Шесть лет назад

– Вы понимаете, что находитесь под следствием? – осведомилась детектив-констебль Хаген.

– Да, – кивнул Дэвид, сидевший рядом со своим адвокатом Джейн Пирсон.

– По подозрению в том, что выдавали себя за сотрудника полиции.

Линда Хаген очаровывала с первого взгляда: темные глаза, каштановые волосы, мягкий характер, хотя, вероятно, последнее совсем не было правдой. Дэвид не был знаком с ней лично, но по отзывам знал как жесткого, напористого следователя, которого трудно перехитрить. Молодая, всего чуть за тридцать, она казалась властной, а говорила всегда кратко и четко.

– Полная ерунда, – хмыкнул Дэвид.

– Как интересно! Если обвинение – полная ерунда, то что это такое? – Она протянула газету в пластиковом пакете.

– Для записи: детектив-констебль Хаген демонстрирует подозреваемому вещественное доказательство, – прокомментировал Тони Йоргенсон, крепкий, осанистый полицейский с густыми усами и копной темных волос, – газетную статью, написанную Келманом, по его же словам, и опубликованную 2 ноября в издании «Эссекс Экзаминер».

Дэвид взглянул на крупный заголовок:

КОШМАР НАЯВУ

Чудом выживший при похищении рассказывает, какой ужас пережил

– Как уже было мною сказано, в доме Мартиндейлов я ни разу не представлялся полицейским.

– Вы уверены? – прищурилась Хаген.

– Мое интервью с Фредди Мартиндейлом не было тайным. Более того, оно целиком записано на диктофон, который я добровольно сдал при аресте сегодня днем, и вы могли сколько угодно раз его прослушать. Назывался я там хоть раз полицейским?

Хаген остро взглянула на него.

– Однако вы этого и не отрицали.

– Я бы сказал правду, но никто не спрашивал.

– Никто и не мог вам задать такой вопрос, не так ли? Никого не было, только тринадцатилетний мальчик – ребенок, несовершеннолетний!

– Неправда, во время нашей беседы рядом с Фредди постоянно находился сопровождающий, телохранитель по фамилии Кервин.

– А вам не пришло в голову подождать, пока появятся члены семьи Фредди?

– Я как раз и ждал их, пока беседовал с мальчиком, но потом вышла домработница и сообщила, что его отец и зять находятся в Лондоне, мать – в постели под действием успокоительных, у сестры важный разговор по телефону с детским психиатром.

– После чего ты сбежал со своей незаконной добычей, – вставил Йоргенсон.

– Ничего незаконного! – возразил Дэвид. – Я взял интервью у ребенка в присутствии ответственного служащего семьи, который на это согласился.

– Потому что считал вас сотрудником полиции, – кивнула Хаген.

– Его ошибка, если он так считал! Я этого не говорил.

– Значит, вы не проникли на территорию, притворившись участником следственной группы?

Дэвид покачал головой.

– Я предъявил удостоверение прессы, которое вы также изъяли в качестве доказательства, и представился как Дэвид Келман из криминального отдела «Эссекс Экзаминер».

– Звучит достаточно… по-полицейски, – фыркнул Йоргенсон.

Дэвид пожал плечами.

– Ничего особенного – криминальный отдел редакции.

– Сам придумал? – усмехнулся сыщик. – Чтобы подчеркнуть свою значимость как борца с преступностью?

– Название появилось после того, как мы разоблачили коррумпированных полицейских с Лэмпвик-Лейн, – спокойно ответил Дэвид. – Вы же не станете отрицать, что в тот раз именно мы боролись с преступностью, а вы… как бы не наоборот.

Йоргенсон вспыхнул.

– Не пытайся умничать, Келман! Это тебе не к лицу.

– Ну-ну, джентльмены, – вмешалась темнокожая Джейн Пирсон в круглых очках и строгом элегантном костюме. – Давайте вести себя культурно.

– Если Марвин Кервин утверждает, что я назвался полицейским, то он лжет, – заявил Дэвид. – Вы надеетесь построить обвинение на его показаниях против моих? Он бывший боксер, который не умеет считать до десяти, потому что никогда не слышал, чтобы рефери зашел так далеко, а я герой Лэмпвик-Лейн!

– Так гордишься уловкой, которую провернул? – процедил Йоргенсон.

– А ты бы не гордился подобным результатом? Только не думаю, что подобрался бы даже близко, ты же вроде как дружил с Джеком Петтигрю. Не поверишь, сколько раз твое имя всплывало в нашем расследовании.

Йоргенсон молча оскалился, показав неприглядные желтые зубы. История с Лэмпвик-Лейн оставалась незаживающей раной для действующих сотрудников полиции. Хотя никто не мог отрицать, что инспектор Джек Петтигрю, сержант Кит Элгин и инспектор по огнестрельному оружию Джерри Корриган совершили наказуемые преступления. Они были популярны среди рядовых сотрудников, и многие полагали, что к ним следовало проявить снисхождение, учитывая впечатляющий послужной список.

– Вы увиливаете, мистер Келман, – продолжала Хаген, – но это не сработает, особенно со мной. Знаете, мне гораздо интереснее узнать, как так получилось, что дежурная по связи с семьей в Роузхилл-хаусе была вызвана на встречу, которой не было, всего за двадцать минут до того, как вы явились?

– Вновь удачное стечение обстоятельств, – пожал плечами Дэвид. – Уверен, если бы она не уехала, то не впустила бы меня.

– Еще бы, – снова встрял Йоргенсон, – и на то были чертовски веские причины. – Он хлопнул по газете. – Вот, например – важные детали, ни одна из которых не должна была оказаться в открытом доступе!

Столь пристальный взгляд детектива приводил в замешательство, особенно потому, что сейчас Дэвиду требовалось быть осторожным с правдой.

– Полагаю, это вы отправили сообщение дежурной? – спросила Хаген.

– Нет, никаких сообщений я не отправлял.

– Брехло паршивое! – прорычал Йоргенсон.

– Прекратите, пожалуйста! – одернула его Пирсон.

– Можешь оскорблять меня сколько угодно, – Дэвид сохранял спокойствие. – Я никому не писал.

– Разумеется, сообщение было отправлено с телефона, который невозможно отследить, – признала Хаген. – Возможно, он больше и не существует, и автор сообщения не оставил никаких личных данных.

– Довольно примитивный способ отвлечь внимание, – заметил Дэвид. – Похоже, сотрудника по связи с семьей ждет серьезный разговор.

– Не беспокойтесь, разберемся. Да, собственно, его провели, хотя дежурная не так уж и виновата. Неизвестный знал ее имя и фамилию сотрудника, назначенного заменить ее в случае отсутствия. За пределами полиции мало кто может располагать подобной информацией, но вы один из них, мистер Келман.

– Вот из-за чего современная полиция пользуется дурной славой. Жизнь Мартиндейлов разрушена бандой профессиональных похитителей, и я был бы гораздо более впечатлен, сосредоточь вы свои силы на этом.

– Это вы отправили сообщение, не так ли? – настаивала Хаген.

– Вы опытный следователь, констебль Хаген, с заслуженной репутацией, и должны понимать, что во время допроса не стоит задавать вопросов, на которые вы не знаете ответа. А если вам кажется, что знаете, то должны быть в состоянии привести доказательства. Как у вас с ними на данный момент?

Она молчала.

– Или вы думаете, что допрашиваете простофилю, – добавил он, – которого можно расколоть необоснованными обвинениями?

Молчание затянулось. Лицо Йоргенсона побагровело.

– Должна признать, детектив-констебль Хаген, – заговорила Джейн Пирсон, – что вы мало что способны предъявить моему клиенту. Он уже объяснил, что искал встречи с семьей – какой журналист не поступил бы так? Это одна из самых громких новостей в округе за последнее время. Он четко представился и беседовал с Фредди только в присутствии взрослых. В чем конкретно он провинился?

– Я скажу вам, в чем конкретно. – Линда Хаген не отрывала глаз от Дэвида, постукивая по газете пальцем. – Детали похищения были скрыты не случайно…

– Дайте угадаю, – перебил Дэвид, – чтобы в полицию не набежали психи с ложными показаниями?

– Ты слишком много смотришь долбаный телек, Келман! – прогрохотал Йоргенсон.

– Детектив Йоргенсон! – снова вмешалась Джейн Пирсон. – Я веду учет проступков с вашей стороны, и список удлиняется с каждой минутой. Ругань в адрес моего клиента лишь усугубляет ситуацию.

– Как вы себя почувствуете, мистер Келман, – продолжала Хаген, – если я скажу, что прошлой ночью отряд по борьбе с похищениями собирался захватить преступников, но из-за ваших откровений никого на месте не обнаружил?

– Моих откровений? – Он рассмеялся. – Вы же сами знаете, что эти парни не дураки. Они с легкостью обставили Норфолк, неужто не могли улизнуть от вас и Скотланд-Ярда?

– У Центра борьбы с похищениями Скотланд-Ярда есть средства и методы, о которых такие сотрудники местного уголовного розыска, как детектив-констебль Йоргенсон и я, даже не подозреваем. Группа была готова к захвату – но оказалось, что птички улетели. Да-да, из-за вашей статьи!

– А не из-за оперативного провала с вашей стороны?

– Можете фантазировать как угодно, но в глубине души, я уверена, вы понимаете, что при таком количестве зацепок у полиции – фальшивая скорая помощь, татуировка в виде черного паука, женщина по имени Мара в числе похитителей и, что важнее всего, очевидная связь с двойным убийством в Норфолке – единственный разумный выход у преступника – это отступить.

– Лечь на дно, – подхватил Йоргенсон, – вместе с заложниками!

– Откуда вам знать, что так и случилось? – возразил Дэвид, ощущая первый укол беспокойства. – Они не станут упускать свои десять миллионов и вполне могут еще раз с вами связаться.

– Ты сам-то себе веришь, недоумок? – фыркнул Йоргенсон. – Чушь собачья!

– Детектив Йоргенсон! – поморщилась Пирсон. – Не могли бы вы…

– Не думаю, что дело тут в недостатке ума, – усмехнулась Хаген, внимательно наблюдая за Дэвидом. – Просто слишком хотелось, как и объяснила мисс Пирсон, ухватить сенсацию, взять интервью, недоступное для других.

– Я выполнял свою работу, – согласно кивнул Дэвид.

– Причем за полицейского, как выяснилось, себя не выдавал, – подвела итог Джейн Пирсон, – и нам, полагаю, нет нужды продолжать эту беседу.

Прежде чем Хаген успела ответить, дверь открылась, и в комнату заглянул полицейский:

– Извините, Линда, вам звонят. Срочно!

Она встала и сверилась с настенными часами:

– Допрос приостановлен в 15:38.

Йоргенсон выключил магнитофон.

– А ты еще тот тип, Келман.

– На себя посмотри… защитник Лэмпвик-Лейн!

– Изворачиваешься ты ловко, но тебе и правда не приходило в голову, что своей публикацией ты можешь поставить под угрозу вполне жизнеспособный план по захвату этих мерзавцев?

– А тебе не приходило в голову, что, выполняй вы как следует свою работу в Норфолке, похищения здесь, в Эссексе, вообще не случилось бы?

Даже Тони Йоргенсон, казалось, был ошеломлен такой демагогией, словно сам, хоть и лгал, вероятно, не раз под присягой, постеснялся бы выдать в свое оправдание столь очевидную чушь.

Дверь открылась – вернулась Хаген, просматривая на ходу распечатку.

– У меня для вас интересные новости, мистер Келман. Вы должны остаться довольны, раз уж так ратуете за то, чтобы все выполняли свою работу. Полиция Эссекса точно не сидит сложа руки. Полчаса назад один из наших мобильных патрулей нашел на незаконной свалке недалеко от Литл-Бромли труп мужчины лет двадцати пяти. Руки связаны за спиной, одиночное пулевое ранение в затылок.

Дэвид похолодел.

– Если это какой-то трюк…

– Думаю, Рик Тэмворт назвал бы это иначе. Хотя мы не можем пока утверждать, что это он, опознания еще не было. – Линда Хаген уселась за стол, перечитывая полученный текст. – Так или иначе, кому-то сильно не повезло… – Она подняла взгляд. – Я знаю, о чем вы сейчас думаете, Келман. Как насчет Джоди? Ну, раз уж мы тут все за честность, давайте скажем, как есть. Как, по-вашему, сколько у нее шансов?