Выходные прошли относительно спокойно. Гречко вел себя тихо, Вайс не объявлялся, Тони не звонила. Номер Кржеминьского по-прежнему отвечал механическим голосом. Но в понедельник события стали развиваться с лихорадочной быстротой.

В полвосьмого утра меня разбудил телефонный звонок.

— Послушайте, Винавер, вы зашли слишком далеко! — прошипел в трубку Мамис, он был в ярости. — Поверьте, это кончится для вас очень плохо!

Я решительно ничего не понимал.

— Господи, Мамис, что случилось? — бормотал я спросонья.

— Где Гречко? — прорычал Мамис. — Где он, я вас спрашиваю!

— В номере отеля «Ритц», я полагаю.

— Ах, вы полагаете? Так вот я вам скажу, что его там нет!

— А где он?

— Нет, это вы мне скажите, где он! Он исчез! Сбежал! И я думаю, что помогли ему вы!

— Клянусь…

— Прекратите строить из себя идиота, Винавер! Своими действиями вы угрожаете безопасности Соединенных Штатов! Вы знаете, что вам за это будет? Двадцать пять лет в федеральной тюрьме по закону «О помощи врагу»! И это вы еще легко отделаетесь!

— Кингсли, я впервые слышу…

— Слушайте, Винавер, что я вам скажу, — продолжил Мамис на полтона ниже. — Если Гречко не найдется, правительство выдвинет против вас обвинение! Слышите? И вам будет трудно доказать, что вы ни при чем!

Мамис немного успокоился, и я попробовал вставить слово:

— Кингсли, послушайте меня! Я богом клянусь, что не знаю, где этот чертов Гречко! Может быть, он опять надрался и уснул в постели у какой-нибудь девчонки. Но в любом случае я не помогаю никакому врагу и не угрожаю национальной безопасности! Я не понимаю, что происходит! — выдохнул я.

Несколько секунд Мамис не издавал ни звука.

— Вообще-то, Рэй, я не должен с вами это обсуждать, — наконец проговорил он, — но учитывая, что мы давно знакомы… Вы помните наш разговор тогда, на Мауна-Браво?

— Да, конечно.

— Помните, я сказал, что вы ввязались в сомнительную историю?

— Помню.

— Теперь вы получили доказательство этому. Мистер Гречко — это, по всей видимости, ненастоящее имя, но будем пока называть его так. По нашим сведениям, этот человек тесно связан с российским правительством и работает на военно-промышленный комплекс России. Вообще, очень интересный тип. Он давно под санкциями — и американскими, и европейскими. Как вы понимаете, внезапное появление такого человека на Барбадоссе рождает уйму вопросов. Что он здесь делал, Винавер?

— Я знаю только, что он консультировал компанию по поводу лития.

— Предположим. А вы слышали, что несколько лет назад на Барбадоссе уже искали этот самый литий? И ничего не нашли!

— Да, слышал.

— И вас не удивляет, что приходят какие-то люди и снова начинают искать то, чего нет?

— Я не специалист в горном деле, черт побери!

— Если выяснится, что «Конверс Литиум» — это ширма, прикрывающая незаконные операции…

— Какие операции?!

— Я думал, вы мне расскажете.

— Я ничего не знаю!

Мамис вздохнул:

— Окей. Думаю, вам понятна суть нашей возможной договоренности. Вы сообщаете мне все, что знаете о так называемом литиевом проекте, а я делаю так, чтобы вы не слишком запачкались, когда все дерьмо всплывет на поверхность. Подумайте об этом! Хорошего дня!

Да, черт возьми, тут было над чем подумать. Что, если Мамис не шутит и меня действительно можно притянуть к ответу за сотрудничество с Вайсом, Гречко и Ко? Господи, вернуться в Штаты в наручниках! Это будет достойное завершение твоей жалкой карьеры, Рэй!