Утром по приказу мы действительно поднялись с самым рассветом. Однако, к нашему огромному счастью, местный трактирщик со своей семьей вскочил на ноги еще раньше. Поэтому вместо сухих пайков мы позавтракали полноценной горячей кашей с пылу с жару, с щедрыми кусками мяса и сладким компотом. Всю эту роскошь нам предоставили бесплатно — в знак благодарности за ночное спасение поселения от стаи Стальных Волков.

— Лучше бы Серж чистое золото с них в качестве платы потребовал, — рассуждает Тимур, тем не менее с бешеной скоростью уплетая свою порцию. — А потом бы просто за малую часть этих денег сам купил бы нам еды в дорогу. Остались бы в плюсе.

— Мастеру виднее, — Лина хмуро оглядывает Тимура.

Его экономика здесь и правда не работает: откуда у деревни звонкая монета? Я молча бросаю взгляд на нашего наставника, который ест ту же кашу за соседним столом. Как я понимаю, Серж вовсе не рвач. Это видно даже по его походному костюму — он сильно потрепанный и явно видал лучшие годы. А ведь Серж носит высокий ранг Стража Пути, которых в Гильдии не так уж и много. С его статусом он мог бы озолотиться, но ему плевать на роскошь. Впрочем, мне лично импонируют такие принципиальные люди, которые не пытаются содрать с беззащитных три шкуры за каждую услугу даже за спасение их жизней. Но при этом я признаю: жадные до ресурсов рвачи жизненно необходимы для выживания любой крупной организации. И в нашей Гильдии эту роль, судя по всему, с успехом выполняет сам Жорж.

— Собираемся, — разносится в наших головах холодный голос Сержа. Спустя полчаса завтрака мастер использует телепатию, чтобы не напрягать связки. Впрочем, благодаря вбитой за неделю привычке мы и так уже успели всё подчистую съесть.

— Группа, сборы! — тут же реагирует Линария, организуя наш десяток.

Весь свой походный скарб мы собираем максимум за четверть часа. За это же время оперативно запрягаем тягловых лошадей в повозки, и я перекладываю Батона в телегу к Тимуру. Сохатик уже плотно наелся, поэтому выглядит сонным, но при этом что-то мусолит в пасти. Почуяв неладное, я лезу рукой ему в рот, под замшевую верхнюю губу, и выуживаю изжеванную в слюнях тканевую ленту.

Рита, стоящая рядом, подозрительно хмурится и инстинктивно хватается рукой за свой хвост, проверяя прическу.

— Это не моя, — фыркает брюнетка. — У меня вообще всего одна осталась, всё благодаря твоему ездовому зверю.

Тут в стороне раздается строгий голос трактирщика, отчитывающего свою дочку:

— Почему у тебя волосы распущены перед гостями?

— Все мои ленты куда-то пропали за ночь, папа… — растерянно оправдывается девочка.

— Не позорь меня перед магами, иди либо нормально завяжи, либо платком накрой!

Они направляются мимо нашей телеги. Я тут же запихиваю слюнявую ленту Батону обратно в рот. Лосенок невозмутимо продолжает ее жевать. Всё равно не съест — нужных зубов у него для этого пока нет, только десны. Как только трактирщик с дочерью благополучно удаляются, я достаю ленту обратно, к явному разочарованию Батона, и незаметно прикапываю улику в грязь от греха подальше.

И снова мы топаем в авангарде, впереди скрипящих повозок. Деревенские всем составом высыпают из своих забаррикадированных домов и благодарно машут нам вслед руками, провожая как настоящих героев. Туши убитых Стальных Волков, кстати, Серж велел местным отправить на склады в Гильдию. Мастер, может, и не рвач в плане личного обогащения, но ради пополнения казны родной Гильдии в лепешку расшибется. Стальные шкуры и алхимические ингредиенты хищников стоят немалых денег, так что наш ночной риск полностью окупился.

Топаем по грунтовой дороге, маневрируя и огибая глубокие лужи. Солнце ярко светит, и всё бы ничего, но месить вязкую грязь неприятно — ноги быстро устают, а темп марша падает. Ближе к обеду, когда прямо по курсу вырастают высокие Серые горы, Серж объявляет внеплановую учебу.

К нашему десятку подходит Дрокср, держа в руках развернутую карту и латунный компас.

— Будем учиться тактическому ориентированию, Новики. У нас полтора часа привала, так что разомнем ваши мозги.

— А мы уже умеем азимут прокладывать, — гордо заявляет Кира. — Лёня нас еще в Училище намуштровал.

— Да неужели? — Дрокср приподнимает брови и с сомнением смотрит на меня.

— Но следующие тактические хитрости ты вполне можешь нам показать, брат сержант, — примирительно предлагаю я. — Ориентирование же полно нюансов.

Дрокср хмыкает.

— Твоя правда, Леон. Идти по компасу по прямой любой дурак сможет. А вот что делать, если вы заблудились в лесу? Сегодня я покажу вам «обратную засечку», — Бегун расстилает карту на телеге. — Представьте, что вы не знаете, где находитесь. Но вы видите вдали два крупных ориентира. Например, вон те два пика Серых гор. Тогда нужно брать обратный азимут, чертить линии на карте и находить свою точную точку стояния на их пересечении.

Дрокср объясняет материал на удивление доходчиво, прямо как настоящий старший товарищ, заинтересованный в нашем выживании. Но едва теория заканчивается, он вдруг предвкушающе усмехается, и в его голосе появляется явный подвох:

— Всем всё понятно? Отлично. А теперь давайте решим, кому мы сейчас завяжем глаза, выведем в лес и посмотрим, как этот доброволец выберется обратно к лагерю. Практика — лучший учитель.

— А это прямо обязательно? — уточняет Линария. — До конца привала всего час остался, мы можем не успеть вернуться.

— Да мы недалеко подбросим, чисто ради закрепления материала, — отмахивается Дрокср.

Ребята неуверенно переглядываются, явно не горя желанием играть в следопытов с завязанными глазами в незнакомой местности. Понимая, что пауза затягивается, я вздыхаю:

— Давай я пойду.

— Нет, Леон, ты у нас слишком умный, — Дрокср хмыкает. — Какой смысл проверять того, кто сам всю группу азимуту учил? Давай-ка мы возьмем кого-нибудь из твоих боевых сестер. Как насчет тебя, Новик Кира?

— Ладно… — неуверенным голосом соглашается девушка.

— Давай тогда меня тоже вместе с ней брось, — тут же предлагаю я новую схему. Всё равно нас потащат недалеко, и если бросят в одном квадрате, мы с Кирой авось найдем друг друга по звуку и будем выбираться уже в паре.

— Ну ладно, умник, поворачивайтесь спинами, — соглашается Дрокср и достает из подсумка плотные тканевые повязки.

Между тем я краем уха слышу, что в соседних десятках Бегуны тоже что-то монотонно объясняют своим первогодкам про ориентирование, но там всё ограничивается сухой теорией, без всяких экстремальных приколов с завязыванием глаз и выживанием.

— Повезло же нам с сержантом, — вздыхает Рита, тоже заметив эту разницу в методах обучения.

— Еще как повезло, хехе, скоро спасибо скажете, — довольно отзывается Дрокср. Он туго завязывает глаза сначала Кире, а затем и мне, полностью лишая зрения. — Тимур и Гворк, вы пойдете со мной. Поведете наших жмуриков до точки сброса.

— Я пойду вместо Гворка, — твердый голос Лины я слышу уже из кромешной темноты.

В следующую секунду она уверенно берет меня за руку. Нас с Кирой ведут вглубь леса вслед за сержантом Дроксром. Лишенный зрения, я автоматически переключаюсь на слух: где-то высоко поют птицы, в ветвях шуршат белки. Не забываю и считать про себя шаги.

— Первую оставляем здесь, — наконец командует Дрокср, останавливая процессию. — Леона тащим дальше. Новик Кира, стоишь на месте, считаешь про себя ровно шестьдесят секунд и только потом снимаешь повязку. Поняла?

Оставив девчонку, мы продолжаем движение. Я отсчитываю ровно сто своих шагов, прежде чем конвой снова останавливается.

— Твоя конечная станция, умник. Засекай минуту, — велит мне Дрокср.

В этот момент Лина, отпуская мою руку, на секунду прислоняется ко мне и быстро, едва слышно шепчет:

— Строго на восток.

Я едва заметно киваю, чтобы не привлечь внимание сержанта. Умничка блондинка. Гворк точно не догадался бы слить мне подсказку, да и далеко не факт, что он вообще смог бы без компаса распознать, где сейчас восток.

— Брат Дрокср, я беру шефство над нашей с Кирой обратной доставкой в лагерь, — громко произношу я в темноту.

— Да пожалуйста, бери, — пренебрежительно отмахивается старшак. — Главное — за сорок минут успейте, иначе влетит же, что задерживаете отряд.

Перед внутренним взором уже вспыхивает интерфейс.

[ПРОТОКОЛ «КУРАТОРСТВО»: УСТАНОВЛЕНА СВЯЗЬ]

Тип задания:

Шефство: добраться с товарищем.

Награда: рост Прогресса

Шаги сержанта и ребят быстро удаляются. Я даже не утруждаю себя мысленным подсчетом секунд — встроенный таймер Системы выводит обратный отсчет прямо поверх темноты. Я просто жду системной отбивки, и как только время выходит, срываю повязку с глаз. Оглядываюсь и быстро хватаю с поваленного дерева карту и компас и шурую строго на восток. Дистанция всего в сотню шагов — мне нужно успеть перехватить Киру до того, как она уйдет с точки высадки в глубь леса.

Как оказалось, гнал я сюда и волновался совершенно зря. Кира спокойно сидит ровно на месте своей высадки с развернутой учебной картой и компасом. Она поглядывает на виднеющиеся вдали пики Серых гор и, сверяясь с магнитной стрелкой, деловито накладывает обратный азимут.

— Уже вовсю работаем над возвращением в лагерь? — с одобрением спрашиваю я, выходя из-за листвы.

— Лёня! — улыбается Кира, отрываясь от вычислений. — Я с самого начала подозревала, что ты меня найдешь. Вот и решила не уходить, чтобы мы случайно не разминулись.

— Грамотный подход, — хвалю я. — И как успехи в топографии?

Я подхожу ближе, присаживаюсь рядом и с интересом заглядываю к ней в карту.

Девочка расстелила карту прямо на толстых выступающих древесных корнях, используя их вместо стола. Она грамотно провела две пересекающиеся линии обратного азимута от тех самых горных пиков.

— Мы находимся где-то здесь, в точке пересечения. А трактовая дорога, судя по всему, лежит на северо-востоке, Лёня.

— И правда, расчеты абсолютно точные, Кира, — одобрительно киваю я, сверяя ее геометрию. — Тогда не будем терять времени, пойдем.

Она быстро встает, начинает сворачивать карту, но вдруг неуверенно замирает:

— А прямой азимут для движения по компасу прокладывать не надо?

— Пока мы можем двигаться просто по солнцу, не тратя время на постоянные сверки с приборами. Дорога — это масштабный линейный ориентир, и она не так уж далеко, так что мимо мы при всем желании не промахнемся.

— Хорошо, — Кира окончательно сворачивает карту, и мы уверенно выдвигаемся в путь.

Мне действительно надо поспешить. Я кормил Батона целых четыре часа назад, а для растущего организма лосенка — это большой перерыв. По сути, эта лесная прогулка будет самым легким заданием на шефство, которое я когда-либо выполнял. Халявный Прогресс.

Но тут наши размышления прерывает резкое шуршание веток впереди. Мы выходим из-за кустов и нос к носу сталкиваемся с Симоном.

— Вы чего тут забыли, сопляки⁈ — мгновенно злится он. При этом старшак делает резкое движение, поспешно пряча какой-то сверток за спину.

— У нас практическое задание от Дроксра по ориентированию, — спокойно объясняю.

— Вот и валите отсюда! — злобно рычит он, стараясь не поворачиваться к нам боком.

Ведет он себя подозрительно. Я успел заметить этот предмет до того, как Симон его спрятал: плотный тканевый сверток, скрывающий что-то небольшое. Что Бегун может тайком прятать в лесу от своих же?

— Конечно, брат, уже уходим, — беззлобно и равнодушно отвечаю я, и мы с Кирой молча продолжаем свой путь, обходя его по дуге.

— Вы уже пришли? Так быстро? — разочарованно тянет Дрокср, когда мы выходим к стоящим на тракте повозкам. Остальные ребята из десятка тоже удивленно вскидывают головы.

— Мы сами вернулись буквально десять минут назад, — сообщает Линария.

— А мы шли на ощупь, — заявляю я, направляясь к повозке, чтобы наконец покормить Батона. — Так оказалось проще и быстрее всего.

— Какой еще «на ощупь»? — недоверчиво хмыкает Дрокср. — В следующий раз в лес на проверку закинем не тебя с твоими фокусами, а кого-нибудь потупее.

При этих словах Бегун покосился на Димона. Тот под взглядом старшака сразу сник, и ему стало явно не по себе от таких перспектив.

Я же тем временем проверяю награду за успешное шефство над Кирой.

[ПУТЬ: ГОНЕЦ — Стадия 2: «Нашел ритм»]

Активные каналы: 8/100

Прогресс до стадии 3: 13 %

Всего один процент Прогресса. С одной стороны, логично: задание было плевое, безопасное и не требовало никаких физических или магических затрат. Но с другой — всё равно обидно, что так мало. Эх, жадная Система. Серьезно прокачаться можно только в условиях реального риска для жизни.

Вскоре из леса на тракт возвращается и сам Симон. Я фиксирую его состояние: глаза у старшака сильно покрасневшие, взгляд какой-то мутный и расфокусированный. Ну не плакал же он там в кустах над заначкой, в самом деле. Значит, употреблял? Наркоман на службе? Ох, это еще хуже, чем я думал. И куда только смотрит мастер Серж? Как его хваленая высокоуровневая телепатия и навыки сканирования не засекли неадекватное состояние подчиненного?

Лезть на рожон и доносить я, конечно, не собираюсь — Симон и так меня ненавидит, а я могу и ошибаться. Если назову его наркоманом, а это оказывается не так, то точно станем с ним врагами. Но и спину подставлять этому Бегуну теперь нельзя. Зависимые люди — самые ненадежные элементы в любом отряде: их реакции опасны, неадекватны и непредсказуемы в критической ситуации. Надо будет внимательно понаблюдать за его поведением и держаться подальше.

До подножия Серых гор наша колонна добирается долгих три дня. И каждый день на марше Серж стабильно выделяет по два-три часа на обучение Новиков. Темы чередуются: то мы снова отрабатываем ориентирование с Дроксром, то учимся накладывать жгуты и делать экстренные перевязки под наставничеством Раны, то старшие Бегуны жестко гоняют нас в рукопашном бою, набивая нам синяки. Кроме этого, мы каждый день обязательно по полчаса практикуем стрельбу из лука. А всё остальное время — просто монотонно идем вперед. Я прекрасно понимаю мотивы наставника: гнать необстрелянных первогодок-Новиков сразу на фронт — это такая себе идея. И Серж, осознавая свою ответственность, прагматично пытается впихнуть в нас максимум базовых навыков выживания прямо в пути, насколько это вообще возможно.

На очередном привале, уже перед самым началом затяжного подъема в горы, Серж встал перед нашим строем. Мы как раз расселись вокруг повозок, всухомятку обедая сухпайками.

— Внимание, отряд. В этих горах полно дикарей, не признающих законы Королевства, — мастер начал ментальный инструктаж. — Особенно часто банды промышляют засадами на узких тропах, где повозкам негде развернуться. Поэтому с этой минуты всем быть в полной боевой готовности. Мы также будем высылать вперед дозорные двойки из Бегунов на всякий случай, чтобы исключить фактор внезапности.

А вот это уже неприятная новость. Еще не хватало схватиться с вооруженными бандитами на узком карнизе.

Перед началом нового этапа марша я подхожу к нашей повозке. Коротко погладив отдыхающего Батона, чтобы успокоить Питомца перед тряской, я забираю свой топор, который до этого ехал вместе с грузом, и затыкаю его за пояс. Лишний металл на бедре сразу дает о себе знать — ходить с таким довеском объективно тяжелее. Но если дело дойдет до стычки с вооруженными дикарями, топором махаться куда сподручнее и эффективнее, чем охотничьим ножом. Рубящий удар легко пробьет кустарную броню и даст хоть какое-то преимущество в дистанции.

Серые горы тут же смыкаются и глухо окружают нас со всех сторон. Наша колонна медленно двигается по узкому каменному отрогу.

* * *

Серые горы

Сив Красный Рог наблюдает в трофейную подзорную трубу за тем, как далеко внизу двигается колонна Гильдии. Маршрут выбран идеально: сейчас повозки как раз ползут по самому узкому каменному карнизу, огибающему крутой склон. Слева от них — глухая скала, а справа — смертоносный обрыв. Места для маневра у конвоя нет вообще.

— Совсем сопляки безусые, — презрительно сплевывает Трига Рыжая Коса, оценивая состав отряда. — Эта Гильдия страх потеряла. Ходят по нашим исконным землям как к себе домой.

— Они в принципе не считают эти земли нашими, — мрачно буркает Сив, не отрываясь от окуляра. — Они думают, что здесь всё еще длится их гребаное Королевство и действуют их законы. И, конечно, сегодня они за эту самоуверенность ответят кровью.

— Только вот что-то я не вижу, что с них можно взять, — Норог Толстый Живот тоже щурится в свою трубу, пытаясь оценить рентабельность налета. — Какая-то жратва, обычные луки, стрелы… Вряд ли они прячут в таких хлипких повозках слитки золота.

— Это мы уже по факту зачистки посмотрим, — прагматично отрезает Сив. — Если у них действительно не окажется ничего ценного, то я лично вырежу наемнику Горду язык за ложную наводку. Дергайте рычаги!

Вожак резко оглядывается на своих дикарей. Те с натугой придерживают мощные деревянные жерди, подведенные в качестве рычагов под огромные, нестабильные валуны на склоне. Эти глыбы служат своеобразной плотиной — прямо за ними дикари заранее скопили целые горы камней и тяжелого щебня. По команде бандиты одновременно выдергивают опоры. Лишенные фиксации валуны срываются с места, и этот толчок запускает цепную реакцию: «пробка» вылетает, и вслед за глыбами вниз устремляются тонны удерживаемой ими каменной массы. Вся эта рукотворная лавина с нарастающим грохотом несется на узкую тропу, набирая смертоносную скорость. Сам Сив и его люди тут же отходят подальше в сторону, чтобы случайно не улететь в пропасть вместе с осыпающимся краем склона.

План засады прост и жесток. Пока каменный поток сметает повозки и намертво перерезает колонну надвое, ударной группе дикарей предстоит быстро спуститься по безопасным тропам и обойти конвой спереди. Как только грохот успокоится и пыль осядет, они нападут на выживших Гонцов в лоб, зажав растерянных людей в безвыходные тиски между обрывом, своими клинками и глухим завалом из тонн камня и раздавленных товарищей.

* * *

— Чего встали-то? — спрашиваю я, когда мы с Кирой подходим к вставшей повозке Тимура.

Разрыв строя на узком горном карнизе. Основная колонна двигается дальше, уходя вперед, а наша повозка почему-то намертво встала, заблокировав заодно и ту единственную повозку, что ехала прямо за Тимуром.

Сам парень уже спрыгнул с козел и нервно нагнулся над правым задним колесом, пытаясь что-то выковырять. Батон, почуяв заминку, тоже любопытно поднялся на задние ноги и свесился через дощатый борт, внимательно разглядывая действия возницы.

— Камень неудачно попал прямо между спицей и осью, заклинило намертво, — тяжело пыхтит Тимур, безуспешно дергая булыжник голой рукой. — Вообще не поддается, засел как влитой.

— Отойди, дай-ка я, — занимаю его место.

Сняв с пояса топор, я наношу обухом несколько ударов по застрявшему камню. Порода с хрустом крошится, и булыжник вылетает из механизма — готово.

— Блин, мне бы такой же топор! — цокает языком Тимур и торопливо садится обратно на козлы, подбирая поводья, чтобы нагнать ушедший вперед отряд.

Но тронуться мы не успеваем.

Сверху внезапно раздается оглушительный, нарастающий грохот, от которого вибрируют доски под ногами.

— Ой! — в панике вскрикивает Кира, инстинктивно приседая.

Я оборачиваюсь на звук и с ужасом вижу, как прямо на нас по склону несется смертоносный камнепад.