Трэвис

— Нет. Нет. Нет!

Трэвис расхаживал по дровяному сараю, снова и снова рыча одно-единственное слово. Он пнул в сторону необработанное бревно, достаточно толстое, чтобы сломать палец на ноге. Его когти были выпущены и рвали ладони, но он был так накачан адреналином, что едва замечал это. Этого не было. Она не была его.

Она была не для него. Откуда он это знал? Потому что для него никого не было. Он и так был счастлив, жил с двумя другими парнями в одиночестве, предвкушал спокойный сезон отпусков, а теперь эти четверо незнакомцев вторглись в его дом. Три маленьких негодяя и она. Та, с пышными каштановыми кудрями и соблазнительными бёдрами, плавно входящая в его кухню, пахнущая жимолостью. И его волк ответил ей. Это было ещё мягко сказано. Он вёл себя так, словно никогда раньше не видел женщин. Как будто она была той, с кем он должен был быть. Как будто он был готов сражаться с другими за неё.

Но его волк ошибся. Трэвис не искал себе пару. Спаривание приносило только неприятности и душевную боль. Его отец сломил его мать своими властными манерами. И когда его старшую сестру выдали замуж за альфу, которого она ненавидела, чтобы обеспечить мир между двумя семьями, она оказалась мертва. Нет, Трэвис ни за что не собирался участвовать в этом. Спаривание. Семья. Это было не для него.

Ветер завыл, когда дверь сарая открылась и вошёл Сандор, а за ним Джейсон. Трэвис повернулся к ним, и, прежде чем он смог взять себя в руки, его волк зарычал.

— Я хочу, чтобы они убрались отсюда, Джейсон! — прорычал он.

Джейсон оскалился, под кожей виднелся тигр, но при словах Трэвиса он разразился своим громким, непринуждённым смехом.

— Да, конечно, чувак. Я просто выгоню их всех на снег. Как насчёт этого?

Трэвис снова зарычал и пнул ещё одно бревно.

— Тебе не следовало приводить их сюда изначально.

Джейсон закатил глаза.

— Да, я намеревался высадить их в том пятизвёздочном отеле прямо у шоссе, но потом подумал, зачем это делать, когда мой старый друг Трэвис такой гостеприимный? Поверь мне, Меган нервничала из-за того, что привела сюда детей. Сейчас даже находиться в дороге небезопасно. Поверь мне, когда я говорю, что его не было. Другого. Варианта.

— Неважно. Я хочу, чтобы они ушли первым делом завтра утром, — прорычал Трэвис.

Джейсон склонил голову набок и посмотрел на него своим проницательным, прищуренным взглядом, который сводил его с ума.

— Почему ты так стремишься избавиться от неё, когда очевидно, что ты хочешь её?

— Я не хочу её! Ты несёшь чушь, — ответил Трэвис, его голос становился всё громче.

— Ну, если тебе не интересно, я собираюсь заявить на неё права, — вмешался Сандор. — Если она и чья-то пара, то моя. Ей нужен большой, сильный медведь, чтобы заботиться о ней. А дети — медведи-оборотни, как и я, так что им понадобится руководство, которое могу предоставить только я.

— Оборотень-волк мог бы понять, как управлять стаей медведей, даже если он не неуклюж и не туповат.

Трэвис не мог сдержать рост шерсти на руках и шее, а его зубы удлинились, чтобы впиться в верхнюю и нижнюю губы.

— Я увидел её первым, — произнёс Джейсон. Его голос был хриплым с рычанием, а на пальцах появились когти, когда он встал между ними, чтобы положить руки каждому на грудь.

— В том, чтобы быть медведем, есть многое, чего твой вид не поймёт. Она моя пара.

Лицо Сандора вытянулось, когда медведь начал всплывать на поверхность.

Это было больше, чем Трэвис мог вынести. Они провоцировали его, он понимал, что это так, но его волк начал вырываться из него, морда удлинялась, мощные челюсти обнажались. Джейсон подошёл к нему, кости на его лице расширились, когда оранжево-чёрный мех пророс по всей обнажённой коже, в то время как Сандор снял футболку, готовясь к появлению огромного тела своего медведя. Все трое двинулись вперёд, рыча, три пары острых, как бритва, зубов, готовые напасть.

Трэвис был зол, злее, чем когда-либо, и бросился на Сандора, щёлкая челюстями. Сандор сковал его, его рука ещё не совсем превратилась в огромную медвежью лапу, и Трэвис привалился спиной к двери сарая, но тут же отскочил, бросившись на предплечье Сандора.

— Хватит! — закричал Джейсон.

Трэвис сильно покачал головой, затем нахмурился на Джейсона, чей тигр уже отступил.

— Ты тоже хочешь её.

Он повернулся лицом к Сандору.

— И ты!

— И ты, приятель, — спокойно сказал Сандор.

Трэвис ткнул пальцем в Джейсона.

— Ты привёл её сюда, потому что она тебе понравилась. Ты заварил всю эту хрень.

— Мы это уже проходили. Я привёл её сюда, потому что должен был. Привлекала ли она меня, не имело к этому никакого отношения. И в любом случае, она не собирается быть ничьей парой, потому что завтра она исчезнет из нашей жизни.

— И потому что мы не собираемся драться из-за женщины, — добавил Сандор своим медленным, глубоким голосом. — Мы как братья. Мы через многое прошли вместе. И у нас нет планов жить порознь. Я не собираюсь терять вас, ребята, из-за этого.

Волк Трэвиса зарычал. Он всё ещё был готов сразиться с медведем и тигром, но Трэвис сдержал его. То, что говорил Сандор, было правдой. В военные годы они всегда прикрывали друг друга. Сандор однажды спас его от того, чтобы он не наступил на самодельное взрывное устройство. Затем он получил пулю в бок, спасая Джейсона от сильного огня в маленькой деревне в Кабуле. И Сандора часто называли Смоки, после того как походный костёр вышел из-под контроля, и только сообразительность Трэвиса и Джейсона спасла его палатку от пожара.

Трэвис был сломлен, когда его выгнали из армии. Они все были. Единственным способом, которым они выжили, была их связь друг с другом, и он не собирался разрушать её.

Его плечи поникли.

— Да, вы правы. Мы близки, и мы не позволим женщине встать между нами.

— Согласен. Никто из нас не хочет терять друг друга.

Глаза Джейсона всё ещё светились тем сигнальным звериным светом, но теперь его тигр был обуздан.

— Рад, что это прояснилось. Я собираюсь отправиться на охоту.

С этими словами он разделся, и ветер снова завыл в сарае, когда дверь с грохотом открылась и закрылась. Сандор последовал за ним, оставив Трэвиса одного. В гневе он схватил топор, воткнутый в колоду, схватил кусок бревна и принялся за работу. Знать, что Сандор был прав, и держать своего волка под контролем — это две разные вещи. И ему не нравилось то, что он ему говорил. Ни капельки. «Истинные пары». Он не верил в судьбу и уж точно не верил в истинные пары, пока его не поразил запах Меган. Трэвис взмахнул топором изо всех сил, заставив клин врезаться в дерево и расколоть его на большие неровные куски вместо более аккуратных палочек, как он намеревался. Она была единственной для него. Как бы ему ни было неприятно признавать это, он чувствовал это глубоко в своих костях, так же чисто и верно, как инстинкт. Ну и что с того, что она ему понравилась? Прошли годы с тех пор, как он был с женщиной. Ему нужен был секс. Какой чистокровный самец не стал бы этого желать? Желание секса не означало, что он хотел найти пару. Он не собирался терять парней из-за неё. И он не намеревался брать её в качестве своей пары. Ни за что.

Чем скорее она уйдёт, тем лучше. Его последний удар глубоко вонзил топор в колоду. Трэвис сложил дрова в корзину и вышел из сарая обратно в дом.

Когда он открыл кухонную дверь, смешанный запах печёного сахарного печенья и соуса маринара заставил его волка замурлыкать. Меган стояла у плиты, но обернулась, когда хлопнула дверь. Её лицо приняло напряжённое выражение при виде него, и чувство вины сжалось у Трэвиса внутри.

Он замер.

— Вкусно пахнет, — сказал он, но его грубый тон заставил девушку отступить ещё дальше.

Трэвис прочистил горло и попробовал снова.

— Мы не ели печенье Джейсона с прошлого Рождества.

Он поставил корзину и подошёл к кухонному столу, где дети собрались вокруг печенья, практически пританцовывая от нетерпения.

— Они голые.

— Голые? — голос Меган дрожал, когда она повторила это слово, но в нём сквозила слабая чувственность.

Трэвис кивнул, изо всех сил пытаясь сосредоточиться на печенье вместо того, чтобы представлять её обнажённой.

— Раздетые. Неокрашенные?

— О, ты имеешь в виду без глазури? — спросила маленькая девочка. Кайли? Нет... Келли.

Трэвис кивнул.

— Вам, ребята, не нравится глазурь?

— Мы боялись, что тётя Меган всё испортит, — ответил Крис как ни в чём не бывало.

Трэвис нахмурился, глядя на мальчика, удивлённый, что вспомнил его имя.

— Это невежливо. Часть вашей обязанности — присматривать за теми, кто заботится о вас. Это включает в себя защиту их чувств.

Нижняя губа Криса задрожала.

— Мне жаль.

Кори держал брата за руку.

— Всё в порядке, Крис. Тётя Меган большая девочка, и она может вынести правду.

Глаза Трэвиса вылезли из орбит при этих словах.

— Где ты это услышал?

Кори нахмурился, глядя на него снизу-вверх.

— От Лоис. Она сказала, что тётя Меган большая девочка и не должна носить те штаны для йоги. Ей нужно было, чтобы кто-то сказал ей эту правду, и она могла справиться с этим.

— Кори, достаточно.

Лицо Меган было ярко-красным, когда она устремилась вперёд.

— Идите помойтесь перед ужином.

Последовало три одинаковых хныканья, выпущенных одновременно.

— Мы только что вымыли посуду, чтобы испечь печенье, — сказала Келли.

Её братья кивнули.

— Вы не можете быть слишком чистыми. Бегите наверх, — решительно указала в конец коридора Меган.

— Она просто хочет избавиться от нас на несколько минут, чтобы поговорить с этим мужчиной, — прошептал Кори, когда они вышли из кухни. — Он, наверное, ей нравится.

Трэвис изо всех сил старался не улыбаться, так как не был уверен, что Меган с её ограниченным человеческим слухом услышала этот комментарий. Когда она вернулась к плите, чтобы размешать соус маринара, он уловил ещё один аромат её жимолости. Несмотря ни на что, он не мог не надеяться, что он ей действительно нравится. Это было вполне естественно.

Он прислонился к кухонному столу и провёл рукой по своим серебристо-светлым волосам.

— Эм, прости, если я был немного резок раньше. Это был просто шок, столкнуться со всеми вами.

— Всё в порядке. Нам многое предстоит уладить. Мне жаль, что дети такие... прямолинейные.

Меган одарила его такой милой улыбкой, что его волк снова поднялся внутри него, требуя, чтобы Трэвис притянул её в свои объятия и укусил, оставляя на ней свою метку раньше, чем это смогут сделать его друзья. Это было бы жёстким табу.

Эта мысль заставила Трэвиса разозлиться на самого себя, и его следующие слова прозвучали резче, чем он намеревался.

— Это не имеет значения. Вы всё равно уйдёте завтра.

Трэвис впился взглядом в Меган, когда открылась входная дверь кухни, и вернулись Сандор и Джейсон. Не говоря больше ни слова, он подошёл к обеденному столу на другом конце комнаты, выдвинул стул и сел. Его урчащий желудок не позволял ему прятаться в своей комнате. Это была единственная причина, по которой он остался здесь. Конечно, это было не для того, чтобы убедиться, что ни один из его приятелей не пытался завоевать Меган.

Её губы сжались, но потом она бросила один взгляд на Джейсона и Сандора и расхохоталась. Они были полностью покрыты снегом.

— Вам обязательно было идти рубить дерево? — спросила она.

Они что-то пробормотали, Джейсон сверкнул своей очаровательной улыбкой, а Трэвис нахмурился. Что ж, вряд ли он мог винить Меган за то, что она нервничала рядом с ним, когда до сих пор он был такой очаровательной задницей.

Он стиснул зубы от зависти, когда Сандор помог ей отнести тарелки к столу, в то время как Джейсон взял на себя ответственность за поиск импровизированных мест для тройняшек и расположил их вокруг стола. Меган демонстративно рассадила так, чтобы они с детьми оказались в дальнем конце стола, подальше от него.

Трэвис сначала молчал, пока еда передавалась по кругу. Он съел большую порцию и потому, что умирал с голоду, несмотря на свою предыдущую охоту, и потому, что это заставило бы его рот быть слишком занятым, чтобы говорить.

— Я не думаю, что вы все завтра уедете, — произнёс Сандор.

Трэвис уже ел третий кусок, когда поперхнулся и чуть не выплюнул его.

Джейсон кивнул.

— Метель усиливается. Я не удивлюсь, если за ночь мы получим больше, чем семнадцать дюймов снега. Там полный бардак.

— Что?

Трэвис сжал свои столовые приборы так крепко, что почувствовал, как вилка сгибается под его хваткой.

Оба его друга посмотрели на него с огнём в глазах.

— Это займёт ещё пару дней, вот и всё.

Джейсон пожал плечами, явно довольный тем, что ещё немного побудет рядом с Меган.

Трэвис хотел бы быть таким же расслабленным, но его голод по Меган и усилия по сдерживанию агрессии своего волка по отношению к другим заставляли его чувствовать себя так, словно по его коже бегали миллионы огненных муравьёв. Ещё пара дней — это слишком долго.

Меган, казалось, уловила его реакцию. Её нижняя губа задрожала.

— Может быть, ты мог бы отвезти нас завтра в отель, Джейсон? Днём видимость будет лучше, чем была сегодня вечером.

Джейсон нахмурился на Трэвиса, прежде чем снова посмотреть на Меган.

— Возможно, отсюда будет невозможно уехать. Скорее всего, нас занесёт снегом, — ответил он.

Трэвис низко зарычал, когда Джейсон протянул руку, чтобы коснуться тыльной стороны её ладони.

— Ты можешь оставаться столько, сколько тебе нужно.

Сандор лучезарно улыбнулся Меган.

Фыркнув от отвращения, Трэвис встал и бросил салфетку на стол, прежде чем выйти из кухни, пройти по коридору в свою комнату. Он захлопнул за собой дверь, затем прислонился к дереву, пытаясь обуздать своего волка, который сходил с ума от ревности.