— Вообще не смешно, — обиженно фыркает Василиса.

— А, по-моему, очень смешно, — усмехаюсь и глажу ее по волосам. — Ты беременная, Вась. Тебе не обо мне надо думать, а о малыше нашем.

— А если бы ты погиб? — возмущается она.

— Работа у меня такая, — вздыхаю.

— Знаешь, что, Диков? — поднимает Василиса на меня свои прекрасные, но опухшие от слез глазищи. — Я не хочу ребенку показывать папу на фотографии и рассказывать о том, что он был героем, а потом его застрелили во время погони. Давай-ка уже прекращай эту свою беготню за преступниками. Что тебе для этого нужно?

— Подполковника получить, — пожимаю плечами. — Тогда буду исключительно по совещаниям мотаться. Ну, или уволиться.

— Вот давай-ка до родов или получай своего подполковника, или увольняйся, а то я с такими темпами поседею к тридцати, — сердится Вася.

“Наивная чукотская девочка”, — вздыхаю мысленно.

Ну, не бывает бывших ментов. У тех, кто всю жизнь радел за правду, обостренное чувство справедливости с новыми погонами никуда не девается.

— Хорошо, — соглашаюсь вслух. — Ты, главное, не переживай. Давай-ка вставать, а то застудишься.

Мы встаем в тот самый момент, когда со стороны деревни на полной скорости приближается машина.

— Егор, что ли? — хмурюсь, прикрывая глаза ладонью от яркого света.

— Я попросила девочек позвонить ему, — отзывается Вася, все еще шмыгая носом. — И полицию вызвала со скорой.

— Н-да, — вздыхаю, глядя на жмурика под колесами седана. — Веселенькая предновогодняя суета получилась.

Василиса кивает на тело второго похитителя, которое валяется недалеко от моей машины.

— Серёж... а этого ты убил?

— Нет, — честными глазами смотрю на неё. — Я им от пули прикрылся. А потом пытался уболтать жениха Анжелы, пока вы не нарисовались. Так что, если бы не Вадим, фиг знает, что было бы дальше.

Вася вдруг вздрагивает и переводит испуганный взгляд на друга.

— А Вадю посадят в тюрьму? Он же человека задавил!

— Да нет, — задумчиво чешу подбородок, наблюдая, как Егор выпрыгивает из внедорожника и спешит к нам. — Скажем, что он принимал участие в задержании опасного преступника. Медаль ему организуем. Вот если бы он задавил меня, тогда были бы вопросики. Но, к счастью, я оказался резвее и успел немного отскочить.

— Все живы? — подбегает Егор, взволнованно глядя на нас.

— Ну, почти, — усмехаюсь, кивая на труп.

— Это Василиса его? — хмурится.

— А что сразу я то? — подпрыгивает Вася от возмущения.

— Нет. Она — серый кардинал в этот раз, — ржу, прижимая к себе пыхтящую, как злой хомяк, жену. — Это Вадим.

— И что делать будем? — задумчиво оглядывается Егор, оценивая масштаб побоища.

— Скажем, что нападавший споткнулся и упал на нож, три раза, — подмигиваю ему, напоминая про то, как он свою жену будущую спасал.

Егор с усмешкой закатывает глаза, прекрасно поняв, о чем речь. И не из такой задницы выбирались, короче.

— Кстати, Рэма будем поднимать по тревоге? — уточняет.

— Сами разберемся, — отмахиваюсь. — Пусть спит. Кстати, что-то Вадя там притих. Пошли, посмотрим, а то вдруг в обмороке, бедолага.

Гуськом направляемся к задней двери машины Валенка, потому что водительское кресло пустует.

— Лишь бы не пустился в бега в состоянии шока, а то где мы его ловить будем, — хмурюсь, открывая ее, и застываю с открытым ртом.

Анжела рыдает на груди у Вадима, а этот и рад стараться ее утешать. Сидит, наглаживает по волосам с довольной мордой.

— Э-э-э, убери руки от Вадика! — выглядывает из-за моей спины Вася. — Вадя!

— Василиса, — невозмутимо приподнимает он бровь. — У Анжелы стресс. Ей нужна психологическая поддержка.

— Ты психолог, что ли?! — подпрыгивает моя жена и едва не ныряет в салон, но я успеваю ее перехватить. — Она же для тебя стара… я. — теряет запал, когда Анжела поднимает на нас заплаканное лицо без косметики.

Усмехаюсь, потому что недавно так же потерял дар речи, увидев неожиданное преображение.

— И ничего я не старая! — возмущается Анжела. — А теперь еще и богатая вдова! А ты уже определилась, на каком из стульев сидеть будешь! Вот и сиди!

— Да я тебя!.. — бросается Вася внутрь с новыми силами.

Анжела взвизгивает, прячась за Вадю.