Впрочем, несколько минут спустя Сареф решил сначала прогуляться по городу. У него ещё целый день был впереди, так что и спешить сильно не стоило. Да и потом, нужно было дать время Анейрашу окончательно подготовить все бумаги. А когда будет нужно — Сареф был уверен, что Эргенаш и Ангреаш найдут его сами.

Эльшехесс, действительно, теперь выглядел намного более солидно, чем пару месяцев назад. Создавалось ощущение, что город медленно, потихоньку, но наращивает массу, если подобное высказывание можно было применить к городу. Даже улицы начинали понемногу облагораживать: в специально оставленные выемки на улицах стревлоги-рабочие засыпали землю, в которую высаживали молодые деревья. Так же в городе начинали появляться скамейки, на которых можно было присесть и отдохнуть.

Многие здания, которые Сареф до этого точно помнил старыми и обветшалыми, тоже были приведены в порядок. Например, местное отделение гильдии ходоков и некоторые таверны. И что-то подсказывало Сарефу, что здесь буквально к каждому зданию приложена рука гномов-каменщиков, которых сюда с подачи Бреннера направил клан Чёрный Ветер. И пусть оплата и проживание этих специалистов стревлогам выходили явно недёшево, это была будущая столица клана, в которую, определённо, стоило вложиться.

Прогуливаясь, Сареф увидел, что на одной скамейке сидят взрослый стревлог и маленькая девочка. И только потом по рыжей расцветке шкурки крохи Сареф внезапно узнал, что это была Ариша. А с ней, конечно же, Ансильяш, которого без своего плаща, в обычных повседневных рубахе и штанах было не так-то и просто узнать.

Когда Сареф подошёл, Ариша повернулась к нему… и, разумеется, узнала.

— Дяденька Сареф, дяденька Сареф, здравствуйте! — девочка подбежала к Сарефу и довольно крепко его обняла, — как я рада вас видеть!

— Я тебя тоже, милая Ариша, — Сареф ласково похлопал девочку по плечу. После чего подошёл к скамейке, на которой сидел Ансильяш, и пожал ему руку. Стревлог важно кивнул в ответ на приветствие. После этого Сареф сел с другой стороны скамьи, а неугомонная Ариша тут же устроилась посерёдке, вдвойне довольная тем, что она была в центре внимания.

— Ну, и как у вас дела? — поинтересовался Сареф.

— Ой, дяденька Сареф, у нас теперь есть свой дом, — тут же заговорила Ариша, — да такой большой! Аж два этажа, представляете? И у меня уже есть своя комната, и туда никто не может войти, пока не постучится и спросит у меня разрешения, вот так вот! А ещё папочка купил мне два наряда, один просто красивый, а второй — для школы. И я через месяц пойду в школу и буду там учиться, вот так вот.

— У вас тут уже и школа есть? — удивился Сареф.

— Почти, — хмыкнул Ансильяш, — гномы по распоряжению Анейраша на неё переключились и до ума доводят. Дело-то важное.

— А преподаватели тоже есть? — спросил Сареф.

— Вот с ними пока проблема, — Ансильяш задумчиво почесал висок, — и, думается мне, что этот вопрос тоже будет решаться через тебя.

— В смысле? — опешил Сареф, — я-то тут при чём? Я не умею преподавать.

— Я имею в виду соглашения для клана Ювенаро, — пояснил Ансильяш, — я принимал участие в составлении этого документа.

— Думаешь, хорошая идея — просить учителей из клана Ювенаро? — усомнился Сареф, — учителя — это, знаете ли, не деньги и не продукты. Кто знает, чему они будут учить. Может, лучше было попросить учителей у Хрипунца?

— Думаешь, мы настолько глупые, что не догадались бы до этого? — фыркнул Ансильяш, — нету у него учителей.

— В смысле? Да быть того не может, — опешил Сареф, — там надо работать точно так же, как и везде. А, значит, для этого нужно уметь хотя бы базово читать, писать и считать.

— У него способных детей вроде как учат на дому, — пожал плечами Ансильяш, — признаться, мы сильно до него с этим вопросом не докапывались, потому как его личная служба и без того даёт Агруменашу многое. И, если уж на то пошло, ни на что другое уговора не было. Но тут ему нет смысла врать. Если он говорит, что у него нет учителей — таких, которые могли бы держать внимание сразу двух десятков учеников, и прививать им нужные знания — то, скорее всего, так оно и есть.

— Сареф! Вот ты где. Пошли, тебя уже ждут.

Повернувшись, Сареф увидел, что к нему идут Эргенаш и Ангреаш. Ещё раз обменявшись с Ансильяшем рукопожатием, Сареф поднялся, мимоходом удивившись тому, как быстро его нашли. Как видно, стревлоги не желали рисковать и, если уж появилась возможность, то расправиться со всеми делами как можно быстрее, не откладывая их в долгий ящик.

Ангреаш и Эргенаш, подойдя к скамейке, так же сдержанно кивнули. При этом от Сарефа не ускользнуло то напряжение, которое на пару мгновений появилось между Эргенашем и Ансильяшем. Да, возможно, эти двое помирились и были готовы работать вместе, и всё же то, что между ними случилось, останется навсегда. И, можно было не сомневаться, в другой ситуации они бы обязательно обменялись бы парой вежливых колкостей, но сейчас между ними сидела Ариша, и потому оба стревлога благоразумно воздержались от лишних слов. В итоге Ансильяш и Ариша направились дальше по своим делам, а Сареф, Эргенаш и Ангреаш отправились в мэрию.

* * *

И вот, наконец, кабинет Ансильяша. По пути Сареф успел переброситься парой слов со друзьями, и Ангреаш поведал ему, что в качестве компенсации за то, что эльфа не допустили на Годасту, ему позволили самому выбрать направления для соглашений и сформировать их. И, судя по тому, как лучился самодовольством альбинос, к каждому из документов он лично приложил руку, и явно в большом объёме.

— Прекрасно, — Анейраш кивнул, увидев входящих в кабинет Сарефа и его спутников, — мы подготовили соглашения. Как мне кажется, они вполне справедливы, но если желаешь — можешь с ними ознакомиться.

— Конечно, желаю, — невозмутимо кивнул Сареф, усаживаясь за стол с другой стороны и придвигая к себе документы, — ставить свою подпись на бумаге, даже не ознакомившись с её содержимым — признак не шибко большого ума. Кроме того, наверное, даже будет лучше, если я внесу какие-то правки. Если просто подмахнуть все документы на ваших условиях — Валка будет понимать, что я полностью на вашей стороне, и от любого дальнейшего взаимодействия просто закроется. Зато, если я добросовестно встану на защиту хотя бы части её интересов — то покажу этим свою беспристрастность.

— Хм… мне, конечно, не нравится эта идея, но в долгосрочной перспективе — звучит логично, — нехотя кивнул Эргенаш, — Мэйс, конечно, дрянь, и своё он получил сполна и заслуженно… но и Валка вряд ли обрадовалась, когда увидела, в каком состоянии находился её сын. Поэтому наивно рассчитывать, что она сейчас лучится энтузиазмом и дальше с нами сотрудничать.

— Увы, это имеет смысл, — мрачно кивнул Ангреаш, — как бы мы к этому ни относились, но Сареф, который защитил Женевьеву, сейчас для нас — единственный относительно стабильный канал для связи с Валкой. И если мы хотим сохранить его, чтобы иметь возможность мирно урегулировать будущие конфликты, которые обязательно произойдут — сейчас, возможно, чем-то придётся поступиться.

После этого Сареф, наконец, принялся изучать бумаги. Первый документ, ожидаемо, оказался соглашением о том, чтобы клан Ювенаро предоставил клану Агруменаш преподавателей. В размере 50-ти человек, по 10 учителей в каждую крупную школу. Нехотя Сареф отдавал должное: стревлоги хорошо соображали, раз уж так быстро начинали вкладываться в образование детей. Причём, насколько мог судить Сареф, в школы Агруменаша могли ходить дети любых рас: и стревлоги, и люди, и орки, и гномы, и даже эльфы, если тут таковые будут. С другой стороны, условия их приезда сюда были слишком чрезмерными: клан Ювенаро из своей казны должен был оплачивать труд этих преподавателей в течение года.

— Слишком нагло, — покачал головой Сареф, — Валка это точно оспорит. Если не напрямую — то нагадив по мелочам. А опыт у неё, определённо, имеется. Это нужно корректировать.

— Спорить не буду, — кивнул Анейраш, — возможно, ты удивишься, но и твоё мнение нам тоже важно.

В конце документа Сареф увидел дополнительную графу: мнение арбитра. А так же оставленные пустыми несколько срок. Как следует подумав, Сареф написал там следующее:

Преподавателей отправить в командировку до дня Зимнего Солнцестояния. После этого преподаватели должны иметь возможность отказаться от дальнейшей работы и вернуться домой (по семейным обстоятельствам, в силу личной неприязни с какими-либо Жителями Системы, которая критично влияет на качество работы и т. п.). Преподавателям, которые решат остаться работать дальше, клан Агруменаш будет обеспечивать заработной платой из своей казны.

Подпись: Сареф Гайранос-Джеминид.

После того, как Анейраш внимательно изучил приписку Сарефа, он вздохнул:

— Да… серьёзный срез, стоит признать. С другой стороны, без тебя у нас не было бы даже этого… да и, в любом случае, это вклад в наше будущее. Что ж, пусть будет так.

Второй документ затрагивал уже куда более острую тему. В многочисленных деревнях всё равно могли оставаться стревлоги в рабском положении, при этом — самых разных возрастов. Соглашение подразумевало, что десять специально отобранных специалистов-стревлогов будут иметь полное право ездить по землям клана Ювенаро, посещать населённые пункты и выискивать вот таких стревлогов. Им нужно будет дать выбор уйти в клан Агруменаш. А так же старостам этих населённых пунктов может быть предложен выкуп, если этот стревлог, например, отрабатывает здесь свои долги.

— Неужели такие ещё остались? — поражённо спросил Сареф.

— Естественно, — пожал плечами Анейраш, — даже если стревлог в долговом рабстве и узнал о том, что клан Агруменаш восстановлен — много ли он может? С гирей, прикованной цепью к ноге, далеко всё равно не убежишь.

— Думаете, жители деревень так просто отдадут вам таких стревлогов? — мрачно спросил Сареф, — такой рабский труд, к большому сожалению, очень выгоден, и привыкшие к нему вряд ли станут от него отказываться. Их просто будут прятать и говорить, что тут таких нет.

— На этот счёт можешь не переживать, Сареф, — мягко заметил Ангреаш, — Хрипунец найдёт всех.

И с удивлением Сареф заметил, что после упоминания Теневого Символа мгновенно стали ясны корни этого соглашения. Вполне возможно, что Хрипунец принимал в составлении конкретно этой бумаги личное участие. Или, что было куда более вероятно, он предложил просто выкрасть всех рабов-стревлогов, благо что ему это было вполне по силам. Другое дело, что массовая пропажа стревлогов неизбежно навела бы на клан Агруменаш подозрения. Поэтому для начала надо было хотя бы попытаться убедить людей отпустить таких стревлогов добром или хотя бы за выкуп. А если они будут прятать рабов и говорить, что их там нет… что ж, через какое-то время их там, действительно, уже не будет.

По итогу Сареф написал в поле для арбитра следующее:

К каждому такому специалисту может быть приставлен клановый исполнитель, во избежание конфликтов с местным населением (учитывая остроту предмета споров), а так же для полного соблюдения действующего законодательства клана. В остальном — согласовано полностью.

— Справедливо, — кивнул Анейраш, — скорее всего, это и так было бы, но даже лучше, что эту поправку внёс ты. Отлично согласуется с легендой о твоей беспристрастности.

Оставался последний документ для изучения. И вот он понравился Сарефу меньше всего. Хотя, стоило отдать должное, стревлоги были весьма напористы и целеустремлённы. Потому как они уже замахиваются не только на базовое образование, но и на высшее. В клане Ювенаро было четыре высших учебных заведения: Морская Академия Баэнерто, Колледж Музыкальных и Изобразительных Искусств в Женевьеве, Высшее профессиональное училище математики, физики и химии в городе Даэгль на самом юге клана, а так же Таможенный Университет на севере клана, рядом с крупным поселением Тенарим. И в каждое из этих заведений стревлоги требовали квоту в 10 поступающих для кандидатов из клана Агруменаш.

— Нет, — покачал головой Сареф, — я не могу это согласовать. Это слишком наглое вторжение в систему образования клана Ювенаро. Если даже Валка это и согласует — вот увидите, преподаватели просто потопят всех квотированных стревлогов за неуспеваемость меньше, чем за семестр. И причины непременно найдутся, можете не сомневаться. Поэтому нет, никаких квот. Мало того, что поступающий по квоте лишён какой бы то ни было мотивации стараться при вступительных экзаменах, так ещё и квота может отнять место у, действительно, способного ученика. Поэтому — никаких квот. Все должны поступать на общих основаниях.

— Сареф, я не буду спорить: мне, действительно, импонирует твоё стремление к справедливости, но неужели ты, действительно, думаешь, что без квот у наших учеников будут хоть какие-то шансы? — мрачно спросил Анейраш.

— А никто и не говорит, что это будет быстро, — хладнокровно ответил Сареф, — я знаю, что, скорее всего, весь первый поток поступающих будет завален. И это придётся стерпеть. И вы сами понимаете, как это важно. Сейчас вы показали Валке свою силу и своё мастерство, схватив Мэйса и заставив его ответить за своё преступление. Теперь нужно показать иное: несмотря на свою силу и своё мастерство, вы готовы играть по чужим правилам на чужой территории. К сожалению, здесь по-другому быть не может, если вы рассчитываете хоть на какое-то сотрудничество.

— Ну что ж, — вздохнул Анейраш, — здесь, к сожалению, последнее слово за тобой. И всё же я надеюсь, что ты хотя бы немного учтёшь и наши права.

Сареф серьёзно задумался. С одной стороны, этот документ был слишком сырым и недальновидным, но справедлив и упрёк Анейраша: при любых других условиях в этой сфере честной игры не будет. Поэтому после 15-ти минут серьёзных размышлений Сареф написал следующее:

В составлении квот отказать. Учащиеся должны сдавать вступительные экзамены на общих основаниях. Однако при подозрениях на предвзятое отношение (например, один и тот же поступающий из клана Агруменаш проваливается 3 раза подряд), арбитр может быть включён в состав приёмной комиссии учебного заведения для обеспечения достоверно объективной оценки способностей поступающих.

После чего протянул документ Анейрашу. Тот прочитал его и слабо улыбнулся:

— Ну что ж… это, действительно, не так плохо, как можно было ожидать. И… возможно, так и в самом деле будет лучше.

— Я, правда, верю в то, что так будет лучше, — невозмутимо кивнул Сареф, — с такими переменами никак нельзя спешить. Ещё пару месяцев назад я видел, как деревенский молодняк натаскивали убивать стревлогов. А теперь вы уже собираетесь в клан Ювенаро за высшим образованием. Так не бывает. Плюс — стоит оставить Валке хотя бы какую-то свободу действий. Она может отмахнуться от стревлогов раз, два… и, в общем-то, будет в своём праве. Но после третьего раза я лично приду, сяду в приёмную комиссию и буду оценивать кандидатов наравне со всеми. И, не сомневайтесь, никому в клане Ювенаро это не понравится.

Сареф вернул документы на стол. После чего, оглядевшись, обеспокоенно спросил:

— Вы, точно, на меня не сердитесь? Мне кажется, вы ожидали несколько иного.

— Возможно, что и ожидали, — невозмутимо кивнул Эргенаш, — однако же, выслушав твои доводы, мы находим их вполне справедливыми.

— Да, — задумчиво кивнул Ангреаш, — всё-таки до этого момента у нас не было возможности учиться управлять кланом, поэтому и некоторые наши решения могут быть поспешными и опрометчивыми. Так что даже лучше, что все эти соглашения прошли через твои фильтры. Уверен, от этого выиграют все.

— Да, — подвёл итог Анейраш, — что ж, значит, можно посылать эти документы Валке. Думаю, она порадуется, — с этими словами стревлог щёлкнул пальцами, и из шкафа для бумаг вылетела папка с буквой Ю. Вложив в неё договора, Анейраш закрыл папку и шлёпнул по ней массивной печатью. После этого действия документы внутри папки вспыхнули и пропали, вероятно, появляясь уже в кабинете главы клана Ювенаро.

— Ну что ж, — Анейраш довольно посмотрел на Сарефа, — тогда сейчас — можете отдыхать. А вечером — соберёмся, посидим. Расскажете про ваш поход на Костяного Колдуна. Да и вообще — вспомним былые времена.

— С огромным удовольствием, — кивнул Сареф. Посидеть с друзьями для него было святым делом. Тем более, что, учитывая масштаб задания от Ильмарриона, за которое он взялся… не исключено, что такой возможности у него не будет ещё очень долго…