — пробормотал Гейдж, и Бейли широко раскрыл глаза.

— Что бы ни случилось, мы будем здесь, чтобы помочь Бейли и Гейджу справиться с этим, — пообещал я ей. — Твоя мать понятия не имела, что с ней происходит, но они узнают все.

Огонь в глазах Ривер угас, когда она посмотрела на своего младшего брата.

— Ты не против, Би?

Он улыбнулся ей в ответ.

— Конечно.

— Гейдж? — спросила она.

— О, да, конечно.

Ривер повернулась ко мне, и я взял ее за руку. Подведя ее к меньшему трону, я помог ей сесть на него. Она ахнула и вцепилась руками в подлокотники. Белые искры вспыхнули на ее пальцах, но кончики энергии, текущей к запястьям, были отмечены золотом. Оттуда энергия обвилась вокруг подлокотников трона и устремилась к его спинке, как будто привязывая ее к креслу.

Я сомневался, что кто-либо из других Избранных испытал бы такую реакцию со своего трона, но тогда они были бы полностью демонами. Ривер таковой не была, и это существо создало ангелов, а также варколак и эти троны. Трон отреагировал на осознание того, что теперь на нем восседает королева, более похожая на ангела.

— Потрясающе, — выдохнула Ривер, и ее глаза приобрели более глубокий фиолетовый оттенок, когда встретились с моими. — Здесь так много власти.

— Да, — согласился я.

— О, ты определенно расскажешь мне все, — сказал Гейдж, зачарованно наблюдая за сестрой.

Подойдя к своему трону, я повернулся лицом ко всем, прежде чем сесть на него. Сила немедленно хлынула в мое тело, когда все символы на стуле переместились в мою сторону. Я почувствовал, как символы, словно вода, обтекают меня, без усилий проникая в мою плоть, прежде чем снова попасть в трон.

Огонь вспыхнул в моих пальцах. Он охватил мои запястья, прежде чем превратиться в янтарный свет, который излился наружу, чтобы открыть мне доступ к Огням Творения.

Это сияние распространилось на весь трон. Люцифер сидел на этом троне в тронном зале шесть тысяч лет и так и не смог высвободить силу, которой обладал ни один из них. Если бы он это сделал, то сравнял бы Ад с землей тысячи лет назад, но когда он разорвал свою связь с жизнью, он разорвал и всякую связь, которая могла бы быть у него с тронами и сущим тоже.

Но Ривер обладала этой связью. Протянув руку, я накрыл ее руку своей. Ее сила распространилась на мое запястье, в то же время моя сила соединилась с ее силой. Янтарный и золотисто-белый огни слились воедино, пока не стало невозможно отделить одно от другого.

Окружавшие нас демоны, Варгас и Эрин опустились на одно колено и склонили головы. Каим, Рафаэль и остальные люди продолжали стоять, пока люди тоже не опустились на одно колено. Гейдж посмотрел на Ривер, прежде чем прижать Бейли к себе и опуститься на колени перед нами. Ривер сделала движение, как будто хотела остановить их, но я легонько дернул ее за руку. Мы не могли оказать кому-либо услугу. Рафаэль и Каим оглянулись, прежде чем два ангела тоже опустились на одно колено. Они расправили крылья за спиной и прижали кулаки ко лбу.

— Поднимайтесь, — скомандовал я, когда первоначальный прилив силы между мной и Ривер пошел на убыль, и свет померк. Однако огромная сила все еще была там, ожидая, когда ее можно будет использовать снова, если возникнет необходимость.

— Король и королева Ада теперь также являются королем и королевой Земли! — провозгласил Корсон, и по толпе прокатились одобрительные возгласы.

Глава 58

Ривер

Три недели спустя

Я опустила Бейли на землю в огромном холле. Он тут же побежал к одной из стен, его короткие пухлые ножки несли его гораздо быстрее, чем казалось на первый взгляд. Он провел пальцами по отметинам, до которых мог дотянуться. Над ним и вокруг меня на каждом дюйме стены было выгравировано еще больше знаков.

Каждый из этих знаков был вырезан рукой Кобаля, а затем запятнан его кровью, а также моей. Сила, царящая в этой комнате, никогда не могла сравниться с той, что я ощущала в зале, где хранились Огни Творения, но каждый раз, когда я входила сюда, у меня перехватывало дыхание.

Энергия обжигала мою кожу, вызывая искры на кончиках пальцев, в то время как Бейли продолжал выводить символы. В конце комнаты стук прекратился, когда Корсон, Хок, Бейл, Магнус, Каим, Рафаэль и Гейдж подняли головы и посмотрели на нас. Все они заканчивали отделку последнего возвышения. Мой трон уже был установлен на нем. Лопан сидел на краю возвышения, раскачивая своими маленькими ножками взад-вперед и напевая себе под нос. Опустившись на колени рядом с ним, Калах вбил последний гвоздь на место.

За три недели произошло так много событий, что казалось, будто пролетели годы. Прежде чем мы покинули мой город, я позаботилась о том, чтобы все, кого убил Люцифер, были должным образом похоронены. Потребовалось четыре дня, чтобы выкопать многочисленные могилы и установить все возможные надгробия в память о тех, кого мы любили. Это заняло бы больше времени, но демоны и ангелы работали намного быстрее, чем люди.

Я держала Гейджа и Бейли подальше от поля боя, пока не убрали все тела, но я знала, что они увидели гораздо больше, чем следовало. У Гейджа все еще был затравленный взгляд, и он хватался за вещи, которые никогда бы не заставили его вздрогнуть раньше, но ему здесь нравилось, и ему нравились демоны. Бейли просыпался с криком каждую ночь с тех пор, как Люцифер забрал его. Единственное, что приносило ему хоть какое-то утешение, — это когда я, Гейдж или Кобаль обнимали его или когда он приходил в эту комнату, чтобы проследить за символами. Я не могла отрицать его связи с ангелами, но я надеялась по возможности оберегать его, пока он не подрастет.

К сожалению, пока мы убирали тела с поля боя, мы также обнаружили тела членов семьи Хока и жителей его города и похоронили их. Каим и Рафаэль поднялись в небо, чтобы осмотреть города на мысе Кейп. Город Сэндвич также был разрушен, их тела были перемешаны с телами тех, кого мы пытались опознать перед захоронением, но люди в других городах были еще живы. Гнев Люцифера не зашел так далеко.

В битве также погибла пара гончих. Кобаль стоял рядом с другими гончими, наблюдая, как их тела сгорают на устроенном им костре. Все гончие выли и скулили, оплакивая свою потерю.

Когда мы, наконец, закончили хоронить или сжигать мертвых, я забрала спортивную сумку Лизы, положила в нее еще фотографии и кое-какие вещи для Гейджа и Бейли. Затем мы вернулись к стене. Когда мы приехали, Кобаль приказал перевести мою мать в другую секцию.

Я не стала оспаривать приказ. Я не могла оставить ее гнить, но это не означало, что я хотела видеть ее каждый день своей жизни. Наши жизни больше никогда не пересекутся. Гейдж тоже не протестовал против этого решения, и Бейли до сих пор не расспрашивал о ней, хотя он несколько раз спрашивал о Лизе и Асанте.

Слезы навернулись мне на глаза при воспоминании о потере моих друзей. Я нашла их тела среди останков других людей, вместе с родителями Лизы. Я убедилась, что они все похоронены вместе, и поплакала над их могилами. Никогда не забывать о них — лучший способ почтить их память, и я хотела бы убедиться, что память о них будет жить так же долго, как и моя.

Верин тоже была похоронена на поле боя, в огне, который устроил Кобаль. Демоны не верили в поминальные службы, но я попросила устроить их для нее и Моракса. У нас не было его тела, чтобы сжечь, но я соорудила для них обоих небольшие надгробия. Они погибли, чтобы покончить с Люцифером, а Верин погибла, спасая моего брата. Им нужно было что-то, чтобы почтить их память и отметить, что в конце концов они снова вместе.

Я знала, что ангелы и демоны не проходят через тот же цикл рождения и смерти, что и люди, знала, что для них нет загробной жизни, но я все равно предпочла верить, что Верин и Моракс теперь воссоединились.

Дверь позади меня открылась и закрылась. Несколько секунд спустя Варгас и Эрин улыбнулись мне, проходя мимо с вязанками дров в руках. Скеллейны стояли по бокам от Эрин. Они все еще были полны решимости заставить ее разгадать загадку, но я полагала, что загадки закончатся раньше, чем они поставят ее в тупик.

Каждый из скеллейнов носил какой-нибудь предмет одежды или аксессуар, который отличал его от других, хотя у каждого на боку или в руке висела фляжка. Теперь, когда они вернулись на Землю, к ним вернулся их более веселый нрав. Как и Корсон, но он перестал носить серьги.

Свечи, мерцающие в канделябрах на стенах, отбрасывали тени на деревянный пол, когда я шла за Бейли. Призраков, прибывших к стене, оказалось больше, чем я ожидала. Каждый день со всех концов света продолжали прибывать новые существа, к большому неудовольствию демонов и ужасу людей. Люди все еще пытались привыкнуть к иногда агрессивным, часто эгоистичным призракам, которые, к сожалению, обнаружили, что им нравится материализовываться сквозь стены, чтобы пугать людей.

Однако в этом зале Кобаль не хотел электричества. Я подумала, что он хотел устроить маленький кусочек Ада на Земле, и это место было именно таким, пусть и надземным. Мне также понравилось, что свечи в зале создавали гораздо более уютную атмосферу.

Держа в руке свой трон, Кобаль вышел из коридора, соединяющего это здание с домом, в который переехали мои братья. Я знала, что Кобаль ненавидел жить в домах людей, но я больше не могла заставить себя находиться вдали от своих братьев.

В качестве компромисса Кобаль разобрал стену на нижнем этаже дома и пристроил к ней свою палатку, чтобы мы могли в ней спать. Мы больше не были на холме с другими демонами, но дом был достаточно далеко от других людей, и он заверил меня, что не возражает против этого.

Кобаль поставил свой трон рядом с моим и шагнул вперед, когда Эрин поднялась к нему по ступеням возвышения. Они немного поговорили, прежде чем Эрин положила дрова, которые несла с собой. Она порылась в кармане и вытащила что-то оттуда. Кобаль взял это у нее, что-то сказал остальным на возвышении, и все встали.

— Давай же, Бейли! — Гейдж окликнул его.

Бейли, пошатываясь, двинулся вперед, пока Ликс не подхватил его на руки и не поднялся с ним по ступеням помоста. Несмотря на затянувшуюся травму из-за того, что случилось с ними и с нашим городом, мои братья оба хорошо справлялись со всем происходящим. Гейдж был в восторге от того, что король Ада стал его шурином, а Бейли восхищался каждым демоном, ангелом и адским созданием, с которыми он сталкивался. Скеллейны, к их большой радости, были его любимцами.

Они все исчезли в коридоре, и я услышала щелчок закрывшейся двери. Кобаль спустился по лестнице и направился ко мне с улыбкой на губах. У меня поджались пальцы на ногах, когда я заметила хищный блеск в его обсидиановых глазах.

— У меня есть подарок для тебя, Mah Kush-la, — сказал он, останавливаясь передо мной.

— Действительно? — нетерпеливо спросила я.

Подняв руку, он сжал ее в кулак, прежде чем разжать. Ожерелье из ракушек выпало и повисло между его большим и указательным пальцами. Моя рука инстинктивно потянулась к тому месту. Его сорвали с меня перед тем, как мы попали в Ад.

— Каким образом? — я вздохнула.

— Перед тем как мы уехали, я собрал ракушки на пляже, — сказал он.

Я вспомнила, как мы гуляли с ним по пляжу. Я не могла выйти из дома, не подойдя к океану, чтобы попрощаться. Я рассеянно наблюдала за Кобалем, который подбирал ракушки и либо прятал их в карман, либо отбрасывал в сторону, как это делали миллионы других людей, прогуливаясь по побережью. Может быть, однажды я и смогу вернуться в море, но это будет не скоро. А пока мы должны были оставаться у стены, следя за тем, чтобы она оставалась в безопасности, пока угроза со стороны оставшихся ангелов и худших тварей не будет устранена.

— Я просверлил в них дырочки и сделал из них ожерелье для тебя. Эрин сделала застежку, — сказал он.

Слезы наполнили мои глаза, когда я подняла руку и провела пальцами по отполированным розовым и белым ракушкам. Каждую ракушку он выбирал вручную.

— Это прекрасно!

— Повернись.

Я сделала, как он сказал, и приподняла волосы, чтобы он мог накинуть их мне на шею и закрепить там. Он наклонился, чтобы поцеловать меня в затылок. Мои соски напряглись в предвкушении, когда влага разлилась между моих бедер.

— Мне это нравится, — выдохнула я.

— Должен признать, у меня также есть на это эгоистичная причина, — сказал он, обхватив мою задницу, прежде чем скользнуть рукой мне между ног сзади.

Моя голова упала ему на плечо, когда он неторопливо погладил меня.

— И что это за причина?

— Я скучал по тому, что видел тебя лишь в этом ожерелье.

— Тогда я буду делать это так часто, как смогу.

Он повернул меня в своих объятиях и завладел моими губами. Прижав меня к себе, он пронес меня через всю комнату к возвышению. Его ноги глухо стучали, когда он поднимался по ступенькам на деревянную сцену. Подойдя, он поставил меня перед своим троном. Он быстро снял с меня одежду и отступил на шаг. Его пристальный взгляд прошелся по мне с головы до ног, пока я стояла перед ним в одном ожерелье из ракушек.

Улыбка искривила его губы, когда он снял с себя одежду и отбросил ее в сторону. Снова притянув меня к себе, он повернулся, чтобы сесть на свой трон, и усадил меня между своих ног. Тяжелая длина его члена прижалась к внутренней стороне моего бедра, когда он усадил меня к себе на колени.

Поток энергии, пронизывающий кресло, ожил, когда он взялся за свою эрекцию и дразняще потерся головкой о мое уже влажное отверстие. Мои руки легли ему на плечи, и я запечатлела поцелуй на его губах, когда он скользнул в меня.

Мое тело дернулось, когда мы соединились. Энергия затопила меня, и вокруг нас вспыхнул золотисто-белый свет. Он обхватил мой затылок и погрузил свой язык мне в рот, проникая все глубже. Энергия, которую мы генерировали, просачивалась наружу, заставляя символы смещаться на стенах, когда исходящее от него оранжевое свечение смешивалось с моим светом.

Прервав поцелуй, я отклонилась назад, чтобы встретиться с ним взглядом. Когда он посмотрел мне в глаза, они горели золотистым огнем. Его палец скользнул по моему ожерелью, прежде чем опуститься ниже, чтобы обвести мой затвердевший сосок. Напряжение, растущее в моем животе, и то, как напряглись его мышцы под моими руками, подсказали мне, что мы оба приближаемся к кульминации.

— Не отстраняйся, — прошептала я, обхватив его щеки ладонями и снова поцеловав. — Останься во мне. Мне нужно снова почувствовать, что ты претендуешь на меня во всех отношениях.

Его когти удлинились на моей плоти, но не пронзили ее, когда он безжалостно вонзился в меня. Когда его клыки вонзились в мое плечо, я пришла в неистовство и стала царапать его спину. Я почувствовала пульсацию его оргазма и тепло его семени, наполняющее меня, когда я впилась зубами в его плечо, заявляя на него свои права.

Эпилог

Кобаль

Год спустя

Смех Ривер донесся до меня еще до того, как я вошел в зал. Я не мог удержаться от улыбки, когда этот лучезарный звук наполнил весь день и заставил улыбнуться и тех, кто шел рядом. За год не только демоны полюбили и зауважали свою королеву, но и люди, другие адские создания и призраки, обитавшие вдоль стены.

После того, как мы снова провели на стене месяц, я принял решение отправиться через Ад на другой конец света, чтобы посмотреть, как там обстоят дела. Это было не то путешествие, которое я хотел совершить. Я ненавидел оставлять Ривер одну, но она не могла путешествовать со мной по минному полю, в которое превратился Ад, а Люцифер разрушил аэропорт в Канаде. Я чувствовал себя в безопасности, оставляя ее, только потому, что знал, что здесь она будет в безопасности; у нее было больше защитников, чем у меня.

С Корсоном, Шаксом, Калахом, Лопаном и половиной гончих на моей стороне мы успешно преодолели Ад и добрались до другого конца Земли. Я встретился с лидерами людей и демонов, которых основал там много лет назад.

Некоторые из этих лидеров погибли и нуждались в замене, но остальные по-прежнему выполняли свои обязанности, и делали это хорошо. То, что осталось от большинства человеческих правительств по всей земле, полностью рухнуло после падения печатей. Только Англия, Австралия и Россия сохранили какое-то подобие своего прежнего правительства, но теперь все они подчинялись мне и Ривер тоже. Я провел почти две недели, путешествуя по стране, прежде чем смог вернуться к ней.

Это было нелегкое путешествие. Когда на Земле все наладится, я снова попытаюсь навести порядок в Аду, но к тому времени, возможно, в этом уже не будет необходимости. Если бы оставшиеся обитатели Ада добились своего, они бы все поубивали друг друга, прежде чем я смог бы вернуться и все исправить.

После моего возвращения, когда мы снова пробыли на стене два месяца, мы с Ривер решили, что пришло время путешествовать по стене с ее братьями и Маком. Мне было необходимо посмотреть, как обстоят дела со стеной, встретиться с другими лидерами-людьми, пообщаться с демонами, которых я назначил ответственными за определенные участки, и твердо установить наше лидерство над ними, а также роль Мака как посла людей.

Некоторые участки стены были полностью разрушены, а целые лагеря стерты с лица земли, но другие устояли. Большинство разрушенных участков к настоящему времени были восстановлены, и руководство восстановлено. Стена все еще время от времени подвергалась нападениям, но большинство беглецов из Ада избегали ее, если только не умели летать.

После нескольких месяцев странствий мы вернулись сюда, в район, который Ривер считала своим домом на стене. Мне по-прежнему нужно было время от времени путешествовать, мир по-прежнему был гораздо более смертоносным, чем раньше, но в этом новом мире установились твердые правила. Большинство из них собирались вместе, чтобы бороться за общее дело — выживание.

Были люди и демоны, которые по-прежнему не хотели сотрудничать, но со временем они либо смирятся и присоединятся к нам, либо вообще останутся в стороне. Если они решат бороться против наших новых правил и законов, их выследят и уничтожат. У них не было других вариантов, и я совершенно ясно дал это понять всем.

Из-за угла зала показалась голова дракона. Ривер назвала этих существ Флинт и Блейз, потому что не могла сказать, самцы они или самки, но она знала, кто из них кто. У меня не было намерения когда-либо учиться отличать их друг от друга. Я недолюбливал их так же сильно, как они продолжали недолюбливать меня, но ради нее мы заключили непростое перемирие друг с другом.

Дракон фыркнул и взлетел, чтобы присоединиться к своему напарнику, кружащему на горизонте. Драконы приземлились и охраняли Ривер всякий раз, когда меня не было рядом с ней, как и гончие и несколько пука, которые прибыли на стену вскоре после финальной битвы с Люцифером.

Это была единственная причина, по которой я чувствовал себя в безопасности, оставляя ее одну путешествовать по Аду. Никто не был настолько безумен, чтобы сражаться со всем этим, а также с демонами и людьми, живущими здесь, чтобы попытаться напасть на нее.

Каким-то образом Ривер общалась с пуками и драконами, или они, по крайней мере, слушали ее. По ее приказу они воздерживались от употребления в пищу людей и демонов. Они лакомились адскими созданиями, которые подходили слишком близко к стене или отправлялись на охоту в дикие места.

После того, как мы прошли через Ад и вернулись, я отправил Корсона, Бейл, Магнуса, Шакса, Хока, Эрин, Ликса, Рафаэля, Каима, Варгаса и некоторых других демонов и людей с Рен и ее группой. Они охотились за тем, что осталось от последователей Люцифера.

Это была тяжелая работа, но они рассказывали нам о ней каждый раз, когда возвращались, чтобы отметиться или сделать перерыв. В прошлом месяце они вернулись, окровавленные и избитые, но торжествующе улыбающиеся. После того, как все остальные вернулись на неделю, большинство из них снова отправились в путь, но Эрин и Варгас остались. Варгас сломал ногу, и ему требовалось время на восстановление. Эрин попросила разрешения остаться с ним и Ривер.

За время их пребывания здесь я с удивлением осознал, что скучаю по компании своих друзей.

До Ривер я ни по чему не скучал. Это были эмоции, которых у меня никогда бы не было, и я бы не понял их, даже если бы они у меня были. Я понял это сейчас, потому что мне нравилось выпивать и смеяться с ними.

Я не пропустил драку. Еще одна вещь, которую я не мог себе представить до появления Ривер. Я был рожден, чтобы сражаться; это было все, что я когда-либо знал. Теперь я познал счастье, смех, любовь и семью. С меня было достаточно сражений.

Я также был рожден, чтобы руководить, и я делал это с твердым контролем, но и со снисходительностью. Ривер смягчила мою более безжалостную сторону, и мы вместе нашли время, чтобы судить и наказывать тех, кто нарушал законы, когда они предстали перед нами.

Я принадлежал этому месту, и править этим миром было тем, что я должен был делать.

Распахнув дверь в зал, я почувствовал, как мощный поток энергии, который она содержала, захлестнул меня, как только я вошел в затененное помещение. Ривер сидела на краю возвышения, держа Бейли на коленях, и читала ему сказку. Гейдж сидел по другую сторону от нее, указывая на книгу и издавая странные звуки. Они все смеялись над его неуклюжими попытками использовать язык демонов. Они втроем пытались выучить демонический, но некоторые слова давались им с трудом.

Лопан сидел по другую сторону от них, упираясь ногами в возвышение, пока Калах зажигал одну из свечей. Дейзи зависла над плечом Ривер, раскачиваясь взад-вперед и не отрываясь от книги.

Ривер перестала читать, когда дверь закрылась, и посмотрела на меня. Радость осветила ее лицо. В день своего двадцать третьего дня рождения она перестала стареть и стала бессмертной. Кроме того, что ее тело перестало стареть, оно оставалось человеческим во всех других отношениях.

Мы не знали, может ли она восстанавливать утраченные части тела, ни один из нас не хотел рисковать, чтобы узнать, что это может повлечь за собой, но она была бессмертной. Моей бессмертной.

Она взяла Бейли на руки, чтобы подняться, но я жестом остановил ее.

— Я приду к тебе. Так будет проще.

Она рассмеялась, когда я в мгновение ока преодолел разделявшую нас сотню футов. Бейли высвободился из ее объятий и бросился к Гейджу, когда я остановился перед ней и наклонился, чтобы поцеловать ее.

Положив руку на ее невероятно округлый живот, я почувствовал, как внутри нее бьется наш ребенок. Ривер положила свою руку поверх моей, и по ее пальцам пробежали искры. Как и она, малыш уже питался жизнью, и она постоянно пользовалась этим, чтобы сохранить здоровье ребенка и себя.

— Твой сын сегодня очень активен, — сказала она.

— Ты уверена, что это мальчик? — спросил я, когда малыш снова пошевелился и пнул меня.

— О да, и он такой же упрямый и капризный, как и его отец.

— Я больше не такой капризный, особенно с тобой.

Она улыбнулась и поцеловала меня в шею.

— Верно, сейчас ты гораздо лучше, чем когда я впервые встретила тебя.

Я погладил ее по животу, и малыш снова забрыкался. К концу месяца должен был родиться наш сын.

— Это потому, что ты дала мне все, чего я когда-либо хотел, и то, о чем я даже не мечтал, — ответил я.

— Я люблю тебя, — прошептала она.

Я поднял голову и посмотрел в ее фиалковые глаза, сияющие жизненной силой.

— И я тебя, Mah Kush-la.

Высвободившись из объятий Гейджа, Бейли подошел и протянул ко мне руки. Он обнял меня за шею, когда я взял его на руки. За этот год ребенок стал мне как родной, и он часто искал меня, когда нуждался в утешении. Гейдж стал моим братом, который быстро взрослел, становясь выше и шире в плечах.

— Ты почувствовал это сегодня? — спросил я Бейли, и он кивнул, положив свою руку рядом с моей на живот Ривер. Мой сын снова пнул, и Бейли завизжал от восторга.

Гейдж прислонился к Ривер, когда Лопан, Дейзи и Калах выскользнули из зала, оставив меня наедине с Ривер и нашей растущей семьей.

Конец