Выход из подземелья встретил меня ночной прохладой и звёздным небом. После смрада подземных коридоров даже запах кострового дыма казался приятным.

Вокруг кипела бурная деятельность: всё больше костров разжигалось, чтобы получше осветить округу; бойцы занимали позиции, стрелки разбегались к возвышенностям, откуда вся площадь была как на ладони; щитовики выстраивались за линией обороны вокруг выхода. Орки готовились по команде протащить тяжёлые и слегка странные деревянные конструкции торчащими кольями к выходу из подземелья, чтобы заблокировать лестницу и превратить её в настоящую полосу препятствий.

Камни давно были притащены к противоположной части круглого прохода, и орки были готовы скидывать их на бегущих по лестнице врагов. Вскоре и стрелки с копьеметателями заняли свои позиции. Вот тут-то мы и повоюем…

Одно удивляет: уже ночь, а пятый ярус открылся в девять вечера… Мы так долго вели бой, планомерно отступая и задерживая врага, но как же мало убили за столь долгую битву.

Мёртвый легион с невероятным упрямством отказывался возвращаться в загробный мир. Миори стояла на каменном выступе, откуда была видна вся лестница. Лук наготове, сама инструктирует бойцов, в какой очерёдности они будут друг друга сменять.

Спартак развернул свою пехоту полукругом, перекрывая три основных прохода вглубь руин. Им далеко не сразу предстоит вступить в бой, как и оркам, ведь я желал продержать врагов здесь хотя бы до рассвета. И, если понадобится, использовать для этого магию и многочисленные ловушки, что мы приготовили. На мой взгляд, нет ничего хуже, чем пытаться защищать стены поселения, не видя врага во тьме ночи.

Шрам расположил резерв за полуразрушенной стеной, готовый отправить бойцов туда, где ситуация будет выглядеть наиболее удручающей. Тали исчезла. Пусть её и не было видно, но это абсолютно ничего не значило. Профессионалу вроде неё достаточно лишь одного шанса, чтобы нанести врагу максимальный ущерб. Да и местные ловушки она знает лучше кого бы то ни было.

— Коржик! — позвал я.

Гоблин вынырнул из-за обломка стены верхом на муравье.

— Здесь, вождь!

— Кавалерия готова?

— Все наездники в строю, вождь! Ждём приказа!

— Пока держись у выхода на площадь. Самим в бой категорически запрещаю вступать! Ударишь туда, куда я укажу. И только по моей команде. Всё понял?

— Всё понятно! Ждать приказа! — лихо отсалютовал самый странный гоблин Матрассийска.

Я встал перед линией обороны у выхода из подземелья и посмотрел вниз, в колодец лестницы. Лёгкий шум эхом доносился до нас. Не торопятся что-то наши мертвецы… Видимо, формируют боевой кулак. Ну, что ж… Хотя бы немного передохнём.

— Камни сразу не кидаем! Только когда большая часть вражеской армии будет на лестнице и первые отряды начнут подбираться к выходу, — предупредил я Орочи и его бойцов.

Мы затаились и ждали… Прошло минут тридцать, когда из темноты показалась Тали, до икоты напугав одного из гоблинов.

— Начали подниматься. Идут монолитным строем по три в ряду — разместить больше не позволяет ширина лестницы. Я насчитала сотню легионеров. За ними два некроманта. Потом ещё сотня и ещё некромант. Дальше не видела: они поднялись на два кольца, и мне нужно было уходить.

По моей оценке, их там около четырёх-пяти сотен. В самом конце я заметила ещё не вступавшие в бой войска. Легионеры в отличающейся броне, без привычного нам оружия и щитов, — мгновенно доложила она.

— Успела рассмотреть название или уровень? — уточнил я.

— Нет, — ответила она. — Слишком далеко и темно. Лидера этой армии тоже не видела, но слышала что-то похожее на приказы. Говорил на неизвестном языке. И замогильным холодом от него веяло… — дополнила Тали свой доклад.

Ну что же, расстановка сил ясна и понятна. Я дал отмашку Орочи, и его орки подтащили к выходу толстые конструкции из брёвен и накрыли ими несколько метров входа в подземелье.

Они перерезали лианы, и часть брёвен мигом сместилась вниз под собственным весом, частично оказываясь в подземелье. Та часть, что осталась на земле, была уравновешена камнями, что не давали всей конструкции свалиться вниз. Вышла такая кривая буква «Х» или скорее даже плюс, со скошенной вертикальной палкой и загруженной камнями боковой частью.

Ну, пусть мёртвый легион попробует пройти через эти брёвна, что перекрывают наискосок последние метры выхода на поверхность.

— Факелы! — дал я команду, и десяток источников огня был брошен на лестницу.

Они отскакивали от стен, частично падая в пропасть, и нам стало легче определить, как далеко уже пробрался враг.

— Лучники, готовьтесь открыть огонь. Отдыхающие, подносите боеприпасы. Миори, командуй!

Я и сам занял место среди стрелков и вложил болт в канавку.

— Стреляй, — прокричала Астокарай, и несколько десятков стрел и дротиков отправились в поисках своей цели. — Перезарядка! Приготовились… И… Огонь!

Второй залп. За ним третий, четвёртый, пятый… Стрелять сбоку по этим бронированным рыцарям смерти было куда удобнее, чем долбить в щиты. Легионеры начали пачками погибать. Строчки о получаемом опыте сыпались не переставая, а бойцы выкрикивали уровни и названия погибших чудовищ подземелья.

Но мертвяки всё шли, неумолимо приближаясь к выходу…

— Стрелы заканчиваются… — тихо произнёс Джазмен, управляющий помощниками, что подносили со склада боеприпасы…

Да уж… Как-то оптимистично я был настроен по поводу наших запасов… Сколько тысяч мы уже выстрелили? Плоды многодневных трудов наших мастеров канули в Бездну ещё до утра, и этого оказалось мало… Наконечники металлические, конечно, были в лучшем случае на каждом пятом, и всё равно…

Врагов всё ещё много, а вести дистанционный бой и дальше будет сложно.

— Что по дротикам?

— Делаем прямо сейчас. Те, что были в запасах, уже закончились… — отчитался он.

— Понятно… Останавливаем передачу припасов. Переходим на камни. Миори! Смена плана! Стрелы нужны для следующего раунда! Давим камнями!

— Лучники — отдых! Орочи, командуй! — сразу сориентировалась она и начала отправлять группы бойцов на позиции, с которых предстояло вести стрельбу оставшимися боеприпасами.

— Взяли камни… И ШВЫРЯЕМ! — скомандовал философ войны, и грохот, перекрывший прежний шум, разнообразил ночную битву за руины.

Орки и некоторые гоблины с прокачанной Силой принялись скидывать камни в колодец. Булыжники грохотали по ступеням, рикошетили от стен, врезались во врагов, калечили, скидывали, отбрасывали и тормозили их. Я слышал глухие удары, скрежет металла, но не видел результата. Факелы, что мы бросили, давно погасли, и понять эффективность новой тактики я мог исключительно по докладам об убийствах легионеров. И докладов этих было слишком мало…

Хотя бы надеюсь, что число покалеченных увеличилось и скорость мертвяков замедлилась. Гоблины в резерве дострогают новые дротики и стрелы, а некроманты сольют ману на восстановление своих подопечных. Либо же не сольют, но тогда нам будет проще убить мертвяков.

Я оглядел площадь, прикидывая расстановку сил. Думаю, пора использовать ещё один резервный план на эту битву…

— Шрам! Тащи кувши…

Не успел я договорить, как десяток глиняных амфор уже полетел вниз. Они разбивались, выплёскивая жгучую слизь. Наш подарок покрывал доспехи, щиты и тела неприятеля, а также саму лестницу и небольшую площадку в самом низу. А за первым десятком полетел второй, третий и так далее… Сбросили кувшинов не меньше, чем камней.

— Факел? — вопросительно посмотрел на меня Шрам.

— Давай, — кивнул я, и гоблины схватились за приготовленные палки с кусочками промасленной ткани, подожгли и бросили их во тьму прохода.

— Возвращайтесь в ад, ублюдки… — злобно прорычал Шрам, и огромные столбы пламени превратили лестницу в ужасающее огненное чистилище.

Кто-то, видимо, с Тали про загробный мир переобщался…

Пламя было таким сильным, что столбы огня вырвались наружу прямо перед нами. Гоблины отпрянули от подземелья, чтобы не опалиться.

Отчёты о мёртвых врагах посыпались один за одним. И очень приятно было услышать о том, что под раздачу попал один из некромантов. Видимо, оказался в эпицентре огненной стихии.

Полыхало всё ярко, красочно и интенсивно. Но не очень долго… Уже через пять минут пламя практически полностью исчезло, и мы могли посмотреть на следы нашей работы. Увы, о победе речи не шло. Некроманты врагов на наших глазах подлатывали легионеров с красными, оранжевыми и жёлтыми надписями…

Больше мы не могли тратить ресурсы на лестнице. Да и при всём желании не смогли бы: враг начал отстреливаться. Те, кого заметила Тали, оказались ожившими магами-стрелками.

Словно из винтовок, вылетали снаряды, врезаясь в нашу баррикаду и высунувшиеся головы орков и гоблинов. Некоторым не повезло… Появились первые жертвы.

Я приказал отступить и начать провокации. Палки в руки, стоять близко к раю, но не высовываться, поднимать их, чтобы слеповатые стрелки врага сливали ману, пытаясь попасть по деревяшкам.

Вместе с тем первые ряды пехоты мертвяков дошли до преграды на выходе. Легионеры упёрлись в неё, попытались сломать и стащить, но слегка прожаренные деревья держались. А я методично отстреливал их из арбалета меткими попаданиями в голову. Упокоил десятерых, прежде чем прилетел слаженный залп магического пламени, уничтоживший преграду на пути мертвецов из подземелья.

Мы отступили. Командиры и солдаты знали, что будет дальше и что им делать. Щиты и копья в первые ряды. Орочи с молотом и свитком «Каменной кожи» наготове, лучники на позициях. Коржик только и ждёт команды, чтобы ринуться в бой.

Первая голова показалась из колодца. Ржавый шлем, зеленоватые огоньки в глазницах. Легионер осмотрелся и начал выбираться из ямы. За ним второй, третий… Они выходили и тут же строились, поднимая щиты. Дисциплинированные до мозга костей. Если бы эти кости ещё были покрыты мышцами…

Я ждал. Пять мертвецов на поверхности. Десять, пятнадцать… А внизу, на лестнице, их гораздо больше, судя по нарастающему грохоту.

— Сейчас! — скомандовал я.

Дротики полетели, стрелы посыпались на мертвецов, и они начали падать замертво. И тут враги словно почувствовали возможность и рванули вперёд. Те, что добегали до нашего авангарда, вступали в бой. Те, что вылезали на поверхность, продолжали давить и получать дротики и стрелы, любезно предоставленные мастерами Матрассийска.

Я переместился ближе к эпицентру схватки, выискивая подходящее место. Рядом был Шрам, сошедшийся в клинче с легионером в первом ряду. Передо мной открылась прекрасная полоса с десятком врагов, что уже выбрались, но ещё не присоединились к битве.

Мысль. Форма. Желание.

Воздушный толчок ударил в мертвецов. Направленная волна ветра снесла их обратно на лестницу, как кегли. Тяжёлые тела в доспехах полетели вниз, грохоча по ступеням и сбивая тех, кто поднимался следом. Эффект домино зацепил несколько пролётов.

Появилась прореха в сплошном строе мертвецов. Разделяй и властвуй!

— Орочи! Спартак! Сейчас!

Резерв копейщиков и орков вступил в бой с двух сторон, завершая окружение той пары десятков мертвецов, что остались на поверхности и сражались в ближнем бою. Орки с тяжёлым оружием заблокировали легионеров у выхода из подземелья, остальные ударили в тыл и быстро уничтожили противников.

— Да! — не сдержался Спартак, наблюдавший за происходящим. — Вождь, ещё давай!

— Соберись! Они в любой момент попрут дальше, — ответил я, чувствуя, как просела мана.

Боевой дух подскочил после этой небольшой локальной победы, и я приказал оркам отойти и выпустить новую партию мёртвого легиона. Мы продолжили действовать в таком духе.

Как и ожидалось, вскоре прилетел залп, и самые смелые оказались мёртвыми. Орочи стал за шкирку оттаскивать пострадавших, но выживших. Мы отошли, освобождая проход. Восстановили строй и приготовились. И враг не заставил себя ждать.

Я ударил воздушным толчком ещё дважды, отправляя назад группу мертвецов и создавая просеку и возможность для прорыва резервной группы в тыл. Тактика работала. Мы убивали врагов на выходе из бутылочного горлышка, используя все преимущества позиции.

В какой-то момент поток мертвецов из колодца прервался. Возникла пауза, позволившая нам перевести дух, эвакуировать раненых и оттащить мертвецов. Сражаться на заваленном трупами поле боя — та ещё морока.

Вскоре из колодца снова полезли мертвецы. Но в этот раз впереди шёл некромант…

Перед высокой фигурой в чёрном балахоне мерцал полупрозрачный щит зеленоватого цвета, от которого стрелы отскакивали, как от стены. Магический барьер…

Стрелы бессильно лязгали о невидимую преграду и падали на ступени. Мой болт из «Пронзателя» вонзился в щит и застрял, как муха в паутине. Крепкий…

Под прикрытием барьера мертвецы хлынули на поверхность. Десяток за десятком, они выбирались из колодца и тут же строились, формируя плотные ряды. Некромант стоял среди них, поддерживая щит одной рукой, а второй направляя посох. Обстрел перестал давать результат.

— Ближний бой! — проревел я. — Щитоносцы, встречайте! Заблокируйте их!

Орки со щитами врезались в передние ряды мертвецов. Столкновение двух стен, живой и мёртвой, отозвалось грохотом по всей площади руин.

Орки были сильнее и тяжелее, но мертвецов было больше, и они не уставали. Ряды упёрлись друг в друга, и началась резня.

Мечи рубили щиты. Копья кололи через щели. Мертвецы давили массой, орки сдерживали натиск яростью и мышцами.

Гоблины Спартака ударили с флангов, пытаясь обойти вражеский строй и добраться до некроманта, но тот сместил барьер и перекрыл обходной путь. Хотя бы магией не атаковал… Но, судя по скачущим цветам мертвецов, он лечит первый ряд.

Число раненых и погибших с нашей стороны превзошло все предыдущие стычки, вместе взятые… Пора выпускать козырь!

— Коржик! — заорал я. — Давай!

Гоблин ответил не словами, а действием. Два отряда орков и гоблинов расступились, пропуская часть мертвецов вглубь площади. Число врагов увеличилось ещё больше, и они оттеснили нас. Но в образовавшийся коридор влетела муравьиная кавалерия.

Около трёх десятков наездников на муравьях-воинах с диким криком и визгом ударили в строй мертвецов с фланга. Хитиновые тараны врезались в ряды нежити, раскидывая легионеров, как ураган сметал наши лачуги в первый визит Зевса. Мощные муравьиные челюсти перекусывали конечности, сгибали и ломали ржавые мечи, мяли и доводили до нуля прочность щитов, что падали под ноги либо раскалывались на части. Шестиногие бойцы проламывали строй, а наездники сверху долбили копьями, рассчитывая попасть в головы мертвецов.

Кавалерийский удар рассёк вражескую массу надвое: те, кто уже вышел на поверхность, оказались отрезаны от тех, кто стоял у выхода из колодца. Муравьи замерли и развернулись в сторону подземелья, просто массой сдвигая живых мертвецов обратно в тот ад, из которого они вылезли. А вместе с ними и некроманта, что оказался зажат среди своих же подопечных.

Отрезанных от основных сил мертвецов гоблины и орки окружили, вновь введя в бой резерв по уже знакомой тактике, и принялись методично их уничтожать. Без поддержки некроманта легионеры заметно ослабли и стали менее живучими.

Я стрелял из арбалета, выбирая мертвецов с наибольшим уровнем, и каждый точный выстрел приносил уведомление об опыте. Орочи крушил своим молотом врагов, как консервные банки. Он двигался в сторону некроманта, но не успел дойти: некромант поднял посох и, зарядив его, прошил муравья насквозь.

Жуткий огонь лишь на сантиметры разминулся с головой всадника. А через мгновение взбешённые муравьи таранящим прыжком отправили в полёт некроманта и тех, кто его окружал.

Я с нетерпением стал ждать доклада, и через несколько секунд один из наездников прокричал то, что я так желал услышать:

— Некромант! Двадцатый уровень!

Добивали отрезанных минут пять. Муравьи удерживали выход из колодца, не давая новым мертвецам подняться. Но мы несли потери… Ещё пять муравьёв погибли и два наездника вместе с ними.

В основном потери я не отслеживал: поле битвы разрослось. Но я видел, что есть и раненые, и покалеченные, и окончательно отправившиеся в Матрассию воины.

Я разрешил себе короткую передышку. Пока всё складывалось неплохо.

А потом из темноты колодца поднялся наружу стальной гроб… Или, если следовать военному описанию с Земли, легионеры приняли построение «черепахой».

Это был движущийся прямоугольник из щитов, доспехов и копий. Такое построение я только в учебниках и фильмах видел…

Мертвецы наступали, подняв щиты со всех сторон: сверху, с боков, спереди. А из расщелин выскакивали копья. Они били точно и мощно.

Муравьи больше не могли толкать врагов: они напарывались на копья, как на шипы ежа. Копья наездников не давали никакого эффекта, выстрелы тоже.

Я отреагировал. Попытался сдуть их, но в этот раз магия меня подвела. Гроб лишь замедлился, а не развалился, как я рассчитывал. И среди кавалеристов появились новые жертвы…

Ситуация начала выходить из-под контроля. И вскоре я понял почему.

На смену второму сдохшему некроманту вышел третий, и он был внутри этой коробки мертвецов. Щит приподнялся всего на мгновение, освобождая место для посоха, а уже через секунду огненный залп разнёс голову ещё одному скакуну.

— Коржик, уводи муравьёв! — заорал я. — К выходу из руин! Не подпускай их к черепахе, иначе их перебьют!

Коржик не спорил. Муравьиная кавалерия развернулась и ушла к периферии руин, сражаться на узких улочках города, а не на просторной площади для них было бы ошибкой. А враг уже захватывал территорию у прохода в подземелье.

Некромант мог с лёгкостью увеличить количество жертв с нашей стороны многократно… И он попытался это сделать, когда оценил, кто доставляет ему больше всего проблем.

Очередной его снаряд полетел в меня. Я встретил его водным щитом. Защита справилась, пламя безвольно облизало барьер, но моё заклинание отправилось на перезарядку, а враг… Он мог стрелять намного чаще.

А ещё за первым коробом вылез второй… и они дружно двинулись в нашу сторону. Либо мы сейчас понесём огромные потери, пытаясь их уничтожить, либо переходим к новому этапу битвы…

— Тали, второй короб на тебе. Замани его в яму. А этот киндер-сюрприз с игрушкой внутри я беру на себя. ПЕРЕХОДИМ В ПАРТИЗАНЫ! — дал я указание кетре и прокричал фразу, определяющую наши дальнейшие действия.

Все мгновенно зашевелились, рассредоточились и прыснули в узкие проходы, откуда по широким проходам побежали мимо баррикад подальше от площади руин. Битва продолжится, но на выгодных нам условиях…

Я поднял руку и выстрелил из арбалета. Чуть-чуть не попал болтом в щель между щитами.

— Кис-кис-кис… Иди за мной, угрюмый ты мой, — поманил я пальцем гроб с некромантом, отступая и внимательно следя за каждым движением металлической коробки.

От новой атаки мне придётся уворачиваться… Ошибаться нельзя. Даже с сорокапроцентным резистом к магическому урону.

Если вдруг план с ямой не удастся, придётся использовать жезл Роста корней или что-то ещё… Сон Ламии тоже попробую, но я даже не понимаю, видят ли они меня. А там мана каждую секунду тратится… Нужна подходящая цель и возможность быстро её убить в случае провала. Может, на нежить сон вообще не сработает. Мертвецам он так-то не нужен…

Маршрут мой был определён заранее: мимо полуразрушенной стены, через узкий проход между двумя обломками колонн, а дальше по пологому спуску к широкой площадке, где Тали разместила свои усовершенствованные ловушки — ямы с кольями. Широкие, но замаскированные: перекрыты жердями, засыпаны землёй и мусором.

Один человек, наступив на край, не обрушит конструкцию. Веса не хватит. Но вот группа в тяжёлых доспехах, идущая плотным строем, точно провалится. Единственное, чего я опасаюсь, — как бы конструкция под их весом слишком рано не обрушилась и некромант не остался на краю…

Я отступал, на ходу перезаряжая арбалет, и следил за коробкой. Дважды увернулся от огненных снарядов. Дважды выстрелил сам, и один из щитов стал близок к тому, чтобы рассыпаться.

Черепаха шла за мной, как дисциплинированная машина смерти. Я увидел жёлтую ленту на деревяшке — знак, предупреждающий о ловушке. Сместился в сторону расчищенной и «заминированной» дороги.

Я пересёк её по самому краю, ступая точно по безопасной тропе. Перешёл на другую сторону и остановился, заканчивая перезарядку арбалета.

Краем глаза отметил, как наши лучники получили несколько залпов от выбравшихся на площадь стрелков мёртвой армии. Магические снаряды убили двоих, и десяток гоблинов, сделав последний залп стрел, начал эвакуацию. Напоследок швырнули в сторону площади кувшин со жгучей слизью и следом за ним факел.

Вдалеке вспыхнул огонь — символ нашей борьбы за место под солнцем.

Черепахе было плевать на всё это. Она двигалась прямо на меня. Замерла перед самой ямой. Я знал, что будет дальше. Мой выстрел против вражеского заклинания. Я не стал ждать и выпустил болт прямо в тот момент, когда враги размыкали щиты.

Болт вошёл точно в щель и попал в кого-то. Но не убил. Вражеский выстрел пролетел в опасной близости от меня, и я почуял запах палёных волос на голове. Фух…

Мертвецы вновь двинулись. А я принялся за перезарядку…

Передняя часть черепахи наступила на замаскированный край ямы, и какое-то мгновение ничего не происходило. Они сделали ещё несколько шагов, дошли практически до середины — и перекрытие не выдержало.

Жерди треснули, земля провалилась, и стальной короб частично рухнул в яму с заострёнными кольями и с глубиной в три метра. Послышались грохот, скрежет, хруст, лязг металла о дерево. Музыка для моих ушей…

Я стоял на другой стороне. Между нами четыре метра ямы, заполненной обломками щитов, телами мертвецов и кольями. На дне шевелились, но подняться не могли. Черепаха рассыпалась. Оставшиеся мертвяки замерли, явно пытаясь сообразить, что делать дальше.

Как я и боялся, на краю ямы по другую сторону стоял некромант… Он не упал. Каким-то чудом или расчётом остановился за полшага до обрыва и уставился на меня через провал.

Капюшон сполз, обнажая серый череп с клочками иссохшей кожи и горящими зелёными огнями в глазницах. Разумные, осмысленные огни, а не тусклые огоньки рядовых мертвецов.

Посох в его руке вспыхнул. Заряд формировался, пульсируя зеленоватым пламенем. И навершие было направлено прямо в мою грудь.

«Шурх».

В его глазницу впился болт. Некромант не сдох, но… потерял концентрацию и себя в пространстве. Посох направился вниз, и снаряд улетел в яму с кольями, а сам некромант задёргался, отдавая приказы.

Его попытались обойти и прикрыть задние ряды легионеров, но их широкоплечие доспехи и здоровые щиты зацепили его за плечо и столкнули вниз. Я невольно улыбнулся, читая уведомление о гибели некроманта двадцатого уровня и получении двух тысяч единиц опыта. Неплохо… Четырёхкратное увеличение награды за особую угрозу со стороны этого ублюдка из подземелья.

Я опустил арбалет, перевёл дыхание и посмотрел через яму на оставшихся мертвецов. Без некроманта они замерли, потеряв часть силы и координации.

— Третий готов, — произнёс я негромко, глядя на подземелье, откуда продолжал доноситься мерный стук шагов.

Там, в глубине, оставался ещё как минимум один некромант. И самый главный враг тридцатого уровня. — Посмотрим, какие ещё трюки у вас в кармане…

А тем временем начало светать…