— О-о-о, а ничего так твой папашка расщедрился, дорогая!

Кира закатила глаза и тяжело вздохнула. Напарник слово сдержал и очень прилично опустошил запасы бара самолёта до того момента, когда объявили посадку. Ладно бы только эта сволочь пил сам, но нет. Ему захотелось общения, а так как сама Воронцова яростно шепнула, что если тот ещё раз попробует её обнять в таком состоянии, то ей станет плевать на самолёт и всех людей, летевших с ними, вмажет аспектом. Морозов просьбе внял, обозвал её холодной стервой, отправился знакомиться с соседями и ведь познакомился.

Через пару сидений от них тоже сидела парочка, но слегка необычная и не, как оказалось позже, парочка вовсе, а отец и дочь. Мужчине было ближе к шестидесяти, выглядел он серьёзно и грозно, а девушке около двадцати. Мила, приветлива и доброжелательна.

Кира так и не поняла, как у этого алкаша получилось завязать с ними разговор, но получилось, и вот парень уже заливает соловьём, девушка шагает к Воронцовой, после чего смущённо сообщает, что её отправили к ней составить компанию, пока мужчины общаются. Мужчины же к тому времени чинно разливали по стопкам «огненную воду», стюардессы тащили им закуску, а остальная часть пассажиров в классе, мужская часть, скрытно завидовала.

Когда самолёт коснулся шасси взлётной полосы, вздохнула с облегчением не только Воронцова, но и Вика или Виктория. Её новая знакомая тоже не была в восторге от этого дуэта, вернее уже трио. Один из пассажиров не выдержал, после чего присоединился к празднику жизни.

Когда самолёт приземлился, громче всех хлопала именно троица изрядно набравшихся мужчин, бурно друг друга поздравляли, приглашая всех за это дело выпить, но не срослось. Стюардесса с нервной улыбкой на лице объявила, что они прибыли и бар больше не наливает.

— А что, прижимистый тесть? — участливо спросил Владимир Олегович, но для Морозова просто дядя Вова.

— Да не нравлюсь я ему, — махнул рукой напарник Киры, после чего его немного повело, и ей пришлось ловить своего фальшивого мужа, чтобы тот не влетел в отель вперёд головой, — не хотел за меня отдавать свою принцессу. Сказал, недостоин.

— А ты?

— А я достоин! Веришь?

— Ещё как, — важно кивнул мужик, — но свою тоже бы за тебя не отдал.

— Почему⁈

— Пьёшь много.

— Да я вообще не пью, — важно кивнул парень, а потом прищурился и огляделся, — так, а где мы вообще?

— В отеле, — ответил ему собутыльник.

— Зачем в отеле? — огляделся мутным взглядом Морозов.

— Так, медовый месяц у тебя.

— Да⁈ — удивился Александр. — А, я же женился, и это надо отпраздновать. Дядь Вова, если это отель, то тут должен быть бар. Пошли!

— Хватит! — слитный девичий вскрик поставил крест на их начинаниях, а вцепившиеся тонкие пальчики в локти вполне надёжно удержали мужчин на месте.

Надо ли говорить, что совершенно случайно новые знакомые ехали в один и тот же отель, а потому Вика и Кира сейчас активно начали тянуть двух новых друзей в разные стороны, чтобы пресечь их попытки продолжить гуляния. Те вяло сопротивлялись, уверяли, что только по одной ещё и всё, но девушки не верили, тихо ругались и продолжали благое начинание по пресечению пьянства. Тихими тенями за ними следовали портье с чемоданами, с интересом наблюдая за этой эпичной битвой. Трезвость победила.

— Ваш номер, — открыл дверь сотрудник, после пропустил гостей вперёд и занёс их чемоданы. — Благодарю, — легко кивнул он, когда Кира протянула ему купюру, — если что, то в аптечке в ванной есть абсорбент. — Девушка благодарно кивнула, а потом захлопнула дверь.

Когда она обернулась, то напарника не увидела и вздохнула.

— Это мне наказание за всё, — тихо сказала девушка и направилась искать пропажу.

Номер у них оказался двухкомнатный. Большая светлая гостиная, спальня и огромная ванна, в которой Морозов и обнаружился. Не в смысле, он принимал ванну, а в том, что парень стоял, нагнувшись над раковиной. Его голова была сунута под струю воды, которая била под напором из крана.

— Ах, хорошо, — его рука нашарила полотенце, после чего он разогнулся, быстро вытерся и только потом наткнулся на взгляд льдисто-голубых глаз. — Чего?

— Ты издевался, — обвинительный палец был наставлен на парня.

— Неплохо колечко смотрится, тебе идет, — холодный взгляд дрогнул, а рука инстинктивно была спрятана за спину. — Не издевался, ну если только чуть-чуть.

Он вполне нормально вышел из ванной, почти не задев девушку.

— Но ты же столько выпил? И…

— Целитель, — прервал её голос из спальни, — ты снова не думаешь, дорогая. Я спокойно могу выпить хоть весь бар в этой халупе и потом ни разу не упасть, если захочу, конечно.

— Тогда почему не захотел… Ты чего развалился? — влетела Кира в комнату и увидела лежащего парня в форме звезды на кровати. — Ты спать собрался?

— В точку, — не открывая глаз, кивнул Морозов, — потому не шуми, будешь уходить, громко дверьми не хлопать.

— А…

— Не нуди, Воронцова, дай поспать, у меня отпуск.

— Какой отпуск, мы на задании! — Кира была возмущена до предела. Мало того, что этот гад вымотал ей все нервы, заставил краснеть и вообще, так он ещё и на работу решил забить в тот момент, когда ей наоборот надо было показать хоть какой-то результат. Желательно положительный.

— Мне плевать, я устал, — получила ответ, после чего парень затих.

Она ещё немного растерянно постояла, но что делать и как его поднять, не придумала, после чего вздохнула, вышла из спальни, тихо прикрыв дверь.

— Есть хочу. Поем и подумаю, — решила девушка, после чего начала собираться. Не идти же в местный ресторан в дорожной одежде.

* * *

Ночь была тихой и спокойной. В спальне номера царила тишина и темнота, которую почти не разгоняли огни фонарей с улицы, а потому постояльцы могли спокойно спать, заслуженно отдыхать или не очень заслуженно, но в любом случае их покой был надёжно защищён.

Я уже минут пять лежал и прислушивался к тишине, хотя она была не абсолютная, тихое посапывание рядом нарушало покой ночи. Слегка пошевелился, но понял, что рука была в плену, и мне пришлось посмотреть, что там мешает.

Воронцова. Без малейшего стеснения спокойно спала со мной на кровати, так ещё и руку захватила так, что так просто вытащить не получится. Придётся постараться, чтобы не разбудить. Не совсем же я плохой человек.

— Вот ведь вцепилась, — тихо шепнул, когда сделал первую попытку вырваться, но не тут-то было. Хватка у дочки директора Бюро была бульдожья.

Ещё пара пустых попыток, и пришлось переходить к более радикальным методам. Быстро, но почти неощутимо сунул свободную руку под девушку, после мгновенно приподнял её, и побег из плена увенчался успехом.

— Морозов, если тебе не спится, то не мог бы ты меня не будить, — сонный и недовольный голос прозвучал слишком громко в тишине спальни.

— Руку освобождал, спи.

— Ну так не освобождал бы, — потянулась напарница, — мне такой сон снился.

— Вот и смотри дальше, а я выспался, — невольно задержал взгляд на слишком чётко проступившем силуэте фигурки девушки, но сразу же мотнул головой, отгоняя непрошенные мысли. — Спокойной ночи.

— Ага, не пропадай только, — голос Киры звучал всё более сонно.

— Не пропаду, — пообещал ей и скрылся в ванной, плотно прикрыв за собой дверь. Пусть спит.

Из отеля я выходил, когда часы показывали почти два часа ночи, но на улице было довольно оживлённо. Прогуливались парочки, шли мимо или в отель компании людей, весело смеясь и прямо на ходу опустошая бутылки со слабоалкогольными напитками. Откуда-то издалека звучала музыка и виднелись лучи света, бьющего в небо и выписывающего замысловатые фигуры. Красота.

Я вздохнул полной грудью и неторопливо пошёл куда-то туда, вперёд, совершенно бесцельно. Спешить было некуда.

Погода стояла тёплая и мягкая, не верилось, что сейчас где-то зима, лежит снег, а солнце можно получить в редкие ясные дни. Раньше, ещё до всего этого с родителями, мы ездили на море несколько раз. Хорошо было и беззаботно. Отец меня тогда подкидывал так высоко, что дух захватывало, когда я летел в воду, плюхался, поднимая тучу брызг. Мама смеялась, глядя на нас, а Асами, хоть и была совсем маленькая, требовала тоже такой аттракцион, смешно хмуря брови. Интересно, как она сейчас?

Нахмурился и встряхнулся. Непрошенные воспоминания всплывали в памяти в неподходящее время и совсем не добавляли хорошего настроения. Вон, даже пьяная компания немного притихла и странно на меня посмотрела, когда проходил мимо них. Не место для этого. Не сейчас.

Оказавшись на набережной, спустился к пляжу, после чего сделал глоток из бутылки с водой, которую купил в каком-то баре по дороге, я скинул обувь и подошёл к воде так, чтобы набегавшая волна касалась обнажённых ступней. Пусть вода была прохладной, но мне всёравно. Она дарила спокойствие, вот что главное. Дальше пошёл прямо так, босиком вдоль линии прибоя.

* * *

— Чем займёмся? — спросила Кира, разделываясь с завтраком, который нам принесли прямо в номер. — Есть мысли? Идеи?

— Не, — отрицательно мотнул головой, допивая свой кофе. С едой я закончил ещё раньше. — Вообще не думал об этом. Может, ну его, всю непонятную ерунду в топку, а сами просто отдохнём?

— Странно от тебя такое слышать, — хмыкнула девушка. — Пусть мы недолго вместе работаем, я уже успела убедиться, что обычно ты только возмущаешься, а как доходит до дела, первым летишь на всех порах разбираться.

— Это от лени, — и, видя непонимание, пояснил: — Чем быстрей закончишь работу, тем скорее все отстанут и можно ничего не делать. Понятен принцип?

— Надо же. Хм, а сейчас решил от него отступить?

— Типа того, — согласно кивнул на это. — А как-то надоело влипать во всё. Так что у меня теперь другой принцип. Само как-нибудь рассосётся. Как тебе?

— Ну так, — непонятно покрутила она вилкой в руке.

Да плевать. Не нравится? Пусть сама тогда предлагает, но бегать ужаленным в зад, чтобы выяснить, где тут есть работа по нашему профилю, я сейчас точно не собираюсь. Мне прошлого раза хватило?

— А что там было? Ну, с кристаллами этими? — спросила Воронцова, переходя к десерту и чаю. Кофе она пить не захотела. — А то мне не удалось толком узнать. Слишком быстро нас сплавили сюда.

— Тебе в подробностях или в общих чертах? — не стал отнекиваться.

— В общих. Мне интересно, как их делают. Вроде там что-то необычное.

Необычное? Хорошее определение для самого процесса. Обтекаемое, при котором ничего не понятно. Психопаты выдирали саму суть человека на живую и под действием концентрированной силы преобразовывали её в кристалл с грецкий орех, который тоже подвергали обработке. Можно сказать, огранке, превращая его в подобие алмаза, а отходы пуская на улицы в виде дури. Вот про такое скажешь, что там действовали преступники, что разделывались со своими жертвами необычным способом, и вроде как не было диких криков до хрипоты лежащих людей на парочке алтарей. Не было почерневших тел с полопавшейся кожей так, словно они мгновенно высохли. Хорошее слово, дипломатичное.

Только я ни разу не дипломат, а потому рассказал ей в подробностях. Не жалея деталей, описания и всех своих не великих ораторских способностей, чтобы донести до неё всё до капли.

— Хватит. Ишь как побледнела и пирожное в сторону отодвинула. Аппетит пропал, видимо.

— Да ты погоди, там самый смак остался, — хмыкнул в ответ, — взрыв, гибель напарника…

— Не надо, — запротестовала Кира, — я поняла.

— Точно? А то смотри, я ещё могу…

— Блин, Морозов! Что я тебе сделала? — вскочила Воронцова, и удивительное дело, в глазах девчонки что-то подозрительно блеснуло. — Извинилась, признала свою неправоту и ошибки. Я правда жалею о своих поступках, но ты продолжаешь каждый раз находить повод ткнуть меня во всё это! Я не просила нас сюда отправлять, я не виновата в преступлениях, совершённых другими! Зачем ты такой⁈

Удивительно, но она не играла сейчас. Во всех вариантах событий, если я не менял тон рассказа, всё заканчивалось одинаково. Кира начинала истерику, которая переходила в плач. Похоже, совсем не стальные нервы у нашей ледяной принцессы, а самые обычные, человеческие. Радует, что она пока способна на такое. Надолго ли?

— Пошли погуляем? — предложил ей.

— Ты ненормальный, — это был не вопрос, но хотя бы я переключил её внимание, сбил с настроя скандалить.

— Это да, — кивнул в ответ, — но так даже интересней.

Еще пару минут меня буравили ледяным взглядом голубых глаз, но потом развернулась на месте и молча потопала в спальню за вещами.

* * *

— Что с работой будем делать? — после долгого перерыва снова спросила Кира о насущном.

Она молчала всё время, пока собиралась, пока не спеша мы шли до пляжа, а потом ещё некоторое время, за которое она успела переодеться в купальник в кабинке, искупаться и ещё некоторое время просто позагорать.

Я первым заговорить не пытался, просто молча идя рядом и держа за руку. Легенду надо отыгрывать до конца, понять бы ещё зачем она.

— Работать, что ж ещё, — ответил ей, даже не думая открывать глаза. Я лежал на соседнем шезлонге, на который завалился сразу же по приходу на пляж. — Есть идеи?

— Что там было?

— Мошенничества, призраки, кто-то видел непонятное зарево в горах, а ещё девки пропадают.

— Призраки? — посмотрела на меня и даже привстала с лежака, чем обратила моё внимание на её… Короче, купальник был не слишком закрыт. — Ты на вопрос лучше ответь, а не на грудь мою пялься.

— Имею право, мы женаты, — а потом всё-таки ответил: — Ну не совсем призраки, это я так назвал. Там в деле говорилось, что из одного отеля часто люди поспешно уезжают, раньше срока и в страхе. Хозяева бьют тревогу, что скоро могут закрыться из-за этого.

— Ну и пусть закрываются, мы здесь причём? Они уйдут, придут другие, — девушка откинулась снова на лежак и слегка выгнулась, подставляя кожу солнцу, довольно улыбаясь.

— Так не они первые на этом месте пытаются продержаться. Третьи уже, но в этот раз бизнес выкупил клан Молотовых.

— Понятно тогда, почему наши обратили на это внимание, — она достала крем и начала медленно его наносить на себя, — а откуда девушки взялись? Я не помню в документах упоминаний об этом.

— Их и не было, — отводя взгляд от движения руки Киры по своему телу, но тот предательски возвращался назад. — Просто пока ты собиралась, я посмотрел местные новости. Там уже о маньяке говорить начали… Ты специально?

— Что специально? — уголки губ девушки слегка дрогнули, но улыбку она сдержала, — просто наношу крем, чтобы не сгореть и получить ровный загар. Тебя что-то смущает, дорогой?

— Да кому я это говорю? — в никуда ответил и вообще закрыл глаза, чтобы не доставлять ей ещё большего удовольствия.

Только зря я думал, что избавился от соблазна.

— Поможешь? — протянула она мне флакон с кремом. — Не очень удобно мазать спину. Или мне кого-то попросить?

Сказала она это достаточно громко, чтобы наблюдавшие за представлением парни и мужчины поблизости услышали. Среди них после этого наметилось шевеление, говорящее о готовности выполнить любой каприз.

— Я сам, — хмуро бросил ей и взял флакон.

Кира с готовностью перевернулась и легла на живот, а потом ещё завязки от верха купальника развязала.

— Так удобнее тебе будет.

Зрители явственно сглотнули, и меня это взбесило, что могло плохо закончиться. Потому, прежде чем приступить, я демонстративно отставил руку в сторону, и между пальцами громко щёлкнула молния. Энтузиазм добровольных помощников резко упал до нуля, а внимание даже в минус ушло. Так будет лучше.

— Ах, милый, что такое? Неужели ты ревнуешь? — голосок девушки так и сочился мёдом, но я чётко слышал довольство.

— Ты пожалеешь, — наклонился к ней ближе и практически шепнул на ухо, — ведь в эту игру может играть не только ты.

Я не просто жил с Алёной, спал с ней и занимался другими делами. Глупо было бы не развивать силу, что досталась мне благодаря девчонкам, а потому она обучила меня всему, что знала о своём аспекте.

Энергия потекла тонкой струйкой по каналам, собираясь на кончиках пальцев. Сделать так, чтобы ни капли лишней силы не вытекло в окружающее пространство, давно уже было для меня не проблемой. Немного концентрации, и всё получит только наглая, не видящая берегов, не учащаяся на своих ошибках девка.

— Ты про меня не забыл? — она попыталась спрятать взгляд за прикрытыми густыми ресницами, но веселье слышалось в голосе.

— Не забыл, — хмыкнул, а потом легко провёл по её спине, оставляя след от крема.

По току силы можно понять многое не только у сверха, ведь энергия есть везде. Болен человек или нет. Злится, радуется или испытывает сильное горе, но меня сейчас интересовало другое. Возбуждение. Его тоже можно увидеть, а если есть правильный аспект на вооружении, то не просто увидеть, но и управлять им. Например, разжечь так, что человек не сможет больше ни о чём думать, кроме как о тебе. Он будет страстно желать близости только с тобой, готов на всё ради этого, но сейчас мне такое не нужно.

Кира быстро расслабилась. Хватило капли силы, чтобы её мысли начали сворачивать в определённую сторону, хотя до этого она хотела всего лишь поиграть.

Мои руки медленно водили по её спине, тщательно втирая крем, и если в начале Воронцова просто лежала и прислушивалась к своим ощущениям, то чем дальше, тем больше она реагировала. Дыхание участилось, на видимой части лица проступил румянец, потом она неосознанно сжала пальцами полотенце и прикусила губу.

Я про себя улыбнулся, и было от чего. Если внешние признаки заметны были не очень, то со стороны энергии быстро и уверенно разгорался маленький пожар. Ещё немного, совсем капельку, и Кира окончательно потеряет над собой контроль.

— Намазал, можешь спокойно загорать, — как ни в чём не бывало сказал я и откинулся на свой лежак, — только недолго, а то нам скоро уже будет пора.

Воронцова среагировала не сразу на мои слова, продолжая витать где-то в своих грёзах, но постепенно до неё стало доходить, что никто больше не гладит, накал возбуждения начинает спадать и вообще, ей что-то говорят.

Похоже, Кира была всё-таки немного не в себе, раз она приподнялась на лежаке, хорошо хоть повернулась ко мне, и непонимающе посмотрела.

— Я не против смотреть на такой вид как можно чаще, дорогая, но держи себя в руках. Мы тут не одни, — сказал, любуясь идеальной формой красивой девушки.

— Ой, — по-простому пискнула она и быстро прикрылась рукой, а потом лифом от купальника.

Я против воли вздохнул с сожалением, но зря сделал так громко. Смущение, понимание того, что случилось что-то ненормальное, быстро дошло до прелестной головы напарницы и как итог начало распалять уже другое сильное чувство. Гнев и ярость.

— Ты… — прошипела рассерженной фурией Воронцова, — не знаю как, но ты сделал это нарочно, и я…

— Запомнишь наконец, что шутить со мной не стоит, — обрубил начавший скандал в зародыше, — и играть тоже. Сейчас был адекватный ответ твоим действиям, и в следующий раз хорошенько подумай, прежде чем решиться на новый раунд. Неизвестно, чем это для тебя закончиться.

— И чем же? — буркнула она, не желая оставлять всё так, — изнасилуешь? Покалечишь? Убьёшь, наконец?

— Увидишь, дорогая, — открыто улыбнулся ей, — ты это точно не пропустишь. Ладно, — решил я больше не валяться, — пойду купаться, а ты загорай. Кстати, вечером мы едем в ту гостиницу, будем призраков ловить…