Поредевшая армия победителей сражения на Глинском поле показалась у стен Чёрных Шахт лишь поздно вечером, фактически уже на закате. И это притом, что мои орки заняли оставленный без защиты город ещё в первой половине дня! Столь значительная задержка объяснялась, подозреваю, большими понесёнными в битве потерями и необходимостью хоронить убитых, как и оказывать помощь раненым. Да и делёж трофеев с павших в сражении рыцарей графа Кубина Младшего тоже занял какое-то время, как и расчёт с наёмными отрядами, после сражения наверняка потребовавшими обещанную оплату. Как бы то ни было, наши противники сильно опоздали, и вместо распахнутых настежь ворот Чёрных Шахт, разбежавшейся в панике охраны и перепуганных беспомощных горожан их встретила готовая к обороне крепость с сотнями защитников на стенах.

По-видимому, это стало для наших врагов неожиданностью. Как мне сообщили охраняющие главные ворота орки, срочно вызвавшие вождя разбираться с непрошенными гостями, колонна врагов остановилась шагов за двести от стены, а их лидеры в сверкающих рыцарских доспехах съехались и устроили совещание. У моей знакомой Диассы Ловкой Лани руки чесались отдать приказ своим стрелкам-дальнобоям устранить разом всех командиров, но эльфийка сдержалась, поскольку опасалась серьёзных последствий такого необдуманного поступка.

Наконец, от колонны отделился и быстрым шагом подошёл к самым воротам молодой рыжий герольд с флагом вольного города Болток — белым рогатым оленем на синем фоне. Парень долго дул в медный рожок-валторну, издавая малоприятные кукарекающие звуки, после чего достал из сумки и продемонстрировал, подняв высоко над головой, чью-то отрезанную голову — видимо, прежнего градоначальника Чёрных Шахт графа Кубина Младшего Альмара. Затем этот посланник передал слова своего господина виконта Зязика Славного, старшего сына и наследника главы города Болток, в ультимативной форме потребовав открыть ворота перед новыми хозяевами города, угрожая в противном случае взять Чёрные Шахты приступом и устроить на улицах тотальную резню.

Ему со стены ответила баронесса Тильда Ур-Вайетт как старшая по титулу. Вампирша назвала себя и пообещала сделать парня евнухом, если он хоть раз ещё притронется к рожку и продолжит терзать её нежный слух немелодичными звуками. После чего велела гонцу и его хозяевам терпеливо дожидаться появления «нового главы города Чёрные Шахты», который и ответит на ультиматум. Посланник убыл к своим, и командиры противника долго совещались. Появление дочери великого Императора Запада Кельнмиира в городе агрессоры не ожидали, как и вообще любого сопротивления от побеждённых в сражении на Глинском поле, и потому несколько растерялись. Но тут уже к воротам прибыл я и взял на себя дальнейшие переговоры.

Для начала поднялся на стену и осмотрел прибывшего неприятеля. От всей армии вольного города Болток в живых осталось максимум семьсот бойцов, из которых пехоты было менее трети. Что ж, это успокаивало, поскольку взять укреплённый город такими силами было в принципе невозможно, как и держать полноценную осаду. У меня даже мелькнула шальная мысль открыть ворота и дать прибывшим бой тут под стенами Чёрных Шахт, но я всё же отказался от такой идеи, поскольку мои орки тоже понесли бы серьёзные потери, что сильно усложнило бы дальнейшее положение племени Жёлтой Рыбы.

Поэтому я лишь приказал сменить флаги на башнях и над воротами, убрав знамёна рода Альмар и вывесив наши с чёрной эмблемой Мораны на жёлтом фоне, барабанщикам же начать отбивать ритм. Со стены в медный рупор я прокричал, что жду троих представителей города Болток на переговоры и обещаю им безопасность.

— Альвар! Альвар!! Альвар!!! — прокатилось по окрестностям на фоне барабанного боя, и городские ворота стали медленно открываться.

Пехота врага начала спешно перестраиваться в боевые порядки, конница тоже пришла в движение, готовая сразу же разорвать дистанцию и отойти, если из раскрытых ворот хлынет сметающая всё на своём пути пехота закованных в броню орков. Но никто из Чёрных Шахт не вышел, а время шло, так что нужно было как-то реагировать, и минут через пятнадцать к городу двинулась тройка всадников: двое массивных бронированных рыцарей на крепких вороных конях и… я даже не поверил своим глазам… на белой тонконогой лошади хорошо знакомый мне младший князь Брандуил Презревший Смерть из эльфийского Рода Невидимого Богомола в зелёном расшитом золотом плаще и походном костюме вообще без брони и оружия.

Тройка переговорщиков въехала в городские ворота, оказавшись перед полукольцом пехотинцев-копейщиков Хуго Проворного и сразу же остановившись, а тяжёлые створки за их спинами с грохотом закрылись. Я увидел, как потянулись за мечами оба рыцари, предполагая подлую ловушку, но эльфийский спутник их успокоил, заверив, что подобное коварство не в духе вождя Альвара Завоевателя. И действительно мои орки агрессии не проявляли и наоборот помогли прибывшим дипломатам спешиться.

— Поднимайтесь сюда наверх! — крикнул я, поскольку в башне у ворот действительно имелась подходящая комната для ведения переговоров.

Гремя металлическими латами и цокая по каменным ступеням шпорами, тяжёлые рыцари в сверкающей броне поднялись наверх и представились мне и присутствующим в комнате спутникам, которых я пригласил на важные переговоры. Эльфийской княгине Диассе Ловкой Лани. Чернокожей Мурене, чья необычная внешность вызвала неподдельный интерес гостей. Баронессе Тильде Ур-Вайетт, по такому случаю переодевшуюся в официальный красно-чёрный наряд титулованной аристократки Западной Империи. И сотнику Альвару Везучему, латы старшего паладина церкви «истинных богов» на котором уже сами по себе вызывали уважение.

Возглавлял тройку переговорщиков сир Бриан Ур-Тори, главнокомандующий объединённой армией вольного города и союзных отрядов. Командующим врага оказался ещё не дряхлый ветеран бесчисленных военных кампаний Приграничья, имеющий огромный опыт ведения сражений, чьими услугами и личной дружиной воспользовался наниматель граф Яго Хозяин Стекла — правитель вольного города Болток, центра стекольного дела всего Приграничья.

Вторым участником переговоров был совсем молодой сын графа — шестнадцатилетний виконт Зязик Славный, ещё с тринадцати лет участвующий во всех войнах отца и заслуживший уже уважение среди бойцов за бесстрашие и отвагу. Именно этому отпрыску по замыслу отца и должны были достаться богатые Чёрные Шахты, так что парень не скрывал своего раздражения от того, что заветный трофей всё ещё не пал ему в руки, и процесс передачи города затягивается.

Третьего участника переговоров длинноухого Брандуила Презревшего Смерть я уже неплохо знал, да и эльф сразу предупредил, что он тут не по поводу передачи города Чёрных Шахт. А приехал узнать подробности столь внезапной кончины родственника Валькора Непревзойдённого Мечника и выкупить его голову, без которой невозможно подобающее прощание с прославленным благородным князем. Также его интересовала находящаяся у меня или у кого-то из моих орков корона наследника Рода Невидимого Богомола и тела или головы всех его павших в сражении соплеменников.

— Князь, и корона, и головы находятся у меня. Также у меня в плену имеется один живой эльф из твоих подданных, правда в тяжёлом состоянии. Но об этом поговорим позже, когда решим первостепенный вопрос с принадлежностью города.

— А чего тут решать? — вступил в беседу нетерпеливый и дерзкий виконт. — Я победил в сражении на Глинском поле, так что город Чёрные Шахты принадлежит мне! Безродный наёмник, освобождай немедленно мою собственность и тогда, возможно, я не трону твоих орков и позволю им вернуться под ту корягу, из-под которой они выползли!

Проявившаяся за его спиной кикимора Кирена отвесила наглецу смачный подзатыльник.

— Не смей повышать голос н-на хозяин-на, ин-наче откушу тебе н-нос!!!

Я велел нечисти снова скрыться и больше не вмешиваться, и даже для вида пожурил свою «излишне ретивую помощницу, не знающую человеческих обычаев», хотя на самом деле кикимора лишь исполнила мой ментальный приказ. Но появление в комнате живой кикиморы предсказуемо вызвало у моих собеседников огромное удивление и даже шок.

— И много у тебя таких необычных помощников, вождь орков? — поинтересовался командующий, и я подтвердил его самые серьёзные опасения.

— Много, сир Бриан. Фактически, полные болота, которых на моей территории в избытке, князь Брандуил подтвердит мои слова. Лешие, русалки, кикиморы, прочие духи… Их вполне достаточно, чтобы контролировать границу с Родом Невидимого Богомола и знать о перемещении всех эльфийских разведчиков. Или вызнать ваши планы перед боем на Глинском поле.

Мои слова заставили ветерана серьёзно задуматься, да и на молодого виконта тоже произвели впечатление. Я же развил словесный успех.

— То, что вы видели на поле — лишь малая часть моих войск. Так что если бы я задался целью оставить Чёрные Шахты себе, у меня хватило бы сил удержать город. Да и вашу стоящую под стенами армию я могу если и не полностью разбить, то сильно сократить её численность. Вот только у меня нет таких планов, — но не успели мои оппоненты облегчённо выдохнуть после таких моих слов, как я продолжил. — Хотя тут возникает одна проблема: наниматель граф Кубин Младший Альмар мне не заплатил, и его город по-прежнему должен мне четыреста золотых монет. Я намереваюсь эти деньги так или иначе получить — или от вас, или от супруги графа (собеседники не могли знать о самоубийстве графини Сильвии Альмар, и я пользовался этим), или от богатых городских купцов за сохранение их лавок и складов. Виконт, ты готов прямо сейчас заплатить мне четыреста золотых, чтобы мои орки покинули город Чёрные Шахты?

— Эээ… нет, — пацан оказался сбит с толку и, с надеждой посмотрев сперва на эльфа, затем на командующего, и не дождавшись от них совета или финансовой помощи, всё-таки отрицательно замотал головой. — Я сейчас пуст. Монетами, что выдал отец, я расплатился с наёмниками.

— Тогда слушайте мои условия. Четыреста золотых плюс сотня за каждый день ожидания — вот моя цена. Или дайте мне две седьмицы, чтобы я сам мирным путём собрал нужную сумму в богатом городе, не прибегая к грабежам, насилию и погромам.

Наступило долгое молчание, тройка переговорщиков лишь переглядывалась меж собой. Наконец, главнокомандующий решился озвучить своё мнение.

— Мне кажется это справедливым. Орки сильны, и без огромных потерь их не победить, так что соглашайтесь, виконт! Возьмите ещё денег у отца, или вернёмся через две седьмицы и возьмём город бесплатно.

— Да, это справедливое требование, — определился графский сыночек и объявил, что отводит свои войска от стен Чёрных Шахт и возвращает домой.

Двое рыцарей ушли, причём командующий напоследок даже слегка поклонился мне, и в комнате вместе со мной и моими друзьями остался лишь эльфийский младший князь. Который сразу же перешёл на эльфийский язык.

— Ты убил эльфийского князя, Альвар Завоеватель, а такое преступление не прощается. К тому же разговаривающие с природой говорят, что дух Невидимого Богомола разъярён и требует немедленной мести за своё ослабление. К сожалению, я не могу пойти на поводу у духа-защитника. Мой Род связан сейчас мирным договором с твоим племенем Жёлтой Рыбы, а слово мы держим. Но в первый день будущей весны меж нами неминуемо будет объявлена война! Впрочем… расскажи о последних мгновениях жизни моего прапрадеда, но только предельно честно, и я подумаю над продлением перемирия ещё на сезон-другой.

— А ты уверен, что мне нужно продление перемирия? — демонстративно удивился я. — Кажется, мы с тобой уже говорили, молодой князь, что между нашими племенами существуют противоречия, и для их разрешения может потребоваться пролить кровь. Впрочем, ты имеешь право знать, как умер великий мечник.

Почти не покривив душой, я поведал историю о том, что легендарный мечник серьёзно недооценил меня. И когда баронесса Тильда Ур-Вайетт, — я указал на вампиршу, — закончила обратный отсчёт, Валькор Непревзойдённый Мечник с едва уловимой глазом скоростью метнулся вовсе не ко мне, а к стоящей в первом ряду княгине Диассе Ловкой Лани. И зачем-то засунул ей в приоткрытый рот пучок зелёной травы, вместо того, чтобы отражать мою атаку.

— Всё так и было, — густо покраснев, призналась длинноухая лучница. — Я и глазом не успела моргнуть после начала поединка меж вождями, как у меня оказался полный рот травы. Пришлось долго отплёвываться, а тем временем Альвар уже отрубил отвлёкшемуся сопернику руку. Раненый же князь Валькор, нарушив все законы чести и самим же объявленное правило боя один на один, стал призывать своих эльфов напасть на Альвара и убить его.

— Ты лжёшь, низложенная, такого быть не могло! — резко заявил ошарашенный эльф. — Никогда князь Рода Невидимого Богомола не опустился бы до столь подлого нарушения правил дуэли чести!

Вот только и понимающая эльфийский язык баронесса Тильда, да и я сам тоже, подтвердили, что именно так всё и было, и тому имеется огромное количество свидетелей среди эльфов, людей и орков. Да и полученная мной в спину рана в то время, когда я стоял лицом к опустившемуся на одно колено противнику, красноречиво подтверждает слова эльфийки и других свидетелей.

— Я отказываюсь в это верить, да и члены советы старейших никогда не примут такую версию! — упорствовал эльфийский переговорщик, и переубедить его не было никакой возможности, как мы ни пытались.

— Что ж, тогда я придержу голову опозоренного бесчестием князя Валинора у себя, — объявил я своё окончательное решение. — И отдам для подобающего захоронения лишь тогда, когда Род Невидимого Богомола официально признает бесчестие князя и извинится предо мной за его подлый поступок!

— Вождь орков, этого не случится никогда! И скорее ты умрёшь от руки убийц, которых тебе отныне нужно будет постоянно опасаться, чем эльфы Рода Невидимого Богомола поступятся своими принципами и признают бесчестие одного из своих князей! Да, мы чтим заключённое перемирие, и войны меж нашими народами до весны не случится, но договор не запрещает участие посторонних убийц!

Младший князь ушёл, напоследок громко хлопнув дверью, и даже не стал обсуждать вопрос судьбы эльфийского пленника, короны и двух сотен других отрезанных ушастых голов. Огромная ошибка с его стороны! Поскольку раз уж мне открыто осмелились угрожать, то я тоже сдерживаться не собирался. А у меня вполне найдётся, чем ответить. И раз уж духа-хранителя Невидимого Богомола так ослабляет и выбешивает позор князя Валинора, то этот эффект будет многократно усилен, и о его подлости и нарушении законов чести узнает не только город Чёрные Шахты, но и всё Приграничье! И если даже после такого упёртые эльфы не поймут, то их корона наследника Рода станет моим подарком Диассе Ловкой Лани на какой-нибудь праздник, а из черепушки бывшего непревзойдённого мечника я сделаю кубок дли вина или, хуже того, ночную вазу!

* * *

Поздний вечер, уже фактически ночь. На мой стук долго никто не открывал. Но наконец из-за двери послышался кашель, крохотное смотровое окошко приоткрылось, и на меня уставились глаза морщинистого старика. Не успел я представиться и назвать цель визита в этот массивный и мрачный особняк главы купеческой гильдии, больше напоминающий крепость, как загремели запоры, и тяжёлая дверь отворилась. В дверях стоял дряхлый и болезненно-худой слуга в потёртой ливрее и с горящей свечой в руках.

— Входите, вождь Альвар! — низко в пояс поклонился он, застонав при этом от боли в пояснице. — Хозяин только что говорил о вас и предположил, что не сегодня, так завтра-послезавтра вы обязательно заглянете к нему.

О как! Ни этого слугу, ни его богатого купца-хозяина я ранее не знал, однако меня опознали с одного взгляда и, более того, ждали. По указанию слуги я проследовал на второй этаж. Полутёмный коридор, каменные голые стены и узкие окна, больше напоминающие бойницы. Никаких других слуг, кроме этого шаркающего шлёпанцами за моей спиной и постоянно кашляющего старика, никаких предметов роскоши. Ничто на первом этаже не говорило о том, что в здании проживает богатейшей человек в Чёрных Шахтах, как мне расписывали горожане «всесильного господина Мади» или «Мади главного купца». Я поднялся по лестнице и остановился возле запертой прочной двери на второй этаж, и подошедший слуга загремел вытащенной из-за пазухи связкой ключей.

Глаза после полутьмы коридора резанул яркий свет, но я различил двух высоких и мускулистых мордоворотов, охраняющих вход. К счастью, агрессии они не проявляли и лишь помогли пожилому привратнику снова запереть толстую и тяжёлую дверь. Кстати, и эта комната второго этажа тоже не впечатляла убранством — голые стены, никаких ковров на полу, а из мебели, если можно так сказать, лишь несколько высоких и ярких светильников.

— Добро пожаловать в мою скромную обитель, вождь орков Альвар Завоеватель! — раздался вдалеке уверенный сильный голос, и я разглядел сидящего у дальней стены в инвалидном кресле на колёсиках крепкого и я бы даже сказал красивого мужчину с тёмными ухоженными волосами и аккуратной бородкой. Аристократическое лицо, внимательные умные глаза, да и статью природа мужчину не обделила, вот только накинутый на его могучие плечи пёстрый халат не скрывал отсутствие у говорящего обеих ног выше коленей. — Времена сейчас неспокойные, так что прошу извинить за присутствие на этой беседе моей охраны.

Владелец дома указал на дальнюю дверь, и пожилой слуга послушно покатил кресло с хозяином в следующий зал. Я тоже двинулся за ними, и оба охранника, не спуская ладоней с рукоятей коротких мечей и сохраняя дистанцию от меня в три шага, проследовали за нами. Двери отворились, и наконец-то я обнаружил признаки роскоши, а то уже начал подумывать, что ошибся адресом.

Мы попали в жилую комнату с дорогущими коврами, резной мебелью из розового дерева и мраморными статуями по углам. Огромный круглый стол в середине зала и не убранные ещё столовые приборы на одиннадцать человек с остатками еды, как и недопитые фужеры вина, свидетельствовали о том, что моё внезапное появление прервало застолье большой компании. Которая вся предпочла удалиться, за исключением безногого торговца, но не общаться с командиром диких наёмников, фактически захвативших город.

— Прошу извинить за беспорядок, сейчас слуги всё уберут, — глава городских торговцев звонко щёлкнул пальцами, и появившаяся из-за занавешенной портьерой арки молоденькая шустрая служанка помогла старику-привратнику убрать со стола грязную посуду. — Может, вождь, желаешь отужинать? Или выпить чего? А то после битвы на Глинском поле и всех свалившихся на твою голову дел, насколько мне известно, ты ещё не успел притронуться к еде. Да и целитель у меня в доме имеется очень опытный и проверенный, может осмотреть твою рану и зашить, если требуется.

Есть действительно хотелось сильно, к тому же в комнате всё ещё витал запах отменного жаркого из мяса с грибами, отчего у меня началось обильное слюновыделение. Да и зашитая Луаной колотая рана в спине зудела и доставляла серьёзные неудобства. Но я всё равно отказался и от угощения, и от помощи, поскольку меня, признаться, напугала поразительная осведомлённость господина Мади обо мне, в том числе такие вот мелочи. По причине своего состояния безногий торговец не мог самостоятельно передвигаться по городу, но поразительно много знал о происходящем в Чёрных Шахтах и окрестностях, что говорило о большом штате соглядатаев и агентов. Не нужно было расслабляться лишь из-за отсутствия ног у главы купцов. Передо мной был опасный и сильный паук, опутавший своей паутиной огромный город, и у меня не было причин доверять ему.

— Зря отказываешься, вождь. Мне совершенно невыгодно травить или пленить тебя, да и не хочется иметь дело с отрядом зелёных головорезов, что стоят сейчас под окнами моего дома. Но как знаешь. Тогда может назовёшь причину, которая привела тебя в мою скромную обитель?

— Ты наверняка уже знаешь, уважаемый Мади, что правивший этим городом граф Кубин Младший пал сегодня в бою. Наёмники других отрядов клялись, что видели и выпавшего из седла его кузена маркиза Антуана Альмара, насквозь пронзённого обломком копья. Что же до графини… — я замолчал, подбирая правильные слова, но собеседник сам подхватил нить разговора.

— Да, жуткая история с Сильвией. Убить себя и детей… мне никогда не понять такого! Причём я ведь хорошо знал девчонку ещё с тех времён, когда она была совсем юной невестой графа. Тяжёлая утрата для меня и для всего города Чёрные Шахты — не осталось ни одного законного наследника, кто мог бы подхватить бразды правления.

О! Впервые я нашёл что-то, в чём кажущийся всезнающим купец Мади ошибался.

— Графиня убила только себя и младенца. Старший же сын по имени Витор упал на тело матери и выжил при падении с огромной высоты на камни двора. У парнишки сломана левая рука в двух местах и повреждена нижняя челюсть, да и сотрясение он получил серьёзное. Но моя целительница из жриц Матери-Живицы уже подлечила пацана и авторитетно заявляет, что все переломы срастутся за седьмицу.

— Чудесные новости! — купец откинулся на спинку своего кресла на колёсиках и посмотрел мне прямо в глаза. — Насколько понимаю, вождь Альвар Завоеватель, ты пришёл предложить мне выкупить жизнь последнего представителя графского рода, пока ты не приказал своим диким оркам казнить малолетнего конкурента на пост главы города?

— За кого ты меня принимаешь, купец⁈ — возмутился и даже отшатнулся я. — С детьми я не воюю! И всего лишь хотел предложить тебе укрыть пацана, чтобы его не обнаружили и не убили слуги правителя вольного города Болток.

Мой собеседник с полминуты сидел с приоткрытым от удивления ртом, а потом поинтересовался, где сейчас находится юный граф Альмар, и что я хочу за его освобождение из плена?

— Пацан сейчас в той большой карете, что стоит под окнами твоего дома. Он вовсе не в плену, так что выкупать его не нужно. Можешь послать слуг забрать ребёнка.

Купец ничего не сказал, лишь сделал странный жест пальцами левой руки, и один из двух стоящих в дверях охранников со всех ног кинулся на выход из комнаты. Вернулся он через пару минут с укутанным в одеяльце спящим ребёнком трёх с половиной лет отроду, голова которого была перемотана белыми тряпицами. Безногий купец попросил подвезти его кресло поближе и внимательно осмотрел малыша.

— Вне всякого сомнения, это юный граф Витор Альмар, — констатировал глава купеческой гильдии и, передав младенца в руки одной из служанок, с интересом посмотрел на меня. — Это очень ценный жест с твоей стороны, вождь орков. Денег мне граф Кубин остался должен столько, что… ты и цифр-то таких наверняка не знаешь. Я всё думал, с кого мне теперь этот долг требовать, и сама судьба дала ответ. Не переживай, Альвар Завоеватель, ребёнка я сохраню и выращу как своего родного сына. И найду с моими-то связами способ снова посадить его трон, как парнишка подрастёт. Вот только объясни, зачем тебе самому это было нужно?

Что ж, скрывать правду я не стал и честно ответил, что желал наладить связи с авторитетными и влиятельными горожанами, поскольку мне нужно их сотрудничество. Мои орки ведь не собираются вечно стоять в городе, жители которого никогда не воспримут клыкастых дикарей за своих спасителей. Хотя именно мои наёмники сейчас оберегают Чёрные Шахты от разорения, а жителей от тотальной резни, которую обещал им устроить виконт Зязик Славный, аж истекающий слюной при виде столь богатого города. Моя армия пробудет здесь примерно две седьмицы, а питаться моим бойцам нужно. Как нужно питаться и оставшимся в Чёрных Шахтах горожанам. Все же городские лавки и таверны закрыты, а хозяева попрятались или разбежались.

Именно потому я и пришёл в дом влиятельного главы купеческой гильдии с предложением: мы обеспечим на две седьмицы в городе порядок и отсутствие банд мародёров, а лавочники, торговцы и хозяева постоялых дворов будут работать в обычном режиме. Причём мы вовсе не требуем кормить нас бесплатно, мои бойцы обеспечены монетами и вполне смогут оплачивать свои счета.

— Я полагаю, что это лишнее, вождь Альвар, — подумав, ответил господин Мади. — Защитники города вправе получать от горожан помощь за защиту, и в моих силах обеспечить бесплатное питание и размещение орков и бойцов городской стражи. Но какова твоя выгода в этом, вождь? И что случится через две седьмицы?

— Моя выгода? — я посмотрел в глаза купцу и ответил честно. — Этих четырнадцати дней мне вполне хватит, чтобы показать горожанам, насколько мои орки адекватные и дисциплинированные. Что жить рядом с ними безопасно, а работать на вождя орков совсем не страшно. А ещё все эти дни я буду агитировать людей рабочих профессий укрыться на моих землях вместе с жёнами, детьми и со всем имуществом от разорения, унижения или даже смерти, которые неминуемо ждут оставшихся в городе жителей.

— В каком смысле укрыться? — не понял меня безногий собеседник. — Им ведь нужно будет где-то жить и чем-то питаться всё это время, что они пережидают смуту!

— А если я скажу тебе, купец, что у меня имеется пригодный для заселения город всего в полутора днях отсюда? Не все дома там в исправном состоянии, но хватает и полностью целых, да и многие повреждённые строения возможно достаточно быстро восстановить. Я готов поселить там несколько тысяч людей, и никакой виконт Зязик Славный их там не достанет!

— Это… — собеседник замялся, но потом всё же признался, — действительно хороший выход, и очень многие горожане согласятся на такой переезд. Да что говорить, многие мои коллеги-купцы, — собеседник обвёл рукой большой круглый стол, за которым недавно ужинала и что-то обсуждала большая компания, — с огромным удовольствием укрылись бы от погромов вместе со всеми слугами и добром, если бы им предложили такое! Да и сам я, не будь таким калекой, тоже предпочёл бы переезд на новое место тотальному разорению.

— Считай, что уже предложил. И тебе, и членам купеческой гильдии. У меня в планах ведь и развитие «старой орочьей дороги» ко Внутреннему морю, и… — я едва успел прикусить язык и не рассказать о пути через Хребет Владык, — и другие торговые проекты.

— Я обязательно передам своим знакомым — богатейшим людям Чёрных Шахт, имеющим торговые связи по всему Приграничью. Но сам предпочту остаться. Здесь я фактически царь и бог, и погромы меня не особо затронут. А с таким ребёнком на руках передо мной и вовсе открываются прекрасные перспективы!

Что ж, купцы со связями и капиталом мне были очень нужны, хотя рабочие руки ещё больше. Кого-то из мастеров я собирался нанять временно на сезонные работы по восстановлению Западного Заслона до конца лета или осени, просто чтобы они отсутствовали в Чёрных Шахтах на момент сдачи города и не пострадали от лап головорезов. А самым толковым и вовсе думал предложить постоянную жизнь на новом месте, где имеется работа, крыша над головой и озеро чистой воды, а скалы укрывают от холодных зимних ветров.

— Ты спрашивал, купец, что случится через две недели? — вернулся я к вопросу господина Мади. — А через две недели ватага жадных до добычи головорезов виконта ворвётся в Чёрные Шахты и обнаружит, что город стоит фактически пустой — дома заколочены, лавки закрыты, склады пусты, и нет ни одной юбки, которую можно было бы силой затащить в постель. Всё, что представляет ценность, будет к тому времени уже спасено и вывезено на новое место.

Мой собеседник молчал, не зная как реагировать на мои слова и описываемые перспективы, а потому я продолжил свою речь.

— У меня уже есть успешный опыт переселения трёх тысяч работников на новые территории. Проблемы там всплывали, и много, но все они оказались вполне решаемы. Тут правда будут не орки, а люди, и масштаб переселения в несколько раз больше, но я уверен, что всё в итоге получится, и эти люди найдут счастливую жизнь на востоке на полпути к снежным горам.

— Так далеко на востоке? Но там ведь опасно, и повсюду шастают дикие племена орков! — высказал своё опасение безногий купец и принялся загибать пальцы, перечисляя эти гуляющие среди людей «страшилки»: убивающее всех мужчин племя Сильной Девы, коварное племя Мудрого Филина, племя людоедов Белой Рыбы, жестокое племя Пожирателя Змей. А ещё, поговаривают, дальше на востоке завелись ещё более страшные и агрессивные орки Жёлтой Рыбы!

Я долго сдерживался, но потом всё же не выдержал и весело расхохотался.

— Эх, купец, а я ведь полагал тебя чуть ли не всеведущим! Племя Жёлтой Рыбы — это мы и есть! Я — вождь этого сильного и многочисленного племени, в котором совместно проживают и люди, и орки, и эльфы, и даже гоблины с ограми! Моя армия сильна, что показал бой на Глинском поле. А станет ещё многочисленнее и смертоноснее, когда я включу в её состав добровольцев из жителей, городскую стражу и пришедших с нами наёмников других отрядов. Так что на моей территории поселенцам ничто не будет угрожать, да и они сами через короткое время смогут обидеть кого угодно!

(конец третьей книги)

Небольшое послесловие от автора. Спасибо вам, дорогие читатели, за что что помогали в написании и активно участвовали в проводимых голосованиях. И если вам нравится история возвышения Стратега Тмимофея-Альвара, поставьте лайк этой книге!